Мы добрались и заселились в свои номера только глубокой ночью. Перед тем как разойтись спать, договорились встретиться в девять утра, чтобы приступить к реализации нашего плана.

Вообще, «Ялта-Интурист» отель, конечно, роскошный. В наш прошлый дипломатический визит, когда мы пытались уговорить крылатого пижона прикрыть своей грудью брешь в мироздании, ни о каких «Интуристах» речи и близко не шло. Тогда мы ночевали в обычной съёмной квартире. Но не в этот раз. Сейчас всё совершенно было иначе.

Мы с Василисой скромно заняли «Стандарт», а вот Тамару с барским размахом (и за счёт моей многострадальной банковской карты!) поселили в президентском люксе.

Утром мы спустились на первый этаж, в огромный и весьма со вкусом обставленный ресторан «Мраморный». Главным его преимуществом в нашей ситуации было то, что Алтынай здесь не появлялся. Он предпочитал завтракать на шестнадцатом этаже, в ресторане «Ай-Петри» с панорамными окнами, наслаждаясь видами за столиком на балконе.

А значит, риск случайной встречи сводился к нулю.

Заняв уединённый столик в самом дальнем углу зала, наскоро перекусили и перешли к главному, разработке стратегии по завоеванию сердца дракона.

— Для начала, раз уж наш Вадим такой недогадливый, что первым делом не успел сделать даме заслуженный комплимент, его скажу я, — начала Василиса. — Тамара, ты просто сногсшибательна. Глаз не оторвать!

— Спасибо, Василисочка, — Кикимора бросила на меня мимолётный взгляд, типа так-то, и, полностью повернувшись к Василисе, расплылась в довольной улыбке.

— Да-да, абсолютно согласен, — запоздало поддакнул я, хотя это уже не имело ровным счётом никакого значения.

А ведь Василиса была права. Тамара явно вчера приняла зелье Ядвиги Дорофеевны и теперь сияла, как кинозвезда в свете сотен софитов.

Каждая черта её лица сейчас казалась безупречной, яркой, выразительной, лишённой малейших изъянов. Кожа будто светилась изнутри. Надо отдать должное старой ведьме. Она не соврала, никакие салонные бьюти-процедуры и близко не стояли с её варевом.

Одета Кикимора была в эффектное приталенное зелёное платье, но, как ни странно, моё внимание притягивало вовсе не оно. Прямо перед Тамарой на столе лежала коробка с новеньким ноутбуком. Когда они с Василисой успели его купить? Ещё в Краснодаре?

Впрочем, очень скоро я узнал, зачем им понадобилась техника, и благоразумно не стал задаваться вопросом, за чей счёт был оплачен этот банкет. Моя карта к такому уже привыкла.

— Итак, план у нас простой и надёжный, — сказала Василиса тоном учителя, который в последний раз повторяет тему отличникам перед тем, как отправить на областную олимпиаду. — Сначала проверяем, что он в Ялте и по-прежнему живёт в «Скай-Плаза». По базе Росреестра Алтынай Салимов собственник двухсотметровых апартаментов на самом верхнем этаже комплекса, то есть окопался он тут основательно. С другой стороны, он же дракон, и кто помешает ему сорваться в любой момент? Захочет и махнёт на край света. Для начала проверим, стоит ли на парковке его «мерседес». Если нет, тогда изучим уже сами апартаменты. В прошлый раз мы искали его вслепую, наугад, а теперь будет проще, у нас есть адрес, и все его данные.

— Допустим, он здесь, — подвёл я черту под её рассуждениями. — Что за план-капкан?

— Хороший план. Надёжный, — сказала Василиса так, будто больше убеждала себя, чем меня.

— Мы «поймаем» его в ресторане. Я займу соседний с ним столик, — ответила Кикимора. — Открою ноутбук, войду в аккаунт гонконгского банка. Тут мне позвонит Василиса, и я как бы невзначай скажу, что деньги есть, но со всей этой банковской лабудой, я никак сама не разберусь. Тогда Василиса сообщит, что нашла какого-то московского коуча, гуру и прочего специалиста по всем вопросам, который может меня проконсультировать и подсказать.

— Зачем нам коуч? — не понял я.

— Разговор же надо чем-то заполнять, — вздохнула Василиса. — Не могу сказать, что эта часть плана нам самим по душе, но… ничего лучше мы попросту не придумали.

— То есть толстый намёк на то, что у тебя есть деньги, проблемы с офшорами и эффектная внешность? Всё, так сказать, налицо. Бьём сразу из всех стволов? — теперь уже настала моя очередь рассуждать.

— Что, слишком в лоб? — нахмурилась Василиса. — Пока мы были в салоне, перебрали несколько вариантов. Уронить перед ним документы, устроить скандал с официанткой, сделать вид, будто Тамара приняла его за Антона Хабарова и подходит за автографом.

— Не-не-не, эти варианты… вы как раз пытаетесь перемудрить. Мужчины устроены проще, даже если это драконы. Все эти варианты с автографом, скандалами, это всё киношные какие-то приёмы, это там можно и сцену разыграть и документы эффектно уронить, и чтобы подстроить что-то действительно убойное, детективное агентство нанять. Но вот нам бы действительно не мешало больше узнать про самого Алтыная. Проследить за ним, составить психологический портрет, изучить привычки, реакции, модель поведения…

— Драконы жутко подозрительны, а интуиция у них, как у мисс Марпл, — тут же отреагировала Василиса. — Он заметит слежку, и одна судьба знает, как после этого себя поведёт.

— Вот именно! — я поднял палец вверх, давая понять, что именно к этой мысли и вёл. — Мы не можем за ним следить. Идти на дракона надо прямолинейно, в лобовую, как герои в сказках. Так что ваш план… Для этого ведь ноутбук нужен, правильно я понял?

— Красненький, с перламутровыми клавишами, — довольно заулыбалась Тамара. — Если эта идея не сработает, будем всё-таки брать машину и придумывать что-то с ней. Тоже красненькую.

— Э-э-э… — не на шутку заволновался я. — Ноутбук в сто раз лучше машины. И безопаснее. Давайте пока остановимся на нём. Когда будем пробовать?

— Мы с Тамарой сейчас останемся настраивать ноутбук и репетировать телефонный разговор, а ты сходишь на парковку «Скай-плазы», — решительно ответила Василиса. — Только давай в этот раз обойдёмся без пинания колёс и нахального подросткового поведения.

— Ясное дело, — вздохнул я, всем своим видом показывая, как сожалею, что лишён возможности безнаказанно надерзить целому дракону. — Мы же тут тайно. Наша служба и опасна, и трудна. И на первый взгляд… как там оно дальше?

— Вадим Иванович, мы и так волнуемся, поэтому предлагаю обойтись без музыкальных пауз, — прервала Василиса, не поддержав мои попытки вспомнить старую песню.

Я неспешно вышел из отеля. В отличие от наших девушек, обзавестись какой-то особенной экипировкой, вроде строгого чёрного костюма-двойки и непроницаемо тёмных очков, я не успел. На календаре было начало марта, но Ялта уже радовала приятными +12 °C. Поэтому поверх обычной белой футболки я накинул лишь плотную джинсовую куртку с подкладом, оставив её расстёгнутой. Обычные джинсы, руки в карманах, расслабленная походка. Может, оно и к лучшему. Я же должен был походить на типичного туриста, а не на Джеймса Бонда на спецзадании.

Прогулявшись до парковки «Скай-Плаза», я внимательно осмотрелся, приметной машины нигде не было. Ну что ж, нет так нет, наш план предусматривал и такой вариант.

Я развернулся и неторопливо побрёл обратно. Мой путь лежал по тенистой улочке, ведущей от «Скай-Плаза» к одному из боковых входов в «Интурист», где располагалась ещё одна небольшая полупустая стоянка. И уже на её территории я краем глаза уловил яркое пятно. Блистая на солнце, словно Филипп Киркоров в свете софитов, к отелю плавно подъезжал золотой «Мерседес».

Я благоразумно присел за припаркованным чёрным минивэном, делая вид, что завязываю шнурки. Теоретически в Ялте могла найтись ещё одна машина столь кричащего цвета и той же модели, но это совершенно точно был автомобиль Алтыная. Сомнения отпали окончательно, когда он сам лично вышел из неё. Алтынай поспешил к пассажирской двери, распахнул и галантно подал руку жгучей брюнетке неопределённого возраста, даме полноватой с ярко-красными губами.

Мне захотелось выругаться. Такого разворота событий я никак не предполагал.

Оставаясь в укрытии, я набрал номер Василисы.

— Что-то случилось? — она приняла вызов раньше, чем прошёл первый гудок.

— Да. Так уж совпало, что наш позолоченный приятель только что приземлился у «Интуриста». Отсюда практический вопрос, Василиса Александровна, вы готовы идти в психологическую атаку прямо сейчас, или мы пока отпускаем объект, берём паузу и ловим его вечером? Ну, или уже завтра?

— Готовы мы к твоей, как ты выразился, атаке. Готовы, — решительно отозвалась Василиса. — Хотя она, скорее сейчас паническая, а не психологическая… Он далеко?

— Не особо. Но тут возникла одна проблема.

— Какая ещё проблема? — не поняла она.

— Да такая… С накаченными губищами, которые непременно осудила бы Ядвига. Проблема, которая явно будет категорически против появления нашего агента «Тамара». Всё, давайте, я перезвоню.

Алтынай и неизвестная (и так сейчас некстати нарисовавшаяся) дама неспешно направились к главному входу в отель.

Я пребывал в некоторой растерянности. Было совершенно очевидно, что эту мадам нужно срочно выводить из уравнения. И, поскольку ничего более оригинального мне в голову не пришло, я решил обратиться к своей родной стихии. К воде.

Парадный вход «Интуриста» украшало монументальное широкое крыльцо с огромной надстройкой, которую язык бы не повернулся назвать скромным словом «козырёк». Сплошная советская основательность. Полсотни метров в ширину, десять в длину, железобетон, покрытый текстурной лепниной.

К этому мегакозырьку крепились дополнительные лёгкие навесы из натянутой на каркас ткани, выступающие вперёд на несколько метров. Они предназначались для того, чтобы гости могли с комфортом выйти из машины прямо перед крыльцом даже в проливной дождь. На одном из таких прямоугольных щитков, слегка провисшем под тяжестью, скопилось немного воды. Литров пять-десять, не больше. Она никому не создавала проблем, висела себе на высоте нескольких метров над землёй, потихоньку испарялась и вообще вела себя как приличная, порядочная лужа, которая безмятежно существовала и вообще никого не трогала.

Ну, то есть не трогала до тех пор, пока я к ней не обратился.

Повинуясь моему приказу, вода плавно скользнула к краю тента, и ровно в тот момент, когда внизу проходили Алтынай с неугодной нам дамой, узкой и точной полосой устремилась вниз.

Ловкая и бесшумная, словно атакующая змея, она безошибочно настигла цель и поразила только её. Чистая, тёплая и сравнительно безобидная вода окатила ни в чём не повинную брюнетку (в этот миг мне стало её искренне жаль). С такой силой, будто на неё обрушилась волна или плотный поток брызг из-под колёс пролетевшего мимо автомобиля.

Спутница Алтыная взвизгнула от неожиданности и обиды, попытавшись вложить в этот звук всю ту гамму эмоций, что охватила её. В тот момент, когда тщательная укладка вдруг превратилась в зону стихийного бедствия, а платье промокло насквозь, как если бы она попала под неожиданный ливень.

Секунду назад они мирно шествовали к входу, а сейчас застыли как вкопанные. Причём Алтынай остался абсолютно сухим. Если бы в мире проводился чемпионат по прицельному обливанию, я бы прямо сейчас досрочно занял бы первое место и забрал золото. А вот брюнетка… Обычная вода в мгновение ока превратила светскую львицу в мокрую курицу.

— Алтынаюшка, да что же это делается⁈ — возмутилась она, словно спутник был лично ответственен за гравитацию и поведение воды на гостиничных козырьках.

Золотой дракон растерянно покрутил головой по сторонам. Однако я надёжно укрылся в своей засаде, а вовремя налетевший порыв морского бриза прозрачно намекал, произошёл чистой воды форс-мажор, нелепая случайность, а вовсе не чья-то злая, спланированная диверсия.

— Евочка, душа моя, это просто какой-то злой рок! — попытался успокоить её Алтынай.

— Я не могу появиться в таком виде… Нигде не могу! — женщина едва не плакала от злости. Она так и застыла, широко расставив руки, словно пыталась высохнуть на солнце, как рубашка на верёвке.

— Ты абсолютно права, Ева. Тебе срочно нужно возвращаться домой, чтобы привести себя в порядок. Какая трагедия, что наша совместная трапеза оказалась сорвана… Это ужасно. Но ничего страшного, позавтракаем в другой раз!

— Но Алтынай! Что, чёрт возьми, значит «возвращаться»⁈ А ты не хочешь отвезти меня сам?

Алтынай всем своим видом выражал глубочайшую скорбь и искреннее сочувствие её горю. Всем, кроме правой руки. Ею он уже энергично махал пожилому таксисту, который караулил у входа, по старинке читая бумажную газету.

Таксист мгновенно смекнул, что запахло выгодным клиентом, услужливо распахнул пассажирскую дверь своей машины и решительно зашагал к пострадавшей брюнетке.

— Прости, душа моя, я просто не могу на это смотреть. Сердце разрывается от тоски… Клянусь, я буду завтракать с мыслями исключительно о тебе! Ой, ты посмотри, мне звонят! Всё, я побежал! — Алтынай рванул с места, на ходу выхватывая из кармана телефон и делая вид, что отвечает на вызов.

И все: обескураженная женщина, я из своего укрытия и даже таксист, наблюдающий за этой сценой, прекрасно видели, что экран его смартфона абсолютно тёмен. Никто этому негоднику не звонил.

Уже скрываясь в дверях отеля, Алтынай притворно прикрыл ладонью микрофон телефона и бросил через плечо громкое, преисполненное неподдельного трагизма:

— Я тебе позвоню, дорогая! Не скучай!

Я с облегчением выдохнул. Дракон покинул сцену. Эгоистично сбежал, бросив свою даму. Я ещё какое-то время наблюдал, как таксист деликатно успокаивает возмущённую женщину, одновременно сопровождая её к своей машине.

Тем временем я быстро набрал сообщение Василисе: «Штирлиц идёт по коридору!»

Ответ от неё прилетел незамедлительно: «Вадим, будь, пожалуйста, серьёзнее. У нас ответственное дело, а не конкурс цитат из старого кино. Выжди небольшую паузу и поднимайся в ресторан. Только от входа сразу бери налево, далеко не заходи, а то он нас заметит».

«Ок. Скоро буду», — набрал я в ответ.

…

Всё, конечно, шло не так, как задумывалось, и совсем не так, как хотелось бы. События развивались столь стремительно, что оставалось только успевать реагировать.

Я вошёл в здание вслед за Алтынаем, выждав, пока тот уедет на лифте наверх. Немного побродив по огромному вестибюлю для отвода глаз, я тоже поднялся на шестнадцатый этаж и вскоре уже сидел за столиком с Василисой.

Место она выбрала совершенно не живописное, зато максимально неприметное.

Официант, молодой подтянутый парень, принёс нам меню и бесшумно удалился.

— Василиса Александровна, — негромко, почти шёпотом произнёс я. — Мы же недавно завтракали. Я не голоден.

— Тебе нравятся цитаты из фильмов? — она улыбалась, чтобы со стороны мы казались обычной отдыхающей молодой семейной парочкой, однако глаза её оставались серьёзными и даже слегка сердитыми. — А как насчёт такой: «Муля, не нервируй меня!», помнишь? Очень, знаешь ли, подходит к ситуации.

Я едва не расхохотался.

— Браво. Тогда давай хотя бы лёгкие салатики закажем, — предложил я.

— Ты заказывай. Обязательно возьми кофе, десертов каких-нибудь. А мне пора звонить, — Василиса легонько кивнула в сторону.

В дальнем углу зала, на отличной позиции «с видом на Тамару», сидел и откровенно грел уши Алтынай. Ему был прекрасно виден экран ноутбука и сама кикимора. Более того, он мог без труда расслышать всё, что она скажет, если начнёт говорить по телефону.

Василиса выдержала приличную паузу, достала из сумочки гарнитуру и, набрав номер Тамары, заговорила очень тихо, чтобы Алтынай нас не услышал.

Оставалось лишь надеяться, что драконы не обладают каким-нибудь аномальным суперслухом.

Я не особо вслушивался в реплики Василисы, поскольку и так примерно представлял, о чём пойдёт речь. Куда важнее была реакция объекта.

Алтынай вальяжно поигрывал бокалом, то раскручивая красное вино по стенкам, то останавливая движение и позволяя солнцу играть в рубиновых переливах. На его лице застыло выражение абсолютного блаженства. он искренне наслаждался жизнью, был доволен собой и миром вокруг. Однако за Тамарой дракон всё же следил. Видел, слышал, ловил каждое сказанное ею слово.

Но трогали ли его эти слова? Цепляли? К каким выводам он приходил в своей голове? Заинтересуется? Встанет и подойдёт или просто закажет ещё вина?

По непроницаемому лицу золотого дракона прочесть что-либо совершенно не получалось.

Я бы сильно соврал, если бы сказал, что не волнуюсь. Иногда события натягиваются, как тонкая струна, по которой либо удаётся пройти до конца, либо нет.

И вот…

Василиса завершила звонок. Мы замерли, напряжённо наблюдая за происходящим, глядя через весь зал.

Алтынай неспешно поднялся, изобразил самую обаятельную улыбку, на которую был только способен, и уверенно шагнул к столику Тамары.