ОЛИВИЯ

Глава 21

Когда я встретилась взглядом с этими полными зла глазами, из моей груди вырвался крик ужаса. Воспоминания о себе десятилетней обрушились на меня. Именно этот человек отнял у меня мать.

— Это ты! Ты убил мою маму!

В отличие от моей Тьмы, он выглядел человеком — высоким, внушительным мужчиной с пронзительно-голубыми глазами и коротко остриженными чёрными волосами. На вид ему было около пятидесяти. На нём была добротная мужская одежда — длинный сюртук, жилет и бриджи, а не развевающаяся мантия с капюшоном, скрывавшим лицо. Мощные мышцы так и распирали ткань одежды.

А затем — если только глаза меня не обманывали — он превратился в демона с пылающими красными глазами и кожей, похожей на потрескавшийся обугленный покров Далии. Из багровых дёсен выступали острые зубы. Его лицо было настолько чудовищным, будто передо мной воплотилось множество кошмаров, один страшнее другого.

Я моргнула, протёрла глаза — и он снова стал человеком.

Как и во время огненной церемонии, когда я столкнулась лицом к лицу со своей собственной Тьмой, меня окутал густой чёрный туман, скрывая от остальных. Это наверняка было очередной уловкой Тьмы. Я попыталась разглядеть Романа, Марселиуса и Эмили.

Они выглядели лишь размытыми, неясными силуэтами, медленно движущимися по ту сторону тумана.

Я попыталась сделать шаг к человеку-демону, но мои ноги будто вросли в землю, словно из них проросли крепкие корни, уходящие к самому центру земли.

— Что ты со мной сделал? Почему я не могу двигаться?

На его хитром лице появилась почти добродушная улыбка.

— Оливия, — произнёс он. — Моя дорогая, милая Оливия. Мне нужно всё твоё внимание. Ты не можешь носиться туда-сюда, словно пистолет со взведённым курком, готовый выстрелить в любую секунду. Ты нужна мне именно здесь. А когда мне что-то нужно, я просто беру и получаю это.

Он щёлкнул пальцами.

Этот звук раскатился в воздухе, словно далёкий удар молнии.

— Ты помнишь меня. Да, это правда. Я убил твою мать. Это был миг сладкого возмездия.

Он медленно, почти чувственно провёл большим пальцем по своим губам, после чего сделал шаг ко мне.

Я инстинктивно попыталась отшатнуться, но мои ноги всё так же были намертво прикованы к земле. Что он собирался сделать? Убить меня прямо здесь, не дав ни единого шанса защититься?

Крупные капли пота стекали по моим щекам и шее, во рту пересохло. По коже словно одновременно ползли миллионы муравьёв. Этот человек… демон… кем бы он ни был… пугал меня до смерти.

Всё ещё сохраняя человеческий облик, он сделал ещё один шаг в мою сторону.

Меня пробрала дрожь.

— Ну же. Неужели ты боишься? Я ведь совсем не страшный, видишь?

Он подошёл вплотную и тыльной стороной пальца медленно провёл по моей щеке.

— Я очень долго ждал нашей новой встречи. Я мог убить тебя ещё тогда, когда убил твою мать. Это было бы так просто.

Он обхватил пальцами мою шею и слегка сжал.

От его руки повеяло нестерпимым жаром.

Мои ноздри наполнил запах горелой плоти, а по щекам поползли тонкие струйки дыма.

Боже… Он сжигает меня.

Я вцепилась в его руку, пытаясь оторвать её от своей шеи, но это было всё равно что пытаться согнуть железо.

Он продолжал сжимать мою шею так, словно я вообще к нему не прикасалась.

А может, и правда не прикасалась. Сейчас я была слишком перепугана, чтобы что-либо понимать. Паника лишила меня способности мыслить здраво. Казалось, все мои тренировки просто исчезли. Сердце колотилось так отчаянно, будто вот-вот вырвется наружу через горло. Кожа словно покрывалась волдырями и плавилась. Ещё немного — и она начнёт сходить, обнажая мышцы… потом кости… а затем…

— Я мог бы убить тебя прямо сейчас, — произнёс он таким мягким, убаюкивающим голосом, каким обычно укладывают ребёнка спать.

— Кажется, ты говорил, что не страшный? — выдавила я, изо всех сил стараясь не сорваться на паническое дыхание. — Угрожать мне смертью — это совсем не то, что я назвала бы добротой.

Он запрокинул голову и расхохотался, отпуская меня. Его дёсны и язык были цвета свежей крови.

— С тобой весело, Оливия. Жаль, что я не разыскал тебя раньше. Столько удовольствия упустил.

Я осторожно коснулась места, где только что лежала его рука. Кожу жгло, она была влажной и словно содранной.

— Чёрт. Что ты со мной сделал, ублюдок?

— Ах, это? — лениво протянул он, медленно проводя пальцами по моей обожжённой коже. — Сейчас…

Он наклонился ко мне и дохнул горячим воздухом прямо на шею.

Меня пронзила ослепляющая боль.

Не раздумывая ни секунды, я размахнулась и со всей силы ударила его по лицу.

Его голову отбросило в сторону.

Когда он снова повернулся ко мне, передо мной стоял уже не человек, а демон, впившийся в меня взглядом своих пылающих красных глаз.

— Не стоило тебе этого делать, любимая, — произнёс он дрожащим, искажённым голосом, словно доносившимся со дна бассейна.

— Не стоило тебе на меня дышать, — огрызнулась я.

Мне отчаянно хотелось сдвинуться с места, но ноги по-прежнему были намертво прикованы к земле.

— Я исцелял тебя, — ответил он, не сводя с меня своих сверкающих глаз.

Я подняла руку и коснулась шеи.

Странно… Она больше не болит. Ожог исчез.

— Зачем? С какой стати тебе это делать?

— Потому что я с тобой ещё не закончил.

Кусок его обугленной кожи отвалился от лица, обнажив мышцы, кишащие личинками, и кость. Он оскалился, с каждой секундой всё больше превращаясь в жуткое скелетообразное чудовище.

Наклоняя голову то в одну сторону, то в другую, он внимательно изучал меня.

— Ты хоть понимаешь, кто я такой? Думаешь, можешь ударить меня? Играть со мной? Я — твой самый страшный кошмар, Оливия. Я — твоя погибель.

— Кто ты? Что тебе от меня нужно? — спросила я, стараясь говорить как можно увереннее.

— Я Бальтазар, — произнёс он.

Его имя прокатилось по воздуху, окружая меня со всех сторон.

— Бальтазар…

Оно пронзило моё сознание, словно целый хор банши завыл у меня в голове. Этот звук был настолько невыносимым, что мне показалось, будто сейчас лопнут барабанные перепонки. Я зажала уши ладонями, стиснула зубы и крепко зажмурилась, пытаясь отгородиться от этого чудовищного голоса.

Когда звук наконец стих, я открыла глаза и увидела его ужасную ухмылку всего в нескольких сантиметрах от своего лица.

— Ты… Бальтазар?

Во рту пересохло так сильно, что щёки липли к зубам. Сердце грохотало где-то в ушах. Он был прав. Я стояла лицом к лицу со своей самой страшной угрозой. Этот демон мог стать моей погибелью. Он мог уничтожить меня так же, как убил мою мать.

— Да, моя сладкая. Я твой злейший враг, — сказал он. — Хотя должен признаться… Я уже давно наблюдаю за тобой. Ты так же прекрасна, как и твоя мать. Ты сражаешься храбро, и дух твой необычайно силён.

— Почему? Почему ты убил ни в чём не повинную женщину? Почему отнял её у меня? Как ты посмел?!

Мне хотелось изо всех сил бить его в грудь, вырвать эти отвратительные глаза, но я не решалась. Не тогда, когда была намертво прикована к земле и полностью зависела от его милости.

Он убил бы меня в одно мгновение.

Бальтазар начал медленно покачиваться вперёд и назад, будто вводя меня в гипноз.

Я отвернулась, стараясь вырваться из-под его жуткого влияния, но увидела лишь размытые силуэты Романа, Марселиуса и Эмили. Казалось, все трое что-то кричали, пытаясь до меня докричаться.

Когтистая рука Бальтазара впилась мне в подбородок и силой заставила снова посмотреть на него.

— Как ты можешь говорить о своей матери так, будто она тебя любила? — произнёс он своим искажённым, дрожащим голосом. — Она сожалела, что родила тебя.

— Нет! — выпалила я, отчаянно пытаясь смотреть куда угодно, только не на него.

— Она ненавидела тебя. Знаешь ли ты, что во время родов она пыталась убить тебя? Она схватила несколько камней и била ими себя по животу, — прошипел он.

— Ложь! — закричала я, вцепившись в его запястья. — Она никогда бы не причинила мне вред! Она любила меня!

Его когти впились мне в кожу, словно лезвия бритвы.

— Правда? — протянул он. — Твой отец, жалкий человечишка, успел остановить её прежде, чем она покончила с тобой. Твоя мать не была создана для того, чтобы воспитывать ребёнка. Она была всего лишь шлюхой. То, что она произвела тебя на свет, было ошибкой.

— Замолчи! Это ложь! Всё это ложь!

Я прижала ладони к ушам, пытаясь заглушить его голос.

— Твоя мать была путешественницей во времени. И моей любовницей. Даже тогда, когда была с твоим отцом, — сказал Бальтазар. — Мы с Алиной были созданы друг для друга. Ты должна была стать моей дочерью. Но вместо этого она раздвинула свои шлюшьи ноги перед твоим отцом. В конце концов мне пришлось её убить. Она предала меня.

Слово «предала» вползло мне в голову, словно змея, обвиваясь вокруг моего сознания.

— Нет! Я не верю ни единому твоему грязному слову! Она была хорошей матерью! Она любила меня всем сердцем!

Я разрыдалась, плача так же безутешно, как тогда, когда мне было всего десять лет и этот ублюдок убил мою маму. Я не могла представить, что моя мать была любовницей Бальтазара. От одной этой мысли меня мутило. Я отказывалась в это верить.

Я попыталась ударить Бальтазара по лицу — бить его, колотить кулаками, сделать хоть что-нибудь, чтобы причинить ему хотя бы малую часть той боли, которую причиняли мне его слова. Но его демонические руки с лёгкостью отражали все мои удары, словно мои кулаки были не тяжелее бумаги.

Он вновь принял человеческий облик и впился в меня взглядом своих ледяных глаз.

— Не стоит тебе злить меня, Оливия. Ты даже не представляешь, сколько боли и страданий я способен тебе причинить. Я могу поставить тебя на колени и заставить умолять меня убить тебя, — произнёс он уже своим обычным человеческим голосом.

— Разозлить тебя? Я буду сражаться с тобой до своего последнего вздоха, — ответила я, замахиваясь, чтобы ударить его.

— Нет.

Он перехватил мою руку. Его хватка была такой сильной, что мне показалось, будто мои кости сейчас затрещат.

— Я слишком силён для тебя. Тебе никогда меня не уничтожить.

Чёрный туман, окружавший меня, исчез.

Бальтазар тоже исчез.

Воздух прорезал пронзительный крик.

Я резко обернулась и увидела, как Бальтазар вновь появился прямо перед Эмили. Он схватил её за шею и поднял над землёй.

Эмили вцепилась в его запястья, отчаянно пытаясь освободиться. Её ноги беспомощно болтались в воздухе.

— Помогите… — прохрипела она, а затем закашлялась, задыхаясь в его смертельной хватке.

Роман и Марселиус бросились на Бальтазара.

Он резко выбросил свободную руку вперёд.

Из его ладони вырвался поток прозрачной чёрной энергии, остановив обоих мужчин на месте.

— Отпусти её! — закричала я, бросаясь к Бальтазару.

Та же самая невидимая сила, удерживавшая Романа и Марселиуса, остановила и меня. Я резко замерла, не в силах сделать ни шага.

— Если хочешь причинить кому-то боль — причини её мне!

— Оливия, нет! — крикнул Роман. — Не говори так!

— Оливия, у тебя такое доброе сердце. Мне нравится, что ты хочешь её защитить, — сказал Бальтазар с ухмылкой. — Но она ничего не стоит… всего лишь человек. Её жизнь не имеет никакой ценности. Погасить её так же легко, как прихлопнуть муху. Достаточно лишь вонзить нож ей в сердце.

Он отпустил Эмили, слегка толкнув её.

Эмили, захлёбываясь кашлем, отшатнулась и тяжело рухнула на землю. Она обеими руками схватилась за шею, ощупывая её, а затем поспешно поднялась на ноги и попятилась прочь от Бальтазара.

Бальтазар снова повернулся ко мне.

— Ты такая слабая. Твоя мать стыдилась бы тебя, — с презрением произнёс он. — Ты должна быть сильнее.

— Мне казалось, ты говорил, что она меня ненавидела. Тогда почему ей должно быть до меня дело? — ответила я, отчаянно пытаясь вырваться из удерживающего меня силового поля.

— Кажется, у меня появилась идея, — сказал он, постучав пальцем по виску. — Давайте сделаем всё немного интереснее.

Он запрокинул голову и завыл, словно демонический волк. Этот пронзительный вой болезненно впился в мои барабанные перепонки, будто тысячи крошечных игл одновременно вонзились мне в уши.

Мы с Романом, Марселиусом и Эмили одновременно зажали уши ладонями.

К нам стремительно метнулись две тёмные тени, которые через мгновение приняли облик Далии и, как я предположила, Тьмы Романа. Они встали по обе стороны от Бальтазара и ухмыльнулись.

— Лорд Бальтазар, мы к вашим услугам, — произнесла Далия.

— Моя дорогая, — проворковал Бальтазар, поглаживая её по волосам. — Благодарю, что пришла так быстро.

Он усмехнулся собственной двусмысленности¹¹. Затем перевёл взгляд на Тьму Романа, и удерживавшая нас стена энергии исчезла.

Мы, потеряв равновесие, невольно шагнули вперёд. Роман и Марселиус тут же бросились на Тьму.

— Не так быстро, — прошипел Бальтазар, выставляя ладонь вперёд и вновь создавая невидимый барьер. Затем его лицо озарила улыбка. — Хотя… почему бы и нет? Вам ведь нужно узнать, с чем вы имеете дело.

Странная сила рассеялась, и мы снова пошатнулись, едва удержавшись на ногах.

Я сжала кулаки.

— Я тебя не боюсь, Бальтазар!

Его лицо исказилось отвратительной ухмылкой.

— А стоило бы, моя дорогая. Очень стоило бы.

И он исчез.

— Доставайте кинжалы! Доставайте кинжалы! — закричал Марселиус. — Поднимите их к солнцу и произнесите древние писания!

Дрожащими руками я выхватила кинжал с бедра, подняла его к небу и начала произносить священный текст.

Роман тоже поднял свой кинжал.

Наша Тьма медленно кружила вокруг нас, пока я продолжала читать священные слова.

— Громче! — крикнул Марселиус, присоединяясь ко мне.

Наши кинжалы начали сиять так, словно вобрали в себя само солнце.

— А теперь быстро! Пронзите их и убейте! — закричал Марселиус.

Мы с Романом одновременно встретились лицом к лицу со своими демонами.

И битва началась.

Я попыталась призвать на помощь всё, чему меня учили. Я рубила, парировала удары Далии и снова атаковала. Кружила вокруг неё, наносила выпады. Но мои движения были неловкими и неуверенными, словно страх опутал меня липкой паутиной.

Я бросила взгляд на Романа. Вместе с Марселиусом он сражался против своей Тьмы. От их слаженности у меня потеплело на сердце. Они действовали как настоящие союзники, прикрывая друг друга.

Одним стремительным выпадом Роман вонзил клинок прямо в сердце своей Тьмы.

Демон начал истекать кровью. Из раны ударил фонтан алой крови, и он рухнул на землю.

— Нет! — пронзительно завизжала Далия, бросаясь на меня. — Ты убил его!

— Назад! — прогремел голос Бальтазара, раздавшийся будто из ниоткуда.

Далия исчезла во вспышке жара.

А в следующее мгновение прямо передо мной возник Бальтазар.

Я отпрыгнула назад, но он молниеносно рванулся вперёд и схватил меня за шею. Другой рукой он одновременно схватил Романа.

— Вы оба идёте со мной, — прорычал Бальтазар.

Где-то вдали раздался крик Эмили.

Всё вокруг погрузилось во тьму, пока ледяные пальцы ужаса сжимали моё сердце. Бальтазар держал Романа. Моего Романа.

— Роман! — закричала я, пока ветер со свистом проносился мимо моих ушей.

Я ничего не видела. Ни своих рук, ни ног, ни даже отвратительного существа, державшего меня.

— Я здесь, Оливия! — донёсся в ответ голос Романа.

Сознание покинуло меня с силой взорвавшейся бомбы.

А потом я пришла в себя, застонав от боли после удара, который отбросил меня в сторону.

Когда я открыла глаза, то обнаружила, что вишу в каком-то мрачном логове, прикованная цепями к потолку.

И рядом со мной висел Роман.