Глава 25

Природа, словно напоследок, пожелала испытать нас снова. Начало стремительно темнеть и пошёл дождь, смешанный с мелким колючим градом.

Я всё никак не могла прийти в себя — переживала состояние, крайне близкое к обмороку.

Нестройной толпой мы медленно шли вдоль теряющейся среди деревьев дороги. Она была заросшая и в сумерках увидеть её становилось всё сложнее.

Эрик осторожно придерживал меня за талию, Грег нёс на руках девушку по имени Кармилла. Она пыталась какое-то время идти сама, но над ней, видимо, поиздевались больше остальных. Её руки и ноги были в странно-круглых синяках, а под глазами залезли такие тени, что у меня наворачивались слёзы.

Оборотень ступал неуверенно и постоянно втягивал в себя воздух, словно не верил в происходящее. Он и сам выглядел немногим лучше той, кого нёс.

Его тело было также усыпано какими-то неестественными повреждениями, а на груди и боку красовался страшнейший тёмно-чёрный кровоподтёк. Девушка в его огромных руках лежала расслабленно, откинув голову ему на плечо.

На секунду подумалось, что когда-то и меня вот так несли по лесу. Бережно, аккуратно, за метр обходя все рытвины и кочки.

Остальные девушки шли самостоятельно. Кристина и Ева поддерживали под локти тех, кто послабее, когда нужно было перейти поваленное дерево. Каждая из них оторвала по небольшому куску ткани от своих больничных одеяний, и мы сделали для мужчин что-то наподобие набедренных повязок.

Грег предпочёл бы обойтись и без них, но Эрик с серьёзным видом отвёл его в сторону и минут пять что-то объяснял. Грег махал руками, указывая на лес, но потом громко фыркнул и всё же прикрыл наготу тканью.

Я, наконец, начала чувствовать, что успокаиваюсь. Шла, с удовольствием разглядывая Эрика. Его щёки разрумянились от нервного возбуждения, и он то и дело заправлял длинные чёрные волосы за свои уши.

Ситуация была катастрофическая, ужасная — мы все замерзали посреди леса, да к тому же смеркалось, но…

Я ощущала невероятное умиротворение, граничащее с эйфорией. Эрик то и дело тормошил меня, шлёпал по щекам, чтоб я не уснула на ходу.

Я гадала — кто из мужчин перекинется в волков и смогут ли они вообще это сделать.

Грег-то ладно — неизвестно что там творили в этой лаборатории, тут и думать нечего, всё равно не пойму. Но Эрик… Если я — его истинная, то волк должен уйти. Но как скоро? Как на это повлиять?

Ответы на вопросы остались в сгоревшей подземной тюрьме.

Через час пути решили сделать привал. Дождь не застал эту часть леса и Грег вызвался собрать поблизости веток для костра, а Эрик принялся рыскать по земле в поисках сухих камней, чтоб разжечь искру.

Через полчаса наша странная компания расположилась у огня. Мужчины накидали вокруг него сухой валежник, чтоб не сидеть на голой земле. Грег с довольным видом подставлял то один бок, то другой. Подруги грели руки, по очереди садясь ближе, остальные девушки начали тихо переговариваться.

Мы с Эриком согрелись первыми и отодвинулись, давая место другим. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я его опередила.

Потянулась, прильнула к крепкой груди, обхватила его черноволосую голову двумя руками и принялась жадно целовать.

Эрик отвечал с неменьшим старанием. Мы оба, казалось, ощущали одинаковое нешуточное головокружение от счастья и… Чуда какого-то. Иначе нельзя было назвать наш абсолютно нелогичный и непродуманный план, по итогам которого мы оказались спасены.

Я вдруг отстранилась и посмотрела в бирюзовые и сверкающие глаза мужчины, а потом хватанула его за плечо, встряхивая как следует.

Заговорила, строго чеканя слова:

— Ещё хоть один раз ты, Эрик, свалишь от меня в неизвестном направлении, не удосужившись выслушать, посоветоваться, поговорить, дождаться, в общем… Ты понял. Так вот, если ты ещё раз так сделаешь, то я… Я тебя пристегну к себе наручниками, а ключ выкину и будешь всю жизнь рядом топать! Понятно? И даже в туалет со мной ходить будешь.

Эрик не улыбнулся. В его глазах мелькнуло что-то похожее на испуг, и я поняла, что мужчина как обычно не понял шутки. Либо решил, что это действительно нечто большее, чем шутливая угроза.

Он смиренно кивнул и обвил мою талию руками.

— Я больше не буду. Не знаю уж, что я успел натворить той ночью, что в такой кошмар всё вылилось, но честно, больше — никогда!

И мы снова тесно прижались друг к другу. В моих пальцах поселилась противная бесконтрольная дрожь и он осторожно взял мои ладони в свои, сжимая их, чтоб не тряслись.

После короткой передышки мы снова отправились в путь. Ночь застала нас на самой границе какого-то села. Когда вдалеке показался свет фонарей и домов Кристина впервые за всё время подала голос:

— Ахренеть… Не верится даже.

Когда мы приблизились к первому забору и перелезли через него, то из ближайшего дома выскочил полоумного вида дедок и направил на нас двустволку:

— А ну отошли, черти-ироды! А ну!

Я подняла руки, от усталости даже не испугавшись.

— Пожалуйста, помогите нам! Мы заблудились в лесу, есть раненые… Сами взгляните. — я ткнула рукой в Грега, который еле удерживал на руках мертвенно-бледную девушку.

Вдруг, из дома вышла пожилая женщина и, прижав руку к груди, прикрикнула:

— Ну что ты в самом деле! Видишь же — помощь людям нужна. Да опусти ты ружьё! Вы проходите, не стойте. Сейчас воды накипячу, всё мигом обработаем. Я врач.

Следующий час прошёл в отчаянных попытках Криса, как звали пожилого мужчину, поймать сотовый сигнал и вызвать службу спасения.

— Да! Да, именно этот посёлок! Да ниоткуда! Из лесу! Двадцать шестой дом! Что? Ну, конечно, мы оказали первую помощь! Ась? Да оказали помощь, говорю!

Хозяйка дома — тётушка Мирта очень удачно оказалась боевой старушкой. Она с железным самообладанием и без лишних вопросов обработала и перевязала всех, кто в этом нуждался, накормила нас наваристым куриным бульоном с домашним хлебом, а потом дала каждому по здоровенной сушёной рыбине.

— Чем богаты, ребятишки, чем богаты. — повторяла она, подливая травяной чай в наши кружки. Все мы разместились в просторной гостиной — кто на стуле, кто на диване, кто на ковре и аккуратно чистили ароматную рыбу на общую салфетку.

Через час гостеприимства наконец-то подъехали две скорых и одна полицейская машина.

В нас моментально опознали пропавших без вести. Впрочем, по красноречивым выражениям лиц полицейских, это было понятно и без слов.

Мы от всей души поблагодарили жителей посёлка за помощь, а потом девушек с комфортом разместили в двух машинах скорой помощи.

Нас с Грегом и Эриком повезли в полицейской машине, перед этим предупредив, что после разбирательства и лечения нас могут повторно вызвать для дачи показаний.

Но, честно сказать, нам было на это уже абсолютно всё равно. По прибытии в город Грег, наскоро попрощавшись, ретировался в неизвестном направлении.

Эрик только развёл руками.

— Он всегда такой был. Сначала решит свои «секретные» дела и приедет к нам в лесной дом. Если сейчас со всем не разберётся — с ума сойдёт от тревожности.

— Ты как будто не удивлён тому, что он оказался жив. — отстранённо спросила я, сидя на больничной койке.

Меня положили в палату для пациентов с крайним истощением, как и всех остальных. Эрика вообще лечить не понадобилось, он был здоров, как бык и до сих пор не перекинулся ни разу.

— Я в глубине души знал, что он где-то здесь, в этом мире. Волчья чуйка, помнишь?

И он одарил меня своей мягкой и обаятельной улыбкой. Чисто внешне казалось, что не изменилось ничего. Выдавали глаза.

В них залёг непонятный мне оттенок пережитой боли и страха. Но я знала, что теперь мне под силу справиться с этой тенью. Я готова была выжечь её до тла.

Заботой, покоем и бесконечной любовью.