Глава 24

— Ещё один шаг. — голос Эрика звучал ровно и спокойно, словно он говорил не о собственной смерти, а о погоде. — И я вышибу себе мозги прямо здесь и сейчас. Никакого пришествия, никакого потомства и никакого священного зверя у вас не будет. Только труп.

Магистр не шевельнулся. Его пальцы чудь подрагивали, выдавая слабость. Он слишком привык диктовать условия, а не принимать ультиматумы.

— Ты не станешь жертвовать собой. — усмехнулся он. — Ты создан для высшей цели.

Я не узнала в его голосе прежней уверенности.

— Проверим? — Эрик вдавил дуло ствола сильнее. — Ключ и доступ к системе. Или спускаю курок. Мне терять нечего. Можешь не играть на публику.

Охранники переглянулись. Никто не решался двинуться. Даже воздух, казалось, стал густым и тяжёлым от напряжения, которое шло от того, кто час назад ещё был здесь королём.

Магистр кивнул. Одно короткое и резкое движение головы — и охранник протянул Эрику пластиковую карту и планшет.

Волк схватил их, не сводя глаз с Магистра.

— Заходите в клетку. Все. — процедил он. — Отошли к стене.

Они подчинились. Даже Магистр сделал шаг назад, будто впервые увидел в Эрике не подопытного, а настоящего хищника, который в любую секунду может сорваться с цепи.

Эрик провёл картой по замку. Дверь клетки с щелчком закрылась. Он тут же поменял код на планшете.

— Посидите и подумайте. Дверь заблокирована. Почувствуйте какого это — быть зверушкой для вашего шоу. Весело?

В этот момент решилась и я. В суматохе никто не заметил, как я выбралась из клетки. Всем было уже плевать.

Трясущимися от волнения руками я схватила чёрную, оплавившуюся свечу с каменного выступа. Горячий воск опалил мне пальцы, капнул на запястье, вызывая сильную боль. Но огонь достиг цели.

Я бросила на ткань в клетке одну свечу, а за ней вторую. Пламя робко лизнуло тёмный лоскут, а потом начало расти.

Дым пополз по полу — густой, маслянистый.

Мы с Эриком переглянулись и одновременно побежали к выходу из зала.

— Получилось… Получилось! — прохрипела я, кашляя. — Идём…

Мужчина схватил меня ха руку. Его кожа была горячей, почти обжигающей. Бирюзовые глаза истерически сверкнули.

— Мне не верится… Так страшно, что это сон. Кэтрин, я боюсь проснуться и узнать, что ничего у нас не вышло. Я… Я с ума схожу…

В следующую секунду волк получил пощёчину.

Я схватила его за плечи и с силой встряхнула.

— Прости. Но… Эрик, сейчас не время. Прошу тебя, не думай ни о чём. Ты нужен мне!

Коридор начинал заполняться дымом, густым и чёрным. Он резал глаза, заставлял задыхаться. В ритуальном зале раздались дикие крики. Завыла сигнализация…

— Да. Да, ты права. Прости меня. — Эрик схватил меня за руку, поднял голову повыше. — Сюда. Я чувствую воздух. Мы попробуем подняться наверх.

Я резко затормозила.

— Подруги. Без них нельзя уходить. Пожалуйста, попробуй их учуять. Я прошу тебя…

— Мы не успеем и всё это окажется напрасным! — голос Эрика дрогнул. — Они где угодно могут быть.

— Я не пойду без них. Если мы спасёмся, а они останутся здесь, в этом аду… Да я жить не смогу с этим. Попытайся, ради меня. Попробуй…

Мужчина стиснул зубы. По моим глазам он понял, что спорить бесполезно.

— Хорошо.

И мы побежали. Нос разрывало от мерзкого запаха гари, сердце колотилось где-то в зубах, в голове дробью выбивалась мысль:

«Не успеем, не успеем, не успеем…»

Мы петляли по коридорам, мимо дверей, мимо камер. Нам никто не встретился, видимо — все были заняты тушением пожара.

В какой-то момент Эрик резко остановился напротив железной двери. Рванул её на себя два раза подряд, делая нечеловеческое усилие и…

Дверь распахнулась.

Внутри были они. Подруги и те, чьих имён я до сих пор не знала. Девушки сидели на полу, сбившись в кучу. На каждой из них было подобие одежды, больше напоминавшей мешок для картошки.

Как только они увидели нас, то вскочили почти одновременно. Пленницы бросились ко мне, спотыкаясь и хватая меня за руки. Кто-то заплакал, кто-то засмеялся…

— Быстрее, быстрее! Задохнёмся же! — подгонял Эрик, пересчитывая девушек. — Вроде все, двенадцать.

Теперь мы бежали по коридору гурьбой. Кашляли, сбивались с ног, но продолжали бежать. Эрик был впереди, готовый в случае чего заслонить меня своим телом.

И вдруг впереди, в проёме, вырос отряд охранников. Они стояли плечом к плечу, перекрывая путь. В их руках я разглядела дубинки и шокеры.

— Стоять! — крикнул один из них. — Бросьте всё и поднимите руки! Медленно.

Эрик замер, закрывая меня собой. В его глазах появился недобрый блеск.

— Не подходите. — ответил он. — Я превращусь и разорву всех.

Но мужчины не отступили, хоть и знали, на что он был способен. Их было больше и по непонятной мне причине они были готовы рисковать.

— Я предупреждаю в последний раз. Сейчас же поднимите руки и…

Но он не успел договорить.

Сзади, из дыма, вылетела тень — огромная, покрытая тёмной шерстью, с горящими глазами. Тень врезалась в отряд сзади, сбивая их с ног. С хрипом упал один из мужчин. У него было разорвано горло.

Это был он. Брат Эрика. Я поняла это сразу.

Должно быть оборудование, державшее его в отключке, вышло из строя. На плечах и груди оборотня торчали катетеры и какие-то трубки. В размере он не уступал волку Эрика, но был чересчур худой и жилистый.

Что было дальше мне разобрать не удалось. Я практически лишилась сознания от нехватки воздуха и слышала только крики, стоны и мерзкие булькающие хрипы.

В какой-то момент я очнулась и увидела, как брат Эрика вырывает кусок плоти из шеи последнего охранника. Эрик добивал ногой кого-то у стены. Он был окровавленный, измождённый, но живой.

Девушки, прятавшиеся за углом, осторожно выбрались из-за укрытия.

— Долго же ты меня искал. — прохрипел оборотень, обращаясь к Эрику.

Мужчина хотел было обнять его, но не смог. Жуткий приступ кашля разодрал его грудь, и он упал на колени.

Сквозь пелену дыма я видела, как оборотень бьёт его по щекам, как Эрик из последних сил поднимается и машет рукой куда-то вперёд. Его брат пошёл ко мне.

Последнее, что мне удалось запомнить — мохнатые лапы, бережно подхватившие меня с земли.

— Храбрая какая… Повезло брату. Потерпи ещё немного.

Свежий воздух ворвался в мои лёгкие. Очередная пощёчина привела меня в чувство окончательно, и я резко поднялась. Перед моими глазами было небо, почерневшее от дыма.

Здание пылало. Огонь вырывался из пары крохотных окон и трещал, словно тысяча падающих деревьев.

— Живая… — выдохнул Эрик, снова закашливаясь.

— Ещё бы не живая. Да она у нас вообще бессмертная. И безмозглая. — сипло проворчала Ева, на коленях которой я лежала. Кристина молча сжимала моё плечо. Она ничего не сказала. Но это было и не нужно.

Я обернулась, всё ещё не до конца осознавая происходящее.

На траве напротив каменного сооружения, охваченного огнём, сидели остальные десять девушек. Их лица были вымазаны чёрным, а на руках вздувались волдыри от ожогов, но несмотря на всё это… Большая часть из них выглядела счастливой.

Брат Эрика перекинулся в человека и лежал теперь, тяжело дыша.

— Как хорошо здесь, наверху… — послышался его спокойный голос.

Эрик опустился на мою грудь, прижался. Я почувствовала, как быстро колотится его сердце.

Выжили. Обманули судьбу. Придётся учиться жить заново. Искать покой…

Но сейчас… Сейчас у нас была минута тишины среди пепла. Награда, плата за которую неизмеримо высока, но… Эта минута была нашей.

Эрик помог мне приподняться и обнял, мягко прижимая к себе, доверчиво положив подбородок мне на плечо. Сжал мою ладонь так, словно боялся, что меня снова у него отнимут.

— Мы справимся. — прошептал он мне на ухо. — Что бы там не случилось дальше. — мужчина обернулся на лежащего на траве оборотня. — Грег…? Ты хоть в курсе какой сейчас год?

Брат Эрика перевёл на него свои глаза и я, наконец, узнала в его лице юношу с фотографии в кладовке.

Такой же нос, такой же лоб, как у Эрика. Только глаза не бирюзовые. Ярко-голубые, как небо.

— Не знаю какой год. Плевать на него. Жить хочется… — ответил он невпопад.

Но я всё поняла. И как же он был прав…

А огонь всё горел, пожирая прошлое и боль. Огонь, принёсший очищение и свободу.

Огонь, который оставил после себя не только пепел, но и надежду…