Мы уже больше получаса находились в библиотеке. Я поручил Альме и Роджеру заняться каталогами, а сам, листал старинные фолианты, пытаясь отыскать хоть крупицы информации о волшебных свойствах родовых колец — и об их «особенностях». Но тщетно.

В хрониках упоминалось лишь, что первый из Люфтов подарил такое кольцо своей возлюбленной. Что передавалось оно из поколения в поколение — от матери к дочери или старшему сыну, а тот вручал его своей невесте. Если колец не хватало, их создавали с помощью Искры — для девушек, вступавших в семью или рождавшихся в ней.

Часть Искры, живая магия, заключалась в камне. Кольцо «принимало» нового члена рода, одаривая теплом и светом.

Но ни единого слова о том, как его снять.

Вероятно, раньше в этом просто не было нужды. Потому и записей не осталось.

Я боялся сказать Альме правду: Искра уже записала её в члены моей семьи. И даже сам Гроссфорт оказался решительнее меня — надел на неё кольцо.

Украдкой я наблюдал за девушкой, делая вид, что поглощён чтением.

Когда она работала, лицо её преображалось: глаза горели, на губах играла лёгкая улыбка. В эти мгновения она становилась той самой Альмой, к которой я так привык — живой, увлечённой, настоящей.

Но…

Тишину разорвал бодрый голос:

— Вот вы где! — Колин вошёл с непринуждённой лёгкостью, которая теперь выводила меня из равновесия.

Альма подняла взгляд от каталогов, разложенных на столике. В её глазах, казалось, мелькнуло раздражение, но она сдержалась.

— Колин, я же говорила, что буду занята… — произнесла устало.

— Да-да, — он поднял руки в шутливом жесте. — Я помню. Но, может, я могу помочь? Мне просто нечем заняться.

— С каких пор тебя интересуют интерьеры? — я не смог сдержать сарказма, изогнув бровь.

Он ухмыльнулся — С недавних. Я же прикупил себе поместье в столице.

— Я помню. — Ну вот! Решил посмотреть, может, и себе что-нибудь выберу. Тем более когда здесь настоящий специалист! — Он подсел к Альме на диван, взяв один из журналов. — Может, и мне поможешь с выбором? — Взгляд его был слишком выразительным.

— Для этого надо осмотреть помещение, — ответила она сдержанно.

— Не вопрос. Съездим. Всё осмотришь.

— Как только закончит работу здесь, — вставил я.

— Не переживай, Инар, Альма всё успеет к твоей помолвке, — бросил Колин с лёгкой насмешкой.

— Да, успею, — тихо ответила Альма.

В её голосе мне послышалась грусть. Или это лишь игра моего воображения?

С появлением друга спокойная атмосфера рассыпалась в прах. Он то и дело обращался к ней, задавал вопросы, просил совета — явно не ради интерьеров.

А я боролся с желанием выставить его за дверь. В который раз пожалел, что позвал его сюда для восстановления второй половины замка.

И тут меня осенило.

Надо просто быстрее восстановить её. Тогда он уедет. Больше в его присутствии не будет необходимости.

От этой мысли настроение невольно поднялось.

— Ваша светлость, — обратилась ко мне Альма, — посмотрите, что мы выбрали.

— Абсолютно доверяю твоему вкусу, — ответил я, громко захлопнув книгу. — Роджер, можешь заказывать.

— Вы не будете смотреть? — в её голосе прозвучало искреннее недоумение.

— Вечером, — пообещал я. — Ну что, Колин, пойдём посмотрим, на что ты способен.

И подмигнув другу, направился к выходу.

— Не понял, — отозвался он, явно сбитый с толку.

— Сегодня начнём восстанавливать вторую половину замка.

— Но мы не подготовили третий этаж, — вмешалась Альма с явным беспокойством.

— Это подождёт!

— Но мне тоже нужна комната. Я живу в служебном крыле! — донеслось мне вслед.

«Тем более подождёшь», — мысленно усмехнулся я, но сделал вид, что не услышал.

Мы вошли во вторую половину замка — судя по остаткам лепнины и расположению ниш, это была бывшая малая столовая. Помещение выглядело удручающе: последствия удара огненной катапульты не щадили ничего. Верхние помещения над столовой полностью разрушены, потолок отсутствовал, крыша полность обвалилась, в стене зиял огромный проём, открывавшей вид на выжженные поля; посреди комнаты громоздилась груда камней — хаотичное нагромождение обломков, словно застывший взрыв.

— С чего начнём? — спросил друг, оглядываясь с живым любопытством. В его голосе звучало что-то мальчишеское — азарт первооткрывателя, которому дали в руки новую игрушку.

— Думаю, сначала нужно расчистить завал, — ответила Альма, скрестив руки на груди. Она даже не взглянула на него, изучая стены, будто считывала незримые линии прошлого.

— Куда ты хочешь, чтобы я переместил эти камни? Выбросить в проём? — Колин размял пальцы, демонстративно напряг плечо, будто собирался ворочать глыбы голыми руками. Позер.

Раньше его беспечность казалась мне лёгкой и заразительной. Теперь же каждое движение, каждый жест отзывались во мне раздражением — словно кто-то провёл ногтем по стеклу.

— Нет! Ничего не выбрасывай! — Альма резко подняла руку, останавливая его. — Мы будем действовать так же, как и во дворе. Гроссфорт знает, где что должно быть. Я буду направлять тебя.

Она закрыла глаза, сосредоточилась. На мгновение вокруг неё возникло едва заметное сияние — впервые её магия проявилась зримо. Искра откликнулась: свет пробежал по обломкам, очерчивая их прежнюю форму, словно подсвечивая память камня.

— Этот блок — сюда, — указала она. — А тот, с трещиной, поставь левее, он стыкуется с карнизом.

Колин подчинялся беспрекословно. Его магия — резкая, но точная — поднимала камни и аккуратно перемещала их в указанные места. Альма же соединяла фрагменты: её сила словно склеивала время, возвращая каждому элементу его законное место. Они работали слаженно, будто собирали огромный пазл, где каждый кусочек помнил своё предназначение.

Я стоял в стороне, снова чувствуя себя лишним. Наблюдатель. Страж. Тот, кто не участвует, а лишь следит, чтобы никто не пострадал.

К обеду левая стена столовой приобрела очертания — не просто груда камней, а восстановленная часть целого. Линия кладки, орнамент над проёмом, даже оттенок камня — всё возвращалось к изначальному облику.

В этот момент небо затянулось серыми тучами, и первые капли дождя ударили по каменным плитам. Мы решили сделать перерыв.

За обедом Колин, всё ещё под впечатлением от работы, загорелся новой идеей:

— А что, если создать совместное бюро по строительству домов? У нас отличный тандем: я — сила, Альма — видение.

— Только сначала закончите здесь, — буркнул я, не поднимая глаз.

«И ваши отношения желательно тоже», — добавил мысленно, но вслух, естественно, этого не произнёс.

После обеда мы вернулись на «стройку». Когда боковые стены столовой наконец приобрели законченные очертания, стало ясно: несмотря на ощутимый прогресс, впереди ещё много работы. Полы и потолки пока оставались нетронутыми. Альма решила начать с восстановления всех стен на всех этажах — системный подход, благодаря которому потом будет проще собирать межэтажные перекрытия.

Но вскоре работу пришлось прервать — и причина оказалась вовсе не в усталости.

Альма застыла, глядя на проём, где вскоре должны были появиться окна. Её лицо выражало не утомление, а глубокую сосредоточенность — словно она пыталась уловить что-то за пределами видимого. Затем девушка подошла ближе к краю и пристально посмотрела вниз.

— Не могу полностью разглядеть все части стены, — произнесла она тихо, будто разговаривала сама с собой. — Как будто их… нет. Словно там дыры. Я их не чувствую. Когда прилетел снаряд, много блоков упало вниз?

Она обернулась ко мне. В её взгляде читалась не тревога, а напряжённый расчёт.

— Да, — подтвердил я. — Много.

Понимаю что сейчас нам придётся спуститься к основанию скалы.

— Очень много! Какой был обвал! Я еле спас нас! — вмешался Колин, размахивая руками. — А потом поднялся настоящий торнадо! Мне пришлось срочно укрывать наших под землёй.

— Ты у нас герой, — отозвался я с едва заметной иронией.

— Торнадо? — переспросила Альма, снова переводя взгляд на меня. — Ветерок?

Я вспомнил тот миг: обрушившийся на нас поток воздуха, нечеловеческую ярость Гроссфорта, пробудившаяся от удара.

— Думаю, да, — кивнул я.

— Ветерок?! — Колин всплеснул руками. — Это был ураган! Торнадо! Нас всех так раскидало! Даже маги огня бежали, сверкая пятками!

— Так Альма называет магию Гроссфорта, — пояснил я другу. — Она с ним… подружилась.

— А-а-а… — протянул Колин, явно сбитый с толку. — Это как?

— Ветерок — неотъемлемая часть Гроссфорта, — объяснила Альма. — Это как мы: у нас есть тело и душа. Сам замок — это тело, а Ветерок — его дух.

Словно в знак согласия, лёгкий ветер поднялся вокруг неё. Он подхватил зеленые листья, кружа их в нежном танце, и мягко коснулся её волос.

— Он может быть опасен, — насторожился Колин, глядя на меня. — Ты можешь его контролировать?

Не успел я ответить, как Ветерок собрал все листья в плотную кучу — и швырнул их прямо в лицо моему другу.

— Опасен, — хмыкнул я. — Смотри не обижай мой дом… и Альму.

— Да я и не думал, — поспешно отозвался Колин, отряхиваясь.

Я подошёл ближе к Альме и взглянул вниз. Высота — не меньше сотни метров. Отвесная скала, острые выступы, россыпь камней у подножия.

— Ладно, тогда спускаемся, — произнёс я, принимая решение.

И, не дожидаясь ответа, подхватил Альму на руки. На удивление она оказалась очень лёгкой.

— Инар, что ты… — её голос оборвался, когда я шагнул с обрыва.

Воздушная сфера вспыхнула вокруг нас мгновенно — упругая, прозрачная, почти невидимая. Она окутала нас, словно кокон, но не заглушила вопля Альмы.

— А-А-А! — её крик перекрыл даже вой ветра, отражаясь от границ сферы.

Девушка вцепилась в мою рубашку, зажмурилась и кричала безостановочно — на одной пронзительной ноте, от которой вибрировал воздух.

К концу спуска в ушах стоял такой звон, что я едва различал собственное дыхание.

Когда мы коснулись земли, она замолчала так резко, что тишина казалась почти осязаемой. Я встряхнул головой, возвращая слух.

— Можешь открыть глаза, — шепнул ей на ухо, губы едва слушались.

— Мы живы? — прошептала она.

— Более чем, — ответил я. — И даже не поцарапались.

Она разомкнула ресницы. Уголок её губ дрогнул в слабой улыбке:

— Прости.

АЛЬМА

Я кричала — громко, отчаянно, изо всех сил вцепившись в Инара. Ещё никогда в жизни мне не было так страшно. Ветер свистел в ушах, земля стремительно приближалась, а я могла лишь зажмуриться и ждать.

— Можешь открыть глаза, — шепнул он мне на ухо. Голос герцога звучал спокойно, почти ласково, несмотря на то что мой крик явно должен был его оглушить.

Мы стояли у подножия скалы — там, где когда-то произошёл обвал.

Инар всё ещё держал меня, поэтому я сама осторожно отстранилась. Его руки разомкнулись без сопротивления, но взгляд задержался на мне чуть дольше, чем требовалось.

Я окинула взглядом хаос у наших ног: обломки стен замка, раздробленные и перемешанные с рухнувшей скалой. То, что когда-то было величественным строением, теперь лежало грудой камней. Надо попытаться соединиться с Искрой. На такой высоте, вдали от сердца замка, я почти не надеялась на отклик но…

Чудо! Энергия отозвалась — тихо, но уверенно. В обломках до сих пор жила магия Гроссфорта, словно застывшие отголоски его прошлого.

— Поберегись! — раздался голос Колина.

Он спускался по скале на своих двоих легко, почти играючи — будто скользил по горке.

— Я пойду поищу на равнине, — Инар указал вдаль, в сторону реки. — Там ещё должны быть крупные блоки. А вы пока поднимите то, что здесь.

— Так точно, командир! — отсалютовал Колин, приземлившись и приложив руку к голове.

Инар ушёл, а мы с Колином принялись «просеивать» обломки — сортировать, разделяя на две кучи: фрагменты замка и лишнее. Работа шла быстро: его сила и моя связь с Искрой дополняли друг друга.

— Ну, как полёт? — спросил Колин, поднимая очередной блок и перенося в «нужную» кучу.

— Неожиданный, — честно призналась я. — Сильно испугалась.

— Я слышал, — хмыкнул он. — Мой первый полёт тоже был незабываемым. Правда, тогда Инар не носил меня на руках.

Он бросил на меня испытующий взгляд, и в его тоне мне послышался упрёк.

— Думаю, потому что ты явно тяжелее меня, — попыталась я отшутиться.

Колин лишь усмехнулся и поднял очередную порцию камней наверх.

— Альма, я хотел спросить… — начал он, но я перебила.

— Давай позже. Мне нужно сосредоточиться, чтобы ничего не пропустить.

— Конечно, — впервые он не стал настаивать.

Вскоре я поняла, что у подножия скалы больше нет фрагментов замка, пригодных для восстановления.

— Я пойду в сторону Инара, — предупредила я Колина. — Проверю, что он нашёл. А ты пока можешь попробовать поднять блоки наверх в Гроссфорт.

Он лишь кивнул, подошел к «нужной» куче и начал постепенно поднимать блоки вверх по скале в замок.

Я двинулась вдоль склона, но уже через несколько шагов замерла.

Везде был туман.

Густой, белёсый, он стелился по земле, окутывая камни и траву.

Откуда он взялся? Ещё минуту назад небо было ясным, а воздух — сухим. Теперь же влага оседала на коже, а видимость сократилась до нескольких шагов.

Что-то в этом тумане было… не так.

Я прислушалась к Искре, ничего не изменилось, связь была прочной, Гроссфорт спокоен. Но...

Вокруг была лишь тишина.

Слишком тихо.

Тревога стянула грудь тугой петлёй.

— Инар! — крикнула я, голос дрогнул на последнем слоге.

— Я здесь! — донеслось откуда-то впереди, приглушённое пеленой тумана.

Я шагнула вперёд — и тут же споткнулась о невидимый камень. Под ногами что-то хрустнуло. Туман сгущался с каждым шагом, поглощая звуки, размывая очертания. Я вытянула руку перед собой, но не видела даже пальцев.

— Где ты? — в моём голосе нарастало беспокойство, почти паника. — Я иду к тебе!

— Стой! Не надо! Я сам к тебе приду! — его голос прозвучал ближе, твёрже, будто он пытался удержать не только меня, но и что-то ещё.

Через минуту из белёсой мглы проступил силуэт. Инар вышел ко мне — и туман вокруг нас словно отпрянул, оседая до пояса, будто невидимая рука отдёрнула занавес.

— Что это? — спросила я, всё ещё чувствуя, как дрожат кончики пальцев.

— Туман, — ответил он невозмутимо, но взгляд выдавал: он был напряжён.

— Я вижу. Ты можешь его убрать?

— Нет.

Его ответ ударил холоднее тумана. Я вгляделась в его лицо — и поняла: это не природное явление. Этоон его создал.

— Что ты скрываешь? — я сложила руки на груди, стараясь унять дрожь. Вызов в голосе был маской — за ним пряталась тревога.

— Альма, возвращайся к Колину. Я справлюсь сам, — произнёс он, не глядя мне в глаза.

— И не подумаю! Рассказывай!

Он помедлил, будто взвешивая слова.

— Тут… э-э… Кладбище.

— Кладбище? — переспросила я, не веря своим ушам. — Думаешь, я раньше их не видела? Давай убирай свой туман!

Инар обречённо выдохнул:

— Я предупреждал…

Один взмах его руки — и туман растаял.

Он был прав.

Я оказалась не готова.

Перед нами простиралось не просто кладбище — это было место битвы, перемолотое магией Гроссфорта. Выжженная земля, вывернутая пластами, словно её разрывали изнутри. Человеческие останки застывшие в последнем мгновении: рука, сжимающая обломок меча; череп, наполовину зарытый в глину; обрывки доспехов, сросшиеся с корнями травы. Оружие валялось в беспорядке — мечи, копья, щиты, — всё перемешано, как после чудовищного вихря.

Я отступила на шаг — и снова споткнулась. По привычке опустила взгляд…

Мир качнулся. Воздух стал густым, почти твёрдым. В глазах потемнело, голова закружилась так резко, что я едва устояла на ногах. Запах земли, железа и, казалось, чего-то мёртвого, заполнил лёгкие.

«Не смотри… не думай…» — мелькнула мысль, но было поздно.

Я почувствовала, как слабеют колени. Последнее, что услышала, — моё имя, произнесённое голосом Инара.

Оно долетело до меня сквозь шум в ушах — тёплое, тревожное, будто из другого мира.

А потом всё погасло.