Глава 14

Вера

Когда завтрак подошел к концу — Ник доел кашу, Мира допила чай, а герцог отложил салфетку, — я уж было собралась сбежать из-за стола, чтобы наконец выдохнуть и переварить все произошедшее. Но… не успела.

— Элиана, задержитесь. Остальные могут быть свободны.

Голос Даррена прозвучал спокойно и буднично, но мне все равно стало не по себе. Мира на секунду замерла, переводя взгляд с меня на герцога. Она явно хотела что-то сказать — возможно, предложить остаться в качестве моральной поддержки, но передумала. Только ободряюще улыбнулась мне, сжала на прощание мое плечо и выскользнула в коридор следом за Ником.

Мальчик после завтрака вел себя тише воды и ниже травы. Мой фокус с моллюсками удался, но надолго ли хватит его эффекта? Ну ничего, если что — у меня фантазия бурная. Что-нибудь ещё придумаю.

Слуги, повинуясь безмолвному приказу хозяина, тоже исчезли — бесшумно, как тени. Только лёгкий сквозняк колыхнул пламя свечей в канделябрах. Дверь в столовую закрылась, и мы остались вдвоём.

Герцог поставил локти на стол и свел кончики пальцев перед собой — жест, который я уже видела у него. Он означал, что сейчас последует что-то важное или неприятное. Или и то, и другое одновременно.

— Хотел поговорить с вами с глазу на глаз, пока дом не начал наполняться гостями, — произнёс он.

Откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Ладони внезапно зачесались от нервного напряжения.

— Слушаю.

— Во-первых, насчет вечера. Через пару часов приедет модистка с готовым платьем. Подгонит наряд под вашу фигуру. И привезет с собой все, что необходимо для праздника настоящей герцогине.

Моргнула. Платье? Он заказал для меня наряд? И когда только успел? Впрочем, чему я удивляюсь — у этого человека, кажется, все схвачено.

— Спасибо.

Герцог чуть наклонил голову, ожидая продолжения, но я промолчала.

— Даже не станете возражать? — в его голосе проскользнуло что-то похожее на разочарование. — Не узнаю вас, Элиана.

— Стараюсь соответствовать новому статусу высокородной жены, — позволила себе едкую усмешку. — Или вы предпочитаете, чтобы я закатила истерику из-за фасона рукавов?

Он довольно прищурился. Нет, мне не показалось — ему определённо нравятся наши перепалки. Как кость, которую бросают сторожевому псу. Можно всласть погрызть и отложить до следующего раза.

— Во-вторых, — Сухарь снова стал серьезным, и я невольно подобралась. — За ужином старайтесь придерживаться нейтральных тем. Погода, мода, быт и дети. Если кто-то попытается вас провоцировать — начнет спрашивать про Нотингейлов или про происшествие во дворце, не реагируйте. В крайнем случае дайте мне знак. Я быстро успокою всех любопытствующих.

В его устах «успокою» прозвучало почти как «упокою». От этого тона даже у меня мороз пробежал по коже.

— Почему вы меня защищаете, лорд Рейнольд? — спросила, глядя ему в глаза. — Что во мне такого особенного? Я ведь даже не интересна вам как женщина.

Последние слова вырвались раньше, чем успела их облечь в приличную форму. Глупо. Зачем я это сказала? Теперь он подумает, что меня это волнует.

Герцог медлил с ответом. Его ладони разомкнулись и снова сомкнулись «домиком».

— Пусть мои мотивы вас не волнуют, Элиана. Вы в безопасности в этом доме, а статус моей супруги дает вам некоторую неприкосновенность. Разве не этого вы хотели после ночи в камере?

— Хотела. — Я тоже оперлась руками на край стола. — Но сейчас я не в камере, а рядом с вами. И чтобы доверять, мне нужно понимать, что вами движет. Вы кажетесь мне не менее подозрительным, чем все причастные к взрыву во дворце.

Даррен усмехнулся — коротко и совершенно без тепла.

— Ладно. Вы сами перешли к пункту три.

Что еще за пункт три?

— Я получил донесение от своего человека. Кто-то намеренно раздувает слух о вашей вине. Несмотря на решение короля, в высших кругах бродит мнение, что вы и есть убийца. И освободили вас не по справедливости, а по моей прихоти, — герцог еще больше помрачнел, а у меня похолодели пальцы.

Я-то, наивная, полагала, что самое страшное позади. Что королевское слово — закон, а герцог — гарант безопасности. Но выходит, я все еще хожу по краю пропасти. И эта самая пропасть под ногами никуда не делась, просто ее прикрыли ковром.

— И что теперь? — голос все-таки дрогнул. — Сюда могут заявиться стражи? Схватить меня? Снова кинуть за решётку? Повесить?

— Нет. Если вы будете осторожны и милы с гостями. Ни единого повода для сплетен! Вы должны выглядеть юной и нежной невестой, а не острой на язык базарной торговкой. Понимаете? Спрячьте свои колючки хотя бы на время, пока я ищу настоящих виновников.

Поймала себя на том, что сжимаю край скатерти с такой силой, что побелели костяшки.

— Ищете? Но как же король? Разве не он должен этим заниматься? И его люди. Почему вы, милорд? Вы в отставке. Что вы можете?

Герцог поднял на меня тяжелый взгляд. Серые глаза остановились на моем лице, изучая. Черт, он даже не моргает! Как змея. Нет, как очень опасный и сильный питон. Зажмет в своих кольцах, а ты даже и не заметишь, что уже попалась… Ох, Вера! Ну ты и влипла.

— Многое из того, что вы себе даже не представляете, — ответ прозвучал настолько загадочно и двусмысленно, что у меня по спине пробежал холодок.

Одернула себя и заставила выпрямиться. Нужно собраться! Он меня проверяет или пугает. Возможно, что все и сразу.

— Хорошо, допустим, я вам верю. Но давайте договоримся.

Он вопросительно заломил бровь.

— Я изображаю вашу наивную и влюбленную жену. Вы — хотя бы изредка улыбаетесь, чтобы гости не шарахались. И смените уже, ради бога, этот похоронный черный костюм на что-то более праздничное! А завтра, когда гости разъедутся, мы поговорим. И вы расскажете мне все, что знаете о взрыве на празднике. Все-таки я имею право знать, что там произошло на самом деле и почему меня сочли виновной.

Герцог недовольно поморщился. Ноздри тонкого носа дрогнули — кажется, привычка диктовать условия, а не принимать их, боролась в нем с пониманием, что на этот раз я права.

— Согласен, — выдавил наконец. — Но и вы мне пообещайте кое-что в ответ. Честность за честность. Идет? У меня тоже есть к вам парочка вопросов.

Стального цвета глаза опасно блеснули.

Что ему известно и что он хочет спросить? О ритуале? О моем поведении? О том, почему я оказалась на ногах, когда все упали?

— Идет, — согласилась, надеясь как-то выкрутиться в будущем. — Честность за честность.

Герцог медленно кивнул и встал из-за стола.

Мелькнула зловещая мысль: эта новая сделка не сулит мне ничего хорошего.