Рэй

Двое его солдат незаметно ловят Кассандру, ее находят именно в том месте, которое указал Дрейк. Остальное дело техники: затащить ее в карету, отвезти на старый заброшенный рудник и подсунуть под нос болотный мертвяк.

Главное, чтобы люди и стража в городе не переполошились. Но на удивление никто не обращает внимания на небольшую суету у старого рынка — мало ли, развязная девица ушла с солдатами, поманившими ее парой медяков.

Софи и Дрейк стоят в стороне. Бывшая жена обняла сына за плечи, ушла в мысли, до которых Рэй никогда не дотянется.

Она отказалась открыться перед зеркалами, затворила душу.

Неужели Софи настолько все равно?

Тогда, на отборе, у него был шанс узнать правду через зеркальный зал, но Рэй Сауберн — сильнейший дракон — испугался этой правды. И сейчас пожинает плоды собственной глупости, разрываясь от душевной боли, что распиливает его по живому.

Кажется, и сына он потерял. И плевать Дрейку на его статус, на богатство и власть. Он клятву дал матери, что будет защищать ее.

Человек Рэя уводит Софи и Дрейка в ближайший трактир, там они смогут переждать в чистой отдельной комнате. А служанку-перевертыша связывают в карете.

Весна заявляет свои права на мир, слабыми еще солнечными лучами плавит снег. Копыта лошадей месят грязь, а сидящий на козлах Рэй видит вдалеке силуэты разрушенных построек при руднике.

— Тпруу! — они подъезжают к самому входу деревянного здания.

Рэй равнодушно смотрит, как служанку вытаскивают из кареты. Она дергается, но вяло, словно ей все равно. Знает, что Рэй не станет убивать — перевертыша он может использовать и в собственных целях.

Ее заводят в постройку и сажают на старую бочку. Кассандра вздергивает подбородок, глядит прямо в лицо дракону. Бесстрашная, да?

Рэй качает головой, поражаясь наглости этого редкого существа, и негромко произносит:

— Я Рэй Сауберн. Моя мать была химерой из рода Хотронг. Твои родичи повиновались нам взамен на защиту. И я снова требую повиновения по праву крови. Я снова предлагаю покровительство, но если предашь, урою.

Кассандра вздрагивает, кривит губы.

— Я чую твою кровь, — шипит, показывая острые зубы, а потом вдруг преображается в Софи.

Усмехнувшись, призывно поднимает юбку, встряхивает платиновыми волосами, перекидывает ногу на ногу и издает томный стон.

Тварь развлекается.

Рэй кивает солдату и тот достает клубни, что передал им Дрейк.

Кассандра морщится, но клубни свое дело делают. Вонь нестерпимая от них, но мужчины закрывают носы рукавами, а перевертыш корчится, пока не приобретает характерные для них черты.

— А теперь рассказывай, красавица, — хищно улыбается Рэй.

Перевертыш смеется в ответ.

— Тебе не понравится правда, дракон. Точно хочешь узнать, каким идиотом был?

— Это уже не твоя проблема.

Рассказ Кассандры словно сдувает пелену с глаз. Все встает на свои места, открывая жестокую правду.

Не его предали, он предал. Потерял самое дорогое.

Но какого беса сейчас сердце вблизи Софи бьется совсем иначе? Почему он откликается на нее не так, как тогда?

В их прошлом браке правили драконьи инстинкты, заточенные на истинность. А сейчас Рэй сам заглядывается на бывшую жену.

— Спрячьте перевертыша, накормите. И чтобы волос не упал с ее головы, — приказывает он.

Ему нужно на свежий воздух. Запах мертвяка туманит разум, грудь горит огнем.

Вывалившись на порог, он глубоко дышит, выходит во двор и упирается лбом в шершавый ствол дерева. Рычит сквозь стиснутые зубы.

“Я изображала твою жену в той смешной сцене, когда Таверн делал вид, что трахается”, — звучит в ушах хрипловатый голос Кассандры.

“Я знала все ее привычки, все повадки. Украсть нижнее белье и подвязки было проще простого. А ты решил, что проклятие снова сработало, поверил ядовитой иллюзии, да, дракон”?

“Леди Розанна всегда служила величайшему из драконов — императору”.

Рэй сжимает кулаки и даже не замечает, как выпускает когти. Они впиваются в ладони, руки трансформируются, слышится хруст костей, затем следует ледяное касание чешуи.

На языке привкус крови и пепла.

Мозаика сложилась, а он убедился, что был прав.

Император. Вот кто стоял за всеми интригами и несчастьями, как Саубернов, так и Кларенсов.

Таверн когда-то занимал пост советника императора. Но по словам перевертыша и сама Розанна была завербована императором. Она вредила обоим кланам, воспользовавшись старой историей с беловолосыми истинными и проклятиями.

По всей видимости, перевертыши — а их осталось примерно еще трое — активно участвовали во всех представлениях с изменами истинных.

Знали ли Кларенсы об этом? Скорее всего, нет.

Рэй отрывается от дерева и смотрит в небо.

Розанна испачкалась в дерьме намного больше, чем он предполагал.

А сейчас он впутывает Софи в опасный проект. Тем не менее оставлять ее в Хотронге еще опаснее. Они с Дрейком должны поехать вместе с ним на эту проклятую свадьбу Шарпа Кларенса.

Почему враг пригласил Владыку Саубернов и его бывшую жену? Ответ на этот вопрос ясен как белый день. Император приказал.

Рэй давно собирает сведения и до него долетела пара слухов. Иногда балы и флирт с придворными красотками приносят свои плоды.

Свадьба прекрасный повод покончить с двумя сильными кланами одним махом. И Рэй не сомневается — свадьба будет кровавой.

Пригласили всех, а вот покинут праздничный зал немногие.

Но Рэй все переиграет. Его клан устоит, а предатели заплатят.

Ключ — Розанна. Его сумасбродная сестра действительно влюбилась во врага, она ревнует и способна на глупости. Подтверждение — ее битва с Шарпом, представленная как защита клана, но на самом деле разборка двух любовников.

В этом Рэй не сомневался с самого начала, но казнив ее, он бы растерял все нити.

Приходилось выжидать.

— Отправляйтесь в город и отвезите мисс Свету и ее сына в особняк Хотронг, — велит он подошедшему солдату.

Тот кивает, а Рэй надевает маску, которую все это время держал в кармане. Нога ноет, но артефакт тут же выпрямляет его кости, залечивает старые ноющие шрамы.

Не хотел он использовать его, не хотел принимать химерью сущность. Но император не оставил ему выбора. Жизнь решила иначе.

Рэй оборачивается мощным черным драконом со змеиным хвостом. Сейчас он цельный и намного более мощный.

Крылья расправляются, огонь проносится по венам. Сердце загорается, опаленное ненавистью к врагам.

Метки нет, истинности нет, но Рэй Сауберн готов отдать жизнь за свою женщину. За своего сына.

Слишком поздно, возможно? Но подобные жертвы всегда своевременны. Наверное, Софи заживет без него хорошо, вольготно.

На общее счастье Рэй уже не надеется. Не после того, что узнал.

Но пока он жив, она от него не сбежит. Пока он жив, его одержимая любовь не оставит ее в покое.

Сегодня же вечером он переговорит с Софи и откроет ей свой план. Ей придется пересмотреть договор.

Особняк встречает привычным полумраком и успокаивающей прохладой. Мария принимает его плащ и он коротко интересуется, вернулись ли Софи с Дрейком.

— Да, только что. Мисс Света отвела сына мыть руки. Причитала, что он какую-то гадость таскал с болот и руки надо помыть обязательно, — отчитывается камеристка его тетки.

— Хорошо.

Он направляется в кабинет, а там его ждет Розанна. Развалившись в кресле, она рассматривает свои красные ногти и поднимает глаза на звук хлопнувшей двери.

— Братец, тебе не надоело бегать за этой потаскухой?

— Я могу вырвать тебе язык, Розанна. Так сойдет? — бросает Сауберн и проходит к столу.

Он завален тетрадями и травниками, книгами по земледелию, записями на отдельных листах. Особое место занимает толстая энциклопедия народной медицины.

Странно это все. Его жена никогда не интересовалась науками, могла лишь вышивать и играть на арфе, как и подобало дочери знатного рода.

— Снова она тебя околдовала, братец, — Розанна вздыхает. — А всего-то стоило поспрашивать в городке. Я поинтересовалась, мне рассказали, что твоя бывшая истинная крутит с местным аптекарем. Он мужчина видный, женатый, правда, но нашу Софи такие мелочи не останавливают.

Рэй скалится, садится в кресло.

— Ты подготовила наряд для праздника Шарпа Кларенса, Розанна? Болтают, что платье невесты шил императорский портной.

Лицо сестры искажает ненавистью.

— Я приличная драконица и не хочу затмить невесту, — отвечает она с циничным смешком.

А Рэй смотрит на нее и прикидывает, как она собралась устранять соперницу. Именно это ему придется выяснить в ближайшее время.

— Из особняка Кларенса прибыла модистка. Я вызвал, чтобы сшила тебе платья, сестра. Думаю, она в курсе всех подробностей о невесте и готовящейся свадьбе, — роняет Рэй равнодушно и листает энциклопедию.

Розанна вытягивается в кресле, заглотив наживку.

***

Я с тревогой вглядываюсь в глаза сына. Мне страшно, что он получил травму, узнав, кто его настоящий отец.

— Ты говорила, отец умер,— еле слышно произносит Дрейк, пока я поливаю ему на руки.

Мы стоим перед глиняным умывальником, в зеркале отражается мое бледное лицо.

— Мне пришлось так сказать, Дрейк, — отвечаю я. — Мы с Владыкой расстались не по моей воле.

— Тебя оклеветали?

— Да.

Меньше всего я хочу обсуждать прошлое с ребенком, но когда-нибудь Дрейк все равно узнает подробности.

— Эта леди Розанна что-то замышляет, — Дрейк поднимает на меня глаза. — Но мы уедем, да? Владыка покажет мне, как фехтовать и драться, и мы потом уедем. Я тебя защищу.

Я вздыхаю, улыбаюсь сыну. Все-таки он не разобрался в нашей с Рэем перепалке, и это замечательно.

— Будем действовать по обстоятельствам, — говорю и отставляю кувшин.

Дрейк вытирает руки полотенцем и я провожаю его в комнату.

— Арчи за дверью. И никого кроме него не впускай.

Я знаю, что Сауберн ждет меня, а ноги не несут. Сердце все еще трепыхается. Как ни крути, мне выгодно сотрудничать с бывшим мужем. Наши враги слишком сильны и коварны, мы с Дрейком в одиночку пропадем.

Придется временно объединиться, чтобы спастись. Чтобы выжить.

Дрейк уснул почти сразу, едва коснувшись головой подушки. Видимо, приключения с болотным мертвяком знатно его утомили.

Я поправляю одеяло на плечах сына, любуюсь тем, как мирно он выглядит во сне.

Мой маленький дракон.

Целую его в лоб и тихо выхожу из комнаты, прикрывая дверь.

Арчи расположился в кресле с книгой. Рядом с ним стоит Мария.

— Мисс Света, лорд Сауберн просил передать, что ждет вас в кабинете, — сообщает она.

— Спасибо, — выдавливаю я и направляюсь по коридору, стараясь не показывать волнения. Что за изменения он хочет внести в договор?

Останавливаюсь перед дверью кабинета, глубоко вдыхаю и стучу костяшками пальцев по темному дереву.

— Войди, — доносится глухой голос.

Толкаю дверь и замираю на пороге.

Рэй ходит по комнате, сильно хромая — от окна к камину, от камина к столу. Руки сцеплены за спиной, плечи напряжены под черной рубашкой. Когда я вхожу, он останавливается как вкопанный. Медленно разворачивается ко мне.

Наши взгляды встречаются и воздух в кабинете словно сгущается. Его синий взгляд пронзает меня. Пристально, жадно изучает каждую черту моего лица.

А я жду. Молчу. Напряжение между нами растекается ядовитой патокой.

— Садись, — наконец произносит Рэй хрипло и подвигает к камину кресло.

Прохожу через комнату, ощущая его взгляд на себе — тяжелый и обжигающий. Опускаюсь в кресло. Спина прямая, руки на подлокотниках.

Рэй остается стоять, но я вижу, как неестественно вывернута его нога. Свет из камина играет на его лице, отбрасывая резкие тени.

— Что ты хотел мне предложить? — спрашиваю ровно.

Он молчит. Сжимает челюсти так сильно, что проступают желваки.

Затем подходит ближе и тяжело опускается во второе кресло, стоящее напротив.

— Как и говорил, я хочу изменить наш договор, — роняет он.

— Мы же условились. Я лечу тебя, ты не вмешиваешься в мою жизнь и не претендуешь на Дрейка.

Я замечаю, что его кисть вспорота, раны зажили плохо, оставив выпуклые, будто вспученные рубцы.

Что это такое? Откуда новые ранения?

— Ты получила мою силу, Софи. Магию химер. Сейчас мы связаны.

Я вскидываю подбородок, в груди скапливается досада. Это похоже на какой-то дурной сон, в котором я бегаю по кругу и всегда возвращаюсь к порогу одного и того же дома.

— Теперь мы дополняем друг друга, Софи. Твоя сила может помочь одолеть врагов. Защитить Дрейка.

При упоминании сына я вздрагиваю, но уже слушаю Рэя внимательнее. Видимо, от компромисса не уйти и с этим придется как-то смириться.

— Ты же сама вписала в договор пункт, по которому за его нарушение тебе не грозит наказание. Так что можешь обойти изначальные пункты и не бояться отката.

Я ощущаю, как по спине ползет холодок. Хитрый змей, заметил.

— К чему ты клонишь? — чуть наклоняюсь вперед. Всматриваюсь в его скульптурное лицо.

— Мы снова поженимся, Софи, — произносит он низко, глядя мне прямо в глаза.

— Что?!

— Но, — продолжает он, и его голос садится, становится хриплым, — я не стану настаивать на настоящем браке. Но брачный союз нам необходим сейчас. А потом, если ты захочешь... — Он замолкает, на миг опускает взгляд. — Я отпущу тебя.

Последние слова звучат так, словно их вырвали из него клещами.

Я смотрю на Сауберна, на напряженную линию его плеч и шеи. И не верю ни единому слову.

— Ты не отпустишь, — говорю тихо, но твердо.

Его взгляд возвращается ко мне — острый, полный огня. Он мрачнеет и не возражает.

— Послушай, — начинает Рэй, голос срывается на рык. — Статус моей жены даст тебе неприкосновенность. Шарп не тронет тебя. Никто не тронет. И это нужно для Дрейка. Тебя устраивает, что он считается моим бастардам, поскольку родился после разрыва?

Я вдавливаю пальцы в подлокотники.

— А что с запертой силой? — бросаю ему. — Почему бы тебе не выпустить ее из подвала?

Рэй задумывается, откидывается в кресле.

— Она опасна без проводника, — произносит медленно, словно взвешивая каждое слово. — Именно поэтому мы с дядей заперли силу. Если ее выпустить бесконтрольно, проснутся существа, которые когда-то населяли эту землю. Ужасающие. Древние. Чтобы магия работала правильно, нужен проводник. Раньше таким проводником был я.

Мы смотрим друг другу в глаза и, черт побери, его взгляд притягивает своей синевой, своей магнетической глубиной. Эти ящеры умеют привлекать женщин.

— Но потом я отказался от наследия предков. Окончательно. Меня... — Он запинается, сжимает челюсть. — Меня вынудили отказаться.

— Кто? — спрашиваю я, хотя догадываюсь.

— Клан. Семья.

— И что изменилось?

Рэй смотрит на меня — долго, пристально.

— Теперь проводников трое, — произносит он. — Я. Ты. И Дрейк. Ты сможешь возродить земли, Софи. А я смогу отомстить Розанне и остальным врагам. — Он замолкает, его взгляд скользит по моему лицу. — Не все планы я готов открыть тебе. Это просто опасно. Но поверь...

Он приподнимает темную бровь.

— Дрейку будет лучше остаться на земле его дедов. В новых условиях он обретет гармонию. Станет сильным драконом с химерьей кровью. Он не будет стыдиться себя. — Голос Рэя звучит убедительно, обволакивающе. — Он будет хозяином этих земель.

Боже, а ведь Рэй прав. Хотя… эти земли часть империи. Неужели мой бывший дракон задумал новую войнушку?

— Что скажешь, Софи?

Тишина повисает между нами, тяжелая и густая.

Огонь в камине потрескивает, отбрасывая танцующие тени на стены.

Я сжимаю руки в кулаки, чувствуя страх и сомнения.

— Ты все еще не рассказал о моей роли на свадьбе Шарпа, — говорю я. — И... почему не обработал раны на руке?

Мне нужно еще немного времени, чтобы переварить все, что сообщил Рэй. И врач во мне буквально страдает, глядя на это безобразие с необработанными воспаленными рубцами.