Не знаю, смогла ли я убедить Кору, что победила только благодаря зубрёжке, но к этой теме мы больше не возвращались. Таким образом, мне удалось сохранить свой секрет в тайне.

По пути к выходу из школы меня поздравляли даже те, с кем я никогда не общалась, и все как один уверяли, что в следующий раз будут ставить на мою победу. Стало быть, я не ошиблась: из всех учеников на меня поставили лишь Джастин и Кора, да и те сделали это скорее из чувства солидарности, за что были вознаграждены, сорвав огромный куш. Ещё вчера я бы извелась от страха, что не оправдаю возложенных на меня надежд, но теперь, когда со мной был Казимир, соревнования по остальным предметам казались мне детской игрой.

Попрощавшись с друзьями, я отправилась домой. В дни соревнований их участники освобождались от уроков, и можно было уйти пораньше. К сожалению, школьный автобус отправлялся только после полудня, и я пошла пешком, пообещав себе в самое ближайшее время залатать шины своего велосипеда, тем более что демонов можно было уже не опасаться.

Дорога домой заняла у меня очень много времени. Я постоянно останавливалась, оглядываясь по сторонам. Меня не покидало неприятное чувство, что за мной следят. Но если Казимир следовал за мной по пятам, то почему не показывался? Зачем ему скрываться? Пару раз я порывалась его позвать, но на улице было слишком людно.

Когда я во второй раз прозевала зелёный светофор на пешеходном переходе, потому что была занята тем, что высматривала Казимира, я решила, что с меня хватит. Вытащив смартфон из кармана джинсов, я написала маме и папе, сообщив о своей победе. Вообще-то я намеревалась позвонить отцу из дома, но мне срочно нужно было как-то отвлечься. Кроме того, я всё ещё очень волновалась и не могла больше ждать. Папа должен был узнать, что я справилась. Благодаря сегодняшней победе я повысила свою полугодовую оценку по математике с тройки на четвёрку и была твёрдо намерена сохранить её до конца года. Ну, а если не получится, то Казимир наверняка что-нибудь придумает.

Мне было интересно, сколько кармы он сумел заработать. Учитывая беспорядок, который он учинил, вероятно, очень много. Моё лицо расплылось в улыбке: эта сделка – самое лучшее, что случилось со мной за последнее время.

Меня немного мучила совесть, ведь я обманула своих друзей, но я гнала от себя эти мысли. В конце концов, если бы мы с Казимиром не сохраняли осторожность, на нас в любой момент могла бы обрушиться куча проблем. Я так долго думала об этом, что низкие серые тучи, закрывшие небо над моей головой, обрушились проливным дождём. Похоже, что карма существовала не только в мире демонов.

Вымокшая до нитки, я вошла в квартиру, забрызгав дождевой водой мамин любимый паркет, и услышала, как кто-то хозяйничает на кухне.

– Мам? – крикнула я, прикрыв за собой входную дверь.

Из кухни выбежала мама, держа в руке кулинарный венчик с налипшим тестом.

– От всей души поздравляю тебя, воробушек! Я знала, что ты справишься, и безумно горжусь тобой! – сказала она, сияя от радости.

Мама крепко обняла меня, измазав тестом мою футболку.

– Ой! – Она улыбнулась и быстро сняла с меня тесто пальцем. – По такому случаю я решила испечь праздничный пирог. Как ты на это смотришь?

– Спасибо, мам, это просто замечательно! – ответила я, смеясь.

Я взяла венчик у неё из рук и попробовала тесто на вкус.

– М-м-м, мятно-шоколадный? – с надеждой спросила я.

– С кусочками бисквита, – подтвердила мама.

– Гениально!

Пока я снимала одежду и обувь, мама убежала обратно готовить.

– Вот видишь, – крикнула она мне. – Твоя усердная учёба себя оправдала!

Я невнятно пробурчала что-то в знак согласия и проследовала за ней на кухню, которая выглядела как настоящее поле боя. Я старалась не смотреть по сторонам, но не могла не заметить раскрытый пакет муки, кучу скорлупы от разбитых яиц и опрокинутую сахарницу. Мама не могла готовить, не устроив на кухне форменный хаос.

В этот момент зазвонил домашний телефон. Пока мама пыталась снять трубку измазанными в тесте руками, я прошла к себе в комнату. Это состязание так меня измотало, что я хотела лишь одного: снять мокрую одежду, плюхнуться на кровать и немного вздремнуть. Но оказалось, что моя уютная кровать уже занята. От неожиданности я чуть не подпрыгнула до потолка. Казимир развалился на моей кровати и со скучающим видом листал книжку.

– Ты с ума сошёл! – прошипела я и быстро захлопнула дверь, пока мама ничего не заметила. – Ты не должен появляться здесь без предупреждения!

– Да расслабься ты. Если войдёт твоя мама, я тысячу раз успею спрятаться. Вы, люди, такие шумные, что ваш топот слышен за сто километров, – сказал он, пожав плечами.

– Мы не шумные! И не смей рыться в моих вещах, – ответила я, вырывая книжку у него из рук.

– Какая летучая мышь тебя укусила? Я думал, ты будешь рада, что выиграла это соревнование. Согласись, я задал им жару.

Я молча повернулась к нему спиной, чтобы поставить книгу обратно на полку.

– Эй! Ты должна радоваться. Вообще, надо это отпраздновать. Я заработал более 2000 единиц кармы. Просто невероятно. Если так и дальше пойдёт, то я, пожалуй, поставлю новый рекорд. Предыдущий принадлежит моему старшему брату: он заработал какие-то жалкие 13 330 единиц.

– Так много? И ты хочешь его превзойти? – Обернувшись, я изумлённо посмотрела на Казимира. Даже не думала, что он поставил себе такую трудную цель.

Казимир кивнул и продолжил с серьёзным видом:

– Когда у тебя одиннадцать братьев и сестёр, нужно как-то заявить о себе.

– Одиннадцать братьев и сестёр? – Я чуть не поперхнулась. Такое и в страшном сне не приснится. – Ну, по крайней мере, у тебя всегда было с кем поиграть, – добавила я, пытаясь найти в этом что-то положительное.

– Забудь. – Казимир махнул рукой. – Мы… – Он запнулся. – Я самый младший. К тому же у нас слишком большая разница в возрасте, все мои братья и сёстры давно уже взрослые. Я им всем безразличен. – В его словах послышались неподдельные обида и горечь. – Но стоит мне подняться на следующий уровень, и всё изменится. Только представь лицо моего отца, когда он узнает, что я побил рекорд!

Увидев, каким воодушевлением горят его глаза, я смутилась и отвела взгляд.

– Ну а если твой отец узнает, что ты жульничал? Будет ли он гордиться тобой? – спросила я, глядя в пол, всё ещё перепачканный чернильными кляксами.

– Конечно. Обман считается у демонов хорошим тоном.

Я понимающе кивнула, но у меня в горе стоял ком, и я ничего не могла с этим поделать.

– Так ты из-за этого переживаешь? Запомни: выиграла – значит выиграла. Другие тоже могли бы выиграть, только не придумали как, а ты придумала – значит, выиграла заслуженно! – Казимир торжествующе посмотрел на меня сияющими глазами. Он был очень доволен своими рассуждениями, да и мне, признаться, стало немного легче.

Вдруг Казимир взглянул на дверь, и уже в следующую секунду на его месте сидел крошечный лягушонок, который моментально забрался под покрывало. Мне стало неприятно от того, что ко мне в постель залезла склизкая лягушка.

Однако спрятался он как раз вовремя. Раздался короткий стук, и в дверном проёме показалась мамина голова:

– Ливия, пойдём-ка в гостиную. Нам нужно поговорить.

Она была непривычно серьёзной, и даже на лбу у неё появилась морщина. Я вся напряглась. Так и знала! Уж слишком легко мне досталась эта победа. Я жульничала, лгала друзьям, и вот настал час расплаты.

Каким-то образом меня разоблачили и теперь уже наверняка переведут в школу Эмбергейта. Я больше не смогу видеться с друзьями каждый день. Тысячи подобных мыслей пронеслись в моей голове по пути в гостиную.

Я опустилась в своё любимое ярко-красное кресло и сидела неподвижно, словно проглотила кол. Мама устроилась передо мной на диване. Несколько секунд, показавшихся мне вечностью, она молчала, а потом произнесла:

– Только что звонил твой отец.

Это объясняло, почему у неё было такое мрачное выражение лица. Она всегда очень расстраивалась и сердилась, если отец подолгу не объявлялся. В этот раз он пропал на три недели.

– Он прочитал твоё сообщение и хочет отпраздновать победу вместе с тобой, – продолжила мама. – Он спрашивает, сможешь ли ты навестить его и Антонию в пятницу вечером?

Я теребила нижний край футболки, размышляя над тем, что услышала. Почему отец позвонил не мне, а маме? Он мог бы пригласить меня напрямую. Или Антония опять была чем-то недовольна? Мне всегда казалось, что ей невозможно угодить. Я уже давно не была у них в гостях. Возможно, Антония невзлюбила меня, потому что я плохо вписывалась в её роскошный гламурный мир? Что ж, значит у меня был ещё один повод блеснуть на «Битве гениев» и доказать, что я прекрасно обойдусь без их элитной школы.

Интересно, что сказал бы по этому поводу Казимир? Не исключено, что он тайком пробрался за нами гостиную и подслушал наш разговор. Он наверняка уже придумал новую пакость. Думаю, мама будет довольна, если в новом доме отца случится небольшой переполох, но я бы этого не хотела. Антония ненавидела беспорядок, и лишний раз ссориться с ней было ни к чему. Этот пятничный вечер станет моим триумфом. Я выиграла состязание по математике, и теперь папа с Антонией должны будут признать, что я прекрасно справляюсь без их хвалёной школы в Эмбергейте.

– Итак, что ты об этом думаешь? – Мама вопросительно смотрела на меня своими большими глазами.

Только сейчас я поняла, что полностью прослушала всё, о чём она говорила.

– О чём? – переспросила я и почувствовала, как мама глубоко вздохнула про себя.

– Ты хочешь пойти в гости к отцу в пятницу вечером или нет? – повторила мама.

– Ах, это. Да, конечно, – поспешила ответить я.

– Отлично, – улыбнулась мама. – Кстати, он намекнул, что за праздничным ужином тебя будет ждать небольшой сюрприз.

Я не спешила радоваться. Антония была буквально помешана на здоровой пище, и, учитывая её влияние на отца, обещанный им сюрприз мог оказаться годовым запасом авокадо или другой подобной чепухой. Антония без авокадо жить не могла.

После того как мы с мамой оговорили все детали предстоящего пятничного вечера, я ушла к себе в комнату. Закрыв дверь, я рухнула на кровать. На сей раз на ней никто не валялся, и я могла спокойно уткнуться лицом в подушку.

– Твой отец не такой уж замечательный. У тебя с ним проблемы? – Казимир сидел на письменном столе и наблюдал за мной. Значит, он действительно подслушивал.

– Ну, серьёзных проблем нет, – ответила я уклончиво.

– А какие есть? – настаивал он.

– Разводы – это просто гадость, – нехотя сказала я.

– То есть ты терпеть не можешь новую подругу твоего отца?

– Скорее наоборот. Это она терпеть меня не может. Что бы я ни делала, всё ей не так.

– Ну так это же здорово! – В глазах Казимира промелькнула нехорошая искорка. – Отличная возможность щёлкнуть её по носу.

Я отрицательно замотала головой.

– Нет, она этого не заслужила. И мой отец тоже.

Я всего лишь хотела, чтобы Антония хорошо ко мне относилась. Если Казимир перевернёт её дом вверх дном, я больше не смогу там даже показаться.

Казимир не пытался скрыть своего разочарования:

– Да брось. Ты-то хорошо устроилась, а мне нужно собирать карму. Если я всю неделю буду сидеть паинькой, то ничего у меня не выйдет.

– В среду у меня соревнование по химии, – напомнила я.

– Да, но это снова будет в школе. Пожалуйста, разреши мне немного похулиганить на пятничном вечере, самую малость! – взмолился Казимир.

– Нет! Забудь об этом, ядовитая козявка! Этот номер у тебя не пройдёт! – Я хотела пошутить и немного его подразнить, но вышло грубо.

Казимир удивлённо уставился на меня, я смутилась и отвела глаза. Я уже очень привязалась к нему, но мне совершенно не хотелось, чтобы он доставал папу и Антонию.

– Ну ладно. Нет так нет. Я… Я просто хотел помочь, – пробормотал Казимир.

Он действительно обиделся. Я даже не представляла, что демоны могут испытывать те же чувства, что и люди, и попыталась быстро исправить свою оплошность:

– Я просто хотела сказать… Конечно, ты можешь пойти со мной, если только не будешь…

– Не надо, проехали. У меня найдётся занятие поинтереснее. – Он встал со стола и подошёл к окну.

– Ну подожди, Казимир! – крикнула я.

– Увидимся, – буркнул он и встал ногами на подоконник. Я и рта не успела раскрыть, как он превратился в лягушонка и выпрыгнул на улицу.