Я лежала с закрытыми глазами и слышала, как за стенкой повозки перекликаются ночные птицы, где-то вдалеке лают собаки, а над головой, я уверена, сквозь тонкую ткань крыши мерцали звезды.

Под мерный стук колес я почти начала верить, что смогу уснуть, и мой обман не раскроется, но меня предательски ущипнули за руку.

— Я знаю, что ты притворяешься, Га-ля. Вставай, — «будил» меня Суань Лин.

Я могла бы продолжать лежать, но поняла, что он все равно не отстанет. Пришлось подниматься и пересесть.

Долго поправляла складки платья, чтобы не глядеть на него. Якобы случайно показывала красноту на руке, надеясь, что он ощутит отзвуки совести. Увы, я же на него украдкой поглядывала, там муками стыдливости и не пахло.

— Как ты узнал? — возмутилась я.

— Ты уже проворачивала этот трюк, — ответил он беспечно. — У тебя дергаются ресницы. В прошлый раз, когда ты упала в обморок, я сначала поверил, но потом осознал, что ни одна женщина не способна упасть без чувств, так идеально рухнув перед этим на вооруженного человека.

Я скривилась.

— Не делай добра, не получишь зла. В этот раз я ни на кого не падала. С чего такая подозрительность?

— Это моя работа. Наследному принцу полагается замечать детали. — Совсем не расстроился Суань Лин.

Да и чего ему расстраиваться? Мы же победили.

— И давно ты знаешь, что в тот раз я тебя обманула? — покрутила я пальцем скамейку.

Вот наглец, муки совести почему-то испытывала я.

— С этой минуты, сама призналась, — рассмеялся он, — но я готов забыть о твоем обмане, — он чуть наклонился, и я почувствовала его дыхание на своей щеке. — А о сегодняшнем не хочу. Знаешь, у человека, который только что пришел в себя, голос обычно слабый и хриплый. А ты, Га-ля, — он зачем-то постоянно делил мое имя на два слога, — заговорила так бодро, будто собираешься требовать у меня отчет о расходах.

— Ты не мой партнер, какие расходы? — буркнула я, вспомнив о сломанных дверях и ставнях в таверне.

Нет, на деле мне было наплевать, но неловкость я ощутила. Сколько всего произошло за этот день, а принц захотел обсудить со мной мой мелочный обман? Правду говорили женщины в Ароматном доме, принцы совсем не умеют ухаживать.

Он опять рассмеялся. Это начинало раздражать. Может, он почувствовал, что мне неприятно, и посерьезнел.

— Зачем ты притворилась? — спросил он. — Зачем фальшиво упала в обморок, когда я сказал, что нам нужно идти к отцу?

Я отвела взгляд и уставилась в потолок повозки. Кошмар, как сознаться? Сознаваться ли? Суань Лин умен и доверяет, несмотря на то что я довольно долго испытывала его терпение. Не дай небеса, накрутит себя чем-то, а ведь мое притворство объяснялось просто.

— Я устала, — все-таки призналась я. — Я сегодня едва не лишилась жизни. Меня спас мой болтливый язык, мои коты и ты. — Он хотел что-то добавить, но я не дала раскрыть ему рта. — Я не принцесса и не героиня. Я обычная женщина, которая хочет поспать и не думать завтра о том, что кто из министров опять попытается меня отравить.

Суань Лин мне долго не отвечал, и я успела пожалеть о своих словах. Очевидно, что он мнил себя главным героем, что ему страдать от поступков Лун Цзюэ и Янь Чжоу. И это раздражало не меньше, чем поступки канцлера или генерала.

Его руки, лежащие на коленях, превратились в кулаки, и я поняла, что совсем не ошиблась. Он думает, что если бы не его планы, не его интриги, не его борьба с канцлером и генералом, меня бы не втянули во все это.

Ну, дери тебя коза, я же в теле принцессы. Конечно бы меня коснулись интриги. Мне реально это надо объяснять?

— Лин, — начала я.

— Это я виноват, — отвернулся он от меня. — Я должен был предвидеть, что Лун Цзюэ не остановится. Я должен был защитить тебя лучше. Если бы я не попросил тебя участвовать в этом плане…

Ну как я все в мыслях прописала.

— Эй, — я резко подалась вперед. — Не смей так говорить.

— Но это правда.

— В чем? — Я уперла руки в бока. — Лин, я не ребенок. Я сама приняла это решение. Я сама пошла к Лун Цзюэ, сама решила остаться в темнице, сама играла свою роль. Твои слова обидны. Я жертвовала и не думала. И я бы сделала это снова, потому что я хотела помочь тебе, потому что ты единственный человек в этом мире, ради которого я готова рисковать.

Я замолчала, осознав, что только что сказала. Не признание в любви, но так близко. Он поднял на меня глаза. В них было столько боли и надежды одновременно, что у меня внутри все сжалось.

— Га-ля…

Никогда я не славилась терпением. Вместо того чтобы продолжать этот тяжелый разговор, я сделала то, что подсказывало мне сердце. А еще это был отличный способ отвлечь мужчину от самоуничижения.

Ну, если женщина сама устраивается у возлюбленного на коленях, вряд ли тот способен продолжать мрачный диалог, атмосфера обязательно изменится.

Полагала, что он подпрыгнет от изумления, в этом мире, в этой эпохе подобное поведение считалось очень вольным, но Суань Лин только крепче приобнял меня за талию.

— Хватит соревноваться в том, кто больше пострадал, — вдохнула я, почувствовав его ладонь на своей спине. — Каждый выполнял свою роль, — добавила я, а дальше надо было что-то сказать, но все померкло.

Мы были внутри повозки, нас никто не видел, в ней тесно. Каждый из нас заходился от страсти, едва-едва мы поцелуемся и позабудем обо всем.

Так оно и произошло, я чуть наклонилась, а Суань Лин поймал мои губы. Я приникла, целовала его так, будто хотела сказать все, что не могла выразить. Целовала его за все те минуты, когда он смотрел на меня с подозрением, и за то, что он поверил мне, когда я сама себе не верила.

А потом повозка остановилась. Снаружи раздался голос возничего:

— Ваше Высочество, мы прибыли в Восточный дворец.

Ох, как не вовремя мы прибыли.

Мы застыли одновременно. Его губы все еще касались моих, и я знала, что он не хочет останавливаться так же сильно, как и я. Но и мир не ждет, когда мы будем готовы.

— Позже, — пообещала я и легко коснулась его губ кончиками пальцев. — Когда ты там перед всеми объяснишься.

Он усмехнулся, но в глазах все еще горел огонь. Мне пришлось сползти с его колен, и я на мгновение задержалась. Он не хотел отпускать, а я не очень-то стремилась уходить.

— Мы еще поговорим, — «пригрозил» мне Суань Лин.

— В этом я не сомневаюсь.

Нам удалось выйти из повозки прилично. Ночной воздух ударил мне в покрасневшее лицо.

Мы вошли внутрь, и меня сразу окружили горничные. Их было так много, что я на мгновение растерялась — пять, а может, шесть девушек в одинаковых светло-голубых платьях, с аккуратными прическами и невозмутимыми лицами. Они смотрели на меня, будто я была редкой птицей, которую нужно было срочно почистить и накормить.

— Принцесса, позвольте вам помочь, — пропела одна из них, подхватывая меня за руку.

— Э… — оглянулась я на Суань Лина.

Он ободряюще кивнул, словно так и было задумано. И меня уже повели по длинному коридору. Я пялилась по сторонам, пытаясь рассмотреть покои принца. Никто их, конечно, мне не показал.

Горничные быстро завели меня в какую-то комнату.

— Ваши покои готовы, принцесса, — сказала старшая из них. — Мы принесем теплую воду и свежую одежду. Его Высочество приказал позаботиться о вас.

Они и позаботились. Я довольно долго принимала ванну, мне высушили волосы, а уж ужин и вовсе повлиял на меня благоприятно. Оказывается, я очень отчаянная и сварливая дамочка, если голодаю.

Сварливая, потому что Суань Лин никак не возвращался. Он пошел к императору один? Или просто бросил меня в своем дворце? Я бы спустила на него всех собак, но рано показывать истинный характер.

Я уже почти решила, что он не придет сегодня: слишком много дел, разговоров, много всего, что требовало его внимания.

Когда горничные исчезли, в павильоне воцарилась тишина. Несколько мгновений я сидела на кровати и пялилась в одну точку. За сегодняшний день я столько раз думала, что умру. Мое собственное спокойное дыхание казалось чем-то невероятным.

— Судьба решила дать мне законный выходной? — пробормотала я себе под нос.

В дверь негромко постучали. Не успела я ответить, как она приоткрылась, и внутрь вошел Суань Лин.

Зря я бесилась, никуда он не ходил. Тоже занялся своим внешним видом, чтобы не пугать женщину окровавленными доспехами. И в нем тоже ощущалась усталость.

Он прикрыл за собой створку и долго на меня смотрел. Видно, хотел убедиться, что именно я сижу перед ним, что я действительно здесь.

Я улыбнулась первой, от тишины становилось слишком неловко.

— Ну что? — спросила тихо. — Мир еще не рухнул? Император не злится, что мы не пришли?

Он качнул головой.

— Нет, он и сам хотел бы отдохнуть. С ним наложница Мэй Линь и Суань Хуа.

Значит, Мэй Линь не такая уж и злобная мегера, как выставили ее по сюжету дорамы. Больше радела за сына, чем по-настоящему хотела убить принцессу Гао Лань. Но едва мы заговорили про правителя, все переживания, которые я так старательно загнала куда-то поглубже, снова начали стучать в моих клеточках мозга. Я невольно сцепила пальцы.

— Что же он скажет? Что будет дальше? — Я затараторила, как сорока. — Лун Цзюэ и Янь Чжоу ведь успели рассказать всем, что я вовсе не принцесса. Они будут требовать объяснений. Да и…

Договорить мне не удалось, Суань Лин подошел ближе, коснулся моего подбородка и немного надавил, чтобы я на него посмотрела.

— Га-ля, ты сама несколько часов назад говорила, что устала. Позволь мне хотя бы один вечер выполнить твое желание.

— Это очень сложное поручение, — надулась я.

— Знаю, — он присел рядом.— Все остальное подождет до утра.

К сожалению, даже рядом с принцем меня не отпускала тревожность.

— Не подождет, император…

— Отец услышит меня, не нервничай. Хватит тебе бояться за свое будущее.

— А если не захочет? Сложно поверить в доброту императора, учитывая, какие разные приказы на протяжении всего времени он раздавал.

— Тогда услышит еще раз. Га-ля, услышь меня. Даже если весь двор станет убеждать его в обратном, даже если каждый министр повторит слова Лун Цзюэ… — он накрыл мою ладонь своей. — Я не позволю никому причинить тебе вред.

— Но он может не дать тебе этого сделать, — тянула я упрямо.

Он продолжил уже совсем тихо:

— Мой отец не слепой, да и слишком поздно уже.

Я округлила брови.

— Для чего поздно?

Суань Лин чуть закатил глаза, словно я совсем дурочка, не понимающая очевидного.

— Для того чтобы отказаться от тебя. Я люблю тебя, Га-ля. Как я могу дать хоть кому-то возможность сделать тебе плохо?

Обычно я довольно уверена в себе, в этом мире нельзя позволять себе слабины, но тут во мне что-то взорвалось. В груди разрасталось огромное, теплое, щемящее чувство.

— Я тоже… — потупилась я, сама себе напоминая подростка. — Я тоже люблю тебя, Лин. Пусть ты иногда и невыносим.

Его мое заявление рассмешила.

— Не меньше чем ты, — ответил он и наклонился. — Но я бы не хотел другой.

Я хотела добавить что-то остроумное, в моем стиле, но он был уже слишком близко, поцеловал меня. Ответив на поцелуй, я тоже кое-что себе разрешила. Сняла с его головы украшение и распустила ему волосы. Он и тогда не оторвался от меня.

Поцелуй становился глубже, настойчивее, я осознала, что больше не хочу ждать, и нам не нужно ничего откладывать. Пора перестать думать о том, что будет завтра. Сейчас есть только он и я.

— Мы кое-что не завершили, — прошептал Суань Лин, и в его глазах вспыхнул огонек, который я видела в повозке.

— Верно, мы не закончили, — вторила ему.

Внезапно мой принц остановился и отчего-то напрягся. Его руки, которые только что сжимали мою талию, опустились вниз. Его дыхание замедлилось. Я отстранилась, чтобы понять, что происходит.

— Лин, что случилось?

Романтический настрой испарился. Он зачем-то и отсел от меня, накрыл ладонью лицо, словно совершил какое-то преступление. Между прочим, так с женщинами поступать нельзя, нас подобное поведение расстраивает и задевает.

— Га-ля, — произнес он мое имя хрипло, — я не могу.

Я моргнула, не веря своим ушам. В голову пришли мысли о болезнях, о разных там мужских проблемах. Но ему рановато, в его возрасте…

— В каком смысле не можешь? Ты только что…

Он дотронулся до моего лица, провел большим пальцем по щеке, явно силясь меня успокоить.

— Я хочу тебя, — принялся объяснять он. — Больше, чем хотел когда-либо что-то в этой жизни. Но я не могу просто так взять тебя, не сделав тебя своей по-настоящему. Не перед лицом небес, не перед лицом людей.

А, я забыла, что в дораме близость без отношений не в чести. Но разве это что-то меняет? У нас и отношения имеются, странные, но это же отношения. Суань Лин в курсе, что я не Гао Лань, церемонии излишни.

— Ты предлагаешь остановиться? Прямо сейчас?

— Нет, — мотнул он головой и нерадостно усмехнулся. — Я не обладаю той добродетелью, которую мне приписывают. Я очень долго ждал этого мгновения.

Я все еще не понимала, к чему он ведет.

— Га-ля, я предлагаю тебе стать моей женой, — окончательно ошарашил он меня. — Мы поженимся, и больше ни один человек, ни один чиновник не будет трепать твое имя.

— Лин, — выдохнула я, — ты серьезно? Какая свадьба? Не прямо же сейчас? Тебе и дозволение отца получить нужно.

— Я серьезен всегда, — ответил он спокойно. — Ты для меня не просто женщина, с которой я хочу разделить ночь. Ты та, с кем я хочу разделить жизнь. И я не позволю себе обесценить это тем, что мы поспешим.

— Но мы уже… — я запнулась. — То есть мы почти… Теперь он воззрился с укоризной.

Складывалось впечатление, что я его совращаю, а он еще и упирается.

— Я знаю. И поверь, это требует от меня нечеловеческой силы воли. Но я хочу сделать это правильно.

Ради справедливости я уточнила:

— Ты же понимаешь, что твой отец может быть против? Что весь двор будет против?

— Пусть будут против, — пожал он плечами. — Мне не нужен титул без тебя.

Больше я не сомневалась.

— Хорошо, — кивнула я. — Я согласна.

Он поверил мне не сразу.

— Ты не шутишь?

— Нет, — пришла моя очередь проявлять инициативу, — и раз мы теперь жених и невеста… — Я снова почувствовала, как он потянул меня к себе, как его дыхание коснулось моей шеи. — Значит, мы все-таки закончим то, что начали?

— Теперь да, потому что ты моя.

Мы двигались медленно, почти невесомо, как две лодки, которые наконец нашли друг друга после долгого плавания по бурному морю. Его руки «гуляли» по моей коже, я чувствовала, как плавлюсь под его прикосновениями, как исчезают все страхи, все сомнения. Он был нежным и уверенным, знал, чего хочет, совсем не торопился.

Суань Лин словно изучал меня, запоминал каждое движение, каждый вздох.

— Га-ля, — целуя, он обещал: — я никогда не отпущу тебя. Никогда.

— Я и не планировала уходить, — отвечала я, притягивая его ближе.

Когда близость завершилась, мы лежали в тишине, а его рука гладила мои волосы. Я приподнялась на локте и оглянулась. При свете догорающих свечей лицо Суань Лина было мягким и очень умиротворенным.

— Ты доволен? — я притворно нахмурилась. — Заставил меня понервничать.

Он улыбнулся.

— Счастливее, чем был когда-либо.

— Это хорошо, — я улеглась обратно, уткнувшись носом в его плечо. — Потому что ты еще не в курсе, какая я капризная невеста.

Он поцеловал меня в макушку.

— Меня радуют все твои капризы. Они делают жизнь насыщенной.

Утро наступило слишком быстро. Я думала, что только закрыла глаза, прижавшись к плечу Суань Лина, а уже снова сидела перед зеркалом, пока служанки из его двора терпеливо укладывали мои волосы.

— Осторожнее, — поморщилась я. — Если вы воткнете в меня еще хотя бы одну шпильку, я начну звенеть при ходьбе.

И я не преувеличивала. Меня будто обряжали на еще неодобренную свадьбу. А еще мне не хватало общества моей Ли Жу. Правда, я подозревала, что эта ночь тоже стала для нее бессонной.

Когда с прической было покончено, я обреченно взглянула на свое отражение. Я была очень красива, но не было моего привычного передника, а прическа скорее напоминала скульптуру, чем ту косу, которую я заплетала каждый день.

— Это точно я?

— Вы прекрасны, принцесса.

До сих пор странно было слышать это обращение. Как я не старалась, не смогла привыкнуть.

Суань Лин уже ждал во дворе. Стоило ему увидеть меня, как он улыбнулся.

— Отдохнула?

Я стыдливо прищурилась, вспоминая наши ночные объятия.

— Это намек на что-то?

— Никаких намеков. Я счастлив, — протянул он мне руку, — что мне удалось дать тебе передышку. Сегодня будет отличный день.

— Ты удивительно оптимистичен. — Я вложила свою ладонь в его.

— Верно, но дела не ждут, нам требуется встретиться с моим отцом.

Мы шли рядом до личных покоев императора. Нас сопровождали евнухи, служившие принцу, но держались далеко. И пока я шагала, страхи мои возвращались. Что же думает обо мне Суань Вэй? К какому выводу он придет?

Император ожидал нас в небольшом павильоне. Меня обрадовало, что наша откровенная беседа состоится не в тронном зале, а будет более интимной, без многочисленных министров. Он сидел за чайным столом в одиночестве, жестом пригласил присесть напротив.

— Сын мой, принцесса, — кивнул нам обоим.

Естественно, мы повиновались, поклонились, а после устроились там, где он указал.

Император медлил, молчал, и я, не вытерпев, начала озираться. На той же дорожке, откуда мы пришли, образовался Чжэн Фэй. Его появление меня обрадовало. Войди сюда Мэй Линь, я бы перепугалась. Глава Ведомства наказаний тоже сел на одно колено и дождался позволения монарха.

— Садись с моим сыном, Фэй, — фыркнул на него император.

— Мы ждали только тебя. — Прошу простить меня за опоздание, Ваше Величество, — склонился еще ниже Чжэн Фэй.

— Это все неважно, я позвал вас не для извинений. — Суань Вэй сурово воззрился на своего отпрыска и наследника: — Я хочу восстановить справедливость и воздать похвалы. И ты, Суань Лин, сам настаивал, чтобы это был личный разговор.

Я повернулась к принцу. Когда он все успевает? Суань Лин же стойко молчал, словно ничего он и не просил.

Император тем временем продолжил:

— Благодаря тебе столица устояла, сын. — Затем взгляд императора переместился к Чжэн Фэю. — И благодаря тебе, генерал Чжэн.

Начальник Ведомства наказаний привычно сложил ладони.

— Это мой долг, Ваше Величество.

— Ты исполнил его достойно.

Только после этого император посмотрел на меня. Честно говоря, именно этого момента я боялась больше всего. Я невольно выпрямилась.

— Принцесса Гао Лань.

— Ваше Величество, — нервно подалась я вперед, молясь всем, кому можно, чтобы не впасть в истерику.

И Его Величество только подтвердил мои страхи:

— Мне сообщили, что генерал Лун Цзюэ и канцлер утверждали, будто ты вовсе не принцесса. Они ссылались на министра Вэнь Бо, но тот, поразительным образом, куда-то исчез.

Я сглотнула. Исчезнование министра мне на руку не играло, но и я понятия не имела, куда тот мог запропаститься. Или… Чжэн Фэй и Суань Лин причастны к этому?

— Да… — стало очень сухо в моем горле.

— Однако пустые слова не являются доказательствами, — отрывисто проговорил Суань Вэй. — Вэнь Бо пропал, и ни один человек не сумел представить подтверждений этим обвинениям. Следовательно, для меня подобные речи остаются пустыми наветами.

У меня немного отлегло от сердца. Я не хотела бы обманывать отца своего жениха, но тому еще сложнее объяснить степень своего попаданства. Император, ощущая мою нервозность, тепло улыбнулся.

— Зато мне представили множество иных свидетельств. — Он поднял со стола небольшой свиток. — Мне доложили, что именно ты помогла разоблачить заговор, что твои слуги защищали жителей столицы. Да, ты многое успела. Принцесса, я рад, что когда-то согласился оставить тебя в столице, твой ресторан…

Я умилилась не только потому, что меня похвалили, но и потому, что правитель не назвал мое заведение таверной. Это достижение.

— Буду надеяться, — подмигнул он мне по-доброму, — что тебе еще удастся восхитить меня своими кулинарными способностями. Императорский двор благодарит тебя. Ты получишь награду согласно своим заслугам. Чжэн Фэй, Суань Лин, вы тоже все получите.

Я поспешно склонилась.

— Благодарю, Ваше Величество.

Все складывалось хорошо. Мне было достаточно того, что меня опять не отправили в тюрьму, что не обвиняли. Мы с Суань Лином это не обсуждали, но ему-то наплевать, какой титул я имею, он знает обо мне правду. Но наследному принцу похвалы и признания не хватило.

Он негромко кашлянул и обратился к императору.

— Отец, я прошу вашего благословения.

Он явно не ожидал никаких просьб в этот день, и так уже одарил без меры, посему обращение сына его изумило.

— На что именно? — Я прошу позволить мне взять Гао Лань в жены.

Чжэн Фэй поперхнулся, а мне показалось, что птицы на улице перестали щебетать. Разве нельзя было подобрать более удобный момент? Куда нам спешить?

Император опять перевел взгляд на меня.

— Помнится, мой сын был против этого брака в начале, а ты, принцесса, была готова подождать. Мы соблюли все обычаи твоей страны, и они были неудовлетворительны. Все знаки сообщали о том, что союз будет несчастливым. Ты готова на такой брак?

Ага, это когда мои коты по деревьям лазили и рыбу прикармливали? По-моему, император сейчас надо мной издевался.

Ну спасибо, любимый. Как ты технично скинул на меня всю ответственность.

Я шумно выдохнула.

— Если Ваше Величество позволит, — я сделала паузу, — то я согласна. Время показало, что мы зря боялись брака. Мы подходим друг другу.

Полагала, что Суань Вэй будет возражать, что попытается меня отговорить, к тому же обо мне чересчур много слухов, но он составил совсем иное мнение.

— Тогда готовьтесь к свадьбе. Я не вижу причин этому препятствовать. Покидая павильон императора, я словно потеряла ориентир. Не верилось, что он легко отбросил обвинения и разрешил нам пожениться.

— Я же говорил, — торжествующе произнес Суань Лин, — отец одобрит.

— И едва не довел меня до обморока, — возразила я, но увидев насмешливое лицо принца, добавила: — В натуральный, в настоящий.

Черт, теперь еще и в обмороки мои верить не будет. На счастье, меня отвлек Чжэн Фэй.

Тот почему-то вел себя странно, как-то застенчиво.

— Принцесса Гао Лань, — переступал он с ноги на ногу. — Сегодня император был к вам милостив, может, и вы проявите милость, выполните одну мою просьбу.

Рядом скривился Суань Лин.

— Ты о чем?

Пихнув принца, ведь просили-то меня, я радостно закивала. Чжэн Фэй не раз и не два помог мне и моей компании. Как я могу ему в чем-то отказать?

— Чего же ты хочешь?

Он смущенно поклонился, румянец всплыл на его щеках.

— Освободите Ли Жу от должности, я планирую тоже сделать ей предложение. Когда она станет свободным человеком, ничего не будет препятствовать.

— Она же кот-демон, — выпалил Суань Лин.

— И моя подруга, — возмутилась я, а потом вновь воззрилась на чиновника. — Не переживай по этому поводу. Ли Жу всегда была свободна. Она уже давно делает вид, будто работает на меня, но сама только кокетничает.

Чжэн Фэй коротко кивнул:

— Благодарю.

Он отдалился на почтительное расстояние, чтобы не мешать, а я никак не могла перестать думать про их парочку. В голове не укладывалось, как такому человеку могла понравиться моя импульсивная, дерзкая и чокнутая подруга, но любовь слепа.

Суань Лин проводил меня до ворот дворца. Мне очень не хотелось отпускать его, как и ему меня, но где-то в глубине дворца наследника уже ожидали плененные Лун Цзюэ и Янь Чжоу. А я торопилась в ресторан. Работа никуда не исчезла.

— Мне нужно уходить, — обнял меня любимый. — Я постараюсь закончить как можно быстрее. Ты можешь вернуться в мой дворец.

— Нет, — мотнула я головой, — я вернусь домой…

— Домой?

Я задумалась всего на мгновение.

— В ресторан к Мэй Сю, Ли Жу, Жун Мао и Тай Фэну. Поздно вечером я вернусь.

Говорят, после большой бури наступает тишина. Никто почему-то не предупреждает, что эта тишина способна оказаться страшнее самого урагана.

Я вернулась в свой ресторан, когда солнце уже клонилось к закату. На улице встречались следы недавних беспорядков: где-то валялись обломки телег, у соседнего дома меняли сорванные ворота, а люди говорили непривычно тихо.

Стоило мне переступить порог, как я услышала радостный голос Жун Мао:

— Хозяйка, — Он первым бросил в сторону молоток, которым пытался прибить ножку к перевернутому столу, и поспешил ко мне. — Живая, выспавшаяся…

— Разочарован? — устало улыбнулась я.

— Немного, — фыркнул он. — Мэй Сю всех третирует, а еще я понадеялся, что принц тебя больше не отпустит и ресторан достанется мне.

— Ты такой алчный, — возмутилась я.

Следом подошли Тай Фэн и Ли Жу. Мэй Сю выглянула из кухни, вся перемазанная мукой.

— Госпожа, — она так обрадовалась, что едва не уронила поднос. — Рада вас видеть. Сегодня объявили весть от императоров. Кухня полна заказов.

Какой ужас, я вот о заказах совсем думать не могла.

Я растерянно огляделась по углам своего заведения. Половина столов были разбиты, ставни отсутствовали, где-то треснула стена. Что они пережили, пока я «отдыхала» в темницах. И как мне отблагодарить Ло Чэня за эту защиту?

— Ло Чэнь правда всех выгнал? — я не могла удержаться.

— Ага, — довольно кивнул Жун Мао. — Он был страшнее нападавших. Такой грозный. Он сейчас в Ведомстве наказаний.

— Страшнее Тай Фэна был? — я улыбнулась.

— Особенно Тай Фэна. Он-то в темницу пролезал с трудом, — забурчал Жун Мао.

Толстяк возмущенно фыркнул.

— Эй, замолкни, я эффективен своей массой.

— И застреваешь везде, — в тон ему насмешничал Рыжик. — Линь Мо своими кистями успешнее атаковал.

Мы все конечно рассмеялись. Все старались поскорее забыть ужасы пережитого. В это мгновение я осознала, насколько сильно устала. Я влюбилась в Суань Лина, расслабилась с ним, но вот это ощущение успокоения я получила только в Демоническом мурлыке. А здесь такая, ну, не разруха, но видны следы бойни.

Улыбка держалась на лице, но внутри меня опустошили, немного даже распотрошили.

Ли Жу — девочка, она внимательнее и эмпатичнее других. Она первой и напряглась.

— Хозяйка…

— Все хорошо. Император нас похвалил. Суань Лина и Чжэн Фэя тоже, даже ресторан вспомнил. Планирует вскоре прийти к нам.

— Правда? — ахнула Мэй Сю.

— Правда, — подтвердила я.

— Тогда почему ты такая грустная? — прямо спросила моя кошечка.

Я ненадолго задумалась.

— Можно я немного побуду одна?

Никто не стал спорить. Поэтому-то я так люблю их всех. Они не лезли мне в душу тогда, когда этого не хотелось.

— Мы пока закончим уборку, — спокойно сказал Тай Фэн.

— Иди, хозяйка, — махнул на прощание Жун Мао.

Я благодарно кивнула и поднялась наверх. Комната моя не изменилась. Сюда не добрались никакие бандиты. Я села на край постели и закрыла лицо ладонями.

А после меня накрыло то, о чем я думать избегала.

— Что же мне делать? — прошептала я.

Император принял меня, Суань Лин сделал предложение, мы победили. Все должно было закончиться счастливо. Только я одна знала то, чего не знал никто. Я не рассказала всей правды.

Не рассказала, что когда-то видела многие события со стороны, что весь этот мир существовал для меня только на экране, что мой Суань Лин, Чжэн Фэй и другие — это персонажи серила. И самое отвратительное, я до сих пор не понимала самого главного. А что будет дальше? Сколько мне отмеряно здесь? Я дождусь своей свадьбы? Останусь я здесь или перемещусь на кассу?

Я судорожно вдохнула. Чтобы хоть как-то отвлечься, взгляд сам собой зацепился за книгу, лежавшую на столике. Не так давно мы болтали с Линь Мо про романы, и он обещал принести очередной, чтобы я почитала.

Художник выполнил свое обещание, он лежал передо мной, и я открыла первые страницы. В этом мире я еще не читала ничего художественного.

Поначалу все было условно привычно для дорамы. Я распознавала иероглифы, погрузилась в сюжет, но чем дальше я читала, тем сильнее холодок пробегал по спине.

Любовная история почему-то сильно походила на мою. В ней тоже была какая-то женщина с небес, которая открыла ресторан, и ее поддержали демоны-коты.

Что за бред? Линь Мо мне совсем другое обещал, а в итоге я читаю пересказ моей жизни в этом мире. Даже мои нелепые шутки словно просочились между строк. Я резко перелистнула страницу.

— Нет… — ахнула я.

Это точно был не тот роман, про который так вдохновенно вещал талантливый Линь Мо. Он мне обещал сложную историю какой-то лекарки с чиновником из министерства, а тут…

Чернила вдруг дрогнули, прямо у меня на глазах начались писаться новые строчки.

«Гао Лань, Галя, ты прошла свой путь. Мы исполнили свое желание. Теперь ответь, ты хочешь остаться здесь?»

Я сидела неподвижно. Пульс у меня участился, а на лбу образовалась испарина.

— Да… — шепнула я.

Затем я огляделась, прислушалась к звукам снаружи. Вроде бы никто ко мне не поднимался.

Я увидела кисть, лежащую на столе, схватила ее, окунула в тушь и в той же книге вывела ответ:

«Да.»

Несколько долгих мгновений ничего не происходило. И я испугалась, что мне это привиделось. Но потом под моей надписью вновь появились черные символы.

«Так тому и быть.»

Чернила вспыхнули мягким золотистым светом. Страница стала совершенно белой.

Я не ведала, кто мне отвечал, как и не ведала, какие же силы отправили меня сюда. Но после подобного приключения до меня дошло, что я в безопасности. Это не насмешка, не какая-то злая магия. Меня спросили, и я сказала.

Откинув книгу, я истерично рассмеялась, а после расплакалась. Уже не от страха, а от облегчения.

— Значит… — вытирала я слезы, улыбаясь. — Значит, я остаюсь.

Я почти бегом выбежала из комнаты. У меня поднялось настроение. Опустошение исчезло.

— Жун Мао! — выпалила я со второго этажа.

— Что, хозяйка?

— Где там твой молоток? Есть еще один?

Рыжик удивленно заморгал.

— Зачем?

— Потому что хватит тебе одному работать. Я тоже хочу.

Снизу донесся дружный смех.

* * *

Дни сменяли друг друга спокойно, словно и не существовало никакого переворота. Столица постепенно залечивала раны.

Разбитые мостовые вновь покрывались камнем, лавки открывали двери, торговцы привычно зазывали покупателей, а жители все чаще обсуждали не заговорщиков, а цены на рис и последние городские сплетни. Как ни странно, именно это и означало настоящую победу в мятеже.

Император не стал проявлять милосердие к тем, кто решил предать собственную страну.

Канцлера Янь Чжоу лишили всех титулов, земель и имущества. По законам Байлин подобное преступление каралось уничтожением всего рода до девятого поколения, однако Суань Вэй вспомнил его прежние заслуги перед государством. Род Янь потерял положение, а сам бывший канцлер был сослан в далекую горную деревню, где, по слухам, единственным его собеседником стал сварливый староста, да несколько кур.

— Иронично, — заметил Жун Мао, услышав об этом. — Человек всю жизнь мечтал управлять империей, а теперь будет жрать курицу.

— Ты ему, что, завидуешь? — поморщилась я.

— Галя, мы говорим о курином мясе, — тыкал в меня пальцами мужчина. — Конечно, я ему завидую.

Я решила не предаваться этой беседе. В вопросах с курами я, очевидно, проигрывала. Я больше за баранину и свинину.

А вот с генералом Лун Цзюэ все оказалось иначе. Император не мог его помиловать, преступления были слишком тяжелы: шпионаж, организация переворота, убийства. По приказу Суань Вэя его казнили публично.

Из Цинлун вскоре пришло официальное послание. Мой отец, то есть отец настоящей Гао Лань, не требовал возвращения своего ценного генерала. Он писал, что все понимает, что Лун Цзюэ его разочаровал, что человек, опозоривший собственное государство, больше недостоин его защиты.

В конце письма, однако, имелась еще одна строчка. Он интересовался, состоится ли свадьба его дочери Гао Лань с наследным принцем Байлин, как было обещано.

Я долго смотрела на эти слова, имея смешанные чувства.

Второй принц Суань Хуа сильно изменился. После переворота он все чаще появлялся рядом с братом. Они до конца пока не сблизились, но уже играли вместе в вэйци, тренировались. Прежняя стена непонимания и отчужденности, которую воздвигнула главная наложница и канцлер, испарилась.

Сама Мэй Линь притихла. Перестала плести интриги. Похоже, едва не потеряв сына, она поняла цену власти.

А Суань Лин… Он просто еще раз доказал всем, почему именно его называли достойным наследником.

Мой «доставщик» Ло Чэнь и его люди официально поступили на службу в Ведомство наказаний. Я не горевала, ремесло доставщиков им не подходило, но мне пришлось под яростные протесты наследного принца организовать новый кастинг красивых доставщиков. Ох, как возмущался Суань Лин.

Помимо казней и наказаний, прошли и радостные события. Прошла свадьба Чжэн Фэя и моей Ли Жу. Я лично помогала ей собираться.

Она кружилась перед зеркалом уже, наверное, в двадцатый раз.

— Как думаешь, я красивая?

— Ты самая красивая невеста во всей столице. Сама в курсе.

— Я так и знала. — Она довольно расправила плечи. — Просто хотела услышать это вслух.

Чжэн Фэй все торжество держался с достоинством настоящего чиновника, но стоило Ли Жу улыбнуться ему, как вся его суровость исчезала без следа.

Линь Мо и Жун Мао сдружились окончательно. Я уже не удивлялась, когда один приносил новые картины с портретами куртизанок, а второй — очередные безумные истории.

А вот Тай Фэн долго собирался с духом. Однажды вечером он наконец признался Мэй Сю во всем и поведал о том, кем является. Когда он закончил рассказ, наступила тишина.

— Зачем ты мне это говоришь?— спокойно ответила ему Мэй Сю. — Я все уже знала.

Тай Фэн растерянно моргнул.

— Что?

— Ну, вы часто забывались, да и я ваши хвосты и уши видела.

После этого разговора они стали парой. Правда, ни о каких свадьбах пока даже не думали.

— Нам и так хорошо, — философски заявил Тай Фэн.

И Мэй Сю полностью с ним согласилась.

А через несколько недель наступил день моей свадьбы. Столица утонула в красном шелке. Колокольчики звенели под карнизами каждого дома, музыканты играли на всех улицах. Люди желали нам счастья.

Все традиционные церемонии я стойко вытерпела, как и мой принц. Я никак не могла дождаться того мгновения, когда мы окажемся одни.

Едва мы с Суань Лином поклонились Небу, Земле и императору, я поймала себя на мысли, что больше не чувствую страха, не боюсь будущего и ощущая счастья в моменте. Мне не нужно ждать конца своей истории, она не завершалась, а только начиналась.

Поздно ночью дворец затих от празднований, и мы с Суань Лином остались наедине.

Я сидела возле открытого окна, наблюдая, как ветер качает фонари. Суань Лин подошел сзади и осторожно обнял меня.

— О чем задумалась?

Я обернулась.

— О своем мире. Мне так непривычно.

Он сжал меня крепче:

— Ты никогда о нем не говорила. Расскажи.

Тут меня понесло. Я очень много внимания уделила горячему водоснабжению, но успела поведать и про повозки без лошадей, про небоскребы, про самолеты и маленькие стеклянные экраны, через которые люди разговаривали друг с другом, находясь за тысячи ли.

Суань Лин слушал меня очень внимательно. Он удивлялся, иногда умилялся, иногда хмурился. Когда я закончила, он тихо спросил:

— Ты скучаешь по тому миру?

Я сначала посмотрела в темное небо, а после перевела взгляд на человека, ставшего моим мужем.

— Нет, я там никогда не ощущала себя дома.

Он переплел свои пальцы с моими.

— Тогда добро пожаловать домой.

И мне нечего было ему возразить.