Сандра вошла в небольшое душное помещение с дребезжащим, но все же работающим вентилятором. Напротив друг друга стояли два письменных стола. За одним сидел заметно состарившийся дядя Миша; его давно требующие стрижки седые волосы падали ему на глаза. На морщинистом лице поблескивали круглые очки, тонкие губы были поджаты от усердной работы мысли. Опытный участковый пытался сложить пасьянс, который оказывал сопротивление и складываться не хотел. За столом напротив сидел совсем молоденький парнишка. Его вытянутое, гладко выбритое лицо с мелкими чертами выражало скуку. Он доброжелательно улыбнулся, увидев вошедшую Сандру, выражая надежду получить в свои руки настоящее дело, требующее отваги, героизма и захвата особо опасных преступников.

– Здравствуйте. Я к вам, дядь Миш.

Старший участковый недоуменно поднял седую лохматую бровь и искоса посмотрел на вошедшую.

– Вы меня не узнаете, понимаю. Я всего второй день в поселке. Тринадцать лет назад вы расследовали гибель моей мамы, она утонула в реке. Любовь Лавренко, помните?

– Шурочка? – удивленно протянул дядя Миша. – Присаживайся. Так ты выжила? Ох, а красавицей какой стала!

– Да, я вам тоже неприятностей доставила с тем случаем.

– Ну, что ты, это же был несчастный случай. И с мамой твоей тоже. Беда, беда. А ты повидаться зашла, или вопросы какие есть?

– Я по делу зашла, но я рада вас видеть, дядь Миш. И вас, вы же Владимир, да?

Довольный младший участковый кивнул головой, прислушиваясь к разговору. Сандра подробно рассказала о своем ночном приключении, неизвестном человеке в мантии с капюшоном, костре и жертвенном убийстве несчастных птиц. Дядя Миша внимательно выслушал, периодически кивая, с откровенным видом незаинтересованности.

– Ну, что же, спасибо, Шурочка, за сигнал. Вовка, все проверишь, понял?

– А вы мне с Владимиром оставьте свои номера сотовых телефонов. Вдруг, я опять ночью костер увижу, тогда сразу позвоню.

Дядя Миша почесал заросшую бороду, глубоко вздохнул, как человек, которого принуждают делать бессмысленную работу, и кивнул. Участковые записали свои номера телефонов с именами в блокнот, и Александра удовлетворенно убрала его в сумку.

– Дядь Миш, я узнала о Ване и Кате. Как это могло произойти? Чтобы Ванька смог убить… Я поверить не могу.

– Да, беда, беда. Нашло что-то на парня. Мы как приехали, так застали его на полу сидящим. Не в себе он был, обнимал Катерину и рыдал, ни на что не реагировал. Вся кухня в крови. А потом осознал содеянное и повесился.

– А кто вам сообщил?

– Так Яга же. Говорит, мимо проходила, крик услышала, и пошла посмотреть. Ей же, ведьме старой, все надо. А там такое…

– А вы уверены, что это Ванька?

– Так, а кто же еще? Правда орудие убийства мы так и не нашли. Видать, когда не в себе был, куда-то запрятал.

– Орудие убийства не нашли? – переспросила Сандра. – Странно…

– Ну, так, что уж теперь. Все же и так понятно было.

– Спасибо вам, дядь Миша, и вам, Владимир. Как только увижу снова человека в мантии, сразу вас наберу.

– Та может, уже и не увидишь. Мало ли кто дурью маялся в лесу ночью…

– Нет, дядь Миш, интуиция мне подсказывает, что еще обязательно увижу. До свидания!

Сандра плавно поднялась со стула и вышла из душного помещения на свежий, хотя и ставший к обеду горячим воздух.

– Видал? – хмыкнул дядя Миша. – Интуиция ей подсказывает! Ха! Ох уж эти москвичи!

Александра огляделась по сторонам в поисках кафе, где можно было бы перекусить, пожалев о не съеденной на завтрак гречке, и уткнулась взглядом в чебуречную. В Москве она бы даже не подумала о том, что чебурек – это еда. Но здесь привередничать – означало голодать. Горячее тесто, щедро пропитанное маслом, показалось ей аппетитным и даже приятным на вкус. Управившись с первым за сегодняшний день приемом пищи, Сандра решила, что не мешало бы закупиться продуктами, и пошла прогуляться между поставленных в несколько рядов палаток. Рынок был небольшим, но и на нем царила здоровая конкуренция. Завидев потенциальную покупательницу, торговки старательно зазывали ее попробовать самую свежайшую зелень, сочные яблоки, домашнюю птицу и овощи с грядки. Накупив всего понемногу, Сандра решила зайти в отделение почты, повидать Машку и пригласить ее и Милку на ужин. А точнее – попросить подругу этот самый ужин приготовить, так как проблема с водой в доме Сандры оставалась не решенной.

– Та, не вопрос. Сделаю все в лучшем виде, пальчики оближешь и добавки попросишь. А ты чего тут накупила? Ого! Даже конфеты есть! Милка будет счастлива. Мы-то себе так тратиться позволить не можем.

– Мне приятно порадовать тебя и Милу. Вы для меня родные.

– Слушай, Шур, а что там с моей проблемой, ну, по поводу земельного участка? Ты обещала.

– Маш, я отправила документы своим юристам, но они еще не ответили. Подожди немного. Если что-то можно будет сделать, то мы обязательно сделаем. Мне еще нужно в хозяйственный зайти, куплю веник, швабру, тряпки.

– Тряпки-то зачем покупать? У меня целая стопка старых шмоток лежит, можно порвать.

Сандра улыбнулась и обняла подругу на прощанье. Хозяйственный магазин находился в том же здании. Нужно было только выйти из почтового отделения и зайти в двери напротив. Молодая полноватая продавщица со скучающим взглядом пролистывала ленту новостей на телефоне. Сандра осмотрела небольшой ассортимент представленных на витрине товаров для дома и выбрала самый большой веник, швабру с предназначенными для нее насадками, пластиковое ведро, альбом для рисования и грифельные карандаши. Перед ней в очереди на кассу стоял худощавый невысокий пожилой мужчина:

– Ленка, ну дай в долг, ну, что ты не знаешь, что ли меня? Я же верну, все до копейки. Вот сейчас в город на подработку съезжу и сразу все верну.

– В том-то и дело, Степаныч, что я тебя знаю. Какая подработка у тебя, если ты бухаешь второй день?

– Ленусик, ну, будь человеком, а?

– Степаныч, в последний раз, понял?

Продавщица глубоко вздохнула, закатила глаза и, как по волшебству, достала из-под прилавка бутылку паленой водки.

– Да, ты же моя красавица! Куколка моя! – затараторил осчастливленный Степаныч, обращаясь к Лене, но смотря при этом на тару с мутной жидкостью внутри.

– Так, стой, а кто расписываться за долг будет?

Лена открыла пухлую тетрадь, лежащую рядом с кассой, и записала фамилию и сумму долга.

– Вот сюда напиши свое ФИО, а тут поставь подпись. Понял?

Сандра смотрела, как Степаныч склонился над записями с ручкой и аккуратно выводит буквы. В этой тетрадке таится столько разных записей – может быть, и образец нужного ей почерка здесь найдется? Как бы добраться до заветных страниц и посмотреть?

– Вы будете покупать? – строго спросила Лена, выводя Сандру из задумчивости.

– Да, да, конечно. Можно картой?

Сандра вернулась домой, нагруженная покупками. Первое, что она сделала – это сравнила полученные сегодня образцы подписей с конвертом. Ничего даже приблизительно похожего! Александра засунула конверт в карман джинсов и набрала номер Веры, чтобы пересказать ей последние события.

– Слушай, так может это и не Ванька убил Катьку? Если орудие убийства было не найдено, то, скорее всего, настоящий убийца забрал его с собой! – деловито рассуждала подруга. – А за Русланом присмотри. В «Собаке Баскервилей» как раз был эпизод с запиской, в которую вклеили вырезанные из газеты слова, помнишь?

– Конечно, помню, Вер. Все так странно… Никто не слышал о Григории Лесничем – может быть, он здесь под другим именем? А может, это письмо – и вовсе чья-то шутка?

– Так, все, я выезжаю!

– Нет, Вер, ты пойми, я здесь своя, они мне доверяют. А если приедешь ты, то тебя воспримут в штыки. Ты для них – чужой человек. Мне будет проще самой докопаться до правды, твой приезд все только испортит и запутает еще больше.

– Хорошо, если ты считаешь, что я буду тебе мешать, то я не приеду, – обиженно ответила Вера.

– Ты только не обижайся, просто сейчас будет лучше так. Но если мне понадобится твоя помощь, то я сразу позвоню.

Закончив разговор, Сандра задумалась о словах Веры. Может ли быть так, что Катю убил кто-то другой, а Ваня был обвинен ошибочно? Полицию вызвала Ядвига Петровна – значит, она первая появилась на месте преступления. Нужно бы поговорить с ней, но как найти общий язык с ворчливой Ягой? Входная дверь хлопнула, и Сандра только сейчас поняла, что не замыкала ее, заразившись беспечностью от остальных жителей поселка.

– Хозяйка, ты дома? – громкий голос Гошки раскатисто прогремел из коридора.

– Да, Гош, я здесь, проходи.

– А я сегодня пораньше закончил, вот и пришел к тебе помогать. Ну, показывай, где твой враждебно настроенный кран.

– Вот он, Гош. Шипит на меня и плюется грязной водой.

Они оба рассмеялись, как в старые времена. Тогда они много смеялись, всегда находили общий язык и могли подолгу разговаривать на разные темы, хотя Гошка и был старше на целых три года.

– А где живет Григорий Лесничий, ты знаешь? – спросила Сандра, смотря другу прямо в глаза.

– Григорий Лесничий? – переспросил Гоша, задумавшись, и, пожав плечами, добавил, – я о таком даже не слышал. А кто это?

– Да так, знакомый моей знакомой из Москвы. Наверное, она что-то перепутала. Гош, запиши мне, пожалуйста, свой номер телефона в блокнот. Хочу собрать контакты старых знакомых.

– Ага, – Гошка взял в шариковую ручку. – Тогда и ты мне свой сбрось.

Он тепло улыбнулся и протянул блокнот. Сандра посмотрела на кривые Гошкины закорючки и вздохнула – опять никакого сходства с подписью на конверте. Тем временем Гоша деловито разложил на полу принесенные им инструменты и принялся осматривать кран.

– Шур, я пришел! – раздался голос из коридора.

Гоша заметно напрягся, сжимая в руке молоток. На кухню вошел Руслан, выражение его лица при виде бывшего друга сразу изменилось на враждебное.

– А этот чего здесь? – спросил он у растерявшейся Сандры.

– Кран пришел чинить, – ответила она.

– А, ну тогда я пойду.

– Стой, подожди. Может быть, вы поговорите? Зачем же вам враждовать? Ни к чему хорошему это не приведет.

– Шурка права, – сказал Гоша, по-прежнему не выпуская из рук молоток. – Ты прости меня, Русик. Глупо тогда получилось. Она же сама пришла, денег просила. Ну, я дал. А она полезла… А я ж мужчина, ну, не сдержался…

– Угу, – Руслан сжал руки в кулаки и смотрел в пол. Он знал свою жену лучше других и понимал, что Гошка говорит правду. От этого становилось еще больнее. Мучительный стыд и за себя, и за ту, кого он назвал своей женой, сжимал виски. Гошка подошел к нему ближе и протянул руку. Руслан выглядел сломленным, страдания склонили его сильные плечи. Подумав несколько секунд, он пожал протянутую руку когда-то близкого друга.

– Вот и замечательно. Я рада, что вы помирились, – воскликнула Сандра, у которой от неловкой ситуации опять разболелась голова.

Гоша широко улыбнулся, и Руслан тоже смог заставить себя улыбнуться в ответ.

– А почему Лиля не пришла? – спросила Александра.

– Ее нет дома, я не знаю, где она, – ответил Руслан, снова помрачнев.

– Так, давай приступим. Вдвоем быстрее управимся, – перевел тему Гоша.

Они действительно быстро справились с починкой крана, и Сандра, счастливая от того, что, хотя бы одна проблема решена, расцеловала обоих друзей в щеки.

– Шурка, доставка еды пришла!

На кухню ворвалась Машка с большим пакетом в руке.

– Ого, а вы чего здесь? Не подрались?

– Они помирились и починили вместе мой кран, – сообщила хорошие новости Сандра.

– Так за это и выпить не грех! Сейчас за настоечкой сбегаю!

И Машка бегом выбежала из дома. Сандра поставила на стол жареную курочку, вымытые огурцы и помидоры, кастрюлю с отваренной и посыпанной зеленью молодой картошкой, лоток с котлетами и тарелку с блинами. Вернулась подруга с большой бутылкой настойки.

– Я тут еще горчички захватила, хлеба и огурчиков малосольных, сама делала!

– Вот это кстати! – одобрительно закивал Гошка. – Заодно и приезд Шурки отметим!

Даже Руслан повеселел при виде Машкиной бутыли.

– Да, можно и расслабиться, – согласился он.

– Так давайте, чего стесняемся, – Машка расставляла посуду и стаканы, исполняя роль хозяйки.

– Ты когда успела столько наготовить? – удивленно спросила Сандра.

– Так у нас тут некогда мешкать!

Все подняли наполненные до краев стаканы за возвращение Шурки и осушили их до дна, только сама виновница торжества слегка пригубила обжигающий горло напиток. Все принялись за еду, восхваляя Машины кулинарные таланты.

– А ты же в детстве по Русику сохла, помнишь, Шурка, – внезапно воскликнула охмелевшая Машка.

Сандра смущенно посмотрела на Руслана, а тот, впервые за весь вечер, искренне ей улыбнулся.

– Так что бросай свою Лильку и поезжай в Москву с Шуркой.

Руслан засмеялся, не отводя глаз с покрасневшей хозяйки дома.

– А что, может и поеду.

Гошка, насупившись, жевал котлету. Ему явно не нравилась тема разговора.

– Не по Сеньке шапка, – сказал он и исподлобья посмотрел на Руслана.

– А помните, как мы у Яги из сада сливы таскали? – перевела разговор Машка, и все с облегчением принялись вспоминать шалости и приключения затерянного в прошлом детства. Сандра взяла альбом, карандаш и принялась рисовать своих друзей вот такими, какие они были сейчас – радостными, смеющимися, беззаботными, и пусть всего на один вечер, но счастливыми.

– Покажи, – попросил Гошка.

Сандра повернула к нему набросок, и он удивленно сдвинул брови.

– Ничего себе, это же мы! И так похожи. Ты – талант!

Сандра благодарно ему улыбнулась.

Разошлись все в первом часу ночи. Изрядно выпившие Гошка и Руслан шли в обнимку, за ними бежала Машка, что-то напевая. Сандра забралась в постель, усталость клонила ко сну, но мысли не давали покоя. Что она чувствует к Руслану сейчас? Когда он улыбнулся ей, так искренне и нежно, показалось, что внутри вспорхнули бабочки. Бархатный взгляд его карих глаз все также пленил, и сейчас ей захотелось оказаться в его объятиях. Но теперь есть еще и Лиля. Как быть с ней?

Входная дверь тихо скрипнула. Сандра приподнялась с постели, за дверью послышались тяжелые шаги. Она подошла к двери и приоткрыла ее. По полу расползлась широкая тень, она слегка покачивалась и приближалась. Кто-то был в доме! Сердце сильнее забилось в груди. Сандра схватила телефон, достала блокнот и набрала номер Гоши.

– Кто? – ответил тот быстро.

– Это я, Шура. Гоша, ко мне в дом кто-то влез. Он сейчас здесь.

– Я бегу, спрячься пока, – внезапно протрезвевшим голосом ответил он.

Только Александра успела забиться под кровать, как дверь в комнату отворилась. Она слышала шумное дыхание. Кто-то приближался к ней. Девушка закрыла рот рукой, боясь закричать. Шаги становились громче, кто-то ходил по комнате. Сандра прижалась к стене, надеясь, что Гошка уже спешит к ней. Грязные потрепанные ботинки остановились возле кровати, немного постояли без движения, затем человек опустился на колени, нагнулся и заглянул под свисающее почти до самого пола покрывало.