14 марта (после полуночи)

Шесть дней до Турнира Континента

Михаил Войд (Гринч)

После третьего удара Двойника сердце заработало.

— Едрить твою налево! — кровь снова побежала по венам, и я смог вздохнуть.

Двойник развеялся, а земля подо мной задрожала. Везде пыль! Ни черта не видно. Слух отключён. Поднявшись на ноги, заметил пару сообщений в интерфейсе Поднебесья, но сейчас не до них.

[С моим телом что-то не так.]

Руки и ноги двигаются быстрее, чем разум подаёт управляющие сигналы. Я за долю секунды огляделся. Не глазами, а Сферой Восприятия. Теперь она работает на полную мощь.

[Я думаю и двигаюсь раза в два быстрее, чем раньше… Это ненормально.]

Центральная часть Ностромо перестала существовать в привычном смысле. Взрыв голубого солнца произошёл в сотне метров над землёй. Это разрушило поднятый в воздух кусок города, но спасло другие районы — их не смело ударной волной. Прямо сейчас, пока я только поднимался, огромные глыбы камней летели к земле.

Двухкилометровая туша Фираксиса никуда не делась. Она на подгибающихся ногах-колоннах медленно падала на землю. Вместе с ней с неба валил дождь из жуков, лишившихся сознания.

Тело мегамонстра оказалось невероятно большим. Чудилось, будто само небо падает на землю.

[Двигайся!] — приказал я своему телу. — [Бежим, бежим, бежим! Надо срочно покинуть город].

Я только успел об этом подумать, а ноги уже несли меня вперёд. Импульсная Походка вышла на какой-то запредельный уровень. Я не бежал, а буквально летел по улицам.

Воздух свистел в ушах. Оттолкнувшись от порога одной торговой лавки, я взмыл в воздух. Следующий шаг пришёлся уже на балкон второго этажа следующего здания. Касание! И… Вот я уже бегу по крышам, перемахивая с одного дома на другой всё быстрее, быстрее, быстрее. Мои ноги едва касались черепицы.

[Дело не в Импульсной Походке. Навык остался прежним,] — дошло до меня прямо на ходу. — [Это я сам стал быстрее.]

Спина в месте удара молнии саднила. И это «мягко говоря». Даже сквозь отключённое чувство боли рана давала о себе знать. Неприятные ощущения прострелили через всю спину.

Пока ноги несли меня вперёд, я открыл пространственную сумку и проглотил разом все оставшиеся Пилюли Лечения.

[Учитывая объём травм за день, лишними они точно не будут,] — несмотря на Пилюли, меня продолжало знобить. — [Дело не только в ране от молний… Сияние голубого солнца повлияло и на меня. В очередной раз нарушен баланс эссенций в организме.]

Сам не знаю как, но мне удалось на ходу достать витамины мамы из сумки.

[Осталось всего три таблетницы. Каждая рассчитана на месячный приём. Каждый раз витамины требуются мне, когда жизнь висит на волоске.]

Проглотив почти недельный запас, я трясущимися руками сунул таблетницу в сумку… И чуть не промахнулся. Мозг забыл о том, что сначала надо открыть клапан сумки.

[С-странно. Тело действует быстрее ума. К-как так?]

Бабах!

Сзади раздался грохот. Огромные глыбы камней падали на землю, хороня под собой целые дома. Энергия, высвободившаяся в момент взрыва голубого солнца, продолжала уничтожать эссенцию проклятий… И не только её! Все остальные эссенции тоже попали под раздачу. Волна изменений расходилась кольцом от рынка Ностромо.

Вшух!

Несясь вперёд с невероятной скоростью, я в какой-то момент обогнал кольцо этих самых изменений и снова оказался внутри тумана. Вот только мне стало не до него.

Впереди показалась северная стена Ностромо и окружающий её барьер. Я разогнался настолько сильно, что практически перемахнул через весь силовой купол. Оттолкнувшись от него ногами, полетел ЗА городскую стену, наплевав на жуков. Те двигались как сонные мухи и только верещали.

Когда я летел по воздуху к опустевшим полям пригорода, воздух буквально разорвал рёв Лорда Валентайна.

— ОЛЕ-Е-ЕНЬ! — громогласный рык разнёсся над городом, в котором сейчас царил хаос.

Взрыв, падающие куски камней, туша Фираксиса, наконец достигшая земли.

Врумм-м-м-м.

Вслед за падением тела мегамонстра задрожала земля. Мне было не до него… И даже не до ударной волны, догоняющей меня сзади… Тело колотило, ноги с каждой секундой слушались всё хуже. Я бежал и бежал вперёд, не понимая толком, где нахожусь.

Вззз…

Вззз…

Вззз…

Сканирующие волны пришли откуда-то с западного направления. Там, за разорёнными полями пшеницы, находился Голец. Я бежал на север…

[Вперёд, вперёд, вперёд!]

Где-то там, к северу от Ностромо — за лесом и непроходимым болотом — проходила объездная дорога, о которой говорил Гаммадур.

[Точно, лес!]

Мозг всё ещё не поспевал за телом. Однако обратная связь в виде хлещущих по телу веток дала понять: я бегу в правильном направлении.

Сил в организме становилось всё меньше. С каждой секундой сердце колотилось всё сильнее. Казалось, мозг, сердце и дыхание работают вразнобой.

[Внимание! Угроза жизни носителя. Замечены признаки сбоя в работе мозга и сердца,] — мгновенно отозвался «Мохреш» и тут же добавил второе сообщение: [Активирую регулятор сердечного ритма. Активизирую доли мозга, отвечающие за спокойствие. Активация автоматического протокола самовосстановления.]

Прошло буквально пять секунд. Я перемахнул через какое-то болото, толком ничего не соображая. На разум навалилось нечто среднее между апатией и умиротворением… И в то же время я понимал: если прямо сейчас остановлюсь — меня поймают. Неважно кто. Люди Лорда, жуки, отряд зачистки империи Колоссус. Кто угодно.

[Надо выйти из тумана,] — шептала чуйка. — [В место, где будет безопасно… Берлога, комната-термос, убежище… Место, где примут свои и не найдут враги… Фамильное гнездо Гринчей? Ах, да… Я же не в Нью-Йорке… Что? Кто? Точно, я в Поднебесье… Надо позаботиться о ранах.]

Тело начало становиться ватным, а я всё нёсся вперёд как угорелый. Между пальцами пробегали искры, а шаги вызывали крохотные молнии, бьющие в землю. С каждой секундой они становились всё слабее.

Шух!

Я вдруг перемахнул через дорогу, по которой ехали десятки телег. Караван шёл куда-то на север. Скорее всего, в соседнее герцогство, где и находится Нурвад — город, в который ушли Глыба с Сати.

[В этой части маркграфства не бывал. В памяти «Мохреша» нет нужной карты. Надо скорректировать движение, чтобы не промахнуться.]

Немного сменив направление, я рванул на север, в сторону Нурвада. Путь от Ностромо, который раньше занимал несколько часов, я преодолел меньше чем за пять минут.

Темнота…

Веки начали тяжелеть, а тело практически перестало ощущаться. Усталость навалилась так стремительно, будто я с размаху прыгаю в пропасть.

«Мохреш» вдруг снова выдал предупреждение, подсветив один из крытых фургонов в караване.

[Внимание! Рядом три объекта, опознанные как условные союзники.]

Отметка «Мохреша» подсветила Мадам Мо и пару её подручных.

[Как тесен мир?] — я резко остановился. — [Троица сторонников Секты Скреббы, выжившая после встречи с чистильщиками Секты. В тот день уцелела только хозяйка прачечной и пара её соседей.]

Понимая, что других вариантов нет, я рванул к ним. Фургон ехал как часть каравана с беженцами, направлявшегося в сторону Нурвада.

С размаху запрыгнув на козлы, я перепугал возницу. Лицо знакомое, пусть и со специально отросшей бородой. К счастью для окружающих, моё тело почти перестало искриться.

— Свои, — не обращая внимания на кучера, я обратился к хозяйке прачечной, сидевшей внутри фургона. — Мадам Мо! Мне нужна небольшая услуга.

В этот самый момент ноги окончательно перестали слушаться. Наклонившись вперёд, я буквально ввалился в кузов фургона с беглецами. Там меня подхватил второй бородатый мужик, сразу приставив нож к горлу.

— Свои, — произнёс я хрипло. Глаза стали слипаться. — Мадам! У меня откат из-за… Приёма «Пилюль Последнего Шанса».

С этими словами я достал из сумки горсть золотых монет и протянул их даме, прятавшейся в тени. В её руках поблёскивал кинжал.

— В Нурваде… Найдите гнома Глыбу. Он гостит у родственников. Тот держит кузню…

Это стало последним, что я смог произнести. Уже практически проваливаясь в сон, я мазнул взглядом по сообщениям в интерфейсе Поднебесья:

[Корень стихии молнии очищен! Качество улучшено с обычного до земного.]

[Пробуждён корень стихии воды. Качество — земное.]

…

То же время

Крепость Лорда

Пакур Валентайн пребывал, мягко говоря, в гневе. Полчаса назад до крепости добрался имперский разведотряд. Солдаты принесли сообщение от армии, вставшей на границе Мглы.

Случилось ровно то, чего Пакур опасался. Послание от генштаба звучало сухо и предельно рационально. Если отбросить словесную шелуху, звучало примерно так:

«Раз вы не можете сами провести эвакуацию, Лорд Валентайн, армия империи Колоссус сама спасёт всех граждан, которых сможет. Само собой, когда барьер падёт».

Суть в том, что никто в открытую с Фираксисом [4+] биться не собирался. Слишком много сильных жуков на стадии Золотого Ядра [3+], ходило вместе с этим мегамонстром…

[Как я и предполагал!] — думал Валентайн. — [Император и Cекты решили использовать МОЙ город как наживку. А меня списали со счетов… МЕНЯ! Вассала, преданного императору больше, чем кто-либо другой.]

Пакур гневался, чувствуя себя брошенным на произвол судьбы. И тут…

Началось!

Сначала в центре города появилась непонятная голубая сфера, выжигающая Мглу и эссенцию проклятий. Затем вдруг чёртов упёртый Олень показал себя.

Сработала формация пятого ранга, о которой никто не знал… Включая Лорда! А ведь в ней имелось аж семьдесят два флага-точки, которые Олень ТАЙНО расставил по всему Ностромо.

Земля дрожала! Город сходил с ума из-за того, что центральные районы вдруг стали подниматься в воздух.

Поднявшись на крышу одной из дозорных башен крепости, Валентайн лично видел ключевой момент схватки. Формация Оленя засияла, начав собирать внутри себя всю свободную духовную энергию Ностромо. Невидимая глазу тварь оказалась поймана в ловушку.

Затем раздался взрыв. Ветвистая молния Кары Неба пробила Фираксиса насквозь, ударив точно в голубое солнце. Один из её разрядов подозрительно отклонился и попал в стремительно удаляющуюся фигурку.

[Там ещё кто-то был? Ауры не вижу,] — Пакур отметил для себя эту странность.

Последовавший за молнией взрыв снёс всю поднятую в воздух центральную часть Ностромо. Следом с неба грохнулся Фираксис, хороня под собой город.

Ставя последнюю точку в этом хаосе, жуки взбесились. В основном особи из числа слабых. Наиболее опасная часть порождений Мглы, находившаяся на стадии Заложения Основ и Золотого Ядра угодила в ловушку, устроенную Оленем. Оттого с неба шёл дождь из погибших монстров.

До поражённого увиденным Валентайна наконец дошло:

[Олень! Чёртов упрямец не смог бы напрямую убить Фираксиса. Однако как мастер формаций он нашёл способ лишить мегамонстра сознания. Причём не на минуту, а навсегда. Формация-ловушка запечатала Духовное Чутьё Фираксиса, фактически вытянув сознание из тела.]

Техники демонов-искусителей, иллюзорные техники людей, приёмы существ-призраков — все они атакуют разум. Именно это провернул Олень. Вмешательство мастера формаций перевернуло «шахматную доску», за которой сидели Валентайн, Секты и генштаб империи Колоссус.

— К оружию! — закричал Лорд с дозорной башни. — За Ностромо! Отобьём у порождений Мглы наш город.

Вышедшие из крепости адепты начали проводить зачистку. Лорд приказал держать барьеры на стенах. Пакур делал это не для того, чтобы защититься от жуков… Нет-нет! Брошенный на произвол маркграф хотел встретить Секты и армию Колоссус так, как подобает Лорду… встречать непрошеных гостей.

[Р-р-р! Когда моя жизнь висела на волоске, вы все отвернулись от меня. Я вам это припомню!]

Шесть часов спустя туман осел. К вратам Ностромо подошёл легион империи Колоссус, проводивший зачистку в окрестных землях. То же касалось и Сект. Их адепты взяли на себя два других фронта — северный и восточный — не давая уцелевшим монстрам разбежаться.

Не снимая с города барьеров, Валентайн вышел к гостям… И, не стесняясь в выражениях, высказал вслух всё, что он думает об их помощи союзнику. Потом добавил, куда им всем пойти со своими предложениями «разделить добычу».

— Ох, как я мог забыть. Мы же союзники, верно? — довольно скалясь, Пакур смотрел на группу адептов, собравшихся в палатке командира легиона. — И вы хотите получить добычу⁈ Отлично. Вы получите доли, пропорциональные вашему вкладу в общую битву. Так как ваш вклад в победу над Фираксисом нулевой, то и трофеев вам с него не причитается. Вся добыча, находящаяся внутри города, принадлежит только мне и никому другому.

Представители Сект Голубого Неба, ОгнеЦвета и Водоворота тоже присутствовали на встрече. От последних двух прибыли боевые старейшины на стадии Золотого Ядра [3+]. А интересы Голубого Неба представлял и вовсе главный старейшина — текущий глава всей Секты.

Он выглядел как морщинистый старик с длинными седыми волосами. Само его тело излучало мягкую силу, заполонившую всю палатку.

Именно он обратился к Пакуру первым:

— Мы, как Секты-покровители Империи Колоссус, требуем свою долю с Фираксиса.

— Я знаю о «Союзном Договоре». Как я и сказал, — Пакур оскалился, — распределение добычи пройдёт согласно вкладу сторон. Сколько вы там жуков убили на стадии Золотого Ядра? Три, пять? Можете забрать себе их тела.

— Маленький Лорд, — хриплый голос главы Голубого Неба заполнил всю палатку. — Ты жалок. Твоя личная сила ничтожна в масштабах империи Колоссус, но говоря уже о материке. Даже мне, главе Секты, надлежит думать, прежде чем открывать рот… Если я захочу получить Фираксиса, я его получу. А ты подавишься такой добычей.

Валентайн зарычал:

— Не тебе это решать, старик! — Пакур когтистым пальцем указал на всех, кто находился в палатке. — Вы все просчитались! Пятьдесят процентов добычи от Фираксиса принадлежит мастеру формаций, который находится в МОЁМ городе. Ещё четверть принадлежит императору Колоссус, согласно всё тому же «Союзному Договору». Ещё двадцать пять процентов отходит МНЕ как маркграфу этих земель… Только с этой четверти вы и можете пытаться отгрызть себе кусок за помощь в проведении зачистки МОИХ земель. Кстати! Я буду не против, если вы все откажетесь. Обращусь к Гильдии Наёмников. Они сделают работу вместо вас, и мне это точно обойдётся дешевле.

Сейчас в палатке обсуждался не просто делёж добычи. Речь шла об астрономических суммах. Тело Фираксиса огромно! Материалы, добытые из мегамонстра на стадии Зарождения Души [4+], могут навсегда изменить рынок артефактов на континенте Крыла.

Ни одна Секта не сможет целиком проглотить ТАКУЮ огромную добычу. Ни Голубое Небо, ни ОгнеЦвет, ни Водоворот. Единоличное обладание трофеем может поставить Секту на грань войны с гарантированным уничтожением.

А тут ещё и мастер формации нарисовался, которому Валентайн отдал половину добычи. ТАКАЯ доля говорила о том, что адепт едва ли не в одиночку завалил мегамонстра. Угрожать ему… Ну не-е-е-т! В палатке не нашлось безумцев.

[Политика — дело тонкое.] — Валентайн с трудом скрыл эмоции от своей маленькой победы.

Никто из присутствующих не знал одной маленькой детали: Пакур НЕ УПРАВЛЯЛ Оленем. Этот упрямец не подчинялся ни ему, ни даже императору Колоссус. Мастер формаций находился в Ностромо только потому, что его об этом «попросили». Он скорее гость маркграфства, чем «адепт, работающий на Лорда».

Другими словами, Пакур сейчас НЕ ИМЕЛ права говорить за Оленя, ибо тот не является его подчинённым. Эта маленькая недомолвка делала максимально сильной позицию Пакура в переговорах. Фактически Лорд сейчас контролировал три четверти рынка, связанного с Фираксисом.

Дальше начались торги. Все хотели урвать свой кусок материалов с мегамонстра.

Через дорогущий артефакт связи Информационного Бюро с Лордом связался лично император Колоссус и попросил «продать через него» долю Пакура с Фираксиса.

Монарх не дурак и прекрасно понимал: из-за отказа в военной помощи Валентайн сейчас в гневе. Однако, как аристократ империи, Валентайн не откажется от такого предложения.

Договорились на том, что в конце месяца императорская семья Колоссус проведёт аукцион.

[Секты, Гильдии, тайные организации… Даже сильнейшую империю юга континента сожрут с потрохами, если она вздумает оставить всё тело Фираксиса себе!] — Валентайн просчитывал варианты. — [Все эти организации должны будут прийти на поклон к Колоссусу, чтобы получить доступ к аукциону.]

Услышав о мастере формаций, Cекты притихли. Тот, кто смог одолеть Фираксиса, не мог быть рядовым адептом и наверняка находится на пике стадии Золотого Ядра [3+]. Порой такие вот уникумы могут делать невозможное возможным. Например, одолеть Фираксиса в одиночку.

[Как чёртовы мифические маги из Акария,] — Валентайн недовольно фыркнул. — [Вот только магов уже три тысячи лет никто не видел.]

Так, в ходе коротких переговоров, доля трофеев с Фираксиса у императора Колоссус выросла до пятидесяти процентов. Валентайну потом всё компенсируют золотом и духовными кристаллами.

Дальше в палатке начались торги за долю, которая принадлежит Оленю. Единственный, кто знал, что «мастеру формаций на всё плевать», — это сам Пакур. Потому Лорд без зазрений совести стал торговаться с Сектами за его долю.

Голубое Небо, ОгнеЦвет, Водоворот — каждая из Сект пыталась откусить кусок побольше, не желая потом торговаться на аукционе. Тут-то Валентайн разгулялся, требуя вместо денег тысячи строителей, рабочих и сотни самых разных специалистов.

[У Сект есть Внешние Кварталы Слуг. По численности населения они тянут на целый город.]

В пострадавшее маркграфство Валентайну требовалось в ближайшее время вдохнуть новую жизнь.

[Одни люди сбегут. На их место придут другие. Мне надо восстановить стены, три четверти города и бог знает что ещё,] — думал про себя Пакур.

Сейчас, когда Секты вынуждены конкурировать друг с другом, появилась возможность выжать из них максимум ресурсов. Чем Пакур и пользовался по полной.

Переговоры затянулись почти на сутки. Оценщики Сект раз десять мерили тушу мегамонстра, требуя себе самые ценные куски. Присутствующий на переговорах генерал армии Колоссус всё слушал… Записывал… И говорил, что именно этот «жирный и вкусный кусок мегамонстра» отойдёт императорской семье.

Старики из Сект скрипели зубами, но в противовес ничего не могли сказать. Если на аукционе кто-то скажет: «Голубое Небо забрало самые ценные куски Фираксиса» — жди беды. Обязательно найдутся люди и нелюди, посчитавшие такой раздел добычи несправедливым.

Проведя почти сутки за торгами, Валентайн вернулся в крепость и дал приказ выпускать людей в город.

[Хватит уже держать этих нахлебников! Пусть возвращаются к работе. В этом месяце, так и быть, не стану собирать налоги.]

Проглотив пару «Пилюль Бодрости», правитель Ностромо отправился в особняк Оленя. Тот держал минимум слуг, уже который год маскируя свой дом под лавку, оказывающую «бухгалтерские услуги».

Придя к нужному зданию, Валентайн нахмурился. Купол защитной формации над домом Оленя до сих пор работал. Причём Пакур не мог войти внутрь по своему желанию.

Почуяв гостя, мастер формации сам открыл дверь. Выходя наружу, он чуть пригнулся, чтобы не задеть косяк ветвистыми рогами.

— Чего пришёл? — произнёс Олень, опираясь на странный зонтик.

— А ты всё тот же? — Пакур недовольно оскалился. — Ни здрасьте, ни как у тебя дела, Пакур. Приглашения на чай от тебя даже дамы не дождутся… Скорее Небо рухнет, чем у тебя появятся манеры.

— Спасибо за комплименты, — Олень кивнул, не моргнув и глазом. — Не знал, что ты на них вообще способен.

— Да иди ты! — Лорд махнул рукой, но уходить не стал. — Хочу обсудить твою долю добычи с туши Фираксиса. Ты, как обычно, сидишь в своей берлоге… Я за тебя её продал трём Сектам. Кусок перепал и армии империи Колоссус.

Мастер формаций даже зевать не стал. Взгляд, поза, мимика — ничего не изменилось. Выслушав Пакура, он развернулся и направился обратно в дом.

— Скучно. Посчитай всё сам, Пакур. Потом пришлю слугу забрать те медяки, что твоя щедрая душа мне насчитает.

— ТВЕРДОЛОБЫЙ УПРЯМЕЦ! — Валентайн в гневе ударил рукой по барьеру. — Ты мог добиться в миллион раз большего, если бы не сидел в лавке бухгалтера на задворках цивилизации… Никто не знает, жива ли ещё Сильвания! А ты годами цепляешься за её тень.

— Заткнись, — спокойно произнёс Олень, не оборачиваясь. — Не все зверолюди одержимы властью, как ты, Пакур. Мне жаль, что старый Обенель вынужден терпеть твой вспыльчивый характер. И я не потерплю оскорблений в адрес леди Сильвании!.. Даже от тебя.

Валентайн оскалился, показывая зубы. Так зверолюд выражал своё недовольство, но никак не злость. Слишком многое связывало правителя Ностромо и упрямца, живущего затворником в этом особняке.

— Как ты это сделал? — прорычал Пакур. — Как выманил Духовное Чутьё Фираксиса в город? И что это было за голубое солнце?

Олень остановился и несколько удивлённо произнёс:

— Я думал, это твоих рук дело… Хм, вот как⁈ Теперь мне и самому стало интересно. Изучу на досуге.

Чуть пригнувшись, Олень вошёл в свой дом. Валентайн отметил про себя, что зверолюд почему-то опирается на зонтик.

[Он, что… Ранен? Впрочем… Раз молчит, значит, держит ситуацию под контролем.]

Забыв о старом знакомом, Пакур направился обратно в крепость… И замер, сделав всего шаг. Из-за странного поведения Оленя Валентайн едва не пропустил мимо ушей его ответ.

[Так это не он выманил Фираксиса? Тогда кто?]

Прокрутив в уме всю битву, Пакур вспомнил разряд молнии, отлетевший в сторону во время взрыва голубого солнца. Медленно, но верно, до Лорда стало доходить:

[Мне не показалось… В ключевой момент битвы за Ностромо в центре города находился кто-то ещё!]