Внутри строительный вагончик был абсолютно «слепым», ни одного окна.

Снаружи это была самая обычная железная бытовка, только с кодовым замком на двери да бензогенератором, мерно тарахтящим у колеса. Внутри глухие стены могли бы давить на психику, если бы не одна деталь.

Прямо над рабочим столом Руслана красовалось окно. Фальшивое. Оборотень прилепил на стену фотонаклейку с пейзажем какого-то горного озерца, но подошёл к делу с душой. Он окантовал картинку пластиком так, что напоминало оно окно в купе поезда, даже повесил по бокам настоящие занавески.

Василиса осмотрела этот «перформанс», но ничего не сказала.

— Ну что, всё осмотрела? — спросил я. — Можно считать, что проверку по линии МВД мы прошли? Теперь давай, колись про свой суперкар.

Она пожала плечами:

— А нечего тут рассказывать. Просто так совпало.

— Что совпало? — переспросил я, потому что в случайные совпадения давно не верил.

— Ну, смотри. В день, когда ты отправил Наума в Навь, приказ о моём назначении участковым уже был подписан. А за счёт той партии изъятой водки у меня резко подскочили показатели. Потом пришло заключение экспертизы, водка-то оказалась отличной, хоть и безакцизной. Лежала она на складе вещдоков, лежала, а тут у начальника РОВД как раз юбилей случился.

— И они её утилизировали? — усмехнулся я.

— Ага, — кивнула Василиса. — И на радостях начальник вместо старой развалюхи выделил мне новенькую «Ниву». Так прямо и сказал: «Новому участковому — новый автомобиль». Я ж говорю, везение.

— Не иначе нашего Мегалита проделки, — задумчиво сказал я. — Ладно. Руслан, ты остаёшься?

— Да, конечно, — отозвался оборотень, не отрываясь от таблиц смет в ноутбуке. — Меня теперь даже по графику выводить не надо. Хотя… — он посмотрел на меня, — если завтра к полудню не появлюсь, значит, ключ твой не работает. Придётся вам меня выручать.

За спиной щёлкнул замок. Мы вышли из вагончика, возвращаясь в Явь.

— Представляешь, Руслан-то каким ответственным стал, — задумчиво произнёс я.

— Да уж, — Василиса на ходу согласно кивнула. — По тому, какой ты человек, никогда нельзя сделать вывод, какой из тебя выйдет двоедушник.

— Вот-вот. Раньше он не мог нести ответственность даже за себя, не то что за других. А стоило примерить на себя роль драконьей няньки…

— Пока что только наседки, — с лёгкой усмешкой уточнила она.

— Ой, я тебя умоляю. Когда вылупится дракон, он из наседки мигом превратится в квочку. Я сейчас без всякой издёвки говорю. Он действительно отлично справляется.

Машина Руслана так и осталась стоять в полумраке Куба. Я выкатил свой УАЗик на улицу, бросил контрольный взгляд внутрь помещения, убедился, что второй комплект ключей от замка по-прежнему спокойно висел на гвоздике. С тяжёлым лязгом запер ворота и сел в свою машину.

Двинулись колонной. Василиса на служебной «Ниве» впереди, я следом. Её машину нужно было отогнать к дому бабки, у которой Василиса всё ещё снимала комнату. Оставив «Ниву» у старого забора, Василиса перебралась на пассажирское сиденье моего УАЗа, по-хозяйски хлопнула дверью, и мы покатились ко мне домой.

Ехать приходилось медленно, то и дело лавируя между громоздкой строительной техникой, которая копошилась на колдухинских улицах. Наш посёлок неожиданно попал под какую-то там федеральную программу благоустройства, что-то там про «комфортную среду». Власти Краснодарского края клятвенно обещали в кратчайшие сроки заменить покрытие абсолютно везде, включая съезды к садам и дорогу на кладбище.

Сдаётся мне, без влияния Мегалита и здесь не обошлось. Прежний асфальт, уложенный ещё в эпоху развитого социализма, за минувшие десятилетия превратился в истёртые, плешивые лохмотья. По большей части, дорога представляла собой полосу препятствий, где глубокие дыры чередовались с россыпями щебня. И держалось всё это дорожное полотно вместе исключительно за счёт вековой грязи, с которой давно и намертво перемешалось.

Приезжих дорожников определили в общежитие вместе с заводчанами.

Все вместе они заполнили здание под завязку, да так, что койко-мест хватило далеко не всем.

И что поразительно, огромная, разношёрстная толпа суровых мужчин вела себя мирно. По крайней мере, поразительно для всех остальных, мы-то с Василисой прекрасно понимали истинную причину. По вечерам работяги гоняли мяч, играя во дворе общаги в подобие футбола, резались в карты, пели песни под гитару, а если и пили, то делали это тихо, без последствий и незаметно для бабы Нины.

Павел Семёнович расхаживал гоголем. Он искренне гордился тем, что якобы своей железной рукой задавил алкоголизм в посёлке, а заодно и тем, что посёлок на глазах переживает второе рождение.

Тем же, кому не досталось комнат, пришлось импровизировать, например, паре армянских бригад. Тут подсуетился Гайк. С моего согласия он оперативно превратил парочку пустующих домов в подобие хостела. Самого слова он, конечно, не знал, но бизнес-схему провернул чётко. Он сдал дорожникам вычищенные от грязи, но ещё не отремонтированные дома, снабдив постояльцев старыми панцирными кроватями неизвестного происхождения.

…

У меня дома, без суетливого Руслана, было пусто и тихо, даже как-то тоскливо.

— Слушай, может, мы и тебе дом подберём? — спросил я просто для того, чтобы хоть чем-то заполнить эту тишину. — Выбирай любой из свободных, организуем.

— Мне и так положено служебное жильё, — пожала плечами Василиса.

— Это ты про комнату у бабки? Или дадут что-то нормальное?

— А не всё ли равно, в хоромах жить или в землянке? — спросила она, посмотрев на меня. — Ты же и сам, считай, в общежитии живёшь.

— Переводя стрелки на меня, ты свой квартирный вопрос не решишь, — усмехнулся я.

— Да не жильё меня беспокоит, Вадим, — стала вдруг серьёзной Василиса. — Меня напрягает это подозрительное затишье.

— Ты ведь сейчас не про Колдухин, верно?

— Нет, конечно. Я про Мост, — она замолчала, словно что-то обдумывая. — За полтора месяца у нас всего одна группа залётных бесов, девять голов. И всё. Ты же и сам понимаешь, что такое затишье бывает перед бурей?

— Может, у тварей Нави есть своя цикличность в поведении? Сезонность какая-нибудь? — предположил я.

— Может, и так. Но я лучше останусь живым скептиком, чем мёртвым оптимистом.

— Тут не поспоришь, — я развёл руками.

Разговор немного застопорился. Оставив тему Моста висеть в воздухе, я отправил курицу запекаться в духовку, закинул вариться пасту и занялся соусом. Кухня быстро наполнилась ароматом.

На оливковом масле зашипел рубленый чеснок, к нему на сковороду я добавил молодой шпинат и щавель, следом налил сливки… А завершил картину натёртый твёрдый сыр, медленно плавящийся в этой зелёно-сливочной массе.

Василиса молча наблюдала за моими кулинарными манёврами.

— Расскажешь про свой навык артефактора? — прервала она тишину.

— Да я вроде бы всё уже рассказал, — я убавил огонь под соусом. — Это вообще не моя заслуга, скорее эдакий «подарок» от Мегалита. Мне нужно было только раздобыть чёткие инструкции. В книгах Юрия, например, описаны в основном всякие неаппетитные чернокнижные ритуалы. Жертвоприношения мертвякам ради удачи, призыв беса, который тебе будет якобы служить, проклятия человека на болезни или на разрушение брака…

— Чтобы разрушить свой брак, никакой ритуал не нужен, — фыркнула Василиса. — Всё, что ты перечислил, конечно, та ещё мерзость. Но при чём тут артефакты?

— Притом, что когда Юрия забрали, я эти записи пролистал и отложил от греха подальше. А недавно сел перечитывать. И заметил, что среди всей этой хтони есть страницы с рисунками. Причём только теперь прямо под ними проступил текст на старославянском, которого раньше точно не было. По одному такому я и сделал ключ. Там есть и другие: путеводный клубок, который путь указывает, или, например, особый травяной шар, отгоняющий злых тварей.

— Нам бы такой шар, да размером с дом. Чтобы на весь Колдухин хватило, — прокомментировала она.

— Вот-вот. Но проблема в том, что из двенадцати картинок текст открылся только под четырьмя. И на этом всё, тупик. Мне, считай, нужны новые инструкции, гримуары, магические энциклопедии и всё в таком роде. А вот где их взять, вообще не представляю.

— Да всё очень даже понятно, — отозвалась Василиса, наблюдая, как я раскладываю пасту по тарелкам. — Их нужно найти и купить на чёрном рынке. Тут только два вопроса: первый, действительно ли тебе нужно в это ввязываться? И второй, как выйти на подпольных торговцев. Денис нам тут точно не подскажет. Разве что ты у Бобра спросишь.

— Оборотень свои источники просто так не сдаст, — покачал головой я, ставя перед ней тарелку с ужином. — Теоретически, помочь мог бы Василиск, но надо помнить, что он далеко, а по телефону он тоже вряд ли выдаст такую информацию. Да и, честно говоря… пожалуй, не стоит. Зачем раскачивать лодку, если всё и так идёт хорошо?

— Ты имеешь в виду наш Колдухин? — она подцепила вилкой немного макарон с соусом, снимая пробу.

— Да. Жизнь-то реально налаживается, — я сел напротив. — Вот-вот вылупится дракон, мы его выкормим, вырастим, он нам надёжно прикроет Мост. В посёлке появились люди, нормальная работа, пункт выдачи заказов, скоро вон «Пятёрочка» откроется… даже асфальт новый стелют! На кой-ляд нам сдались эти артефакты? Это я уж так, появились новые возможности, руки зачесались попробовать, поиграться, но я больше так, рассуждаю. Ну, допустим, создал я ключ для удобства. А другие «игрушки» нам для чего? Свет-зеркальце? Да сейчас любой современный смартфон с этим справляется лучше, был бы интернет. Скатерть-самобранка? Так, мы вроде и не голодаем, в магазине всё есть. Вот и выходит, что нам разве что меч-кладенец пригодился бы, да и то сомнительно.

— Для кладенца нужен богатырь, а мы и тем оружием, что есть, неплохо справляемся, — подхватила мою мысль Василиса. — Слушай, ну, если тебе действительно важно моё мнение…

— Важно, — перебил её я.

— Так вот, я бы на твоём месте не стала плодить артефакты без крайней нужды, — она отложила вилку и посмотрела мне прямо в глаза. — Не забывай, стоит хоть одной такой игрушке попасть в руки простых людей, и Инквизиция нас с тобой по головке не погладит. Они ведь не просто так изымают всё магическое, до чего могут дотянуться.

— Ну, давай тогда на этом и остановимся, — кивнул я, принимая её доводы. — Чисто теоретически, конечно, подпольные артефакторы зарабатывают кучу денег, создавая приворотные яблоки, амулеты везения и на финансовый успех. Но это аморально, противозаконно, да и, откровенно говоря, с деньгами у меня сейчас проблем нет. В общем, буду просто наблюдать, какие ещё страницы откроет мне колдовская книга Юры, но в эксперименты без веской причины лезть не буду.

Паста с курицей да под густым зелёным соусом пошла на ура. После ужина я отвёз Василису домой, на повторный вопрос о собственном жилье она так ничего определённого не ответила.

Размышляя об этом, я вернулся домой, принял душ и направился в спальню. Но стоило только коснуться подушки и провалиться в сон, как тишину нарушил ужасный грохот. Дверь дома сотрясалась от яростных ударов, следом послышались панические крики.

Сон сняло как рукой. Я вскочил и кинулся в прихожую. Дверь была заперта на замок, днём я, как и большинство местных, запросто оставлял её открытой. Однако на ночь предпочитал закрываться на ключ, который так и торчал в замке с внутренней стороны. В дверь барабанил и дурниной орал Руслан. То есть, это были и били свои.

Я немедленно открыл.

— Что стряслось? Ты чего здесь орёшь? Ты же хотел на всю ночь остаться с яйцом, — недоумевая, спросил я.

Руслан стоял на крыльце, хватая ртом воздух, пытаясь отдышаться, как будто пробежал марафон. Глаза навыкате, руки трясутся, видок абсолютно шальной.

Я заметил его машину, она стояла, почти уткнувшись бампером в забор, словно до этого он мчал, как гонщик ралли, и ударил по тормозам в самый последний момент.

— Беда… враги… напали! — наконец выдал он.

— Кто напал⁈ — я схватил его за рубашку, втащил в освещённое помещение и быстро осмотрел.

Руслан был перепачкан с ног до головы, но видимых ран не было. Цел.

— Н-не знаю… Я не видел, — его колотило так, что зуб на зуб не попадал.

Будь на дворе зима, я бы решил, что оборотень провалился под лёд и перемёрз. Но сейчас было тепло. Очень тепло. Совсем не то время для такого озноба. Совсем не то.

Осознав, что внятных объяснений прямо сейчас я от него не добьюсь, я метнулся к шкафу. Вытащил кнут-самобой, практически впрыгнул в ботинки, схватил телефон со стола и на ходу чиркнул Василисе смс: «Руслан появился среди ночи, несёт что-то про нападение. Иду проверять».

Затем я поднапрягся и, впервые в жизни, открыл портал в Навь прямо из собственной гостиной. Никогда раньше так не делал и вообще не планировал, но ситуация… Из открывшегося прохода немедленно пахнуло тухлятиной со Смородины. Твою мать, я же потом неделю буду дом проветривать!

Для начала я осторожно заглянул в разрыв, как в межмировое окно. Отличная, к слову, тактика, если с той стороны тебя уже поджидает какая-нибудь клыкастая тварь, то портал можно захлопнуть прямо перед её носом.

Но там было пусто. Всё, как всегда. Я вздохнул поглубже, задержал дыхание и отважно шагнул за кромку, в Навь. Руслан, всё ещё мелко подрагивая, вошёл следом.

Оказавшись в Нави, я осмотрелся. Тот же спокойный и мрачный пейзаж. Метрах в ста плескались мутно-грязные воды Смородины. Мост привычно раскалён, воздух над ним мелко дрожит и вибрирует от невыносимого жара. По обе стороны от реки лишь хаотично валяющиеся острые камни, между ними мёртвая, без единого росточка, серая земля.

Я уже набрал в грудь воздуха, чтобы выругаться на Руслана за беспочвенную панику. В голове даже мелькнула мысль спросить, не употреблял ли он чего из запрещённых веществ, но слова, за которые потом пришлось бы долго извиняться, так и застряли в моём горле. Я неожиданно увидел явные признаки того, что Руслан не ошибся.

Вагончик.

Тяжёлая конструкция была сдвинута с места метра на два и теперь стояла под неестественным углом, слегка накренившись набок. А на металлической обшивке зияли здоровенные борозды, рваные следы от громадных когтей, вскрывших железо как консервную банку.

Какая бы тварь ни атаковала нашу бытовку, размерами она была если не с тираннозавра, то…

— Руслан?

— Да, Вадим? — нервно отозвался он.

— А сколько весит эта твоя бытовка со всем барахлом?

— Пару тонн как с куста. Даже больше, — мрачно ответил Руслан. — К ней же снаружи приварена ещё решётка с генератором, чтобы бесы до него не добрались, если припрутся. Плюс вес внутреннего оборудования. Считай, может, и не меньше трёх.

— Это получается… Кто бы ни припёрся по Мосту, он не просто играючи сдвинул трёхтонный вагончик и вскрыл обшивку. Он, скорее всего, как-то пробрался в Явь. Потому что сейчас здесь его нет.

Я на секунду задумался, пытаясь осознать масштаб надвигающейся катастрофы. Затем вновь обратился к Руслану:

— Открывай. Проверим, в порядке ли яйцо, и ты мне, наконец, расскажешь, какого чёрта здесь произошло.

Руслан трясущимися пальцами набрал комбинацию на кодовом замке и скользнул внутрь. Через секунду высунулся обратно, бросил короткое: «Всё в порядке!», вышел и тут же направился проверять генератор. Как оказалось, от удара отцепился какой-то питающий шлейф, и вагончик перешёл на аварийное питание.

Руслан поцокал, походил вокруг и решил вернуться в вагончик, я пошёл с ним.

Внутри с «порядком» всё было очень относительно.

Слава богу, главное сокровище уцелело. Драконье яйцо покоилось на своём месте, уютно устроившись в купленном Русланом на «Авито» каком-то очень дорогущем детском автокресле для младенцев, он заменил ему ремни и основательно прикрутил это кресло к стене и полу бытовки. Яйцо лежало в нём, как влитое, заботливо зафиксированное крест-накрест мощными стяжными ремнями с храповым механизмом. А эти детские кресла действительно очень надёжны, судя по всему, внешний катаклизм яйцо даже не потревожил.

Размером оно напоминало гигантский арбуз, но на этом сходство заканчивалось. Поверхность состояла из жёстких, мутно-чёрных шестигранных сегментов, между которыми проглядывались кислотно-синие «швы». Даже на вид эта скорлупа казалась весьма бронированной.

Но на этом островок спокойствия заканчивался. В тусклом свете аварийных ламп виден был весь масштаб разгрома. На полу валялся ноутбук, рядом с ним кружка с отколотой ручкой, в углу валялся опрокинутый чайник, какие-то личные вещи. А боковой шкафчик, в котором Руслан обычно держал топор, был распахнут настежь, самого топора внутри не было.

Я перевёл взгляд на оборотня, задавая немой вопрос.

— Он в машине, — буркнул Руслан.

— Значит, ты вышел в Явь и спокойно проехал домой по дороге? — уточнил я.

— Ни хрена не спокойно!

— Не выражайся, — я непроизвольно поморщился

— Да меня до сих пор трясёт, — огрызнулся оборотень. — Я только-только к этой Нави привык. Тут же последний месяц даже демоны не ходят. Я уж думал, тут тишина и изоляция, как на подводной лодке, а оно вон как оборачивается… Вадим, точно нельзя нормальную видеосвязь в Колдухин прокинуть?

— Точно. Сто раз уже обсуждали, магия и физика пространства так не работают. Можно, конечно, наружные камеры установить, но транслировать картинку они будут только сюда, на монитор в вагончике.

— Значит, поставим хотя бы их, — решительно кивнул он. — Ладно, давай я тут всё проверю, налажу, закончу уборку. Потом вернёмся, я выпью чаю на травках и расскажу, что видел. Или, точнее, чего не видел.

— Видел, не видел. Странная фигня… Ладно, давай. Я пока снаружи подежурю, на всякий. Жалеешь теперь, что мы бытовку без окон взяли?

— Вообще, ни разу не жалею! — возразил Руслан. — Были бы окна, эта тварь стекла бы вынесла и пролезла вовнутрь. И всё, хана. Скушали бы нас с Ефимчиком.

— С кем? — я даже моргнул от удивления.

— Ну… я так дракона называю. Будущего, — Руслан чуть смутился, — Мне кажется, там мальчик.

— Да? Ну, УЗИ яйцу мы не делали, — хмыкнул я. — Да и не факт, что ультразвук вообще пробил бы эту танковую броню. А если вылупится девочка?

— Чика, — не задумываясь, буркнул он.

— В смысле «девушка» по-испански? Руслан, «Чика» это немного неподходящее имя для огнедышащей драконицы, не думаешь?

— А ты что предлагаешь? Вы с Василисой вообще от этого вопроса отмахнулись. Тоже мне, приёмные родители, — обиженно проворчал он, возвращаясь к проверке оборудования.

Оставив его возиться с вещами, я вышел наружу. Обошёл накренившийся вагончик круго́м, сделал несколько снимков глубоких рваных борозд. Следы гигантских когтей неизвестного монстра впечатляли и пугали.

Закончив с фото, я двинулся в сторону Калинова моста. Внимательно вглядываясь под ноги, пытаясь найти хоть какие-то зацепки, но острые камни Нави молча хранили свои тайны. Земля здесь не глина и не влажный песок, никаких отпечатков лап не осталось. Какого размера была тварь? И главное, была ли она одна?

Я побродил вдоль берега, всматриваясь в противоположный берег Смородины. Пусто. Тихо и безжизненно.

Убедившись, что в ближайшей видимости монстров не наблюдается, я вернулся в вагончик. Руслан как раз закончил наводить порядок, поднял и проверил ноутбук, вытер лужу от разлившегося чайника, зачем-то проинспектировал содержимое холодильника.

— Ну что, всё проверил, всё целое? Идём обратно? — спросил я. — Или ещё посидим тут для твоего «отцовского» спокойствия?

Оборотень бросил последний критический взгляд на мирно лежащее в кресле яйцо, убедился, что Ефимчику ничего не угрожает, и решительно махнул в сторону двери.

— Нет, уходим. Кто бы ни совершил это вторжение, его здесь больше нет.