Ло Вэньцян сидел у окна кофейни и уже допил свой кофе, когда заметил две знакомые фигуры, переходившие улицу.

Се Юй шёл впереди. Его шея была укутана в темно-серый шарф, из-под которого виднелась лишь верхняя половина лица.

Парни шли абсолютно естественно, крепко переплетя пальцы рук. Лишь подойдя ближе к дверям кофейни, Се Юй остановился и опустил взгляд вниз, давая Хэ Чао понять, что пора отпустить ладонь:

— Надержался?

— ...

Нет. Не надержался.

Хэ Чао по дороге вообще не смотрел по сторонам, все его мысли были заняты идущим рядом человеком. Только после вопроса Се Юя он заметил светящуюся вывеску кофейни прямо перед ними, неловко кашлянул и тихо пробурчал, что эта улица оказалась слишком уж короткой.

В кофейне в это время один из одноклассников, которому надоело листать ленту новостей в телефоне, заскучал и вытянул шею, пытаясь рассмотреть что-то за окном:

— Да где этот Чао-гэ? Обещал встретить Юй-гэ и пропал...

Ло Вэньцян испугался, что парень увидит то, чего ему видеть не следовало. Он резко схватил одноклассника за голову и силой развернул к себе, пытаясь заговорить зубы первой попавшейся темой:

— Фу Пэй, посмотри, какая сегодня отличная погода! Давай поговорим о твоих планах на жизнь, а?

— Ло Вэньцян, ты с ума сошел?!

На встречу пришло всего десять человек. На каникулах у многих были свои дела, а некоторые и вовсе уехали из города. После плотного ужина ребята решили пойти попеть в караоке неподалеку. Вся компания, лелея в душе надежду продемонстрировать свои вокальные таланты, забронировала отдельный кабинет.

Се Юй не любил подобные шумные заведения. Ещё в фойе его встретил оглушительный гул, доносившийся из полуоткрытых дверей одного из кабинетов, где какой-то мужчина средних лет прокуренным голосом надрывно орал песню.

Цены в этом караоке-клубе были вполне доступными, поэтому клиентов здесь всегда хватало.

Администратор за стойкой, оформляя заказ на компьютере, не удержалась и с улыбкой посмотрела на эту группу школьников. Девочки с простыми хвостами были одеты в объемные зимние куртки, а парни шумно переговаривались, сбившись в кучу.

Хэ Чао подошел к Се Юю сзади и приобнял его за плечи, со стороны казалось, будто он прижимает его к себе. Склонившись к уху парня, он спросил:

— Лао Се, споем что-нибудь вместе?

— Иди к черту.

— Да ладно тебе, просто споем одну песню.

Хэ Чао прикинул в голове список самых популярных хитов последнего времени и выбрал песню, которую крутили буквально на каждом углу и которую знал каждый:

— Знаешь песню «Я тебя люблю»? Она сейчас очень популярна.

Се Юй слегка откинул голову назад. При разговоре его губы почти коснулись мочки уха Хэ Чао. Он переспросил тихим голосом:

— Какая песня?

Хэ Чао открыл было рот, чтобы повторить название, но вовремя осекся, поняв, что Се Юй просто дразнит его. Он уткнулся лицом в шею Се Юя и прошептал:

— ...Малыш, ты сегодня очень вредный.

Вокальные способности учеников 11-го «В» класса были наглядно продемонстрированы ещё во время поездки на осеннюю экскурсию, но тогда они пели без микрофонов. Ло Вэньцян первым с энтузиазмом схватил микрофон и начал петь. Не успел он закончить первый куплет, как Сюй Цинцин, зажав уши ладонями, в сердцах выругалась:

— ...Блядь, мои уши!

Лю Цуньхао, проходивший мимо к пульту выбора песен, сочувственно похлопал старосту по плечу:

— Цин-гэ, держись.

Вань Да добавил:

— Мы, мужчины, должны стойко переносить любые невзгоды. Что нам эта пытка звуком? Цин-гэ, будь сильной!

Сюй Цинцин в ответ запустила в него мягкой подушкой с дивана.

Се Юй снял куртку и небрежно бросил её на край дивана. Ло Вэньцян во время пения то и дело бросал на них многозначительные взгляды, на его лице буквально читалось: «Чао-гэ, ну скажи, что я круто пою!»

Се Юй усмехнулся, уселся на диван и ткнул Хэ Чао локтем в бок:

— Что, больше не хвалишь его?

— С таким пением... — вздохнул Хэ Чао. — Я бессилен это рекламировать. Он поет как раненый зверь.

С этими словами Хэ Чао взял со стола банку пива, ловко поддел пальцем кольцо и открыл её одной рукой.

— В отношениях между людьми должна быть искренность, — добавил он.

Ло Вэньцян тем временем зажмурил глаза и, полностью уйдя в музыку, начал раскачиваться в такт, после чего выдал оглушительный вопль:

— О-о-о-о-о!

Лю Цуньхао, сидевший рядом с ним, терпел сколько мог, но в конце концов не выдержал:

— Ребята, какие ещё песни заказал физорг? Я пойду и удалю их из очереди.

На большом экране как раз загорелось название следующего трека.

— Дальше идет «Скейтборд», — Се Юй потер виски от головной боли. Ему безумно хотелось подойти к панели управления на стене и нажать кнопку отключения звука. — Это его песня.

Хэ Чао добавил:

— И «Любить до смерти» тоже его. Удаляй всё подчистую, не оставляй ему ни единого шанса.

Лю Цуньхао показал жест «понял» и, пригнувшись, прокрался к пульту мимо Сюй Цинцин.

В кабинете царил полумрак, цветные прожекторы то гасли, то загорались вновь.

Кто-то из ребят начал настраивать световые эффекты. Свет в кабинете погас на пару секунд, а когда включился снова, потолок и стены украсились россыпью движущихся лазерных звезд.

Се Юй посмотрел на Хэ Чао. В этот момент цветной луч скользнул по его лицу и тут же растаял в темноте.

Хэ Чао сделал пару глотков пива и, почувствовав на себе взгляд Се Юя, повернулся к нему.

Се Юю хотелось пить, но в кабинете, кроме пива, ничего не было. Одноклассники напрочь забыли о последствиях прошлой вечеринки и при первой же возможности снова заказали упаковку алкоголя. Се Юй сделал знак рукой, прося передать ему банку.

...

Его ладонь замерла перед лицом Хэ Чао — тонкие, изящные пальцы были слегка прохладными. Хэ Чао посмотрел на его руку, но банку отдавать не спешил. Поддавшись какому-то внезапному порыву, он взял металлическое колечко от только что открытой банки и аккуратно надел его на безымянный палец Се Юя.

Холодный металл скользнул по коже и плотно сел у основания пальца.

Только после этого Хэ Чао вложил банку пива в его руку.

Се Юй на секунду замер, а затем убрал руку:

— И что это значит?

Вокруг гремела музыка из динамиков, поэтому расслышать ответ Хэ Чао было невозможно. Но по движению его губ Се Юй легко прочитал фразу: «Поставил печать».

Объем легких у Ло Вэньцяна был внушительным, его голос через микрофон легко перекрывал музыку, буквально взрывая барабанные перепонки. Когда Се Юй допил остатки пива из банки, он почувствовал, что в кабинете становится слишком жарко.

— Стоп, а где моя песня? — Ло Вэньцян закончил петь и ждал вступления к «Скейтборду», но вместо этого зазвучала песня «Я тебя люблю». Он удивленно огляделся: — Кто залез без очереди?

Хэ Чао поднялся с дивана и взял второй микрофон:

— Моя песня, извини.

Но даже эта заминка не смутила Ло Вэньцяна. Распев связки, он чувствовал себя в отличной форме и был готов петь без остановки хоть три часа. Он совершенно потерял бдительность и радостно хлопнул себя по груди:

— О, эту песню я тоже знаю! Чао-гэ, давай споем дуэтом!

Хэ Чао хотел было ответить: «С какой стати я буду петь о любви с тобой?», но не успел.

Ло Вэньцян внезапно обнаружил, что микрофон из его рук кто-то бесцеремонно забрал.

Хотя караоке было общим выбором, никто не ожидал, что Се Юй решит спеть. С его характером то, что он просто сидел с ними в одной комнате, уже казалось чудом.

Сюй Цинцин, которая в этот момент открывала пачку чипсов, так удивилась поступку Се Юя, что резко дернула рукой, едва не рассыпав всё содержимое на пол.

Се Юй прошел мимо Лю Цуньхао и встал перед экраном. Его голос прозвучал в динамиках:

— Какой куплет твой?

Мелодия была одинаковой, менялись только строчки текста.

— Да без разницы, — ответил Хэ Чао.

Едва он договорил, как ребята в кабинете дружно закричали:

— О-о-о-о!

Атмосфера в комнате мгновенно накалилась до предела.

Сначала одноклассники просто шумно поддерживали их ради веселья, но стоило Се Юю запеть первую строчку, как все притихли.

У него был красивый прохладный тембр голоса, но в этой нежной песне о любви он звучал удивительно гармонично.

Когда первый куплет закончился и настала очередь Хэ Чао, тот от волнения едва не упустил ритм, вступив на пару тактов позже.

...

Сюй Цинцин тихонько толкнула Сюй Цзин локтем:

— Юй-гэ поет так... нежно. Мне ведь это не кажется?

Сюй Цзин молча смотрела на поющих парней. Финальную часть они исполняли вместе, их голоса сливались в один красивый дуэт. В полумраке кабинета были видны лишь два высоких силуэта.

Когда песня закончилась, как бы ребята ни умоляли их спеть на бис, оба парня отказались.

— Пойте сами, — Хэ Чао положил микрофон на стол. — Чья очередь дальше?

Следующей была песня Лю Цуньхао, но Ло Вэньцян во что бы то ни стало хотел петь вместе с ним. Староста бросился спасать микрофон:

— Держите Ло Вэньцяна! Физорг, если ты не будешь петь со мной, мы останемся друзьями!

Ребята со смехом прижали Ло Вэньцяна к дивану, и тот обиженно закричал:

— Эй! Ну это уже слишком!

Хэ Чао посидел ещё немного, чувствуя нарастающее беспокойство. Он коснулся руки Се Юя, собираясь предложить выйти проветриться, но в этот момент его телефон в кармане завибрировал.

В кабинете было очень шумно, поэтому услышать звонок было нереально. Когда он достал телефон, вызов уже прекратился. На экране светился незнакомый номер.

Пропущенный звонок.

Хэ Чао посмотрел на цифры, не припоминая такого номера. Он уже собирался убрать телефон, как пришло сообщение:«Чао-гэ, это я, Сяо Лэй».

Хэ Чао поднялся с дивана, набрал номер и вышел в коридор караоке-клуба.

Он прошел вглубь коридора, слушая длинные гудки в трубке, и прислонился спиной к стене, глядя на красный ковер под ногами.

На том конце быстро ответили.

Сяо Лэй говорил всё тем же простоватым голосом. Вокруг него было шумно, динамики вокзала объявляли о прибытии поездов:

— Чао-гэ! Ты ещё в городе А? Давно не виделись. Я сегодня только приехал по делам... У тебя есть время на днях? Может, встретимся, посидим где-нибудь?

Хэ Чао машинально полез в карман за сигаретами, но тут же вспомнил, что давно бросил курить и даже конфеты перестал носить с собой.

Он что-то отвечал Сяо Лэю, но его мысли были путаными, и он сам плохо понимал, что говорит. Кажется, спросил, как у того дела. Сяо Лэй рассказал, что последние годы работает вместе с двоюродным братом, занимается торговлей, а в город А приехал по работе.

Сяо Лэй катил чемодан, поднимаясь по эскалатору. Он огляделся по сторонам, понимая, что город А за время его отсутствия сильно изменился:

— Я тут пробуду недели две. Цзюнь-гэ тоже...

Он не успел договорить, как Хэ Чао тихо перебил его:

— Прости меня.

А затем повторил ещё раз:

— ...Прости.