Следующая картина рисует последствия одной из подобных «юридических драм». Каждый день в полдень старуха-сумасшедшая спешит к разрушенной шахте, которая теперь похожа на глубокий кратер, залитый водой. Мрачный взор, дикое лицо, нахмуренные брови, перерезанный гневной морщиной лоб, полунагое тело... Это — женщина-привиденье, которой все уступают дорогу, которую все избегают...
Шесть лет горя превратили ее в старуху. Когда она подходит к грозной пасти «бывшей» шахты, она падает на колени; губы ее искривляются; нечеловеческий крик вырывается из измученной груди, как будто она хочет им заглушить какое-то тяжелое видение... Она плачет, затем понемногу утихает, опускается на землю и засыпает... Шесть лет тому назад здесь кипела жизнь. Рудник «Божьего Благословенья» был полон рудокопов, сновавших с тачками по галлереям. Подземный мир был оживлен, давал большие барыши предпринимателям, «а потому» — все шло прекрасно.
Однажды не хватило подпорок для новых галлерей, и решили взять их из старого соседнего рудника, который не давал уже никаких барышей, «а потому» — казался надежда, неопасным. Подобный случай мы видели в стихотворении из сборника «Polonia irridenta». Но когда вынули первые подпорки, хлынула куда, и в несколько мгновений не стало ни рудника «Божьего Благословения», ни сотен рабочих, погребенных в его недрах. Это было так еще недавно, все случилось так неожиданно...
«Был чудный день, солнце шло к полудню, кругом шумели деревья, когда у ног молодой женщины разверзлась земля; показалась черная, страшная пропасть, в глубине которой скользили вагончики, двигались человеческие фигуры. И вдруг все это исчезло, как страшное видение, залитое хлынувшей со всех сторон водой. На дне этого пекла осталось счастье молодой женщины, ее муж, вся ее будущность и рассудок... С тех пор блуждает она по ночам по окрестностям, преждевременно постаревшая, истерзанная, угрюмая, дикая. Но каждый день около полудня прошлое снова пробуждается в ее памяти. Тревожно бежит она через «Мертвый Лесок», спешит к руднику, где молодой муж ее ждет обеда».
У ее ног каждый день раскрывается страшная пасть земли, валятся балки, гибнет народ, бушует вода. Страшный крик разносится в воздухе. Старая сумасшедшая со стоном падает на землю, рыдает, потом обессиленная плачет все тише, тише и, наконец, засыпает»... («Stara waryatka»).