Я торопливо бросала вещи в сундук, чувствуя, как сердце сжимается от боли. Слезы подступали к глазам, уже не было никаких сил их сдерживать. Сундук был полон воспоминаний, которые были дороги мне. Надеюсь, дядя передаст его мне потом. Но сейчас я должна была уйти, прежде чем увижу его.

От понимания что мы больше никогда не увидимся, слёзы хлынули по моим щекам, а боль разрывала грудь. Я опустилась на пол рядом с сундуком, закрыв лицо руками.

Он привез её сюда. Свою невесту. Хотя обещал, что со всем разберется. Но, видимо, не разобрался. Или не захотел. Я резко вытерла слезы и захлопнула сундук. Нужно быстрее уходить.

Я уже собиралась выйти из комнаты, но на самом пороге путь мне преградил виновник моего состояния. Домиел стоял передо мной запыханный, напряженный и взволнованный. В его глазах читалась тревога.

— Эббет! Я могу все объяснить! — начал он, но заметив в моей руке сумку и сундук позади, спросил: — Ты хотела сбежать?!

— Нет, — я еле сдерживала слезы. — Я переезжаю.

— Куда? — он снова перегородил мне дорогу, когда я попыталась его обойти. — Эббет, не надо!

Домиел выхватил сумку из моих рук и крепко обнял за плечи. Его объятия были такими родными, однако в этот момент я почувствовала лишь холод и боль. Попыталась вырваться, но он держал так крепко, словно боялся, что я исчезну.

— Ты обещал! Обещал, что разберешься со всем! — крикнула я, вырываясь из его объятий.

Он провел рукой по лицу, его взгляд был полон отчаяния.

— Все сложно! Ты не понимаешь...

— Ты же женишься на ней, да? — горько усмехнулась я.

— Его Высочество даже не слушал меня! — воскликнул он, тяжело дыша. — Ты же понимаешь, я не могу ослушаться короля!

Я не смогла сдержаться, когда он подтвердил мои худшие опасения. Горькие слезы стекали по моим щекам, а сердце разрывалось от боли.

— Милая… — он попытался подойти ко мне, но я отшатнулась, как от огня. — Она для меня ничего не значит! Я люблю только тебя!

— Если бы ты любил меня, то женился бы на мне… — тихо прошептала я, глядя на него с болью и разочарованием.

— Эббет! Не начинай! — взмолился он, его голос дрожал.

— Что не начинать? — я бросила на него гневный взгляд. — Ты обещал мне! Обещал, что мы будем вместе!

— Да не мог я! Его Величество даровал мне титул герцога!

— Что? — ахнула я, не веря своим ушам. — Когда?

— Год назад, но им я стану только после женитьбы...

Сознаваясь, он опустил голову, чувствуя себя виноватым.

— Магов воздуха мало. Нам нужно покровительство! — Домиел отчаяно пытался объяснить свою позицию, пока я осмысливала его слова. — Я сделал это для защиты нашей семьи! Да, это изменит наш уклад жизни, но...

— Так значит, все ради титула... — тихо прошептала я, стараясь скрыть боль в голосе.

— Не ради него! Ради наших людей! Чтобы у них была еда, вода и крыша над головой! — он посмотрел на меня с мольбой в глазах.

Но только сейчас до меня дошло главное!

— Домиел, ты знал! Знал, что тебе придется жениться на ней! — воскликнула я, чувствуя, как внутри меня все рушится. — Ты знал все заранее!

— Эббет... — он попытался подойти ко мне, но я снова отшатнулась.

— А как же я, Домиел? Я ничего не значила для тебя? Зачем ты вообще все это начал, если знал, что тебе уготовано?

Домиел замолчал, не зная, что ответить. Ведь наш роман начался восемь месяцев назад. Он понимал, что его поступок был ошибкой, но не мог найти слов, чтобы объяснить его.

— Ты хоть раз подумал обо мне? О том, как мне будет больно? Зачем ты так поступил?!

Он замер, его взгляд метался между мной и полом.

— Потому что полюбил... Полюбил так сильно, что не смог сопротивляться... — прошептал он, поднимая глаза на меня.

А после подошел ко мне и заключил в крепкие объятия.

— Я знаю, что не должен был даже подходить к тебе, но это оказалось выше моих сил, — сказал он, прижимая меня к себе. — Но еще я знаю, что не смогу жить без тебя! Прошу, останься со мной, любимая…

Смесь самых разных эмоций переполняла меня, словно цунами, накрывающее с головой. Дыхание сбилось от рыданий, и я почувствовала, как чьи-то сильные руки трясут меня за плечи. Резко открыв глаза, я жадно вдохнула свежий воздух, пытаясь прийти в себя.

— Альма! Ты плачешь?! — передо мной возникло встревоженное лицо Инара. Его глаза, обычно спокойные и внимательные, сейчас были полны беспокойства. Он выглядел так, будто увидел призрака.

Я провела рукой по лицу, чувствуя мокрые дорожки от слез. Горечь от воспоминаний девушки, которой я была во сне, все ещё стояла в горле.

— Нет, не я... — глубоко вздохнув, попыталась привести свои чувства в порядок.

— Тебе опять Гроссфорт показал прошлое? — Инар нахмурился, его брови сошлись на переносице.

— Не знаю... — я посмотрела на него, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Такое ощущение, что это был не замок, а сама Эббет.

Инар замер, словно громом пораженный. Его лицо побледнело, а руки опустились с моих плеч. Он резко встал, а после начал расхаживать по комнате, нервно поправляя волосы и оглядываясь по сторонам, как будто искал что-то.

— Почему ты б этом мне не говорила?!

— Я не думала, что это так важно, — попыталась успокоить его, но мой голос дрожал.

— Альма, сейчас всё важно! — он резко остановился и повернулся ко мне. — Ты уверена, что она сумела сбежать?

— Нет. Не знаю. Я проснулась раньше. Если бы ты не будил меня, я бы, возможно, узнала больше!

— Я волновался! Знаешь ли, у меня не задыхались девушки во сне! — он бросил на меня язвительный взгляд, но в его глазах читалась тревога.

Я закатила глаза, стараясь скрыть своё недовольство.

— Думаю, то, что ты видишь — это именно её воспоминания, — вдруг сказал он, глядя на меня с задумчивым выражением лица. — Это говорит о том, что вы как-то связаны.

— Как? — я испуганно посмотрела на него. — Думаешь, её дух вселился в меня?

От одной этой мысли мне стало не по себе. Я представила, как Эббет сидит внутри моего тела, контролируя мои мысли и действия.

— Это вряд ли, — Инар успокаивающе улыбнулся. — Две души не могут ужиться в одном теле. К тому же она жила семьсот лет назад. За это время можно прожить как минимум шесть полных жизней.

— Ты веришь в реинкарнацию? — я скептически изогнула бровь. — Серьёзно?

Инар рассмеялся, но в его смехе не было ни капли веселья.

Только сейчас я заметила, что на нем были одни свободные штаны для сна. И, кажется, он совсем не стеснялся, щеголяя передо мной голым торсом. Я старалась смотреть ему в глаза, хотя это было непросто. Хорошо, что свет был приглушен, и скрывал мое смущение.

— Когда я был в Хиросе, небольшом городке в Огненных землях, я встретил одного интересного мудреца. Он и еще несколько человек не побоялись безоружными выступить против моего отряда и упрямо стояли возле дверей небольшого храма. Старик твердил, что не позволит невеждам разрушить храм богини Сахмис, — начал Инар, подходя к одному из стульев.

Он взял его и установил напротив меня, а затем сел, чуть наклонившись вперед. Его локти опирались на колени, а руки были сцеплены в замок. Кажется, герцог решил поделиться еще одной интересной историей из своей жизни.

Стоп!

Это не та самая богиня, которая, якобы, даровала нам, магам-бытовикам, силу?

Увидев осознание на моем лице, Инар кивнул.

— Да, — подтвердил он, отвечая на мой немой вопрос. — Там её чтят и уважают. Старичок сказал, что за неё и умереть не страшно. Естественно, я спросил почему.

Его голос звучал спокойно и уверенно, и я снова внимательно слушала его, не перебивая.

— И тогда мудрец поведал мне, что благодаря своему дару он помнит каждую свою жизнь. Когда он соединяется с искрой, ему приходят знания и опыт от всех предыдущих его жизней. По сути, вечная жизнь, — сказал Инар, слегка наклонив голову.

— И ты в это веришь?! — не удержалась я, удивленно вскинув брови.

Лично я — нет! Как такое вообще возможно?!

Инар пропустил мой вопрос, продолжая сверлить меня пронзительным взглядом. Казалось, он ждал, что я скажу что-то еще.

— Ты тоже сегодня чувствовала единение с Искрой, — мягким голосом напомнил он мне о моих ощущениях в бальном зале.

— Ты хочешь сказать, что я жила здесь семьсот лет назад?! — воскликнула я, не веря в этот абсурд.

— Гроссфорт принял тебя. Так что я могу лишь предполагать, — развел он руками. — Или, возможно, эти воспоминания как-то связаны с тем, что Искра отвернулась от моей семьи.

— Домиел предал девушку, которая была в него влюблена, и ее приговорили к казни, — рассказала я, вспоминая свой новый «сон». — Может, в этом причина?

Инар напрягся, его черты лица заострились. Он явно не ожидал такого ответа.

— Расскажи всё, что ты видела, — потребовал герцог...

Я лежала на кровати, ворочаясь с боку на бок, и не могла найти себе места. Слова Инара не давали мне покоя.

Неужели это действительно правда? Я — реинкарнация Эббет?

Почему-то воспринимать себя воскресшим духом было неприятно.

Очевидно, мои движения не остались незамеченными, и Инар, без лишних слов и разрешений, улегся рядом со мной на вторую половину кровати.

— Не спится? — спросил он, повернув голову ко мне.

— Тебе тоже, — ответила я, стараясь скрыть свое смущение. Сейчас мне не хотелось его прогонять.

— Ты слишком громко вздыхаешь, — сказал он, поворачиваясь на бок. Его голос был мягким и успокаивающим. — Не заморачивайся на тот счёт, что я тебе сказал.

— Знаешь, осознавать, что ты не та, кем себя всегда считала… это пугает, — поделилась я своими мыслями.

— Почему ты вдруг стала не той? Что-то в тебе изменилось? — спросил Инар, приподняв бровь.

— Нет, просто… — я замолчала, не зная, как объяснить свои чувства.

— Просто посмотри на это с другой стороны, — предложил он. — Это значит, что жизнь бесконечна. Можно не бояться того, что ждет нас впереди, потому что мы придем в этот мир снова.

— Может, ты и прав, — тихо сказала я, чувствуя, как страх и волнение понемногу отпускают. Возможно, от его слов, а может, от его присутствия рядом.

— И такие, как ты, могут сделать его лучше, — продолжил Инар, — История — лучший учитель. Она показывает ошибки прошлого и позволяет их не повторять.

— Не повторять ошибки прошлого… — тихо повторила я, задумавшись.

Может, именно поэтому я вижу эти воспоминания? Прошлое просто пытается предупредить меня? Или это моя участь — повторить судьбу Эббет?

Невольно вспомнились слова Дины: «Отношения с хозяевами до добра не доводят».

Вот только я, похоже, уже ошиблась.

Утреннее пробуждение было наполнено теплом и чувством безопасности, которое дарили... крепкие руки Инара.

Тяжелая, но теплая ладонь плотно прижимала меня к его телу, будто защищая от всех невзгод. А горячее и размеренное дыхание, ласкало мою шею, вызывая странные, но приятные чувства мурашек.

Моя попытка аккуратно выбраться из его объятий провалилась с треском. Почувствовав мои движения, он только крепче сжал меня. Тогда я попыталась перевернуться на спину, но ситуация не улучшилась. Он уронил голову мне на грудь, словно найдя там идеальную подушку, и продолжил спокойно спать.

Вчера перед сном я дала себе четкую установку: держаться от него подальше. Но что в итоге? Проснулась ближе некуда.

Я осторожно потрясла его за плечо свободной правой рукой:

— Инар...

Он промычал что-то невнятное, пытаясь устроиться поудобнее, а потом резко приподнялся на локте. Сонные глаза сфокусировались на мне, и он наконец понял, на ком лежал. Лицо его было помятым и немного растерянным, как у человека, которого разбудили среди ночи.

— Прости, — он быстро поднялся и, стараясь не запутаться в простынях, освободил меня из своих объятий. — Я не хотел тебя беспокоить.

Инар выглядел очень милым и немного смущенным. Его волосы после сна были взлохмачены, и он пытался привести их в порядок, но это только добавляло ему комичности.

— Ничего страшного, — слабо улыбнулась я. — Один-один.

— Что? — он непонимающе нахмурил брови.

— Ну, тогда я использовала тебя как подушку, а теперь ты меня, — ответила я, стараясь скрыть смущение за легкой улыбкой.

Он задумался на мгновение, а потом, кажется, понял. Его лицо озарила теплая, добрая улыбка, и он рассмеялся.

— Да, ты права, — сказал он, продолжая улыбаться. — Мы оба использовали друг друга как подушки.

Наступило неловкое молчание. Мое сердце продолжало биться быстрее, а щеки все еще горели. Инар, похоже, тоже был немного смущен, но в его глазах светилось что-то доброе и теплое.

— Я в ванную, — схватив свои вещи, поспешно его покинула, надеясь, что это поможет мне избежать дальнейшего смущения.