Я напряжена, но если что-то покажется подозрительным, просто выпрыгну обратно во двор.

Вцепившись в сумку, смотрю на женщину средних лет. Седые волосы уложены в аккуратную прическу, светлые глаза смотрят прямо и спокойно, на губах порхает легкая улыбка. Аристократка? Драконица?

Рядом замечаю девушку в скромном платье, возможно, это компаньонка. Она захлопывает дверцу кареты и я остаюсь с таинственными женщинами, не представляя — мне повезло или я попала в очередной переплет?

— Впервые за сто лет выехали в Тау и пожалуйста, уже безобразия, — произносит женщина и тростью стучит в крышу.

Карета качается, всхрапывают лошади. А я осторожно отодвигаю шторку. Боже, снаружи разыгрывается настоящая битва. Теперь я могу хорошо разглядеть ту тварь.

Кожа того, кто выглядел мальчишкой, потемнела, покрылась трещинами, будто камень под жарким солнцем. Лицо вытянулось, челюсти раздвинулись, обнажив ряды острых, как иглы, зубов. Из спины прорвались костяные выступы — зачатки крыльев.

— Гаргулья, — невозмутимо отмечает незнакомая леди. — Бедняга. Наверняка голодал.

Я оборачиваюсь к ней, не веря своим ушам.

— Бедняга? Он... оно агрессивное!

— А что ему остается? — женщина пожимает плечами. — Драконы подмяли под себя всех магических существ. Гаргульи когда-то были хранителями храмов, благородными созданиями. А теперь? Их изгнали, объявили порождениями тьмы. Вот они и выживают как могут.

Я снова смотрю в окно. Бой жесток. Гаргулья впечатывает каменный кулак в лицо лорда-дракона и я вздрагиваю.

Но наша карета уже отъезжает. Я успеваю увидеть, как Сауберн падает, потом поднимается, крутит шеей. Его лицо успело покрыться чешуей — такую не пробьешь, конечно.

Дракон кидается на гаргулью и хватает ее за горло. Вокруг дерутся какие-то головорезы, трактирщик отбивается металлическим шестом.

— Драконы не церемонятся, — вздыхает женщина. — Убьет беднягу, даже не задумавшись. А ведь это разумное существо. Просто загнанное в угол.

Я отворачиваюсь от окна, постепенно осознавая, в какой сложный мир попала. Страшно подумать, что я неслась в полную ужасов и кошмаров неизвестность.

— Если вы бежали от лорда Сауберна, дитя, то присоединяйтесь к нам, — предлагает леди спокойно.

Похоже, она не знакома с Майей, так как не задает вопросов и ведет себя невозмутимо.

— Я…

Хочу как-то объясниться, но в этот момент ощущаю на лице жжение. Дотрагиваюсь пальцами до щек и понимаю, что маска сползает!

— Эти маски работают не больше трех-четырех дней, — поясняет леди, словно происходит что-то само собой разумеющееся. — Но вы, наверное, в ней спали и маска выдохлась быстрее.

Я хватаюсь за косу — она снова платиновая! В этот момент ощущаю себя загнанным зверем. Наверняка леди Софи все знают в лицо и эти женщины сейчас поднимут шум.

Сердце проваливается, когда я представляю, что все-таки попаду в тот монастырь. Карета уже движется прочь, а я готовлюсь к сопротивлению. Думаю, у меня получится отбиться и выпрыгнуть.

— В империи стало так неспокойно, — внезапно начинает жаловаться женщина, не обращая внимания на мою метаморфозу, словно ничего необычного не произошло. — Драконы развязали войну с магами, потом друг с другом. А я не могу доказать, что после смерти мужа имею все права на наше с ним поместье.

Я моргаю, не понимая. Она... не узнала леди Софи?

Между тем женщина разглядывает меня с любопытством, но без тени подозрения.

— Вы очень бледны, дитя. Сауберн плохо обращался с вами?

Судорожно киваю, не зная, что сказать.

— Я очень далека от жизни клана, — она опирается на трость обеими руками. — Но вы похожи на жену Сауберна, которую, кажется, приговорили то ли к казни, то ли к смерти в монастыре. Наверное, бедняжка уже погибла, а этот мерзавец нашел похожую.

Предположение леди немного странное, но… вполне реалистичное для этого жестокого мира.

— Меня зовут Эвелина Хотронг, — представляется она. — Можете звать меня леди Эви. Это Мирра, моя компаньонка.

Девушка молча кивает мне. На ее губах застыла теплая улыбка, но глаза внимательные, оценивающие.

— Я... — начинаю и запинаюсь.

Назваться Майей? Нет! А Светлана слишком странное имя для этого мира.

— Света, — выпаливаю все-таки. — Меня зовут Света.

— Света, — повторяет Эвелина задумчиво. — Необычное имя. Вы из северных земель?

Я киваю, хватаясь за предложенную версию.

— Да. Из... очень далеких мест.

Эвелина улыбается.

— Что ж, Света из далеких мест, вы бежали от дракона. Это уже хорошо вас характеризует. — она постукивает тростью по полу кареты. — Куда направлялись?

— В никуда, — откровенно отвечаю.

Эвелина прищуривается.

— Родственников у вас нет, верно? — спрашивает она мягко.

Я опускаю глаза. Молчу.

— Так и думала, — вздыхает она. — Что ж, Света, у меня для вас предложение. Я еду в свое поместье. Мне дали еще несколько лет, пока лже-наследничек… этот графчик… снова попытается претендовать на мое имущество. Место у нас тихое, мирное. Немного заброшенное. — Она наклоняется ближе. — Мне нужна служанка. Если справитесь в первое время, станете экономкой.

Положение необычное. Я всю жизнь была женой и матерью, но сейчас готова на все, только бы спастись.

— Взамен я дам вам крышу над головой, еду и безопасность.

Я сжимаю сумку. В ней все мое имущество, подаренное Майей. Деньги, теплые вещи, кинжал. Мне казалось, что этого достаточно для путешествия, но реальность отрезвляет. Я просто не выживу среди хищных драконов и магических существ.

— Я согласна, — говорю тихо. — Буду вашей служанкой.

Эвелина улыбается.

— Разумное решение, дитя. — Она откидывается на спинку сиденья. — Добро пожаловать в поместье Хотронг.

Мирра молча протягивает мне фляжку с водой и кусок пирога. Я благодарно киваю и начинаю есть — только сейчас понимаю, как голодна.

За окном мелькают деревья, поля, деревушки. Карета увозит меня все дальше от владений Сауберна.

Нас трясет на ухабах. Я прислоняюсь к спинке, закрываю глаза.

Впереди долгий путь. Новая жизнь. Новое имя.

Проходит несколько часов. Солнце клонится к закату, окрашивая небо в оранжевые и розовые тона. Мирра дремлет в углу кареты, Эвелина читает книгу.

Я смотрю в окно, пытаясь успокоить мысли. Деревья за окном сменяются полями. Чем дальше мы едем, тем безлюднее становится дорога.

Вдруг карета вздрагивает, слышится ругань кучера, а по крыше что-то бьет… крыльями?!

— Что это?! — вскрикиваю я.

Эвелина поднимает голову от книги, хмурится.

— Кучер, что там? — стучит она тростью в крышу.

Испуганно ржут лошади. Карета снова качается, еще сильнее. Кренится на бок, но лошади несут вперед. До нас доносится скрежет когтей по дереву. А потом в окно заглядывают.

Мы видим каменное лицо. Искаженное. С горящими красными глазами и рядами острых зубов.

Гаргулья.

Это тот самый мальчишка! Только теперь его лицо окончательно превратилось в чудовищную маску.

— Спокойно, — Эвелина поднимает руку. — Не двигайся.

Гаргулья шипит. И просто... смотрит.

— Ты сбежал от дракона, — говорит леди Эвелина тихо. — Молодец. Умный мальчик.

Гаргулья снова шипит, но не нападает. В красных глазах мелькают человеческие чувства. Страх? Боль?

— Ты ранен? — продолжает Эвелина, разглядывая его.

Указывает на грудь существа, где в каменной коже пролегла глубокая трещина, из которой сочится бурая кровь.

— Ты не выживешь, — говорит Эвелина мягко. — Если не получишь помощь. Магическую помощь.

Гаргулья смотрит на нее долгим, мученическим взглядом.

— У меня в поместье ты найдешь помощь, — предлагает женщина. — Но не раскачивай карету, ляг на крышу. Не пугай моих спутниц. Идет?

Гаргулья медленно кивает. Потом подпрыгивает и мы слышим, как существо возится наверху.

— Продолжаем путь! — кричит леди Эвелина кучеру.

Рэй

Рэй сидит на постели в спальне, а лекарь бинтует ему грудь, пропитанными какой-то дрянью. Но яд гаргульи опасен для драконов и замедляет регенерацию. Видимо, поэтому раны от когтей все еще не зажили.

— Бесы…

Добавив еще пару крепких слов, Рэй морщится. Эта невозможная женщина отвлекла его. Вместо того, чтобы сконцентрироваться на драке, он пытался понять, куда она побежала.

Бесово невезение. Где искать ее сейчас?

— Маги и созданные ими твари слишком осмелели, милорд, — произносит лекарь недовольно и отступает от дракона на шаг.

Рэй поднимает на него глаза и мрачно смотрит.

— Кларенсы тайно поддерживают их. Можете идти, Нэст.

Поклонившись, лекарь покидает покои лорда Сауберна, и тот уже решает завалиться спать.

Голова гудит, а мысли в голове бродят самые безрадостные. Но в этот момент его покой нарушает сестра.

Розанна врывается бесцеремонно, ее глаза сияют торжеством.

— Я же говорила, что Майе нельзя верить. Оклеветала Ровенну и сбежала. Взяла твоего коня!

— Знаю, — кидает Рэй.

Сестра вздрагивает и как будто только сейчас замечает, что брат полураздет, а его торс перебинтован.

— Что случилось?

— Наткнулся на гаргулью.

Сестра удивленно приподнимает бровь. В нормальной ситуации дракон не должен был пострадать от магической твари, но ситуация не была нормальной.

— Ты вернешь Ровенну в отбор? — переводит она тему разговора. — Это ведь решено? Я скажу ей, чтобы не уезжала.

— Я отошлю ее сегодня, — отвечает Рэй мрачно. — И не изменю решения.

— Но девушки, которые остались, не подходят в пару дракону! — голос сестры срывается на высокие ноты, что не характерно для нее. — Боги не выберут ни одну из них. Ты сам это понимаешь, Рэй.

— Откуда тебе знать? — Рэй зло скалится. — Они же выбрали Софи. Мой дракон захотел ее и появилась метка.

— Метка была поддельной…

Розанна краснеет и запинается.

— Ты сама веришь в собственную ложь, сестра. А сейчас выйди, я собираюсь спать.

Рэй говорит грубо, не церемонясь. Пусть сестра вспомнит, что всего лишь гостья, которую он может вытурить в любой момент.

Сестра поджимает губы, но затем усмехается.

— Ровенна провела ночь в твоей постели, Рэй. Есть свидетели.

Он тяжело поднимается на ноги и смотрит на сестру сверху вниз.

— Свидетели чего, позора? Ты проиграла, Ровенна завтра же отправится к своему отцу.

Сестра не отвечает, покорно кивает и направляется к выходу. Эту партию она проиграла, но без сомнений продолжит подсовывать ему свою кандидатку.

Рэй провожает взглядом ее спину. Дверь хлопает и он проводит пятерней по волосам.

Ровенна забралась в его постель, но узнал он об этом от своего камердинера, когда вернулся. Вернулся без добычи, которая улизнула в неизвестном направлении.

Рэй подходит к окну, спать не хочется, сестра перебила ему сон. Мрачно рассматривает парк за цветным витражным стеклом — он кажется алым.

А мысли о жене пропитаны ядом. Рэй простил бы ей все.

Почти все. Предательство — нет.

Он отдал бы многое, чтобы ее измена оказалась ложью, но он получил доказательства, в которых не приходится сомневаться.

Закрыв глаза, Рэй представляет жену проезжающей на кляче через город. Ее же, лежащей на каменном полу монастыря. Без волос. Без языка.

Размахнувшись, он ударяет прямо в сердцевину алого стекла. Осколки разлетаются с резким звуком, а Рэй поводит шеей. Его глаза вспыхивают желтым страшным огнем.

И в этот миг снаружи раздаются вопли. В дверь барабанят. Сестра кричит, разрываясь от злости:

— Она сбежала! Бледная тварь сбежала! Рэй, твоя бывшая жена растворилась, как будто ее и не было! Недошитое рубище осталось валяться на полу!

— Лорд Сауберн, бывшая леди Сауберн исчезла без следа, — вторит Розанне голос начальника стражи.

Рэй отряхивает руку, с которой стекает кровь. Яд гаргульи действительно замедлил регенерацию, но это временное явление. Правильно подобранные зелья всегда помогали и ему, и его людям.

Он идет на крики и распахивает двери.