Почти десять дней я жила под девизом «зад в огне». Примечательно, что часто так оно и было буквально, потому что на кухне не хватало помощников, а те, кто был, ничего не знали про русскую кухню. Зато отточила навыки в преподавательстве.

Шокировать народ империи я решила порционно. Для открытия готовила блюда, максимально приближенные к их привычному рациону: пельмени, потому что они похожи на дамплинги, всяческие пирожки, макароны по-флотски.

Мэй Сю оказалась неожиданно талантливой ученицей. В отличие от моих котов, у нее были руки, которые изначально не были лапами, человеческое терпение и, что важнее всего, человеческое желание учиться, а не спать на солнышке или строить глазки прохожим. Правда, сегодня даже ее терпение дало трещину.

— Молодая госпожа, — она заглянула на кухню, где я в десятый раз объясняла бравому офицеру по имени Хэ, что пельмени нельзя комкать, их надо нежно заворачивать, словно он любимой девушке помогает одеваться.

Он краснел, пыхтел, и по-моему, раньше любимой девы не имел, иначе я не знаю, как объяснить его реакцию.

— Что, Мэй Сю? — отвлеклась я.

— Там это… — она замялась. — Там ваши слуги. Они опять.

Я отложила скалку и промокнула лоб рукавом.

— Что они опять? Подожгли что-то? Или уже кого-то?

— Лучше вы сами посмотрите, — Мэй Сю отвела взгляд.

Пришлось идти на улицу, а то выражение Мэй Сю меня изрядно напугало.

Перед таверной творилось нечто, для чего в местном языке, наверное, даже слова не было. А если и было, то ругательное.

Линь Мо, этот гениальный бездельник, притащил с собой целый выводок куртизанок из ароматного дома. Штук шесть, не меньше. Они были одеты в свои лучшие наряды — шелка, парча, расшитые пояса, цветы в прическах. И все они, выстроившись в ряд, старательно повторяли движения за Ли Жу.

А Ли Жу отжигала. В подозрениях про поджеги я в чем-то угадала.

Она стояла в центре и показывала всем присутствующим очень знакомую хореографию. Я ее запомнила, потому что песня из всех утюгов полгода верещала.

— Апати, апатИ, — голосила Ли Жу на на весь переулок, и куртизанки вторили ей кто в лес, кто по дрова. — Апати, апатИ,

Рыжик и Тай Фэн стояли с ними. Жун Мао, зараза, уже подхватил движения и выделывался перед девушками с такой грацией, что я на миг забыла про свой гнев — он реально двигался как профессиональный танцор. Кошачья пластика, чтоб ее. А Тай Фэн просто переминался с ноги на ногу, всем своим видом показывая, что он здесь случайно и вообще-то он собирался вздремнуть на солнышке.

Но самое ужасное было не это. Самое ужасное было то, что вокруг собиралась толпа.

Люди выходили из лавок, бросали свои дела, подходили поближе, таращились. Кто-то хихикал, кто-то хмурился, но никто не уходил. Наоборот, народу прибывало. Снова стали спрашивать про открытие.

— Молодая госпожа, — прошептала Мэй Сю, подойдя ко мне сбоку. — Может, прекратить это безобразие? Пока стража не нагрянула и судачить не начали. У нас и так название демоническое. А тут такое…

Она боялась позора на всю округу. Я ее понимала.

Уже открыла было рот, чтобы рявкнуть на своих и разогнать этот балаган, как вдруг поймала себя на том, что нога моя отбивает ритм.

'Апати, апатИ", — противная мелодия намертво застряла в голове, и тело само дергалось в такт.

Я оглядела толпу. Там стоял молодой подмастерье из соседней кузни и улыбался во весь рот, глядя на пляшущих девиц. Рядом с ним две торговки с рыбного ряда пританцовывали, забыв про свои корзины. А вон тот суровый стражник, что обычно гонял мальчишек с площади, сейчас стоял с открытым ртом и даже не пытался никого разогнать.

И тут до меня дошло.

Это же гениально. Еще эта мелодия бесячая. Ее и здесь несколько месяцев напевать будут, а напевая, обязательно вспомнят про нас.

— Пусть танцуют, — махнула я рукой.

— Что? — Мэй Сю посмотрела на меня как на сумасшедшую.

— Говорю, пусть танцуют. Они не мешают.— я кивнула на толпу. — Ты видишь, сколько народу собирается? Завтра открытие, весь этот народ придет посмотреть на них.

— Но репутация…

— Какая репутация, Мэй Сю? — я повернулась к ней. — Я принцесса-пленница, отказавшаяся от титула и открывшая лавку. У меня ее и нет. А этот танец… — мысленно похвалила свою кошечку, — бомба. Получше любой рекламы.

— Бомба? — не поняла Мэй Сю.

— Взрыв. Это будет взрыв, — поправилась я. — Короче, не трогай их. Пусть развлекаются. Я на кухню.

Я уже развернулась, чтобы уйти, но краем глаза заметила движение. Песня кончилась, куртизанки завизжали и захлопали, и одна из них, высокая, в алом платье, с роскошной грудью, едва удерживаемой лифом, — с разбегу повисла на Тай Фэне.

— Ой, какой большой и сильный, — прошептала она, обвивая его шею руками. — А меня Лотос зовут. Ты тоже служишь принцессе Гао Лань?

Тай Фэн замер, его уши, которые все уже считали специальным аксессуаром, нервно затрепыхались. Черт, еще немного, у него хвост появится.

Он посмотрел на повисшую на нем красотку, потом куда-то в сторону, потом снова на красотку. Его лицо выражало сложную гамму чувств, в которой удивление боролось с паникой, а паника с внезапно проснувшимся мужским интересом.

Я проследила за его взглядом.

Мэй Сю стояла рядом со мной, и ее лицо… нет, оно не изменилось. Оно осталось таким же спокойным и приветливым, как всегда. Вот только пальцы, сжимавшие край передника, побелели от напряжения.

Так вот оно что.

— Тай Фэн, — мурлыкнула куртизанка, проводя пальчиком по его щеке. — Какое интересное имя. А пойдем, я тебя с подружками познакомлю?

Тай Фэн шумно сглотнул. Его рука сама собой потянулась к талии девицы, но на полпути замерла. Он снова посмотрел на Мэй Сю. Потом Тай Фэн сделал то, что сделал бы любой мужчина, попавшийся на измене. Он резко отдернул руки, отшатнулся, заголосил:

— Ты не так все поняла!

Куртизанка, не ожидавшая такого естественно, шлепнулась на землю. С визгом.

— Можно было просто сказать, что я тебе не по душе!

Тай Фэн уже не интересовался, побежал за разъяренной фурией Мэй Сю, надеясь объясниться.

Вот я как будто бы и рада, Тай Фэн надеждный, вон как от себя других дам отодвигает, и как будто бы я Мэй Сю свинью подкладываю, точнее кота, точнее демона-кота. Ох, как сложно здесь с восприятиями.

На следующий день я встала затемно. Не потому что нервничала, а потому что тесто само не замесится, а пельмени сами не налепятся. Хэ и еще двое солдат, которых Ло Чэн определил мне в помощь, уже топтались на кухне, когда я спустилась. Смотрели на меня с таким благоговением, будто я не тесто собиралась раскатывать, а ритуал жертвоприношения проводить. Е-мое, мы же приготовления холодца не проходили. Что они будут думать обо мне, когда я с топором буду разделывать свиные копыта?

— Чего встали? — зевнула я, на ходу завязывая фартук. — Руки мойте, и работать. Хэ, ты сегодня отвечаешь за пельмени. Покажешь новеньким, как я тебя учила.

Хэ вытянулся по струнке, едва лбом не врезавшись в низкую балку.

— Сделаем, принцесса

— Ага, я-то принцесса, — скорее себе отвечала я.

Я через минуту испачкалась в свиной крови, пропахла специями и дымком, зато более уверенно мотивировала своих недоповарят. Развернулась, подхватила нож-тесак и восхитительно-угрожительно прошептала:

— Уж постарайтесь.

По-моему, они пронялись.

К полудню, когда солнце уже поднялось высоко, мы были готовы. Котлы кипели, пельмени рядами лежали на досках, пирожки подходили под полотенцами.

И началось…

Сначала пришли любопытные. Те самые, что вчера пялились на танцы Ли Жу. Они топтались у входа, заглядывали внутрь, перешептывались. Потом кто-то решился и вошел. За ним еще двое. А после…

— Госпожа, — Мэй Сю влетела на кухню с круглыми глазами. — Весь зал полон. И еще на улице сто.т!

Я высунулась из кухни и обомлела.

Зал, который вчера казался мне просторным, сегодня был набит битком. За столами сидели мастеровые, торговки, какие-то писцы в скромных халатах, парочка стражников в свободное от службы время. Все они ели, вернее, ждали, пока им принесут еду. А Мэй Сю и Тай Фэн носились между столами с подносами, едва не сталкиваясь лбами.

Тай Фэн, кстати, удивил. Я думала, он свалится после первого же заказа, но он двигался с такой неожиданной для его комплекции резвостью, что я залюбовалась. Видно, вчерашняя сцена с Мэй Сю встряхнула его не на шутку. Он то и дело косился на нее, проверяя, смотрит ли она, и если смотрела, то расправлял плечи и несся с утроенной скоростью.

Дальше была каша. Я перестала понимать, где верх, где низ, где заканчиваются пирожки и начинаются пельмени. Руки работали на автомате, глаза слезились от пара, от лука, но внутри разрасталось теплое, пузырчатое чувство, что открытие удалось.

Где-то в глубине зала раздался взрыв смеха. Я снова выглянула.

Моя Ли Жу сидела на высоком стуле посреди ресторана. На ней было платье, которые мы с трудом заказали, ведь местные портнихи понятия не имели, что такое русский сарафан. На голове ее был кокошник, который она подготовила, с жемчугом, с золотой нитью, с бусинками-капельками, которые красиво спадали на лоб.

Она рассказывала «Конька-Горбунка».

— И говорит царевна, — вещала Ли Жу высоким, певучим голосом, — Не хочу я за тебя замуж. Старый ты, лысый, да еще и с норовом. А вот Иван — другое дело. У него хоть конь говорящий, и тот умнее тебя.

Зал грохнул. Мужики за соседним столом утирали слезы. Торговки заливались смехом, прикрывая рот ладошкой.

Ли Жу светилась. Она не только рассказывала, она еще и играла, как актриса. Меняла голоса, жестикулировала, в нужные моменты делала большие глаза, и зал ловил каждое ее слово. Некоторые даже про еду забыли.

— Молодая госпожа, — выдохнул кто-то рядом.

Я обернулась. Это была одна из куртизанок, что пришли вслед за Линь Мо.

— Ваша служанка — настоящая артистка. Можно, мы будем приходить каждый день слушать?

— Приходите, — улыбнулась я. — Только либо платите, либо работайте подавальщицами.

Она хихикнула и убежала. Так и не врубилась, она согласилась или оскорбилась?

Я перевела дух и решила проверить, как там наш вход. Жун Мао должен был встречать гостей и, самое главное, отслеживать, кто пришел. Не хватало еще, чтобы в этой толпе затесался кто-то нежелательный. Да и важно было соблюсти рассадку. Мы хотели, чтобы ресторан принимал всех, но благородную даму со строителем рядом не устроить. Тех, кто поважнее, мы отправляли на второй этаж. Он, увы, практически пустовал.

Я пробралась к двери, стараясь не попадаться на глаза гостям (потому что принцесса, стоящая у плиты — это одно, но принцесса, мечущаяся по залу с мокрыми от теста руками — это уже перебор), и выглянула на крыльцо.

Жун Мао стоял у входа, окидывая взглядом подходящих людей и каким-то шестым чувством определял, кого пускать без очереди, а кого попросить подождать.

— Хозяйка, — кивнул он, заметив меня. — Дела идут хорошо. Две трети залов забиты, народ доволен. Ли Жу вон вообще собирает аншлаг. Тай Фэн с Мэй Сю… — он хмыкнул, — работают слаженно. Очень слаженно.

— Ты о чем?

— О том, что он на нее смотрит как кот на сметану, а она делает вид, что не замечает, но каждый раз краснеет, когда он мимо проходит. Чистая любовь.

Я закатила глаза.

— Ты следи за входом, а не за любовными делами.

— Я и слежу, — он вдруг изменился в лице. — Кстати, хозяйка. Только что приехала главная наложница.

Я встрепенулась.

— Где?

— Вон, выходит из паланкина. Со свитой. Человек пять, не меньше.

И действительно, у входа остановился роскошный паланкин, расшитый золотыми фениксами. Из него, опираясь на руку служанки, выплыла Мэй Линь.

— Черт, — выдохнула я. — Жун Мао, проводи ее на второй этаж. В отдельную комнату. И чтобы никто не беспокоил. Понял? Ее заказы приносить первыми.

— Сделаю, хозяйка.

Он уже двинулся навстречу наложнице, а я метнулась обратно на кухню, лихорадочно соображая, что подавать. Для Мэй Линь нужно было что-то особенное. И замерла на полпути.

Потому что, выглянув в окно, выходящее на другую сторону улицы, я увидела Суань Лина.

Как же не вовремя. Я полагала, что после нашей последней встречи, тот, напротив, будет меня больше избегать.

Он стоял у входа в лавку напротив, делая вид, что рассматривает глиняные горшки. Рядом с ним замер Чжэн Фэй, глава ведомства наказаний, с каменным лицом человека, который привык видеть все и ничему не удивляться.

Жун Мао был занят с наложницей. Других «встречальщиков» у меня не было.

Я вздохнула, стянула фартук, проверила, не торчит ли из прически волос, и вышла на крыльцо.

— Ваше Высочество, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Какой сюрприз. Решили проверить, не открыли ли мы публичный дом вместо ресторана?

Он повернулся. В его темных глазах мелькнуло что-то, похожее на усмешку.

— Пока не открыли. Но день еще не закончен.

— Язвите? — осклабилась я.

— Учусь у лучших.

Чжэн Фэй, стоявший за его плечом, едва заметно закатил глаза. Кажется, эта пикировка была ему знакома.

— Зайдете? — спросила я, отступая в сторону. — У нас сегодня аншлаг, но для высоких гостей место найдется. На втором этаже, кстати, уже расположилась главная наложница. Можете составить ей компанию.

Принц нахмурился.

— И Мэй Линь здесь?

— Вы же помните, что мы с ней договорились. Она бы обязательно пришла.

— И это больше всего меня в тебе настораживает, Гао Лань, — мотнул он головой. — Ты так отчаянно бежала от свадьбы и дворца, но так желаешь продолжить с ней дружбу.

Он посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Понятно, старая песня о том, что мне нельзя доверять, и я предательница.

И ладно, нет у меня времени на его уговоры.

Потом перевел взгляд внутрь, где Ли Жу как раз добивала публику историей про Ивана-дурака и Жар-птицу.

— Что это она рассказывает?

— Сказку. Про дурака, который на печи лежал, а потом царем стал.

— Какая-то не очень поучительная сказка, — усмехнулся он.

— Наоборот, она для тех, кто думает, что в мире ему понятны все мотивы и правила. А вон как выходит, можно долго на печи лежать, а после попасть в переплет. Так вы зайдете?

— Зайду, раз приехал. Очень жажду узнать, как готовит моя бывшая, — это слово он подчеркнул, — невеста.

Я проводила принца до второго этажа и уже собралась нырнуть обратно в спасительный ад кухни, но Мэй Линь меня опередила.

— Принцесса Гао Лань, — пропела она, грациозно возникая из-за спины Жун Мао. — Какой чудесный день для открытия. Я просто не могла пропустить такое событие.

— Ваше Высочество, — я присела в поклоне, мысленно радуясь, что успела содрать фартук и муку с носа если не стерла, то хотя бы размазала равномерно. — Честь для моего скромного заведения.

Мэй Линь перевела взгляд на принца, и в ее глазах мелькнуло что-то очень похожее на кошачье удовлетворение. Только вот кошки здесь были мы, а она явно тигром покрупнее.

— Ваше Высочество, наследный принц, — она изогнула бровь. — Какая неожиданная встреча. Не желаете ли присоединиться? Мы же почти родственники.

Слово «почти» она выделила особенно сладко. Суань Лин слегка склонил голову ровно настолько, чтобы не нарушить этикет, но и не выказать особого почтения.

— Почту за честь, госпожа наложница.

— Ах, оставь эти церемонии, — Мэй Линь махнула рукой, и ее разноцветные рукава взметнулись, как крылья экзотической птицы. — Мы же в неформальной обстановке. И потом, — она обвела взглядом зал, где Ли Жу как раз начинала новую историю, а народ навострил уши, — твоя бывшая невеста создала такое… колоритное место. Не жалко, что не удалась свадьба? Глядишь, и сидел бы сейчас здесь, как хозяин.

Я замерла. Вот это поворот. Она что, решила прилюдно его подколоть?

Суань Лин, впрочем, даже бровью не повел.

— Есть древняя поговорка, госпожа, — сказал он ровно. — «Нельзя из кота сделать мышь, как ни старайся». Принцесса Гао Лань сама выбрала свой путь. И, судя по всему, — он обвел взглядом полный зал, — путь этот оказался правильным. Сегодня у нее бешеный… успех, как у владелицы ресторана.

Я моргнула.

Это что сейчас было? Он меня похвалил? Или обругал? Сказал, что из меня не вышло бы жены, но вышла рестораторша? Или что я как кошка, которая не стала мышью, и это… хорошо? Потому что кошки лучше, чем мыши? Или…

— Принцесса Гао Лань, — Мэй Линь вывела меня из ступора, — мы будем ждать твоих знаменитых блюд. Надеюсь, ты не разочаруешь.

— Я… да, конечно, — выдохнула я и пулей метнулась на кухню.

Там, в полумраке, среди пара и запаха жареного лука, я позволила себе выдохнуть и прижать руки к пылающим щекам.

— Хозяйка, ты чего? — Хэ отвлекся от пельменей. — Нам готовить что-то особенное?

— Да, — приказала я, беря себя в руки. — Надо что-то особенное, и вот сейчас мне нужно удивлять.

Но что? Как назло, все идеи покинули мою голову. Я замерла. Наконец-то лампочка над макушкой загорелась.

— Буду делать торт.

— Что? — не понял Хэ.

— Торт. Печеночный. — Я уже доставала с верхней полки форму. — Я вчера столько печени у мясника купила. Будет торт из печени.

— Десерт из печени? — уточнил Хэ с сомнением. — Звучит, как…

— Как объедение, — отрезала я. — Все, не отвлекай.

Пока мои высокодостопочтимые гости наслаждались уже готовыми закусками, я, как заправский ниндзя, подбрасывала мясные блины на сковороде и ловила их. Примерно через час стояла перед дверью отдельной комнаты на втором этаже с подносом, на котором красовались парящие пельмени, румяные пирожки и… печеночный торт. Я постаралась сделать его красивым: обмазала масляным кремом, посыпала рубленой зеленью и даже выложила сверху цветочек из моркови.

Жун Мао распахнул передо мной дверь.

Мэй Линь восседала во главе стола, подобно не главной наложнице, а настоящей императрице. Принц сидел справа от нее, Чжэн Фэй — слева, у двери, с таким видом, будто лично проверял каждый пирожок на наличие яда. В углу пристроились две служанки, готовые в любой момент подхватить упавший веер или вовремя подать воду.

— Прошу простить за ожидание, — я опустила поднос на низкий столик. — Сегодня много гостей, но для вас самое лучшее.

Я начала раскладывать блюда по пиалам, комментируя:

— Пельмени. Тесто тонкое, начинка сочная. Есть со сметаной и с уксусом. Пирожки с мясом, горячие, только из печи. А это…

Я поставила в центр стола печеночный торт. Мэй Линь подалась вперед.

— О, десерт? Как красиво! Это что, какие-то северные сладости?

— Не совсем, — я позволила себе легкую улыбку. — Это мясное блюдо. Печень, перетертая с маслом и специями. Выглядит как торт, но на вкус…

— Подожди, — перебила Мэй Линь, ее глаза расширились. — Ты хочешь сказать, это не сладкое?

— Ни капли.

Она переглянулась с принцем. Тот смотрел на торт с непроницаемым лицом, но я готова была поклясться, что в его глазах мелькнуло любопытство.

— Интересная… иллюзия, — произнес он наконец. — Еда, которая притворяется тем, чем не является. Не напоминает тебе никого, госпожа Мэй Линь?

Мэй Линь фыркнула, но без злости.

— Твоя бывшая невеста не только в готовке, но еще и в волшебстве, — она взяла палочки и аккуратно отломила кусочек торта. — Что ж, посмотрим…

Она отправила кусочек в рот. Прожевала, застыла.

Я затаила дыхание.

— Боги, — выдохнула она. — Это… это невероятно. Нежно, тает во рту, и этот привкус… Очень сытно.

Принц тоже попробовал. Его лицо осталось бесстрастным, но палочки потянулись за добавкой. Чжэн Фэй, получив кивок от наложницы, тоже рискнул — и, кажется, даже его каменное выражение слегка дрогнуло в сторону одобрения.

Дальше было проще. Пельмени исчезали со скоростью звука. Пирожки хвалили за хрустящую корочку. Мэй Линь даже попросила добавки сметаны, что для местной аристократки, привыкшей к изысканным соусам, было почти неприлично.

Когда трапеза подошла к концу, Мэй Линь откинулась на подушки и посмотрела на меня с новым выражением. Не тем сладким ядом, которым она обычно поливала соперниц, а чем-то… почти уважительным.

— Гао Лань, — сказала она. — Ты удивительная женщина. Я думала, твоя затея провалится через неделю. Но после того, что я сегодня попробовала… — она сделала паузу. — Пришли мне это. Каждый вечер отправляй мне блюда, что будут у тебя в меню. Я хочу ужинать твоей стряпней.

— Ваше Высочество, это такая честь, — начала я.

— И ответственность, Гао Лань. — Она поднялась, служанки засуетились вокруг. На пороге Мэй Линь обернулась и бросила через плечо: — И передай той своей сказительнице… забавные у нее истории. Про глупых царей и говорящих коней. Намекает на кого?

— Это просто сказки, — пожала я плечами. — Народное творчество.

— Ну-ну, — только и сказала наложница и уплыла вниз по лестнице в окружении свиты.

Я осталась в комнате одна с принцем и Чжэн Фэем. Тот поднялся следом за наложницей, задержавшись у двери.

— Принцесса, — кивнул он мне и вышел.

Суань Лин не торопился. Он стоял у окна, глядя на улицу, где толпа понемногу редела.

— Ты довольна? — спросил он, не оборачиваясь.

— Чем?

— Своим успехом. Добилась, чего хотела.

— Конечно, довольна. А вы о чем жалеете, Ваше Высочество?

Он обернулся.

— Нет, не жалею. Но многое пока не понимаю. Поэтому хочу предупредить…

Я нахмурилась. Кто о чем, а вшивый о бане.

— Не строй мне козни, — продолжал Суань Лин, — не сближайся с Мэй Линь. Лучше старайся ее избегать. И еще, — добавил он, находясь у двери. — Было действительно вкусно. Я не предполагал, что у тебя имеется подобный талант.

Дверь закрылась.

Я стояла посреди опустевшей комнаты и пыталась понять, что сейчас произошло. Принц меня похвалил. Принц меня предупредил.

— Хозяйка, — в комнату влетела Ли Жу. — Там внизу посыльный из императорского дворца. Говорит, заказ на завтра для какого-то важного министерства. И еще куртизанки пришли, хотят работать подавальщицами. И Тай Фэн с Мэй Сю опять…

— Ли Жу, — перебила я, — а вы сами не разберетесь?

Мне вот надо минут пятнадцать, нет, тридцать на отдых.

— Вообще нет. А то там без нас либо передерутся, либо переженятся, а нам еще посуду мыть.

Я позволила утянуть себя вниз. Несмотря на новые, но мелкие проблемы, на душе было тепло. День удался.

* * *

Прошло несколько дней, и я наконец-то выдохнула. Неделю я почти не спала, но именно сегодня позволила себе отдохнуть. Не то чтобы народу поубавилось. Нет, в «Демоническом мурлыке» по-прежнему яблоку негде было упасть. Но я приняла волевое решение: больше никакого геройства.

Я посмотрела на список своих подопечных: Ли Жу, Жун Мао, Тай Фэн, Линь Мо, Мэй Сю, плюс сорок семь солдат-доставщиков, плюс новенькие куртизанки-подавальщицы. Если я слягу от усталости, эта карточная колода развалится в первый же день без присмотра.

Поэтому я перешла в режим «креативного директора».

На кухне теперь заправляли Мэй Сю и Хэ. Она оказалась прирожденным организатором, а он на удивление сносным поваром, если не объяснять метафорами про женщин. Пельмени лепили по моей инструкции, пирожки жарили под моим чутким контролем, но физически я там торчала лишь несколько часов в день. Остальное время проводила наверху, придумывая новые блюда, записывая рецепты и просто… отдыхая.

Странное ощущение. Почти забыла, что такое не вкалывать до седьмого пота.

Доставка тем временем набирала обороты. С вечера к нам приходили слуги из богатых домов с деревянными коробками-ланчницами, оставляли заказы и список пожеланий, а утром наши доставщики в форменных куртках с вышитым «ДМ» разносили еду по адресам.

Куртки, кстати, придумал Линь Мо. Он же нарисовал эскиз, а местные портные воплотили в жизнь. Темно-синие, с вышивкой на спине: демоническая кошачья морда, а под ней иероглифы «Доставка без хлопот». Выглядело это одновременно солидно и… соблазнительно, потому что куртки ладно сидели на плечах бывших солдат, подчеркивая ширину спин и узость талий.

Я подозревала, что многие барышни заказывают еду не столько ради еды, сколько ради возможности лицезреть этих красавцев у своего порога. Но кто я такая, чтобы осуждать? Если бы в моей прошлой жизни пельмени разносили такие экземпляры, я бы тоже разорилась на доставку. Себе, что ли, заказать?

Ло Чэн, как главный по доставке, первое время хмурился, считая это ниже достоинства воина. Но когда увидел первые деньги и благодарные взгляды заказчиц, оттаял и даже начал следить, чтобы его бойцы улыбались пошире.

И тут выяснилась интересная деталь.

Наши доставщики не просто разносили еду. Они много разговаривали: со служанками, с ключницами, с младшими женами, с охраной у ворот. А те, кто пообщительнее, — и с самими заказчицами, если те выходили встретить курьера собственной персоной.

Люди любят поболтать. А красивым мужчинам в форменных куртках рассказывают особенно охотно.

К концу третьего дня Ло Чэн явился ко мне с озадаченным лицом и списком, от которого у меня глаза полезли на лоб.

— Принцесса, — сказал он, протягивая исписанный листок, — мои люди собрали кое-какие… сведения. Мне кажется, вам стоит знать.

Я пробежала глазами по строчкам.

Жена канцлера, госпожа Янь, принимает у себя учителя каллиграфии. Молодого, красивого, каждый день, ровно в час, когда канцлер в министерстве. Служанка, которая открывала дверь нашему доставщику, хихикнула и сказала: «Госпожа теперь и обедать стала чаще, чтобы к уроку успеть».

Юная госпожа из дома Цзян, та, что должна была выйти замуж за второго сына министра финансов, внезапно осталась без жениха. Поговаривают, он сбежал с певичкой из «Ароматного дома» за три дня до свадьбы. Теперь девушка не выходит из комнаты, а заказы через служанку передает исключительно на сладкое.

Младший сын из дома Вэй, тот, что любил сорить деньгами, проиграл в кости не только свое состояние, но и отцовские сбережения. Старый господин Вэй в бешенстве, сына заперли в подвале, а заказы теперь принимают тайком, потому что жрать все равно хочется, а готовить дома некому — всю прислугу распустили за долги.

Я читала и чувствовала, как во мне просыпается что-то среднее между ужасом и любопытством. Это же золотая жила. Не в смысле сплетен (хотя и в них тоже, я та еще змеищща), а в смысле понимания того, что происходит в столице.

— Ло Чэн, — сказала я, поднимая глаза. — Твои люди очень талантливые.

Он смутился.

— Раньше они были раздведчиками.

— Тогда они умело пользуются знаниями. Передай, что повышу жалованье, — радостно сообщила я, сминая свиток, который он преподнес.

Я уже собиралась обсудить с ним, как лучше организовать этот «сбор информации», чтобы не спалиться, но он подался вперед и сел на одно колено.

— Ты чего удумал? Встань, — не поняла его жест.

— Это еще не все, принцесса, — хмурился Ло Чэн. — Сегодня был странный заказ в чайный дом «Нефритовый феникс». — Я изумилась. Это же наши главные конкуренты. И в отличие от нас, всякую голытьбу и работников они к себе не пускали. — Обычно мы туда не носим, у них своя кухня, но сегодня пришел человек, заплатил тройную цену, попросил доставить коробку пельменей и пирожков ровно к вечеру.

— И что странного? Готовим мы точно вкуснее.

— А то, — Вэй Мин понизил голос, — что когда я принес заказ, у входа стояла стража. Не обычная, а военная. И мне сказали: «Быстрее отдай и вали, сегодня здесь особые гости». Я, конечно, ушел, но недалеко. Посмотрел, кто приезжает.

— И?

— Три закрытых паланкина без опознавательных знаков. Но я узнал один.Это паланкин канцлера.

— Канцлер в «Нефритовом фениксе», — медленно проговорила я. — Что в этом-то необычного?

— Два других паланкина, — добавил Ло Чэн, — я не знаю, кому они принадлежали. А еще всю чайную выкупили. Явно же, что планируется какая-то очень важная и тайная встреча.

Я потерла виски. Канцлер. Тайная встреча. С кем-то важным. В обход императора, в обход принца, в обход всех.

Дверь распахнулась без стука, и в комнату ввалилась Ли Жу.

Я даже не вздрогнула. Привыкла уже. У котов с понятием «личное пространство» всегда было туго, а уж когда они в человеческом обличье, но с кошачьими замашками, вообще пиши пропало.

— Ты подслушивала, — констатировала я, глядя на ее наглую морду.

— А то, — без тени смущения подтвердила Ли Жу и плюхнулась на циновку рядом со мной. — Ты бы тоже подслушивала, если б услышала, что Ло Чэн пришел с важными новостями.

— Я и без подслушивания услышала. Потому что он мне докладывал, а не под дверью шептался.

— Ну и что он сказал? Про канцлера я знаю. А про паланкины?

Я вздохнула и кивнула Ло Чэну:

— Ступай. И спасибо. Передай своим, что жалованье повысили.

Ло Чэн поклонился и вышел, бросив на Ли Жу взгляд, в котором читалось легкое недоумение. Еще бы, служанка, которая ведет себя как хозяйская сестра. Он вроде привык, но каждый раз, видимо, удивлялся заново.

Как только дверь закрылась, Ли Жу подалась ко мне.

— Я знаю, кому принадлежат те паланкины, — выпалила она.

— Откуда?

— А ты думала, я просто так сказки рассказываю? — она фыркнула. — Сегодня днем, пока народ слушал про Конька-горбунка, в углу сидели двое мужчин. Не за столом, а в тени, у колонны. Я краем глаза видела, но делала вид, что увлечена историей. Думала, может, влюбленная парочка, мало ли. А они…

— Парочка из мужчин? Ли Жу, что в твоей башке? Ладно, — решила я не заострять внимание. — И что они?

— Один говорит: «Глава ведомства наказаний слишком близко подобрался. Если он продолжит копать, нам придется убирать его раньше, чем основную цель». А второй отвечает: «Генерал Лун Цзюэ не любит, когда меняют планы. Сначала принц, потом остальные. Такова воля».

У меня внутри похолодело.

— Ты уверена?

— Хозяйка, я кошка. Я слышу лучше людей. И запоминаю тоже. — Ли Жу прищурилась. — Первый — глава секты наемных убийц. Я его по голосу узнала. Он как-то приходил в ароматный дом, когда я там с Линь Мо была. Девушки шептались, что он опасен, и что платит хорошо. А второй… у второго на поясе была нефритовая подвеска с драконом. Такие только у высших военных из твоей страны, хозяйка.

Из моей страны, из Цинлуна. Генерал Лун Цзюэ.

Я закрыла глаза, и в голове всплыли картинки из просмотренной дорамы.

Надо же быть такой тупой, чтобы полностью забыть про сюжет. Генерал Лун Цзюэ — правая рука императора Гао Цзяня, моего… то есть настоящей Гао Лань, отца. В сериале он был одним из главных злодеев. Холодным, расчетливым, жестоким свинтусом. Именно он стоял за убийством старшего брата принца. И именно он организовал покушение на Суань Лина.

Покушение, которое тогда, в дораме, предотвратила жутко влюбленная принцесса Гао Лань. Она тогда спугнула убийц, вышла, прикрыв собой принца, но тот подумал, что она-то и планировала его прикончить.

Я распахнула глаза.

— Твою ж дивизию.

— Что? — не поняла Ли Жу.

— Я забыла, — схватилась я за голову. — Я же смотрела эту хрень. Там было покушение на принца. И его спасала принцесса. А я… я в своих пельменях, в доставке, в этих… — я обвела руками пространство, — в заботах своих ресторанных, совсем из головы выкинула.

Ли Жу смотрела на меня круглыми глазами.

— То есть ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что по сюжету этот гад должен был напасть на принца. И спасла его принцесса. А теперь принцесса — это я. Чувствуешь, к чему я веду?

Кошечка изогнулась.

— Нет.

Я сникла.

— Зови остальных, два раза я объяснять не буду.

Через несколько минут в моей комнате образовались недоуменные Жун Мао и Тай Фэн. Вкратце, я обрисовала ситуацию, а потом заново объяснила свою моральную дилемму.

— По сюжету принца Суань Лина спасла именно Гао Лань. Если я не приду, то его грохнут.

— Ну и? — вопрошал циничный Жун Мао. — Проблемы принца — не наши проблемы. Он от тебя, хозяйка, отказался.Какое нам дело?

А действительно? Какое?

Суань Лин был холоден, подозрителен, вечно смотрел на меня как на вражескую шпионку. Он следил за мной, допрашивал, угрожал. С какой стати мне его спасать?

Но в голове всплыло другое. Как он ел мой печеночный торт и сказал: «Было вкусно. Очень». Как предупредил про Мэй Линь.

— Чванливый индюк, — неожиданно выдала Ли Жу. — Но он наш индюк. Не дадим этой парфюмированной гадюке его придушить. — Это она имела ввиду главную наложницу. — Уж лучше сами его потом прикончим.

Я уставилась на нее.

— Ты серьезно?

— А ты сомневаешься? — она вскочила, хвост распушился. — На нем сюжет завязан, а без него все точно кувырком пойдет.

Это верно. Пока жив Суань Лин, я примерно понимаю, что меня ждет.

— Тогда поступим так, — предложила я. — Вмешиваться сами не будем, но отправим самого ловкого, чтобы он его предупредил о нападении. Жун Мао, справишься? Сможешь пробраться к ведомству наказаний и передать записку?

Рыжий ленивец и ловелас лениво потянулся.

— Хозяйка, я не просто ловкий. Я элегантно-ловкий. Конечно, смогу.

— Тогда дуй. — Я нацарапала на клочке бумаги: 'На тебя готовится покушение сегодня вечером. — Передай лично в руки. Лучше Чжэн Фэю, если принца не застанешь.

Жун Мао взял записку, сунул за пазуху и исчез за дверью с такой скоростью, что я моргнуть не успела.

Дальше началось ожидание.

Ли Жу нервно вылизывала тыльную сторону ладони. Привычка, от которой она никак не могла избавиться. Тай Фэн, кажется, задремал прямо на стуле.

Жун Мао вернулся через полчаса. И вид у него был не победный.

— Ну? — подскочила Ли Жу.

— Скинул, — буркнул он. — Записку.

— И?

— И тот каменный козел ее смял и выбросил.

— Как смял⁈ — я аж подпрыгнула.

— А вот так. Я подкрался, метнул записку прямо на стол, думал, он прочитает. А он даже не развернул. Посмотрел на нее, смял в комок.

Я хлопнула себя по лбу, сильно разозлившись.

— Идиот! Он же глава ведомства наказаний. Он обязан проверять любую информацию.

— Видимо, устал от провокаций, — философски заметил Тай Фэн, не открывая глаз.

— Что делать будем? — Ли Жу смотрела на меня в упор.

Я лихорадочно соображала. Если Чжэн Фэй не поверил, значит, принц даже не узнает об опасности. А если покушение сегодня…

— Значит, так, — я встала. — Будем спасать принца сами.

— В смысле? — Жун Мао оживился.

— В прямом. Мы знаем, что на него готовится нападение. Мы знаем, что это связано с генералом и наемниками. И мы знаем, что эти двое сегодня встречались в «Нефритовом фениксе», чтобы обсудить детали.

— И что ты предлагаешь? — Ли Жу подалась вперед.

— Вы, — я обвела взглядом своих котов, — будете следить. У вас нюх, слух, вы видите в темноте. Жун Мао, ты уже засветился сегодня, но твоя ловкость нам пригодится. Ли Жу, ты будешь прикрывать. Тай Фэн…

— Что Тай Фэн? — лениво отозвался тот.

— Ты будешь на подхвате. Если что, твоя масса — тоже оружие.

Он хмыкнул, но, кажется, даже немного довольно.

— А ты, хозяйка? — спросила Ли Жу.

— А я буду мозгом операции. И если понадобится отвлекать внимание — я отвлеку. У меня в этом опыт. — Я вспомнила, как пела частушки перед евнухом в первый же день. — И вообще, не дрейфь. Мы коты или где?

— Мы коты, — синхронно ответили трое.

И в этом было столько кошачьей гордости, что я невольно улыбнулась.

— Тогда пошли спасать нашего чванливого индюка.