Океан оказался дамой с крайне переменчивым настроением. Еще ночью стихия яростно пыталась разорвать беглого дворянина на куски, а к утру внезапно сменила гнев на милость. Шторм утих так же резко, как и начался. Свинцовые тучи рассеялись, уступая место ослепительно-голубому, безоблачному небу и безжалостному экваториальному солнцу.
Штиль был абсолютным. Поверхность воды напоминала гигантское зеркало, в котором отражался медленно, но верно тающий ледяной плот.
Ильяс лежал на спине, закинув руки за голову, и щурился сквозь ресницы на палящее светило. Ситуация складывалась, прямо скажем, пикантная. Родовой Источник внутри напоминал пересохший колодец — там не осталось ни капли маны, лишь легкое, саднящее фантомное чувство абсолютной пустоты. Горло горело от жажды, а желудок сводило от голода.
«Отличный старт для новой бизнес-империи, — философски рассудил авантюрист, приподнимаясь на локтях. — Главный офис стремительно теряет в квадратных метрах, а генеральный директор вот-вот превратится в вяленую воблу».
Жажда требовала немедленного решения. Соленая вода вокруг плескалась в избытке, но пить ее означало подписать себе смертный приговор. Наследник ледяного Дара прикрыл глаза, сосредотачиваясь на тех жалких, микроскопических крохах энергии, что еще теплились в измученном теле.
Пальцы осторожно опустились в теплую морскую гладь. Никаких масштабных заморозок или гигантских лотосов. Только тонкий, ювелирный контроль. Вода вокруг кисти едва заметно задрожала. Спустя пару минут на ладони Мразко лежал небольшой, кристально чистый кубик льда. Соль и прочие примеси остались в океане.
С хрустом раскусив ледышку, серб довольно зажмурился. Пресная, обжигающе холодная влага скользнула по пересохшему горлу, принося кратковременное, но такое долгожданное облегчение.
Теперь на повестку дня вышел завтрак. Одаренный критически осмотрел свой изодранный, промокший, но все еще дорогой кожаный колет. На груди тускло поблескивали массивные серебряные пуговицы с выгравированным гербом уничтоженного Рода.
— Полагаю, фамильное серебро пора пускать в оборот, — пробормотал выживший, безжалостно отрывая верхнюю пуговицу вместе с куском ткани.
Оставшиеся после фокуса с водой капли сил пошли на создание тончайшей, но прочной ледяной нити. Привязав импровизированную блесну к концу прозрачной лески, комбинатор невозмутимо закинул снасть за борт.
Ждать пришлось недолго. Блеск драгоценного металла в прозрачной воде быстро привлек внимание местной фауны. Леска резко натянулась, едва не порезав кожу. Короткая, жесткая подсечка — и на тающую палубу шлепнулось нечто скользкое, чешуйчатое и крайне недовольное происходящим.
Добыча напоминала гибрид земного окуня и глубоководного кошмара: массивная зубастая пасть, ядовито-зеленая чешуя и роскошные, переливающиеся на солнце лучевые плавники.
Длинная сабля послужила отличным кухонным ножом. Выпотрошив рыбину изящными, отточенными движениями, Ильяс отрезал тонкий полупрозрачный ломтик сырого филе и отправил его в рот.
— М-да… Текстура грубовата, пикантности маловато, а послевкусие отдает дешевой портовой тиной, — скривился новоиспеченный ресторанный критик, задумчиво пережевывая экзотический завтрак. — Шеф-повару определенно стоит оторвать руки. Но в качестве диетического питания для высшего руководства вполне сойдет.
В этот момент воздух перед глазами пошел багровой рябью. Система «Инферно» решила напомнить о своем существовании. Вспыхнула полупрозрачная табличка:
[Внимание! Зафиксировано критическое обезвоживание и риск теплового удара.]
[Скрытый квест от Администратора: «Не сдохнуть, как последняя дворняга».]
[Условие: Пережить экваториальный полдень на тающей льдине.]
[Награда: +10 очков опыта, крупицы маны и мое снисходительное презрение.]
Вкрадчивый голос Малика Дэ Сада скользнул прямо в сознание, отдавая легким ароматом серы и дорогого трубочного табака:
— Приятного аппетита, мой деловой партнер. Надеюсь, сырая рыба не испортит твой изысканный аристократический желудок. Как тебе первые дивиденды от нашего многообещающего сотрудничества?
Ильяс проглотил очередной кусок зеленоватого филе, аккуратно вытер губы рукавом и лучезарно улыбнулся системному интерфейсу.
— Завтрак просто восхитителен, ваша демоническая светлость. Настоятельно рекомендую, — парировал потомок турецкоподанного, не моргнув и глазом. — Только сделайте одолжение: запишите эту трапезу и экстремальный загар в представительские расходы нашего предприятия. И будьте любезны, пересмотрите призовой фонд. Десять очков опыта за выживание генерального директора — это даже не смешно. Налоговая не одобрит столь мелкие проводки.
Разум обдало тихим, бархатным смешком. Рогатый владыка легионов явно наслаждался наглостью своей новой фигуры на доске, но отвечать не спешил. Игра продолжалась, а безжалостное солнце поднималось все выше, превращая ледяной фундамент под ногами Мразко в стремительно исчезающую лужу.
Кровь выпотрошенной рыбины тонкой алой лентой растворилась в прозрачной океанской воде. Для человека это была просто грязная лужица на краю тающего плота, а для местных обитателей — недвусмысленное приглашение на бесплатный обед.
Идиллия абсолютного штиля продлилась недолго. Гладкую поверхность прорезали три массивных темных плавника. Они стремительно приближались, оставляя за собой расходящиеся усами волны.
— О, а вот и местные рэкетиры пожаловали, — цокнул языком Мразко, неспешно поднимаясь на ноги и стряхивая с колен чешую. — Иномирье, магия, а шпана везде одинаковая. Разве что жабры отрастили для пущей убедительности.
Из глубины вынырнули вытянутые, мускулистые торпеды. Панцирные мана-акулы. Жуткие твари, чья серая шкура по прочности не уступала хорошей рыцарской кирасе. Вместо того чтобы нарезать круги вокруг добычи, хищники пошли на таран.
Первый удар сотряс ледяной островок с такой силой, что попаданец едва удержался на ногах. Раздался противный скрежет — морская тварь отхватила солидный кусок льда вместе с остатками рыбьего филе. Жилплощадь беглого дворянина стремительно сокращалась.
Родовой Источник внутри по-прежнему зиял пустотой. Тратить последние крохи внутренней энергии на создание жалких ледяных шипов против бронированных монстров было бы верхом идиотизма.
Длинная сабля покинула ножны с тихим, угрожающим шелестом.
— Эй, зубастые! — рявкнул серб, принимая жесткую фехтовальную стойку на самом краю тающей платформы. — Подаю только по пятницам, и сегодня явно не ваш день. Плывите своей дорогой, пока я из вас уху не сварил!
Вожак стаи, самая крупная акула с уродливым шрамом поперек слепого глаза, намека не понял. Вода вскипела. Монстр мощным рывком выкинул тяжелое тело из океана, распахивая пасть, усеянную тремя рядами зазубренных клыков. Целился хищник точно в ноги наглеца.
Любой другой на месте Ильяса попытался бы отпрыгнуть подальше или закрыться клинком. Но бывший белградский авантюрист устроил на льду настоящую смертельную корриду.
Выжидая до последнего удара сердца, он позволил чудовищной челюсти сомкнуться на пустом месте. Идеально выверенный шаг в сторону, грациозный пируэт — и тяжелая туша с грохотом обрушилась на скользкую поверхность плота прямо у сапог человека.
Фамильная сталь сверкнула в лучах экваториального солнца. Острое лезвие безошибочно нашло единственное уязвимое место в природной броне — мягкие, влажно пульсирующие жабры.
Мразко вогнал оружие по самую рукоять и мгновенно высвободил ту микроскопическую искру первородной стужи, что еще оставалась в теле. Холодный импульс ударил прямо в крошечный мозг рыбины. Тварь судорожно дернулась, забила хвостом, едва не сбросив убийцу в воду, и окончательно затихла.
Две другие акулы, почуяв смерть вожака, предпочли спешно ретироваться на глубину, разумно решив поискать добычу помягче.
— Вот и славно. Доброе слово и острая железка творят настоящие чудеса, — удовлетворенно выдохнул победитель, вытирая пот со лба.
Сабля с влажным хрустом вспорола акулье брюхо. Немного покопавшись в кровавом месиве, дворянин извлек на свет мутноватый, размером с крупную горошину шарик. Магическое ядро.
Сжав трофей в кулаке, одаренный потянул энергию на себя. Ядро рассыпалось в пыль, а пустующий Источник жадно впитал порцию чужой силы, отзываясь приятным, бодрящим холодком по всему телу.
Багровая табличка интерфейса не заставила себя ждать:
[Поглощено ядро низшего ранга. Источник частично восстановлен.]
— Мои аплодисменты, — бархатный голос Малика Дэ Сада сочился неприкрытой иронией. — Опальный наследник древнего Рода, надежда ледяной магии героически отбился от стайки перекормленных пескарей. На это стоило посмотреть. Твои боевые навыки просто поражают воображение.
— Захлопнись, рогатый, — беззлобно, но твердо отозвался Ильяс, невозмутимо отмывая клинок от черной крови. — Для тебя это, может, и забавная Система с циферками, а для меня — теперь вполне реальная жизнь. Я в этот ваш магический гадюшник попал без году неделя, а уже раздобыл транспорт, еду и ману. Сегодня я потрошу акул на глыбе льда, а завтра доберусь до тех высокородных ублюдков, что пустили мой Род по миру. И поверь, платить по счетам они будут кровью.
Впрочем, наслаждаться триумфом и пополнением сил было слишком рано. Кровь убитого вожака медленно растекалась вокруг тающего плота, и этот густой запах уже привлек внимание кого-то куда более опасного. Вода вокруг льдины начала стремительно чернеть, волны неестественно замерли, а экваториальный зной сменился пронизывающим до костей могильным холодом.
Океан затих. Это была не обычная пауза между дуновениями ветра, а тяжелое, гнетущее молчание, от которого закладывало уши. Воздух стал вязким и липким. Кровь убитой акулы, до этого лениво расплывавшаяся по волнам, вдруг резко ушла на глубину, словно втянутая гигантской невидимой воронкой.
Ильяс инстинктивно отступил на самую середину своего тающего островка. Волоски на руках встали дыбом, а частично восстановленный Источник тревожно завибрировал, предупреждая о приближении чего-то невообразимо жуткого.
Прямо под ледяным плотом, в непроглядной синеве, начало разрастаться темное пятно. Сначала оно казалось размером с купеческий галеон, затем — с имперский флагман, а спустя секунду стало ясно, что из бездны поднимается настоящий живой континент.
Системный интерфейс перед глазами вспыхнул тревожным, пульсирующим алым светом:
[ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА!]
[Идентификация: Морской Левиафан (Ранг: Катастрофа).]
[Рекомендация: Помолиться своим богам. Вероятность выживания сосуда: 0,001 %.]
Вода вокруг льдины пошла мелкими пузырями, закипая от чудовищной Ауры монстра. На поверхность всплыли туши сбежавших мана-акул — они были мертвы, их внутренности просто разорвало от колоссального перепада магического давления.
— Твою мать, — философски констатировал беглый дворянин, опустив саблю.
Впервые за всю его долгую и весьма насыщенную авантюрами жизнь крапленая колода оказалась абсолютно бесполезна. Против такой горы мышц и первобытной магии кусок хорошей стали годился разве что на роль зубочистки.
В сознании тут же вкрадчиво зазвучал голос владыки Инферно. На этот раз в нем не было ироничной издевки — только деловой, холодный расчет опытного дельца.
— Кажется, наш перспективный стартап оказался на грани банкротства, компаньон, — промурлыкал Малик Дэ Сад. — Но я добрый кредитор. Могу одолжить тебе крупицу своей личной силы. Хватит, чтобы совершить пространственный скачок на пару миль и избежать пасти этой рыбки. Под залог крошечной, совершенно незначительной части твоей бессмертной души, разумеется. Первый микрозайм — без процентов! Соглашайся, Ильяс. Мертвецам гордость ни к чему.
На секунду перед глазами повис мерцающий контракт, написанный инфернальным пламенем. Нужно было лишь мысленно поставить подпись.
Левиафан тем временем достиг поверхности. Из воды медленно, словно нехотя, поднялся массивный костяной гребень, усеянный шипами размером с корабельную мачту. Одно только дыхание твари окатило комбинатора волной теплого пара, воняющего тухлятиной и тысячелетней гнилью. Гигантская пасть могла без труда проглотить городской квартал целиком.
Серб посмотрел на демонический контракт, затем на чудовище. Губы авантюриста медленно растянулись в кривой, злой усмешке.
— Вы держите меня за дешевого фраера, господин демон? — громко, перекрывая шум бурлящей воды, произнес попаданец. — Взять кредит под залог души? Да еще и у первого встречного рогатого брокера? Род Мразко не подписывает кабальных договоров, даже если на кону стоит шкура генерального директора!
С этими словами чародей мысленно смахнул искрящийся пергамент в сторону.
Если нельзя победить силой, в дело вступает абсолютный, железобетонный блеф.
Маг вскинул руки, выжимая из своего Источника всю энергию до последней, ничтожной капли, что он поглотил из акульего ядра. Маны не хватило бы даже на то, чтобы поцарапать чешую Левиафана. Но Ильясу это было и не нужно.
Он ударил заклинанием не по монстру, а по остаткам собственного плота. Лед мгновенно покрылся сетью трещин, вспучился и за долю секунды превратился в плотный, мутный кокон, усеянный десятками длинных, бритвенно-острых шипов. Попаданец замуровал себя заживо, попутно полностью закупорив духовные каналы и втянув Ауру внутрь. Он погасил любые проявления магии, уподобляясь куску безжизненного, несъедобного морского мусора. За пределами барьера осталась лишь разрубленная туша акулы — в качестве отвлекающего маневра.
Внутри ледяной сферы повисла кромешная темнота. Воздуха оставалось от силы на пару минут.
Снаружи раздался оглушительный, вибрирующий гул. Левиафан принюхивался. Для древнего монстра, привыкшего поглощать живые источники маны, крошечная льдина, внезапно потерявшая всякий магический фон и ощетинившаяся колючками, перестала представлять хоть какой-то гастрономический интерес. Зачем глотать жесткий лед, если рядом болтаются три жирные, аппетитные акульи туши?
Раздался чудовищный всплеск. Плот подбросило в воздух так, что беглый дворянин больно приложился затылком о стенку своего укрытия. Мир закружился в бешеной центрифуге. Тварь лениво проглотила мертвых хищников, ударила исполинским хвостом по воде, подняв мини-цунами, и начала неспешное погружение обратно в бездну.
Ледяная сфера еще долго скакала по бушующим волнам, пока океан окончательно не успокоился.
Когда стенки кокона подтаяли и Ильяс смог выбить кулаком образовавшуюся брешь, он жадно глотнул свежего воздуха. Лицо авантюриста было бледным, руки слегка тряслись от отката Источника, но в глазах плясали веселые искры.
[Скрытое достижение разблокировано: «Стальные нервы».]
[Сопротивление чужому давлению повышено на 15 %.]
— Ну что, Малик, съел? — хрипло рассмеялся Мразко, заваливаясь на спину поверх полуразрушенного, усеянного обломанными шипами плота. — Я же говорил: никаких микрозаймов. Только честный бизнес и грамотный риск-менеджмент!
Демон промолчал, но в воздухе на секунду отчетливо запахло паленой бумагой. Кажется, владыка Инферно в ярости сжег несыгравший контракт.
Проверка на прочность была пройдена, но расслабляться не стоило. Далеко на границе воды и неба показался белый треугольник паруса. К одинокому выжившему, уверенно рассекая волны, приближался маневренный трехмачтовый корвет.
Солнце немилосердно выжигало остатки влаги из потрескавшихся губ. Ледяной плот, изрядно пострадавший после фокусов с маскировкой от древнего чудовища, теперь напоминал скорее большую суповую тарелку, нежели надежное плавсредство.
Ильяс сидел по-турецки в самом центре этой тающей недвижимости, провожая тяжелым взглядом приближающийся треугольник паруса.
Вскоре марево над водой рассеялось, и корабль предстал во всей красе. Это был легкий, хищный корвет без опознавательных знаков Императорского флота. Зато на грот-мачте трепался выцветший флаг с перечеркнутым гербом какого-то мелкого, вырезанного под корень Рода. Типичные мародеры. Морские стервятники, промышляющие грабежом на торговых путях и собирающие крохи после ночных штормов.
— Ну надо же, карета подана, — прохрипел беглый дворянин, с трудом поднимаясь на затекшие ноги.
Корвет сбросил ход, дрейфуя всего в полусотне шагов от ледяной глыбы. С палубы донеслись гортанные крики, скрип талей, и на воду с тяжелым плеском опустилась длинная шлюпка. Шестеро крепких оборванцев дружно налегли на весла, а на носу лодки возвышался здоровенный детина с заряженным мушкетоном в руках и кривой ухмылкой на покрытом шрамами лице. От лодки к борту корвета тянулся толстый швартовочный канат — пираты явно не хотели, чтобы шлюпку отнесло течением.
Головорезы не ожидали встретить посреди океана живого мага на куске льда. В их глазах читалась смесь суеверного страха и жадности. Промокший насквозь кожаный колет Ильяса, несмотря на отсутствие серебряных пуговиц, буквально кричал о благородном происхождении своего владельца. А живой аристократ — это всегда звонкое золото, которое можно вытрясти из его Клана.
Шлюпка затормозила в десятке шагов. Детина с мушкетоном прицелился точно в грудь измученному жаждой путнику.
— Эй, ваше благородие! — хрипло гаркнул пират, поигрывая курком. — Чего забыли в наших угодьях? Никак Род выгнал погулять? Бросай железку и прыгай в воду, если жить охота. В трюме места много, а твой папаша наверняка отвалит нам сундук-другой серебра, чтобы вернуть любимого сыночка!
Авантюрист медленно, с демонстративным достоинством поправил сбившийся воротник. Сербская душа великого комбинатора требовала масштабного представления. Никаких мольб о пощаде. Никакого страха. Только железобетонная, абсолютная надменность истинного боярина, которому подали остывший чай.
— Отвратительно, — громко, чеканя каждое слово, произнес Мразко. Его голос, несмотря на сорванное горло, разнесся над гладью океана с ледяным высокомерием. — Просто возмутительно! Я приказывал подать клановый эскортный фрегат еще два часа назад. А прислали эту плавучую помойку, да еще и с опозданием!
Головорезы в шлюпке растерянно переглянулись. Весла замерли в воздухе. Такой реакции от обгоревшего, болтающегося на огрызке льда одиночки они никак не ожидали.
— Ты чего несешь, болезный? — нахмурился здоровяк, сбитый с толку наглой отповедью. — Совсем башку напекло?
— Я несу свет просвещения в ваши темные, немытые массы, — презрительно фыркнул чародей, опираясь на эфес сабли, словно на изящную трость. — Вы хоть понимаете, с кем разговариваете, холопы? Передайте своему капитану, что за эту задержку и хамский тон встречающего персонала я велю выпороть вас на конюшне, а стоимость испорченных сапог вычту из ваших никчемных жизней! И прикажите подать горячую ванну, я продрог.
Секунду над водой висела звенящая тишина. А затем мародеры взорвались дружным, хриплым хохотом. Они смеялись до слез, хлопая друг друга по плечам. Сумасшедший дворянчик, возомнивший себя хозяином положения на тающей льдине, показался им невероятно забавным.
— Ну и умора! Ой, не могу! — выдавил из себя главарь, утирая выступившие слезы и опуская ствол. — Господин желает ванну и компенсацию! Цепляйте этого клоуна, парни. Только аккуратно, а то его сиятельство еще простудится!
Двое матросов, продолжая скалить гнилые зубы, раскрутили над головами тяжелые абордажные кошки. Стальные крючья со свистом разрезали воздух и с глухим хрустом вонзились в ледяной плот. Толстые, пропитанные морской солью канаты натянулись струной, намертво связав болтающуюся в воде шлюпку с магическим укрытием Ильяса.
Они хотели просто подтянуть строптивого пленника поближе и оглушить веслом.
Улыбка на лице потомка турецкоподанного мгновенно исчезла, уступив место хищному, холодному оскалу. Ловушка, расставленная с помощью длинного языка и непомерного высокомерия, сработала безупречно. Мародеры сами, добровольно, протянули магу идеальный физический проводник.
Ильяс не стал тянуть время. Его Источник, недавно подпитанный ядром акулы, с готовностью откликнулся на мысленный приказ. Первородная стужа, яростная и безжалостная, хлынула по венам и вырвалась через подошвы сапог, устремляясь к вмерзшим снастям.
С оглушительным треском магия рванула по волокнам пеньки. За долю секунды два натянутых троса покрылись толстой коркой льда, превратившись в монолитные, сверкающие на солнце рельсы.
Пираты в лодке даже не успели охнуть, а здоровяк с мушкетоном только-только начал вскидывать оружие, осознав, что болтливый аристократ смертельно опасен.
— Ваше время вышло, господа! — холодно бросил чародей.
Словно опытный конькобежец, беглый дворянин сорвался с места. Ледяная крошка брызнула из-под сапог. Фамильная сабля покинула ножны с хищным шелестом, сливаясь в единый сверкающий росчерк. Идеально сбалансированный клинок легко снес здоровяку голову, прежде чем тот успел нажать на курок. Бездыханное тело рухнуло на дно лодки.
Не задерживаясь ни на секунду, Ильяс взмахнул левой рукой. Остатки магии ударили в швартовочный канат, превращая его в ледяной пандус, ведущий из шлюпки прямо к борту корвета. Дворянин оттолкнулся от скамьи, взлетел по искрящейся трассе и грациозным прыжком перемахнул через фальшборт, приземляясь на палубу вражеского корабля.
Экипаж оцепенел. Мародеры, привыкшие грабить беззащитных купцов, явно не ожидали, что одинокая добыча сама пойдет на абордаж.
— Принимайте инспекцию! — жизнерадостно возвестил Мразко.
Начался короткий, но кровавый танец. В нем изящная школа благородного фехтования, вбитая в мышцы прошлым владельцем тела, причудливо сплеталась с грязными, безжалостными приемами белградских подворотен.
Ближайший матрос с ревом замахнулся кривым тесаком. Одаренный плавно ушел с линии атаки, коротко рубанул противника по запястью и одновременно пнул ногой ведро с морской водой, стоявшее у грот-мачты. Вода разлетелась веером брызг, которые по воле мага прямо в воздухе превратились в острые ледяные иглы, до крови исполосовав лица бросившейся на подмогу троице.
— Слишком медленно! Никакой грации! — издевался комбинатор, парируя очередной выпад.
Он резко топнул каблуком, вымораживая влагу на деревянных досках. Двое здоровенных пиратов предсказуемо поскользнулись на образовавшемся катке и с руганью рухнули друг на друга, подставляясь под смертоносную сталь.
Из капитанской каюты выскочил хозяин судна — грузный, богато одетый бородач с тяжелым абордажным палашом.
— На ремни порежу, щенок! — проревел он, бросаясь на незваного гостя.
Ильяс презрительно прищурился. Широкий замах капитана рассек лишь пустоту. Маг мягко поднырнул под лезвие, крутнулся на месте и с размаху ударил тяжелой гардой сабли точно в висок противника. Главарь пошатнулся, выронил оружие и с глухим стуком рухнул на колени.
В ту же секунду ледяное лезвие дворянской стали легло прямо на дергающийся кадык побежденного. Тонкий слой инея мгновенно пополз по воротнику пирата, обжигая кожу могильным холодом.
Звон оружия на палубе разом стих. Мародеры замерли, со страхом глядя на своего поверженного лидера и жуткого аристократа.
— Внимание на палубу, господа вольные мореплаватели! — громко, с расстановкой провозгласил Мразко, не убирая клинка от горла главаря. — Вынужден констатировать, что ваше прежнее начальство абсолютно некомпетентно! Стратегия ни к черту, дисциплина хромает, а манеры и вовсе оставляют желать лучшего.
Матросы хмуро переглядывались, не решаясь сделать ни шагу.
— Поэтому объявляю о принудительной смене власти, — продолжил чародей, обводя команду ледяным взглядом. — Отныне эта посудина, как и ваши жизни, переходят под руку Рода Мразко. В моем лице. Вы можете прямо сейчас отправиться за борт на корм левиафанам, если в вас вдруг взыграла верность этому борову. Либо… вы приносите клятву мне. Будете служить верой и правдой, и я гарантирую, что ваши трюмы начнут ломиться от боярского золота и трофейных артефактов. Ну что, джентльмены удачи, желающие оспорить сделку имеются?
Пираты — народ прагматичный. Звон бросаемых на палубу сабель и мушкетонов стал лучшим ответом. Никто не хотел спорить с боевым магом, который за минуту в одиночку захватил корабль.
Перед глазами тут же вспыхнуло багровое окно интерфейса:
[Задание «Не сдохнуть, как последняя дворняга» успешно завершено.]
[Получено достижение: «Капитан своего корыта».]
[Награда: Ранг Источника повышен. Текущий статус: Неофит, 2 уровень.]
— А ты умеешь вести переговоры, компаньон, — одобрительно пророкотал в сознании бархатный голос Малика Дэ Сада. — Слияние и поглощение прошло безупречно. Пожалуй, мои инвестиции действительно окупятся.
— То ли еще будет, ваша демоническая светлость, — мысленно усмехнулся Ильяс, чувствуя, как обновленный Источник пульсирует свежей, яростной силой.
Свободной рукой победитель бесцеремонно вытащил из-за пояса дрожащего капитана пузатую флягу. Сорвав зубами пробку, серб сделал щедрый глоток превосходного рома, смывая с горла привкус морской соли и пересохшей крови.
Затем он по-хозяйски подошел к ближайшей бочке и развернул лежащую на ней навигационную карту. Палец с аккуратно подстриженным ногтем скользнул по пергаменту, останавливаясь на скоплении богатых архипелагов, контролируемых крупными боярскими Родами.
— Ну что, господа присяжные заседатели? — весело поинтересовался великий комбинатор, оборачиваясь к своей новой, хмурой свите. — Связать бывшего начальника и бросить в трюм! И поднимайте паруса! Лед тронулся!