В конце первой части, показав, что Юнг вкладывал в образ Бога (а иногда даже в реально существующего Бога), мы поставили вопрос, возможен ли юнгианский анализ in absentia dei. Уже из нашего краткого рассмотрения критики Гигерихом юнговского прочтения христианства ответ становится очевидным. Конечно, да. Психология занимается душой. А это означает, помимо прочего, что, когда «Бог» становится ее предметом, задача состоит в том, чтобы добраться до того, на что указывает конкретный образ, конкретное представление по отношению к сознанию, что они говорят о «душе».

Но тут возникает другой вопрос. Каким бы верным ни было вышеприведенное утверждение (а я думаю, что оно верное), не слишком ли легкомысленно оно прозвучало? Да, психология должна глядеть в корень. Но ведь для того, чтобы то, что Гигерих назвал бы подлинно психологической психологией, вообще существовало, она должна вновь и вновь порождать себя через тот самый акт прозрения, который она, как предполагается, должна совершать.

Проблема, на которую я указываю, – это проблема внешней рефлексии, или, как ее еще можно назвать, позитивности психологии. Чтобы все это прояснить, крайне важно, чтобы психология не мыслилась как область исследования, существующая независимо от изучаемого ею феномена, как, например, подразумевает союз «и» в выражении «психология и религия». Напротив, она должна порождать саму себя – к чему и стремится истинное понимание – посредством вдумчивого процесса интериоризации своего предмета, каким бы он ни был (текст, сон, жизненная ситуация), в саму себя[57].

Опираясь на понятийный аппарат Гегеля, Гигерих в этой связи рассуждает об абсолютной отрицательной интериоризации. Абсолютная отрицательная интериоризация – это методологическая позиция, высвечивающая внутреннюю сущность или самохарактеристику любого явления, которое по собственной воле стало объектом нашего интереса и внимания. Сублимированные с самого начала, изначально обладающие самохарактеристикой, такие явления – это уже душа, говорящая о себе, уже психология даже, но, конечно, только имплицитно. Их еще нужно отразить в себе, постичь во всей сложности их взаимосоставляющих моментов, продумать до конца, чтобы их знание стало явным. И здесь можно добавить, что в этих своих размышлениях Гигерих очень серьезен в отношении сформулированного Юнгом интерпретационного принципа, отсылку к которому он делает в своем эссе: «Все, что сон, создателями которого мы ни в коей мере не являемся, говорит нам, именно таково и никакое иное. Это важно уяснить»[58].