Пока секта Юньхэ аккуратной колонной, как примерные заклинатели, направлялась к арене Линьцзи, названной как и секта, что была хозяйкой на Конференции, один белый кот, зевая, вылез из мешка-цянькунь в комнате для учеников. Вспыхнул белый свет, и на его месте появился молодой человек в черном одеянии, который лениво потянулся. Его серебристые волосы были всклокочены не хуже, чем у Хоу Пэна каждое утро, одежда помята, а лицо выражало сильнейшее недовольство.

– И почему эти паршивые людишки так не любят спать по утрам? – пробурчал он себе под нос, осматривая комнату в поисках таза для умывания.

Умывшись и без всякого зазрения совести расчесав волосы гребнем А-Цю, Маомао собрал волосы в высокий хвост, оставив несколько прядей обрамлять лицо. Покрутившись перед бронзовым зеркалом, кот остался доволен зрелищем. Одним взмахом руки он разгладил на себе одежду и принялся шарить в мешке А-Цю. Только прошлой ночью, завидев тренирующихся во дворе учеников, кот осознал, что для его целей нужен меч. Брать его из резиденции Юньхэ было рискованно, ведь на каждом был вырезан маленький журавль, да и тренировочные мечи такие… некрасивые. Этот достопочтенный планировал триумфальный выход на сцену, и простой меч придал бы ему вид какого-то внешнего мелкого ученика. Нет, так совершенно не пойдет.

Оставалось только украсть: либо духовный меч, подходящий ему, либо духовные камни. Меч красть сложнее, а вот камни… К счастью, вся делегация Юньхэ уже ушла, а глупая ящерица забыла свой кошелек (вернее, это Маомао на него лег в мешке).

Маомао победоносно достал набитый кошелек: А-Цю все еще носил при себе все камни, выданные Цзисюаню главой И и переданные ученику на хранение. Не имея ни сердца, ни печени[133], кот прикарманил все денежные ресурсы секты Юньхэ на путешествие и спрятал за пазуху. После этого он осторожно выглянул из комнаты: хотя в резиденции остались только слуги, не хотелось бы, чтобы этого достопочтенного посчитали за ничтожного вора.

Убедившись, что никого нет, он ловко забрался на крышу и перепрыгнул на огибающую поместье стену. Мелькнула черная тень, и кот уже оказался на улице. В Хэфэе никого не удивлял цингун – даже торговка лепешками в переулке не вздрогнула, когда он спрыгнул на землю перед ней.

– Господин, хотите лепеш… – оживилась старушка, но осеклась, разглядев лицо человека перед ней. Вернее, кошачью маску. Жители Хэфэя привыкли видеть всяких чудаков, так что торговка с любопытством спросила: – Вы зачем надели это? Фестиваль какой-то?

– День кошек, – надменно произнес Маомао, кидая ей один духовный камень. – Лепешку мне дай.

– Конечно-конечно, господин! – Старушка завернула ароматно пахнущую лепешку в бумагу и передала ему.

– Сдачи не надо, – с тем же высокомерием заявил Маомао и направился прочь.

– Тьфу, это ты мне еще три монетки должен, – пробурчала себе под нос торговка, но Маомао уже и след простыл. Посылая проклятия на его голову, она посулила белобрысому выскочке свалиться с крыши и сломать шею.

Жаль, что коты всегда приземляются на лапы, поэтому Маомао, жуя лепешку, спокойно шел по улице. Еще в прошлую вылазку он видел на рынке много прилавков с духовными орудиями и теперь намеревался подобрать себе что-то простенькое, достойное этого достопочтенного на один раз.

Кусая горячую лепешку, он брел мимо прилавков: здесь были все виды магических артефактов – от духовных камней для совершенствования до талисманов, отпугивающих духов. Маомао мало что понимал в талисманах, поэтому не проявил к ним интереса. Он остановился у лавки боевого оружия: здесь были в кучу свалены ржавые мечи, кольчуги, шлемы, покрытые засохшими пятнами крови наручи и другие вещи, явно привезенные с какого-то древнего побоища или войны. Маомао брезгливо поморщился.

– Господин желает что-то купить? – К нему тут же подскочил ушлого вида мужичок, едва достававший ему до плеча.

– Нет, – отозвался Маомао, с омерзением глядя на ржавую кучу металла. – Разве у тебя тут есть хорошие мечи?

– Конечно есть, господин! – с обидой воскликнул мужичок. – Эти мечи прошли множество сражений, не смотрите на их невзрачный вид! Лишь ослиный помет снаружи блестит[134]. – Торговец со знанием дела запустил руку в кучу и выудил ужасно уродливый клинок с чуть зазубренным лезвием. – Вот, глядите – этим клинком триста лет назад в битве с демонами сражался великий бессмертный с горы Хуашань[135]!

Маомао с большой долей скептицизма уставился на ржавый клинок.

– Этим только землю ковырять, – выплюнул он, откусывая от своей лепешки.

– Он так выглядит, потому что клинком давно не пользовались! – бросился защищаться торговец. – Его бы почистить, наполнить ци… Господин, вы же заклинатель? Неужто не знаете, что духовное оружие теряет свой внешний вид, когда его хозяин умирает? Тот бессмертный давно вознесся, никто не питал клинок ци уже триста лет, вот он и заржавел.

– Не хочу. – Маомао отвернулся, намереваясь уйти.

За все утро у торговца он был первым клиентом, а поскольку остальные совершенствующиеся собрались на Конференцию, мужичок бы и за целый день ничего не заработал. Так что он вцепился в рукав Маомао мертвой хваткой.

– Господин, подождите! Хорошо-хорошо, вижу, господин разбирается в оружии. Есть у меня один клинок, который вам понравится! Не эта рухлядь! – Уже без всякого трепета он бросил ржавый меч обратно в кучу. – Не уходите, только не уходите!

Он бросился внутрь лавки. Маомао скучающе огляделся, но не успел даже прийти к какому-то решению, как наружу вышел торговец, неся нечто, завернутое в ткань. Глаза Маомао заинтересованно блеснули под маской, но, когда владелец лавки бережно поднял ткань, интерес кота тут же угас. Там оказался еще один ржавый, правда, двуручный меч – чуть изящнее первого, с тонкой, некогда красиво украшенной рукоятью, сейчас же в ней явно не хватало камней. Лезвие покрывали глубокие царапины, а посередине шла какая-то уже неразличимая надпись.

– Что это за дрянь? – спросил кот, теряя терпение. Конференция должна скоро начаться, неужто он зря встал так рано?!

– Обижаете, господин. Это сокровище моей лавки – великолепный родовой меч исчезнувшего клана! Хучжуа![136] – Торговец испытующе уставился на клиента, но не увидел никакого потрясения.

– Клана? – презрительно скривился Маомао.

– Клана Тигра! – тут же пояснил торговец.

– А-а… – глубокомысленно протянул кот и в следующее мгновение под горячим взглядом торговца просто развернулся, чтобы уйти.

– Стойте! – раздосадовано вскричал тот. – Это правда духовный меч! Вы же пришли за мечом! И на вас кошачья маска! Кот и тигр – почти одно и то же, тигр – просто большой кот! – бросился уговаривать он глупого клиента. – Всего сто духовных камней. Чуть-чуть почистить, пробудить сознание, и он будет служить вам верой и правдой. Этот меч сотни лет считался утерянным, пока наконец не попал ко мне в руки.

– Сотни лет? – Выражение лица Маомао стало еще более неприглядным. Он без всякого благоговения смотрел на древнюю рухлядь.

– Клан Тигра был уничтожен почти пятьсот лет назад! Все истории о Хучжуа превратились в легенды! – Торговец уставился на него, ожидая реакции.

– Ага, то есть ты мне хочешь продать меч, хотя даже сам утверждаешь, что история о нем стала легендой. По-твоему, я похож на идиота? – прищурился Маомао. Может, этот достопочтенный и не жил среди людей, но за двести лет жизни что-то да понял. Поверить, что в какой-то Владыкой забытой лавке посреди Хэфэя прячется легендарный клинок, которому сотни лет, было так же трудно, как взобраться на Небо. Дожевав лепешку, Маомао вытер руки о бумагу и скомкал ее.

– Тридцать камней, – наконец сказал он, глядя на непонятные иероглифы на лезвии. Вероятно, ушлый торгаш его обманывал и внутри не было никакой остаточной ци, но клинок ему все равно был нужен. А про эту рухлядь хоть можно будет наплести другим, что это легендарный Хучжуа. Верно, Маомао мог потом подразнить А-Цю и потыкать его этим «Тигриным когтем», вот будет смеху!

Торговец побледнел.

– Господин, это же легендарный Хучжуа! – в отчаянии взвыл он.

– Ну, тогда я пошел, – решил Маомао, бросая комок под ноги и направляясь прочь. В принципе, можно купить и простой клинок, не духовный… Ему все равно не нужна помощь, он и так себя покажет.

– Пятьдесят! – Почувствовав, что покупатель не лукавит, а вправду уходит, торговец всполошился. Это шло вразрез с игрой, в которую вступали продающий и покупающий, когда торговались до самого конца.

– Сорок, – остановился Маомао и лениво обернулся.

– Хорошо, господин, хорошо! Вы грабите меня, оставляете без последних штанов! О Владыка, за что мне все это! – причитал торговец, снова укутывая Хучжуа в ткань и протягивая Маомао. – Я так продешевил, так продешевил…

Маомао достал кошелек А-Цю, без зазрения совести отсчитал чужие деньги, а затем протянул торговцу.

– Удачи, господин! – крикнул ему вслед торговец, когда Маомао зашагал прочь, сжимая меч под мышкой. Тот был длиннее обычных клинков и тяжелее тренировочных мечей пика Цунчжэ.

Довольно быстро кот добрался до озера, ориентируясь на громкий гул сон[137]. Должно быть, они символизировали открытие Конференции Великих сект и Кланов. Подойдя к берегу, Маомао невольно замер: хотя он много скитался по миру за свою жизнь, арена все же поражала.

Это была огромная площадка с трибунами и башенками, которая висела в чжане над поверхностью воды. Деревянное основание арены было усыпано духовными камнями, удерживающими ее в воздухе, отчего казалось, что она сверкает на солнце, как огромный бриллиант. Арена находилась в центре большого озера, а на том берегу поднимались горы, где лежали владения секты Линьцзи. К пятигранной платформе вели шесть наведенных деревянных мостов, которые мерно покачивались на спокойной глади воды. Маомао подошел к одному из них, вставая в очередь за каким-то заклинателем, больше смахивающим на бездомного. На арену стекались совершенствующиеся со всего цзянху, поэтому никого особо не удивил беловолосый молодой человек в маске кота, особенно учитывая, что встал он в очередь за человеком в лохмотьях, с поясом, увешанным непомерным количеством мешочков и кошельков.

Очередь медленно двигалась вперед. Чтобы простые смертные не прошли на Конференцию, вокруг арены и мостов были наведены ограничительные и охранные барьеры. Поговаривали, что арена Линьцзи – это самое охраняемое место в Поднебесной после Нефритового барьера. Теперь Маомао мог убедиться в этом воочию: Великие секты и Кланы имели пропускные жетоны, но одиночкам было необходимо «доказать» барьеру, что они достойны пройти. Либо предъявить приглашение проверяющим: заклинателям в голубой форме Линьцзи. Они стояли по обе стороны от каждого моста, внимательно следя за каждым проходящим.

Каждый гость прикладывал ладонь к прозрачному барьеру, называя свою стадию совершенствования, и после проверки мог пройти. Поскольку не все хотели раскрывать свои имена, а секта Линьцзи готова была войти в их положение, называться не требовалось – лишь быть выше стадии Возведения основания и следовать праведному пути.

Однако и здесь имелись свои подводные камни: к примеру, бродяга перед Маомао специально занизил свой уровень до Возведения основания, а оказался на поздней стадии Создания ядра. Завеса перед ним задрожала, покраснела, и заклинателя отшвырнуло на три чжана. Он плюхнулся на задницу, мешочки на его теле задымились.

– Ложь будет сурово наказана, – произнес один из проверяющих, окидывая всех остальных заклинателей мрачным взглядом и поворачиваясь к Маомао. – Следующий гость.

Бродяга выругался и побрел прочь, потирая задницу. Демонстрация силы барьера напрягла всех присутствующих, но кот без страха шагнул вперед, сжимая меч под мышкой. Он приложил ладонь к барьеру и четко произнес:

– Понятия не имею.

Проверяющие изумленно подняли брови, а гости за спиной кота недовольно зароптали:

– Неужели так можно?

– Это против правил!

– Так каждый сказать может…

Но следом все смолкли, глядя на воздух перед молодым человеком в черном. Барьер зарябил, успокоился и снова зарябил, будто не знал, что делать с этим человеком. Затем воздух снова стал прозрачным и спокойным. Подождав пару мгновений, проверяющий хмуро бросил:

– Проходите.

Он окинул Маомао оценивающим взглядом, равно как и все остальные в очереди.

– А что, так можно было? – воскликнул кто-то.

Маомао шагнул на мост, не оглядываясь. Он фыркнул: этот достопочтенный кристально честен, ведь он в самом деле не знает свою стадию! Никто никогда его не проверял.

Он зашагал по кажущемуся хлипким мосту, но дорога, которая была такой длинной, закончилась всего за одну пиалу чая, и тишина озера резко сменилась ярким шумом толпы. Маомао ступил на землю, оказываясь в толпе заклинателей. Он вытянул шею, глядя на огромную полупрозрачную таблицу, висевшую в воздухе, и направился в ту сторону, протискиваясь мимо других взбудораженных совершенствующихся.