Глава 3 Вода не спрашивает имени

Это был самый долгий кошмар.

Раз за разом в меня вонзалась эта стрела, пущенная моим другом, прямо в сердце. Раз за разом я видела их лица, в которых не было сожаления.

Неужели они и правда видели меня предателем и дезертиром?

Столько лет мы были братьями, делили кусок хлеба, а сейчас они преследовали меня и убивали.

Снова и снова.

В очередной раз, когда я падала вниз, я наконец увидела тонкий луч света. Протянула к нему руку, а потом услышала хлопок, и темнота накрыла меня плотным покрывалом.

Сознание вернулось не сразу, оно поднималось, как тело из реки: медленно, сопротивляясь и цепляясь за темноту.

Холод был первым, что я почувствовала.

Он пробрался под кожу, стиснул кости, вцепился в лёгкие. Я закашлялась, и почувствовала, как изо рта хлынула вода. По ощущениям казалось, что она была мутная, речная, с привкусом ила. Меня резко перевернули на бок, ладонь легла между лопаток, заставляя дышать.

— Спокойно. Дыши. Я хотел дать тебе попить, но ты подавилась…

Голос был ровный, уверенный. Такой бывает у людей, привыкших решать, кому жить, а кому нет.

Я вдохнула. Потом ещё раз. В груди жгло, но мир начал собираться: каменистый берег, трава, примятая чьими‑то шагами, туман над водой и небо, которое уже было светлым, а солнце явно перевалило за полдень.

Я подняла глаза.

Мужчина стоял рядом, чуть в стороне, но я почти смогла разглядеть его целиком. Высокий, в дорожной пыльной одежде, без знаков отличия, но осанка выдавала больше, чем любые нашивки. Такие люди не сутулятся даже наедине с собой.

Первое, что я отметила, руки. Сильные, с мозолями на пальцах. Руки человека, который явно долго практиковался с мечом и луком, и который точно не боится испачкаться в крови.

Я дёрнулась и сипло спокойно попросила.

— Не трогай.

Он замер, затем медленно убрал руки.

— Ты едва не утонула. У тебя раны. — его голос было обманчиво мягким, у меня побежали мурашки.

— Я знаю. — коротко сказала я.

Попыталась сесть, тело отозвалось болью. Левая сторона вспыхнула огнём. Посмотрела на одежду: кровяные пятна, большая прореха в плотной ткань, где виднелся кусок красной кожи и часть рваного пореза.

Видимо стрела всё же задела? Или я просто сильно ударилась о камни, когда попала в воду? Не помню… ничего не помню, видимо хорошо меня приложило…

Мужчина снова попытался помочь мне, так как я еле держалась в сидячем положении.

— Не надо, я сама.

— Я просто хотел помочь.

— Я могу сама. — упрямо сказала я, осознавая, что он явно понял, что я не мужчина, хоть одежда и говорила о другом.

— Сиди, — сказал он и наконец отошел на несколько шагов, поближе к костру. — Если кровотечение усилится, второй раз я тебя не вытащу.

— Я не просила меня спасать.

— Так уж вышло, что я не плохой человек, и увидев другого в опасности не смог пройти мимо. Просить меня не потребовалось. Но… Барышня, как ты оказалась в таком месте, да еще и в мужской одежде?

— Это не ваше дело. — сухо сказала я.

Он хмыкнул и присел на корточки. Достал флягу, ткань, небольшой свёрток с травами. Слишком аккуратно для случайного путника. Что он собирается сделать⁈

— Я обработаю рану. — пояснил он, заметив, как насторожено я наблюдаю за ним.

— Нет. — воскликнула я.

Он поднял взгляд.

— Это не просьба, рана довольно длинная и глубокая. Если попадет грязь, то она воспалится и ты явно не выздоровеешь быстро, а может и того хуже заработаешь гангрену и умрешь во цвете лет. — он потянулся, чтобы убрать порванную ткань на боку, но я перехватила его запястье и сжала.

В этом движении было больше силы, чем позволяла моя нынешняя слабость. Он заметно удивился.

— Тогда я сама.

Пауза затянулась. Он внимательно смотрел на моё лицо, будто примеряя ко мне разные роли.

— Делай быстро, так меньше будет болеть, — сказал он наконец и отвернулся.

Я промывала рану, стиснув зубы. Боль была привычной, сколько я успела ее пережить. Физическая даже лучше, чем душевная. Пока она есть, я меньше думаю о том, что произошло этой ночью.

Когда закончила с раной, посмотрела на широкую спину мужчины. Одежда была простой, но явно не дешевой, ткань не была грубой, как у жителей деревни, значит он не местный. Может странник.

— Завтра утром здесь пройдёт караван, — произнёс он, глядя на реку и вырывая меня из собственных мыслей. — Торговцы, идут на север в Инли. Может быть тебе, барышня повезет, и они возьмут тебя с собой. Сможешь в безопасности попасть в город и уже там обратишься к лекарю.

— А ты?

— Я иду в другую сторону. — кажется он удивился моему вопросу, но в следующее мгновение я сама себе удивилась еще больше.

— Можно я пойду с тобой?

Он выгнул бровь и довольно резко сказал.

— Нет.

— Я не стану обузой.

— Барышня, туда, куда я направляюсь не место женщинам. И я не нуждаюсь в компании, если ты вдруг хочешь…

Я поднялась на ноги, игнорируя то, как дрожат колени.

— Нет, я не… не собиралась предлагать себя. Я не продажная женщина. Просто. Кажется нам по пути.

Он усмехнулся, но не успел снова мне отказать. Шаги на тропе прозвучали внезапно.

— Генерал! Генерал Вэй Лян!

Имя ударило сильнее воды и стрел. Я знала кто он и то, что он спас меня было не иначе как усмешкой судьбы.

Тот самый генерал армии Вэй. Любимец императора. Человек, которого либо возвышают, либо пытаются похоронить. Третьего не дано. И тот самый генерал, против которого строился заговор.

Доверять ему конечно было глупо, после всего, что со мной случилось, но идти без него в моем положении просто смертельно. Если выбирать из двух зол наименьшее, то Вэй Лян был этим наименьшим злом. По крайней мере он не хотел моей смерти. Пока что.

— Я слышала о тебе, — быстро сказала я, не опуская взгляд. — Генерал.

Он посмотрел холодно.

— И?

— И я знаю о положении дел. Я не буду обузой, даже скажу больше. В каком-то смысле, я смогу быть полезной.

— Мне не нужны бездельники и слабаки в пути, тем более не уверен, что нуждаюсь в помощи женщины.

«Какое высокомерие…»

— Тогда просто дай мне шанс показать на что я способна, — все же спокойно ответила я. — И решишь позже, стоило ли меня вытаскивать.

На поляну вышел мужчина, также одетый в дорожную одежду. Его взгляд сразу зацепил меня. Он удивленно посмотрел на генерала Вэй.

— Господин…?

— Это…

— Господин спас меня. — быстро сказала я, не давая ему ответить так, как мне было совсем не нужно. — Я Юй Лан, беженец из деревни, что была сожжена месяцем ранее на востоке.

Генерал Вэй нахмурился, а я поздно спохватилась, поняв, что одежда на мне хоть и не явно женская, но все же могла выдать правду о моем поле.

— Вот как. — второй мужчина не стал меня разглядывать, а посмотрел на мужчину, потом снова на меня и с сомнением добавил. — Генерал, донесение. Я…

— Идем, а ты… Юй Лан, — он выделил мое имя, понимая, что я назвала мужское, и явно не понимал зачем. — Переоденься и посиди тут.

Мужчина кинул мне мужскую одежду, и они ушли, а я с трудом села обратно.

В голове лихорадочно крутились мысли, пытаясь стать планом, который мог спасти мне жизнь, но я пока ничего не могла придумать.

Генерал Вэй не ладил с командиром Баем, под командованием которого я воевала много лет. Если он узнает правду, то может заключить меня в тюрьму, или… или воспользоваться той информацией, которую я могла бы ему предложить. Но захочет ли?

Я ещё не знала, как именно выберусь из этой ловушки.

Но знала другое: правда, которую я услышала той ночью, не должна исчезнуть вместе со мной. Её нельзя было бросить в реку, закопать в лесу или забыть ради собственной жизни. Мне нужен был человек, которому эта правда была бы не просто интересна, а опасна достаточно, чтобы он не отмахнулся. Человек, у которого хватит власти ударить в ответ и ума понять, куда именно бить.

Если таким человеком окажется генерал Вэй Лян — я использую этот шанс, а если нет… значит, я найду другого.

Я слишком долго была пешкой, чтобы снова позволить кому-то двигать меня по доске.