Сижу на перерыве в ординаторской с Ксюшей и нашим анестезиологом Анатолием Сергеевичем, который, как всегда рассказывает интересные истории из молодости.

Ксюша рядом хихикает, и я тоже не могу сдержать улыбку. Анатолий Сергеевич любит шутить над пациентами. Но не все, конечно, смеются так же беззаботно. Всё-таки, перед тем как лечь под нож хирурга, не хочется слышать шутки, которые могут вызвать нервное напряжение.

По внутренней связи поступает информация о том, что везут пациента для экстренной операции. Как операционная медсестра, я сразу же приступаю к подготовке операционной зала.

Во-первых, я проверяю наличие и стерильность необходимых инструментов и материалов. Убедившись, что все инструменты находятся на месте и соответствуют стандартам стерильности, я подготавливаю операционный стол, укрывая его чистыми простынями.

Затем я проверяю наличие необходимых медикаментов, которые могут понадобиться во время операции: анестетиков, антибиотиков и других препаратов. Я также готовлю инъекционные шприцы и системы для инфузий.

Параллельно с этим я связываюсь с Анатолием Сергеевичем, чтобы подтвердить план анестезии и обсудить особенности состояния пациента. Не забываю проверить оборудование: наркозный аппарат, мониторы для контроля жизненных показателей и освещение операционной.

Когда все готово, я провожу финальную проверку, чтобы удостовериться, что ничего не упущено. Операционная команда собирается, и мы обсуждаем детали предстоящей операции, чтобы быть на одной волне и обеспечить безопасность пациента. После этого я готовлюсь встретить пациента и помочь в его подготовке к операции.

Пострадавшей оказалась пожилая женщина, которая поскользнулась в ванной комнате, упала на спину и получила перелом позвонков. Мы сразу же приступили к операции, поскольку состояние пациента требовало срочного вмешательства.

После того как пациентка была доставлена в операционную, я помогла Анатолию Сергеевичу подготовить её к анестезии. Мы внимательно проверили все параметры: уровень кислорода, сердечный ритм и артериальное давление. Анатолий Сергеевич ввел анестетики, и вскоре женщина погрузилась в глубокий сон.

Как операционная медсестра, я оставалась на связи с Владом, контролируя подготовку к операции. Влад тщательно изучил результаты предварительных исследований и рентгеновские снимки, чтобы определить точное место перелома и выбрать оптимальный метод вмешательства.

С началом операции Влад сделал разрез в области позвоночника, чтобы получить доступ к поврежденным позвонкам. Я передавала ему необходимые инструменты, следя за тем, чтобы все было организовано и под рукой. На каждом этапе операции я контролировала состояние пациентки, отслеживая показатели на мониторе.

В ходе вмешательства Влад провел репозицию позвонков и зафиксировал их с помощью специальной металлической конструкции, что обеспечивало стабильность и правильное сращение. Я продолжала поддерживать стерильность операционного поля и помогала команде в выполнении всех необходимых манипуляций.

После завершения операции мы тщательно закрыли рану, используя швы, и обеспечили пациентку необходимыми перевязками. Я помогла подготовить её для перевода в палату, где она могла бы продолжить восстановление под наблюдением врачей.

После операции мы обсудили все детали с Анатолием Сергеевичем и Владом, чтобы убедиться, что пациентка находится в стабильном состоянии. Я сделала записи в медицинской документации, чтобы зафиксировать проведенные мероприятия и состояние больной. Операция прошла успешно, и теперь оставалось надеяться на скорейшее восстановление пациентки.

— Даже дома в ванной можно травмироваться, жизнь опасная штука, — произнесла я, когда зашла в кабинет к Владу, который уже забрал у меня заполненную документацию.

— Можно выйти из подъезда, и тебе на голову упадет кирпич. Нигде ты не будешь в безопасности, даже в комнате с мягкими стенами можно шею свернуть, — устало проговорил Влад, усаживаясь за свой стол. — Ладно, это всё лирика. Ты сегодня была у Исхакова? — поднял вопросительно бровь мой друг-начальник.

Я подошла и села на стул перед Владом, стараясь уловить его настроение.

— Разве ты не закрепил его за Ксюшей? — переспросила я, пытаясь понять, что произошло.

Влад полез в тумбочку стола, достал бумаги и начал сверяться, к кому из нас с Ксюшей, как медсестер, прикрепили Исхакова.

— Черт! Точно. Лесь, возьми его ты, — попросил Влад, на что я безмолвно приподняла бровь, ожидая объяснений. — Исхаков требует сменить медсестру. Ксюша ему чем-то не угодила.

— Ничего себе, царь какой! — воскликнула я, не сдерживая негодования. — Ксюша, видите ли, ему не угодила, менять он захотел.

Влад устало почесал подбородок и посмотрел на меня умоляюще.

— Олесь, Ксюша тоже на него пожаловалась. Не хочет к нему больше ходить. Так что, хочешь — не хочешь, давай я нашу старушку, которую мы сейчас оперировали, тебе на Исхакова поменяю? — миролюбиво предложил Влад.

Я вздохнула, обдумывая ситуацию.

— Ну а что делать? — наконец сказала я, соглашаясь. — Влад, ты знаешь, как манипулировать. Бабушками! С которыми я не могу наладить контакт. Лучше я с десяток таких Исхаковых возьму на себя, чем бабулек.

Влад кивнул, и в его глазах мелькнула искорка понимания.

Собрав необходимые медицинские расходники для перевязки, а также тонометр для измерения давления, я направилась к вип-палате, где сейчас находился Исхаков.

Открывая дверь, я сразу увидела, как он, несмотря на своё состояние, сам перетаскивает стол поближе к окну. Сильные руки уверенно ставили мебель на место, а я, озадаченная, вбежала внутрь палаты, пытаясь прийти в себя.

— Вы что делаете? Вам нужно лежать, никаких физических нагрузок! — с укором произнесла я, но Исхаков, обернувшись, замер, заинтересованно разглядывая меня с медицинской тележкой.

Вдруг на его лице расползается хищная улыбка, и, не спеша проходя мимо меня, он садится на диван, откидываясь на спинку с легкой усталостью. Его лицо слегка морщится от боли, но это лишь придает ему еще большее обаяние и силу. Исхаков выглядит словно бог — несмотря на бледность кожи и небрежный внешний вид в спортивных штанах и без футболки, его торс, перемотанный после операции на сломанные ребра, сверкает под тусклым светом. Черные как смоль волосы небрежно падают на лоб, а глаза — такие же темные и глубокие — пронизывают взглядом. Густые брови, длинные ресницы и полные губы, изогнутые в дерзкой усмешке, придают ему одновременно загадочность и дерзости.

— Ну наконец-то секси-медсестричку дали — продолжает разглядывать меня из-под своих опущенных шикарных ресниц. — А то совсем тут заскучал и повеселить некому. А та, прошлая медсестра, мне не очень понравилась. Ты посимпатичнее будешь — подмигивает мне и указывает на пол у своих разведённых ног. — Можешь начинать.

Мне стало интересно: можно ли попроситься обратно к Зое Михайловне? Кажется, я уже готова налаживать общение с той очаровательной старушкой.

— Ну чего застыла? Мне долго ждать — вырывает меня из размышлений его голос.

— Вы не в борделе — холодно бросаю ему.— И я не одна из ваших подружек, чтобы так со мной разговаривать. Если вас что-то не устраивает — ищите медсестер, чье лечение вас устроит. А у нас не отнимайте время: кому-то действительно может понадобиться моя помощь, а я трачу её на выслушивание ваших пошлостей.

Исхаков склоняет голову набок, будто пытается удостовериться в чём-то. В конце концов он устало кивает и закрывает глаза. Вытягивает руку — я начинаю измерять давление.

Он тихо вздыхает и расслабляется под моими руками. Меняю ему повязку, назло потуже затягивая.

— Не дуйся, считай проверка была — как-то устало улыбается и вновь подмигивает мне когда я оборачиваюсь на его голос.

Я молча выхожу из палаты. Проверка у него… чего, интересно? Наличие мозгов? Да тут МРТ делать не нужно — сразу видно их полное отсутствие.

Завершив свои обязанности, я передаю смену Наталье. Прощаясь с коллегами, выхожу из отделения и неспешно направляюсь к своей машинке. Время у меня еще есть, и я наслаждаюсь моментом спокойствия. Лада у меня воспитанница частного детского сада, который работает допоздна. Это очень удобно для таких родителей, как я, которые задерживаются на работе.

Я забираю свою маленькую пуговку из садика. Как только она увидела меня, бросила кукол и помчалась навстречу. Я раскрываю руки, и моя доченька, словно птичка, залетает в мои объятия. Мы крепко обнимаемся, и в этот момент весь мир вокруг будто замирает.

— Мамочка, смотри, что я тебе нарисовала! — с восторгом тянет она меня в игровую комнату. На столе лежит её рисунок, полный ярких красок. — Тут наша семья: ты, я, бабушка и дедушка. И, смотри, я дорисовала котёнка! — невинно хлопает она глазками, и я не могу удержаться от улыбки.

Я делаю вид, что не понимаю намёка. Лада уже несколько месяцев упрашивает завести кошечку, но я всё ещё сомневаюсь. Какую нам ещё кошку? Она ведь сбежит от нас в первый же день, не успев даже освоиться. Я наклоняюсь к дочке и, прищурившись, говорю:

— А ты уверена, что котёнок захочет остаться с нами?

Она задумывается, потом с серьёзным выражением лица отвечает:

— Мы его будем любить, и он не сбежит!

Лада прощается со своими друзьями и воспитательницей, а я наблюдаю, как она искренне обнимает своих маленьких товарищей. Это так трогательно! Затем мы направляемся к машине, и по пути моя девочка начинает рассказывать, как прошёл её день.

— Мамочка, сегодня на завтрак у нас были оладьи! — сияет она, — А потом я играла с Катей в песочнице, мы строили замок, но он упал, когда Ваня решил его сломать. Мы немного поссорились, но потом помирились и вместе сделали новый, ещё красивее!

— А потом, — продолжает щебетать Лада, — мы рисовали! Я сделала картину для тебя, но ты уже видела! Тебе понравилось?

— Конечно! Очень красиво ты всё нарисовала — заверила я дочь.

Лада действительно красиво и много рисует, возможно стоит поискать художественный кружок для неё.

— Мам, а если мы всё-таки заведём котёнка, ты будешь с ним играть? — вдруг спрашивает она, переводя разговор на важную тему, её глаза блестят надеждой.

— Пуговка, — мягко начинаю я, стараясь не разбивать её мечту, — а кто же будет кормить и убирать за котёнком, м? Я много работаю, а ты в садике. Котёнку у нас будет скучно и одиноко. — пытаюсь аккуратно вырулить с этой темы.

Вижу в зеркале, как дочь задумалась, а потом в её глазах загорается искорка — словно лампочка, готовая осветить новую идею.

— А мы будем брать его с собой по очереди — на твою работу с тобой и в мой садик, — торжественно объявляет она. — Я уже и имя придумала — назову его Бесёнок.

Я округляю глаза и осторожно спрашиваю:

— Милая, а почему именно такое имя?

— Дядя Коля сказал, что я как маленький бесёнок. Мам, а что такое бесёнок? — с любопытством спрашивает мой ангелочек.

— Давай вместе спросим у дяди Коли, когда увидимся, — предлагаю я, улыбаясь. В ответ получаю кивок.

Уже дома мы вместе готовим ужин: я занимаюсь приготовлением, а Лада внимательно следит за процессом. Тему котёнка мы больше не поднимаем. После ужина и купания я читаю ей на ночь любимую сказку, и она быстро засыпает с улыбкой на лице. Целую дочку в щечку, оставляю прикроватный светильник включенным и тихонечко выхожу из спальни.