Майское солнце вовсю пригревало. В воздухе обманчиво веяло тёплым летом. Поляны кругом были покрыты свежей травой. Чуть поодаль в низине текла река — быстрая, с холодной, ключевой водой. Но именно в этом месте образовалась излучина с небольшой тихой заводью и пологим спуском. Здесь же на плато, у края смешанного леса, располагался кемпинг. Из удобств там был санузел, отдельно стоящий домик с душем, уличная раковина с подведенным водопроводом и крытая беседка.

Все, кто записался в поездку, как куча муравьёв, выгружались из автомобилей со своими ношами и обустраивали палаточный лагерь.

Я чувствовала себя покорителем дикой природы. Ведь у меня с собой была двухместная палатка, которую я позаимствовала у Надиного мужа, спальник, рюкзак со всем необходимым и пакет с провизией. А главное — у меня был план и вера в его успех.

— Ты взяла средство от клещей? — спросила меня Марина, щурясь от яркого солнца и оглядывая территорию.

Воздух благодаря растущим неподалёку соснам был просто непередаваемым.

— Кажется, да. Я тебе одолжу. Но похоже, нужно было еще взять крем от загара, потому что плавит нас, как на сковороде.

Мы с Мариной договорились поселиться вместе в одной палатке. Ната по понятным причинам решила не ехать, сославшись на заболевших погодок. Я смотрела на длинный свёрток плотной ткани у ног и совершенно не представляла, как из него получить наше временное жилище. Надеялась и ждала, что нам на помощь с установкой палатки придет кто-нибудь. Желательно, Гордей.

— Что?!

Резкий недовольный возглас Марины заставил меня обернуться. Тёмно-серый внедорожник прибыл на место, как и договаривались. Все четко по плану.

— Он же не собирался ехать!

— Ну, насколько я знаю, ребята забыли в офисе запасы питьевой воды, Антон решил вернуться и привезти.

Я старалась звучать беззаботно и скрестила пальцы, чтобы Марина купилась на эту легенду.

— А откуда ты узнала?

— Прочитала в общем чате поездки.

— Пусть оставляет воду и уезжает.

Марина нервно закусила губу, хотя взгляд её был прикован к внедорожнику. Как только Гриневский выпрыгнул из него в своей спортивной футболке, не скрывающей рельефную спину, взгляд Марины полыхнул, и она резко отвернулась.

— Такой далёкий путь. Зачем ему возвращаться? Да и нам еще одни крепкие мужские руки не помешают. Здесь столько пространства, что вы ни разу и не столкнетесь за весь день.

Марина страдальчески хмурила брови, на её лице отразилась внутренняя борьба. Конечно, ведь они были в ссоре уже неделю, и продолжать показывать себя спокойной и холодной перед Антоном было все сложнее. Она однозначно очень скучала.

И я её хорошо понимала. Потому что постоянно пыталась незаметно следить взглядом за местонахождением Гордея. Его каштановая шевелюра полыхала на солнце медным отливом то там, то тут. Он руководил разгрузкой и размещением. А еще сегодня на Гордее были джинсовые шорты и спортивная майка с символикой какой-то баскетбольной команды, открывающая крепкие руки и плечи, покрытые милыми веснушками. Я умирала от желания провести по ним пальцами и обнять его. Уткнуться носом в ямку у шеи. Но нужно было прежде поговорить, а значит, дождаться тёмного времени суток, когда уже завершатся все мероприятия. Таков был план.

— Пока все не закончат со своими палатками и вещами — нам некому будет помочь.

Марина воинственно уперла руки в бока.

— Мы и сами справимся.

Я, конечно, не питала иллюзий по поводу своих способностей. Но вдруг у Марины были скрытые таланты.

— Давай сделаем это.

Я дала ей пять и мы азартно улыбнулись друг другу.

— Кажется, это не должно так выглядеть…

Я со всех сторон рассматривала получившееся недоразумение. Полчаса трудов, пыхтения в поте лица и мы получили какой-то грустно свисающий парус вместо круглого домика.

— Ты уверена, что больше нет дуг?

— Нет, я все посмотрела. Может, одна осталась дома? У Артёма в кладовке лежало все упакованное, и я просто взяла свёрток в чехле. Даже не подумала проверить содержимое…

Вместо двух направляющих дуг, идущих крест-накрест, чтобы образовать купол, у нас оказалась лишь одна. Поэтому ткань грустно висела треугольником по сторонам этой единственной опоры.

За это время все уже разместились в кемпинге и осваивали беседку, откуда до нас доносились разговоры и смех. И уже долетал запах дыма с мангала. Желудок сжимался и жалобно урчал.

— Девчонки, помощь нужна?

Сбоку к нам подошёл Саша.

— Вот… — с укором показала Марина на наш недострой.

— Ясно.

Пока Саша осматривал палатку и её части. Я оглянулась по сторонам.

Марков разговаривал с Аней, стоя у новенькой палатки из ярко-зелёной ткани. Маринкин Антон таскал дрова и пакеты с провизией в беседку.

О, нет! Будто таран прилетел мне прямо в грудь. Гордей расправлял ткань на двускатной палатке. Рядом, мило улыбаясь, стояла Лена, поправляя длинную русую косу. То есть ей он решил помочь, а мне — нет?!

Горечь разлилась внутри, словно дымом заполняя каждую клеточку лёгких. Черт! Когда я хотела вытащить Гора в эту поездку, я и не думала, что выгода от такого совместного отдыха может достаться другой. Я отвернулась. Смотреть, как они воркуют, было выше моих сил.

— Ты чего, Свет? Побледнела так.

Марина привлекла мое внимание. Я лишь отмахнулась.

— Все в порядке. Просто жара. Ну что там?

Саша поднялся с корточек в полный рост.

— У вас нет одной дуги.

— А и ладно, из купольной пусть будет двускатная, — махнула я рукой.

— Да и во сне нам на лица будет свисать эта ткань, — саркастично добавила Марина.

— Я сделаю распорку из какого-нибудь прута. Все будет нормально.

Признать поражение сейчас еще и в этом было слишком тяжело. Руки итак опускались. А мне предстояло еще помирить двух упрямых влюбленных. Должна же эта дурацкая поездка послужить хоть чему-то хорошему!

— Саш, посмотри пожалуйста, может, все-таки есть еще дуга где-нибудь под палаткой. Марин, помоги подтянуть ткань повыше.

Сама же я поспешила отойти шагов на десять по дорожке, чтобы Марина и Саша оказались вдвоем в этом нелегком деле. Я наблюдала за ними со стороны. Саша о чем-то пошутил, и Марина легко рассмеялась. Ткань из её рук то выпадала, то сбивалась в кучу.

Антон стоял возле мангала в беседке и взглядом буравил Марину. Облегающий темный лонгслив контрастировал с её распущенными светлыми волосами, а талию выгодно подчёркивали синие джинсы. Антон не сводил с неё и Саши пристального взгляда. Идеально.

Мне не хватало только сложить пальцы лодочкой и издать злодейский смех. Я великий комбинатор. План работал. Магия, в которую не хотел верить Гор, тоже… Жаль только, что это не касалось нас с ним. Потому что он меня совсем не замечал.

Как раз, когда был готов обед, на чёрном внедорожнике прибыло начальство. Соколов — наш гендиректор, Андреевна и Викторовна — два его зама. Все в аккуратных спортивных костюмчиках. Стартовала официальная часть. После утоления зверского аппетита, проснувшегося от испытаний с разбивкой лагеря, начались эстафеты. Мы поделились на команды и выполняли разные дурацкие задания, которые придумала для нас Полина Андреевна. Самое несправедливое, что Гордей не участвовал, только вёл счет. Зато Антон выдавал такие перлы, что весь коллектив покатывался со смеху. И даже Марина не выдержала в очередной раз и рассмеялась над его сравнением нас с туземцами.

Когда вечер стал накрывать холмы сумеречным пологом, начальство нас покинуло. А продажники тут же вынули из закромов запрещённые напитки. Их веселье только набирало обороты. Я знала, что Гордей не пьет. Да и многие другие, кто, как Антон, были за рулем. Самой мне тоже не хотелось присоединяться к веселью.

На душе было тоскливо. Когда солнце скрывалось за горизонтом, оставляя на темнеющей водной глади последние светлые росчерки, я отправилась к берегу. Здесь было тише, чем в лагере, и не нужно было держать лицо.

Куртка мягко легла мне на плечи.

— Замерзнешь, Свет, — тихо сказала Марина. — От воды такой холод идет.

— Спасибо. Я не долго.

— Понимаю. Эта поездка отняла у меня все моральные силы. Тяжело быть рядом и не вместе. Я не стала спрашивать, вижу, что у вас с Гордеем что-то произошло. Если захочешь, сама расскажешь.

Я повернулась и обняла Марину, положив руку ей на плечо.

— Мне уже хочется, как болотному чудищу, летать над водой и выть, — усмехнулась я. — А у вас все наладится с Антоном. Он тебя очень любит. Это видно.

Марина вздохнула.

— Надеюсь. И у вас тоже, пусть все сложится наилучшим образом.

— Да. Идем, пока нас комары не съели.

Вернувшись в кемпинг, мы с Мариной застыли в недоумении. Наш парус — лёг. Та единственная дуга, не найдя опоры, распласталась вместе с тканью по основанию, покорившись своей судьбе.

— Черт, — выдохнула я. — Даже парус не выдержал.

— Да уж.

Кто-то уже забирался в палатки на ночлег. Часть коллектива продолжала отдыхать в беседке.

Вдруг рядом раздался такой знакомый низкий голос.

— У меня большая трёхместная палатка. Вам лучше переселиться ко мне.

— Спасибо, Гордей, — ответила Марина.

Я в сумерках вглядывалась в его спокойное лицо, на котором играли тени. Пыталась прочесть эмоции в тепло-карих глазах.

— Марин, собирай вещи и идем со мной.

Высокая фигура Антона Гриневского появилась возле нашего разлегшегося паруса.

— Почему ты думаешь, что я пойду? — спросила его Марина, скрестив руки на груди.

— Почему ты думаешь, что я позволю тебе ночевать не со мной? — парировал Антон, обернувшись к ней с ухмылкой на губах. — Это твой рюкзак? Пакет?

Антон взял вещи Марины, когда она кивнула, и понёс их в свою палатку.

Я мысленно подталкивала Марину. Ну же! Не глупи! Антон давно ищет способ все исправить. Уж я-то его понимаю. Марина напоследок посмотрела на меня. Я утвердительно кивнула, мол, иди, со мной все будет хорошо. И облегченно выдохнула, когда Марина все же последовала за Гриневским.

И остались только я и Гордей у этого памятника наших надежд — отдыхающего паруса. Может, это добрый знак, что я перейду в его палатку.

Гор прочистил горло.

— Не зря ты меня уговаривала поехать.

Мои губы тронула лёгкая улыбка.

— Это точно.