Прошло три долгих, относительно спокойных года.

Королевская Гавань, находясь под негласной, но абсолютной властью Порочного Принца, постепенно превратилась в настоящую, неприступную цитадель. Городская стража, блестяще вышколенная суровым Лютором Ларджентом и щедро пополненная верными, закаленными ветеранами кровавой войны на Ступенях, железной рукой поддерживала в столице идеальный, стальной порядок.

Любой неосторожный вор или подосланный шпион Староместа, дерзнувший тайком пробраться в Красный замок, неизменно всплывал в мутных водах Черноводной с перерезанным горлом. Причем всплывал значительно раньше, чем успевал составить и передать хозяевам свое первое донесение.

Стареющий Визерис I всё больше своего свободного времени с упоением проводил за созданием огромной, невероятно детализированной гипсовой модели Древней Валирии в своих личных покоях.

Хрупкое здоровье государя, исключительно благодаря неусыпной заботе проверенных лекарей, лично привезенных Деймоном из Вольных Городов, оставалось на удивление стабильным. Но вот абсолютно все реальные, скучные дела управления огромным государством расслабившийся король с облегчением полностью переложил на крепкие плечи Малого Совета.

Очередное, рутинное заседание Малого Совета проходило под строгим председательством Десницы, лорда Лионеля Стронга.

— Государственная казна полна золотом, — суховато, с глубоким профессиональным удовлетворением докладывал престарелый лорд Бисбери, перебирая пергаменты. — Введенные пошлины с богатых купеческих галер Дриффмарка и Эссоса с лихвой перекрывают абсолютно все текущие расходы короны. Упрямый лорд Баратеон из Штормового Предела буквально на днях прислал официальные заверения в своей полной, безоговорочной верности принцессе-наследнице Рейнире.

Деймон Таргариен вальяжно, закинув ногу на ногу, сидел во главе стола по правую руку от пустующего кресла монарха. На принце был строгий, безупречного кроя черный камзол, а на поясе, как всегда, покоилась в ножнах смертоносная «Темная Сестра».

— Это просто отличные новости. А что нового слышно из далекого Староместа, лорд Десница? — ровным, подчеркнуто прохладным тоном скучающего аристократа спросил Наездник Караксеса.

Лионель Стронг отложил перо и посмотрел на расслабленного принца с искренним, невольным почтением во взгляде:

— Изгнанный сир Отто Хайтауэр сейчас крайне тяжело болен, лекари не дают гарантий. Его старший брат, лорд Хоберт, вчера направил в столицу униженное письмо с официальным прошением о полном помиловании их рода и срочном восстановлении торговых привилегий. Старомест в письме полностью, безоговорочно признает недавний указ государя и публично присягает на верность принцессе Рейнире.

Деймон едва заметно, одними уголками губ улыбнулся. Изощренный нарциссический гений внутри его нового разума ликовал и праздновал победу.

Любое, даже малейшее сопротивление богатого Юга было сломлено окончательно и бесповоротно. Оставшись без притока свежего золота, без тайной поддержки королевы и без своего паучьего влияния в столице, некогда могущественные Хайтауэры стремительно превратились в самых обычных, напуганных провинциальных баронов, на коленях вымаливающих у короны пощаду.

— Королевское помилование им дать, — жестко отрезал Деймон, чеканя каждое слово словно удар молота. — Но все введенные штрафные налоги для портов Староместа оставить повышенными еще ровно на пять лет. Пусть эти умники на своей шкуре крепко запомнят настоящую цену государственной измены.

— Поистине мудрое и справедливое решение, Ваше Высочество, — почтительно склонил крупную голову Стронг, делая пометку в указе.

Тем же прохладным вечером Порочный Принц без сопровождения поднялся в охраняемую башенную обитель принцессы Рейниры.

За прошедшие годы наследница Железного Трона по-настоящему расцвела, превратившись в ослепительную женщину. В ее уверенной походке явственно чувствовалась та самая, незыблемая таргариеновская гордость. А твердый взгляд огромных глаз выражал настоящую, холодную государственную мудрость будущей правительницы.

Рядом с ней, сидя на пушистом ковре у жарко натопленного камина, весело играли с деревянными драконами два совсем юных принца — Джейкерис и Люцерис. Официально эти темноволосые мальчишки носили гордое имя Веларионов, но воспитывались они в строгой дисциплине, исключительно под чутким, неусыпным присмотром самого Деймона.

При неожиданном появлении любимого дяди Рейнира радостно поднялась с места. На ее красивом лице мгновенно расцвела совершенно искренняя, почти фанатичная и преданная улыбка.

— Деймон… я так ждала тебя, — тепло проговорила она на родном Высоком Валирийском, привычным, успокаивающим жестом сжимая темный валирийский кулон на шее. — Мне передали новости с Совета. Старый интриган Отто Хайтауэр окончательно сломлен. Мой отец абсолютно счастлив и здоров. Огромный замок спит спокойно. Ты… ты действительно, в одиночку сделал то, что всем нам казалось совершенно невозможным.

Порочный Принц неспешно подошел к ней. Он невероятно мягко, бережно взял её маленькие, прохладные ладони в свои грубые руки воина, пронзительно глядя в темно-фиолетовые глаза принцессы:

— Я ведь когда-то давно клятвенно обещал тебе, что полностью очищу твою дорогу к трону, моя маленькая драконица, — прошептал он.

В его голосе звучала та глубокая, завораживающая и пугающая искренность, на которую был способен только он один.

— Твой добрый отец спокойно правит сегодня. Но уже завтра… завтра именно ты с триумфом взойдешь на Железный Трон как полноправная, абсолютная владычица всех Семи Королевств. И клянусь своей кровью, никто — ни богатые лорды спесивого Юга, ни грязные плебеи столицы — больше никогда не посмеют вымолвить ни единого слова против твоей воли.

— А ты… скажи мне, ты всегда будешь стоять подле меня? — с бесконечным, слепым девичьим доверием спросила Рейнира, заглядывая ему в душу.

— Я всегда буду твоим самым надежным щитом и твоим самым острым мечом, — вычеканил Таргариен, целомудренно и нежно целуя её в лоб. — Ибо только мы с тобой — единственные, последние настоящие драконы в этом прогнившем мире овец.

Поздним, безлунным вечером Порочный Принц в полном одиночестве вышел на самую высокую, продуваемую всеми ветрами башенную галерею Твердыни Мейгора.

Свежий ночной ветер со стороны Узкого Моря приятно трепал его длинные серебряные волосы и полы тяжелого черного плаща. Далеко внизу, погруженная в уютный полумрак, мирно расстилалась спящая Королевская Гавань. Этот огромный, миллионный город сейчас послушно чеканил шаг исключительно под строгим надзором его личных, преданных до смерти Золотых Плащей.

В спокойной гавани несокрушимой армадой покоился крупнейший в мире военный флот Веларионов, лояльный его приказам. А высоко над шпилями замка, то и дело сотрясая низкие тучи своим громовым, вибрирующим клекотом, свободно кружил огромный Кровавый Змей Караксес.

За спиной принца тихо, едва слышно скрипнула тяжелая дверь.

Из густой тени арочного прохода беззвучно выскользнули две знакомые фигуры. Королева Алисента, облаченная в строгое, закрытое изумрудное платье, покорно и низко опустила голову перед своим истинным, тайным повелителем. А прямо рядом с ней, тяжело опираясь на свою знаменитую трость, замер незаменимый Клубоногий Ларис Стронг.

— Абсолютно все ваши тайные распоряжения в точности исполнены, мой великий принц, — предельно тихо, словно шелест сухих листьев, прошелестел Ларис, почтительно склоняясь в глубоком поклоне. — Вся разветвленная шпионская сеть столицы находится под нашим полным, тотальным контролем. Старая Цитадель в страхе молчит. Лорды всех Семи Королевств исправно шлют в казну дань и униженные заверения в вечной верности Железному Трону.

Алисента сделала неуверенный шаг ближе. Она невероятно легко, почти невесомо коснулась тонкой ладонью темного рукава Таргариена. Девушка снизу вверх смотрела на его профиль с немой, бесконечной и фанатичной преданностью рабыни:

— Мой маленький сын Эйгон быстро растет. И поверь, он беспрекословно слушает только твои мудрые наставления, мой Деймон. Весь этот замок отныне и навсегда принадлежит только тебе.

Деймон Таргариен не обернулся. Он лишь медленно, с наслаждением провел ладонью в перчатке по гладкой, холодной валирийской стали покоящейся на бедре «Темной Сестры».

Его великая, невероятно сложная и многоходовая шахматная партия длиною в годы была наконец-то полностью завершена. И завершена она была с абсолютным, сокрушительным и безоговорочным триумфом.

Без разорительных, кровопролитных гражданских войн. Без того страшного, братоубийственного «Танца Драконов», который неминуемо уничтожил бы всю их великую династию в книжном каноне. Гениальный нарциссичный социопат-манипулятор из будущего в одиночку, играючи перекроил саму судьбу огромного Вестероса.

Опасный интриган Отто Хайтауэр был безжалостно растоптан в пыль и навсегда выброшен на обочину истории. Правящий король Визерис теперь всецело, как ребенок, зависел от воли брата. Молодая, влиятельная королева Алисента являлась его личной, фанатично влюбленной марионеткой в чужой постели. Будущая наследница Рейнира искренне боготворила его как спасителя, а вся армия, непобедимый флот и неисчерпаемые финансы государства надежно находились в его железных, неумолимых руках.

Он принципиально не носил на голове тяжелой золотой короны. Ему совершенно не нужен был неудобный, режущий спину Железный Трон. Деймон Таргариен отныне являлся негласным, но абсолютно реальным и единственным Владыкой всех Семи Королевств. Истинным Серым Кардиналом, чье негромкое слово стало единственным, непререкаемым высшим законом для всего этого сурового мира.

Принц долго, не моргая смотрел на огромную, восходящую над темным морем луну. Бледное светило щедро окрашивало острые гребни волн в идеальный цвет холодного серебра и свежей, пролитой вражеской крови. На тонких губах Командующего медленно расцвела победоносная, ледяная и пугающая улыбка Настоящего Дракона.

Все фигуры были сброшены с доски. Игра была окончена.