Они нашли довольно тихое место, да и до зоны отдыха было рукой подать.

Учитель Тан и завуч Цзян как раз проезжали мимо на арендованных велосипедах — оба выглядели изрядно уставшими. Тан Сэнь к тому же потешно повесил на шею махровое полотенце, словно от неспешной велопрогулки можно было взмокнуть до седьмого пота.

— Все пообедали? — Тан Сэнь притормозил у обочины и с улыбкой посмотрел на ребят.

Ученики третьего класса дружно, словно на перекличке, ответили[1] хором:

— Поели, учитель Тан!

Тан Сэнь хотел сказать что-то ещё, но Бешеный Пёс нетерпеливо потянул его за руль:

— Да ладно тебе, поехали уже. Не смотри, что они так вежливо улыбаются... Эти оболтусы только и мечтают, чтобы мы поскорее свалили.

Се Юю невероятно везло: за несколько раундов игры он единственный ни разу не проиграл. Мало того что он ни разу не попал под штрафные санкции, так ещё и дважды умудрился вытянуть карту короля.

Сюй Цинцин невольно вспомнила их партию в «Дудичжу» во время самоподготовки и тот леденящий ужас, который испытали все соперники. Одно дело — везение в обычных картах, но чтобы и в этой игре ему так везло?! Это просто рушило весь игровой баланс!

Остальные игроки начали шумно выражать протест. Сюй Цинцин собрала карты и принялась сдавать заново.

Се Юй, не глядя, вытянул карту, перевернул её — и снова король.

Сюй Цинцин:

— ...

Се Юй за всю игру так и не понял, что в ней вообще весёлого. Он зажал карту двумя пальцами и, сидя на траве, спросил:

— И всё? Это вся игра? Скучно же.

— Ты просто монстр, — вынесла вердикт Сюй Цинцин.

Вань Да покачал головой:

— Лао Се, мы с тобой явно из разных миров.

Ло Вэньцян дважды подряд попался Се Юю под горячую руку, а задания в усложнённой версии «Действия» были настолько дикими, что он едва не поцеловал Лю Цуньхао. Перепугавшись не на шутку, физорг повернулся к последней парте и взмолился:

— Чао-гэ! Приструни своего соседа по парте!

Хэ Чао сидел рядом с Се Юем. Услышав это, он весело рассмеялся:

— И как я, по-твоему, должен его приструнить?

В конце концов народное возмущение достигло такого накала, что у Се Юя просто отобрали карту короля и исключили его из игры.

— Так я ведь только что вытянул короля, — Се Юй вернул карту Сюй Цинцин с лёгким недоумением. — Разве так можно?

Лю Цуньхао вернул свою карту в колоду, готовясь к пересдаче:

— Прости, Юй-гэ, но ты слишком силён. Судьба должна быть справедливой к остальным.

Хэ Чао легонько потрепал Се Юя по голове, взъерошив его волосы:

— Они просто недостойны играть с таким мастером, как мой сосед.

— Что значит «они»? — возмутился класс. — Чао-гэ, положи руку на сердце: ты бы себя тоже к смертным причислил, ладно?

— Я другое дело, — парировал Хэ Чао. — Я тоже силён.

Се Юй особо и не возражал против своего исключения — игра действительно была так себе. Он отодвинулся чуть назад, сел прямо за спиной Хэ Чао и уткнулся в телефон. Стоило ему опустить голову, как он оказывался всего в нескольких сантиметрах от лопаток Хэ Чао.

Хэ Чао, опасаясь, что его парню скучно, достал из рюкзака пакетик со снеками и протянул назад:

— Будешь?

Се Юй опустил взгляд и обнаружил у себя под носом несколько пакетиков очищенных грецких орехов:

— ...

Зачем Хэ Чао притащил с собой на прогулку грецкие орехи, Се Юй спрашивать не стал, лишь подумал: «Сам их ешь».

На самом деле Хэ Чао лукавил, когда говорил о своей силе. Его не штрафовали только потому, что королём почти всегда оказывался Се Юй. Каждый раз, вытягивая карту короля, Се Юй незаметно заводил руку за спину, и Хэ Чао быстро чертил пальцем на его ладони номер своей карты. Зная его число, Се Юй, естественно, его не вызывал.

Прикосновения пальцев Хэ Чао к его ладони были мягкими и щекотали кожу, напоминая ласку.

Поначалу Хэ Чао честно выводил цифры. Но спустя пару раундов он начал писать слова. Он повторял одно и то же слово несколько раз, пока Се Юй наконец не прошептал ему в спину:

— ...Что за бред ты пишешь?

— Почувствуй сердцем, — тихо отозвался Хэ Чао.

Обычно иероглифы пишут по штрихам, а этот придурок водил пальцем непрерывно, превращая всё в сплошную линию. Какое тут, к чёрту, сердце.

Се Юй попытался расшифровать, но сдался:

— Прости, у нас, наёмных убийц, сердца нет.

— Там три слова, — прошептал Хэ Чао. Он хотел выдержать интригу, но сам же не вытерпел и добавил: — «Люблю тебя».

Когда его всесильный сообщник выбыл из игры, удача Хэ Чао мгновенно испарилась. За всё приходится платить, и теперь ему пришлось отдуваться за двоих. Он проиграл два раунда подряд.

Сюй Цинцин наконец-то досталась карта короля. С победной улыбкой она оглядела круг:

— У кого номер два?

Хэ Чао вздохнул и бросил на плед свою карту.

Вокруг поднялся радостный гул:

— А говорил, что силён, Чао-гэ!

— Карма существует!

— Цин-гэ, не щади его, давай самое жёсткое задание!

— Я выбираю «Правду», — поспешно объявил Хэ Чао, видя плотоядные улыбки одноклассников.

Сюй Цинцин растерялась. Чтобы не портить отношения, она решила вытянуть готовую карточку из колоды «Правды». Это был лучший вариант, и вопрос оказался не самым каверзным:

— Насколько далеко вы зашли в отношениях со своей половинкой?

Се Юй, который и был этой самой половинкой, мысленно замер:

— ...

В это время Шэнь Цзе купил обед на фуд-корте и, пережёвывая еду, пытался дозвониться до Хэ Чао, но телефон того был недоступен. Выбросив пустую коробку в урну, он решил прогуляться и найти тихое место, чтобы покурить.

Отойдя немного от людной зоны, он вдруг услышал весёлые крики:

— О-о-о!

Голоса звучали невероятно возбуждённо. Шэнь Цзе узнал голос физорга третьего класса. Раздвинув ветки кустарника у тропинки, он действительно увидел ребят из класса Хэ Чао.

— Вы чего тут устроили? — Шэнь Цзе выбрался из кустов, отряхивая одежду. — Ваши вопли на полпарка слышны... Чао-гэ, я тебе звонил, почему трубку не берёшь?

Шэнь Цзе часто общался с ребятами из третьего класса, так что его здесь считали за своего.

Вань Да подвинулся на пледе, освобождая место:

— Садись с нами, мы тут в «Правду или действие» играем.

Сюй Цинцин поторопила Хэ Чао:

— Чао-гэ, отвечай давай, не тяни время!

Все с любопытством уставились на него. Хэ Чао почесал затылок и выдал:

— Ну... Мы уже сделали всё, что можно.

Договорив, он тут же получил чувствительный тычок кулаком в поясницу от Се Юя.

Его расплывчатый ответ оставлял огромный простор для фантазии, и одноклассники зашумели ещё громче.

Се Юй убрал руку, сердито глядя на него:

— Что ещё за «всё, что можно»?

Хэ Чао с самым невинным видом шепнул ему в ответ:

— А что я должен был сказать? Что мы дошли до того, что ты называешь меня «гэ-гэ» в постели?

— ...

Никто из ребят никогда не слышал, чтобы у Хэ Чао кто-то был, но с его внешностью наличие девушки никого не удивляло. Наверняка она училась в другой школе.

Ло Вэньцян не унимался:

— Это не ответ, Чао-гэ! Цин-гэ, так не считается! Что конкретно вы сделали?

Шэнь Цзе присел рядом и слушал их расспросы. Ответ Хэ Чао заставил его насторожиться. Когда Сюй Цинцин начала мешать карты для нового раунда, до Шэнь Цзе наконец дошло, и он в панике подумал: «Когда это у Чао-гэ успел кто-то появиться?!»

Хэ Чао сидел напротив него, но вокруг было слишком много людей, чтобы спросить напрямую. Шэнь Цзе достал телефон и начал яростно строчить ему сообщения:«Чао-гэ, ты что, больше не холостяк?!»

«Откуда вообще?! Кто она?!»

«Мы с тобой ещё друзья или как?!»

Хэ Чао даже не взглянул на экран. Заметив, что Се Юй так и не прикоснулся к орехам, он сам открыл пакетик и протянул его парню. Се Юй принял угощение со сложным выражением лица.

В следующем раунде проигравшим снова оказался Хэ Чао. Вопрос на этот раз выпал вполне безобидный, из разряда тех, от которых не ждёшь подвоха:

— О чём ты больше всего жалеешь в жизни?

Услышав вопрос, ребята сразу потеряли интерес. Скорее всего, Хэ Чао сейчас отшутится какой-нибудь ерундой. О чём вообще может жалеть такой весёлый парень?

Се Юй приготовился слушать очередную порцию бреда, но Хэ Чао промолчал.

Поляна,[2] где они сидели, выходила к озеру. Порывы ветра доносили от воды прохладу. Хэ Чао опустил голову, длинные ресницы отбрасывали тень на его лицо. Было непонятно, о чём он думает. Прошло около минуты, прежде чем он тихо произнёс:

— В девятом классе один мой друг из-за меня...

И замолчал.

Хэ Чао понял, что эта старая рана до сих пор не затянулась. Стоило просто упомянуть о ней, как дыхание перехватывало. Он не смог продолжить.

Ребята растерянно переглянулись.

Се Юй вдруг вспомнил того Хэ Чао, который глубокой ночью сидел на лестнице общежития с сигаретой. Того, кто подхватил его во время драки на улице и назвал Хромоножкой.

Лю Цуньхао, заметив, как тяжело даётся этот вопрос Хэ Чао, махнул рукой:

— Ладно, скучный вопрос. Проехали, давайте заново.

Остальные поспешно согласились и бросили карты в кучу, спеша сменить тему.

Шум и смех возобновились, а сложный вопрос остался в прошлом.

Хэ Чао достал телефон, чтобы проверить время, и обнаружил десяток пропущенных вызовов и несколько сообщений от Шэнь Цзе. Пока он читал их, он почувствовал, как в его спину упёрлось что-то тёплое.

Се Юй по-прежнему сидел, опустив голову к телефону, но теперь он подался вперёд и уткнулся лбом прямо между лопаток Хэ Чао. В следующую секунду на телефон Хэ Чао пришло сообщение от него:Малыш: «?»

Хэ Чао не отвечал. Тогда Се Юй согнул пальцы и легонько постучал костяшками по его спине через ткань куртки.

Они сыграли ещё пару раундов, и время начало поджимать. Сюй Цинцин собрала карты, а Лю Цуньхао напомнил классу:

— Все помнят, где припаркован автобус? У нас есть ещё полчаса, можете погулять, но не опаздывайте к сбору.

Идти куда-то далеко уже не было смысла, оставалось только бродить у озера. Из развлечений поблизости были только палатки с дешёвыми сувенирами.

Пока Сюй Цинцин убирала коробку с игрой, Се Юй поднялся, но Хэ Чао тут же перехватил его за запястье и увёл с поляны подальше от ребят.

— Ты с ума сошёл?

— Хочу обнять тебя, — признался Хэ Чао. — Совсем ненадолго.

Шэнь Цзе, убрав карты, огляделся по сторонам, но Чао-гэ и след простыл. Он удивленно хмыкнул, а затем посмотрел на экран телефона. Пришло новое сообщение от Хэ Чао. Короткая строчка: «Знакомься: Се Юй, мой парень».

Ребята тем временем спорили, куда пойти.

Ло Вэньцян предложил:

— Может, купим местных сувениров домой?

Лю Цуньхао фыркнул:

— Мы ехали сюда всего сорок минут. Каких ещё сувениров? Что тут есть такого, чего нет в нашем городе?

Поспорив, они всё же решили заглянуть в сувенирную лавку — раз уж приехали, надо что-то привезти. Но перед уходом заметили пропажу:

— Эй, а где наш староста группы?

— И Юй-гэ тоже пропал?

...

Найти уединённое место в людном парке оказалось задачей невыполнимой. Обойдя половину дорожек, Се Юй и Хэ Чао наткнулись на Лю Цуньхао и компанию прямо у входа в сувенирный магазин. Хэ Чао так и не удалось нормально обнять своего парня.

— Чао-гэ, не ожидал от тебя такого.

— Бросил свою группу и сбежал с соседом по парте. Тоже мне староста.

— А ну колись, чем вы там занимались в кустах?

Одноклассники окружили их, устраивая шуточный допрос.

Хэ Чао отмахнулся:

— Да ладно вам, прекращайте.

Ло Вэньцян вздохнул:

— Ладно, я пить хочу. Вот если бы наш нерадивый староста купил нам всем воды...

Намёк был предельно ясен. Хэ Чао отправился к палатке с напитками, а ребята уселись на скамейку.

Се Юй посмотрел на их покупки, а затем перевёл взгляд на вывеску магазина: «Сувениры Северного озера». Заглянув внутрь, он не увидел ничего уникального — обычные чипсы, газировка и сладости.

— И это вы называете сувенирами?

— Ну да. Смотри, Юй-гэ, я купил шёлковый платок, — Лю Цуньхао достал из пакета ярко-красный платок в цветочек.

Се Юй озадачился:

— И в чём тут сувенирность?

— Настоящий сувенир не зависит от места производства. Тут важен сам факт покупки на память.

...До чего же простые люди.

Хэ Чао вернулся с бутылками воды, а экскурсовод уже начал собирать ребят у автобуса:

— Все на месте? Старосты групп, пересчитайте людей.

У ворот парка выстроилось несколько классов, стоял невообразимый шум. Пересчитав всех дважды, ребята наконец поднялись в салон автобуса.

Се Юй продолжил смотреть фильм на телефоне. Хэ Чао забрал у него один наушник. Посмотрев пару минут, Хэ Чао вдруг негромко произнёс:

— Слушай... Я хочу тебе кое-что подарить.

Се Юй, пытавшийся вспомнить сюжет фильма, не сразу понял его слова.

Хэ Чао вытащил из кармана олимпийки два простых браслета. Это были тонкие красные шнурки с одной бусиной в виде красного боба на каждом.

— Увидел у лотка, когда ходил за водой, — Хэ Чао смущённо улыбнулся. Подобные безделушки обычно носили девочки. Помолчав, он добавил: — Выбирай, на какую руку надеть.

Се Юй скептически осмотрел браслет:

— Девчачья ерунда.

— Смотря кто носит, — возразил Хэ Чао. — На нас это девчачьим точно выглядеть не будет.

— ...Чао-гэ, имей совесть.

— Тут ещё и гравировка есть.

Се Юй хоть и ворчал, но браслет взял. Присмотревшись к бусине с обратной стороны, он заметил вырезанную букву «Z» — простую, но выполненную с тем же размашистым нахальством, что и почерк Хэ Чао.

Хэ Чао купил эти браслеты, соблазнившись рекламной вывеской у палатки: «Неразлучники», «Свяжи себя с любимым», «Гравировка бесплатно» — парные браслеты для влюблённых.

— Сам вырезал, — с гордостью признался Хэ Чао.

— Я вижу, — отозвался Се Юй. — Настолько криво мог вырезать только ты.

— ...

Обратный путь прошёл гораздо тише. За день все изрядно устали, поэтому ребята надели наушники и быстро уснули под тихую музыку. Экскурсовод впереди делился в микрофон своими мыслями:

— Встреча в этом мире — это всегда судьба. Сегодняшний день подошёл к концу, завтра вы вернётесь к учёбе, но пусть радость от этой поездки останется с вами...

Се Юй ещё немного поворчал для приличия, но когда Хэ Чао уже решил, что тот ни за что не наденет браслет, Се Юй негромко сказал:

— Ладно, так и быть. Сделаю тебе одолжение.

Браслет действительно не выглядел глупо — простой красный шнурок без лишних деталей, вполне лаконичный.

Запястье у Се Юя было тонким, но с чётко очерченными костями. Красный цвет на бледной коже смотрелся... У Хэ Чао даже перехватило дыхание.

На его собственном браслете красовалась буква «Y» — «Юй».

Се Юй надел браслет и сразу посмотрел на запястье Хэ Чао. Они молча разглядывали руки друг друга, пока Хэ Чао не взял его за ладонь и не соединил их запястья вместе. Два красных шнурка словно слились в один.

Гид закончил свою речь и выключил микрофон. В автобусе воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь богатырским храпом Ло Вэньцяна.

Се Юю стало не до фильма. Он посмотрел на экран ещё пару минут, а затем прикрыл глаза и уснул, положив голову на плечо Хэ Чао.

Любой праздник рано или поздно заканчивается. От него остаются лишь тёплые воспоминания. Учитель Тан за годы работы повидал немало классов, но эти поездки никогда ему не надоедали. Он тихо поднялся со своего места, достал телефон и аккуратно сфотографировал спящих вповалку ребят в самых нелепых позах.

Казалось, они проспали вечность. Когда Се Юй открыл глаза, автобус уже подъезжал к воротам школы. Сюй Цинцин тихо говорила по телефону с мамой:

— Да, мам, мы уже подъезжаем... Ты у ворот ждёшь?

Вань Да растолкал сладко спящего физорга:

— Просыпайся, приехали!

Ло Вэньцян сонно протёр глаза:

— Ой, уже всё?

— Ничего страшного. Осенняя прогулка закончилась, но впереди ещё выходные, — подбодрил Лю Цуньхао. — Есть ради чего жить. Кстати, сдайте мне кепки, их нужно вернуть учителю Тану.

Кепки с гербом школы раздавали перед каждой поездкой, чтобы ребята не потерялись. Школьники ворчали, что они уродливые, и никто их не носил, но правила есть правила.

Когда Хэ Чао протянул свою кепку старосте, Лю Цуньхао сразу заметил красный шнурок у него на руке:

— Чао-гэ, когда ты успел браслет купить?

Договорив, он перевёл взгляд на руку Се Юя и увидел точно такой же браслет. Староста на секунду завис, а потом улыбнулся:

— ...И у Юй-гэ тоже? Симпатичные. Это талисманы на удачу перед экзаменами? Из тех, что монахи освящают?

Хэ Чао:

— ...

Се Юй:

— ...

Два главных двоечника параллели. Даже если они наденут парные браслеты для влюблённых, все вокруг решат, что это обереги для сдачи экзаменов.

— Приехали, ребята, — объявил Тан Сэнь. — Кто спит — просыпаемся. Кто едет домой — хорошей дороги, кто остаётся в общежитии — аккуратнее. Всем хорошо отдохнуть на выходных и не забыть сделать домашнее задание.

Хэ Чао вспомнил, что его вопрос остался без ответа:

— На выходные домой едешь?

Да, Се Юю нужно было домой. На прошлых выходных он ездил к тёте Мэй, так что если в эти он не проведёт время с матерью, госпожа Гу очень расстроится, хоть и не подаст виду.

— Домой, — ответил Се Юй. — Нужно маму навестить.

— А-а, — протянул Хэ Чао. Помолчав, он с улыбкой спросил: — А когда ученик Се Юй планирует уделить время своему парню?

Ребята один за другим выходили из автобуса. У ворот школы стояла толпа родителей. Мама Сюй Цинцин в панамке сидела на электроскутере и общалась с другими родителями. Увидев дочь, она достала из корзины яблоко:

— Проголодалась? Что вы там ели? Я же просила не увлекаться сухомяткой.

Родители учеников за время учёбы детей успели перезнакомиться. Лю Цуньхао как-то в панике писал в чат, что его мама умудрилась подружиться с мамой Сюй Цинцин прямо у ворот школы.

Лю Цуньхао и остальные ребята вежливо здоровались с проходящими взрослыми. Хэ Чао вышел из автобуса и молча наблюдал за этой картиной издалека.

Се Юю не нужно было собирать вещи — его рюкзак остался дома с прошлых выходных. Тем не менее он пошёл вместе с Хэ Чао в общежитие.

Когда они вошли в комнату, Хэ Чао удивлённо спросил:

— А ты разве не собираешься на автобус?

— Мне нечего собирать.

— Тогда зачем пришёл?

— Пришёл уделить время своему парню, а потом сразу поеду.

Хэ Чао недавно просил обнять его «совсем ненадолго», но в парке им так и не удалось найти уединённое место. Се Юй действительно планировал просто обнять его на пару минут и уйти, но стоило им соприкоснуться, как уйти стало невозможно.

Хэ Чао крепко прижал его к себе. Его ладонь бесцеремонно скользнула под резинку спортивных брюк Се Юя, а губы прижались к шее, слегка прикусив кожу:

— Помочь?

Се Юй прерывисто выдохнул. Этот звук заставил Хэ Чао сжать пальцы крепче, он едва не потерял контроль над собой.

Се Юй крепко вцепился пальцами в простыню. Побелевшие костяшки и яркий красный шнурок браслета на его бледной коже выглядели невероятно притягательно. Когда Хэ Чао покупал эти браслеты, он и представить не мог, насколько красиво это будет смотреться на руке Се Юя.

Чёрт, от этого зрелища можно было с ума сойти.

Когда всё закончилось, Се Юй разжал пальцы и устало прикрыл глаза рукой. Хэ Чао, уперевшись ладонью в кровать, дотянулся до пачки салфеток на тумбочке и протянул ему несколько штук. В воздухе стоял характерный сладковатый запах.

Се Юй вытерся, понимая, что этого мало и всё равно придётся переодеваться. Он заметил, что Хэ Чао так и стоит рядом.

— Даже не думай ко мне прикасаться, — хрипло предупредил его Хэ Чао. — Иначе ты сегодня до мамы точно не доедешь.

— Ну раз так... — Се Юй убрал руку, поднялся с постели и с улыбкой добавил: — Тогда страдай. Холодный душ тебе в помощь.

Хэ Чао:

— ...

Когда Се Юй вышел к остановке, у ворот школы уже никого не осталось. Он сел в автобус и набрал номер госпожи Гу. На том конце провода радостно отозвались. Гу Сюэлань трижды повторила «хорошо», а затем спросила:

— Как прошла поездка? Ты голоден? Что приготовить к твоему приезду?

— Всё отлично, — ответил Се Юй. — Приготовь что-нибудь простое.

Повесив трубку, он задумался о том, что Хэ Чао почти все выходные проводит в общежитии. Его мать живёт за границей, а об отце Хэ Чао практически ничего не рассказывал. Что за родители такие: у ребёнка ужасная успеваемость, а им совершенно всё равно? Насколько нужно быть равнодушными?

Поразмыслив, он отправил Хэ Чао сообщение:Малыш: «Помылся?»

Хэ Чао ответил почти мгновенно:«Нет»

«Стоит мне подумать о тебе, как душ перестаёт помогать».

...

Когда Се Юй вышел на своей остановке, Хэ Чао наконец-то справился со своими эмоциями. Вытирая мокрые волосы полотенцем, он набрал сообщение:«Ты дома?»

Се Юй шёл по улице и надиктовал голосовое:

— Долго же ты мылся.

Хэ Чао усмехнулся в трубку:

— Ага, зато какая выдержка.

Игнорируя его шуточки, Се Юй спросил:

— Ты почему на выходные домой не ездишь?

— А что мне там делать? Дома всё равно никого нет, — Хэ Чао сел на кровать, покрутил в руках ручку и открыл тетрадь. — Отец постоянно в командировках и разъездах.

— Он вообще за твоей учёбой следит?

— Ну, в общих чертах. Он всегда говорит: «Решай сам». Если я сделал выбор, он не станет вмешиваться.

Хэ Чао считал, что ему повезло с отцом. Когда он завалил экзамены в среднюю школу и фактически забросил учёбу, отец не ругал его, а лишь спокойно разложил все «за» и «против», предоставив сыну право выбора. Он часто повторял ему: «Хэ Чао, твоя жизнь принадлежит только тебе».

— Ладно, я дошёл до дома. Поговорим позже.

— Хорошо.

Хэ Чао согласился, но трубку вешать не спешил. Се Юй стоял у входной двери, прислонившись к стене. Его это позабавило:

— Ждёшь, пока я первый отключусь?

— Давай, отключайся, — улыбнулся Хэ Чао. — Заходи в дом.

Се Юй вошёл, разулся, и госпожа Гу тут же вручила ему тарелку со свежими фруктами:

— Иди в гостиную, поешь. Скоро ужин будет готов.

Фрукты были аккуратно нарезаны и красиво разложены на стеклянном блюде. Се Юй взял зубочистку, съел пару кусочков, а затем подошёл к кухне и опёрся о косяк двери, наблюдая за матерью.

Гу Сюэлань закончила мыть посуду, вытерла руки полотенцем и, повернувшись к нему, заметила шнурок на его запястье:

— Когда это ты купил?

Се Юй опустил взгляд на свою руку:

— А, это... Сегодня на прогулке купил.

Гу Сюэлань не заподозрила ничего лишнего. Она слишком хорошо знала нелюдимый характер сына, который ни с кем близко не сходился. Она лишь улыбнулась:

— В детстве тебе невозможно было надеть даже золотой оберег на шею. Стоило попытаться, как ты сразу начинал плакать.

Се Юй промолчал.

Чжун Гоцян в тот вечер вернулся раньше обычного, и они поужинали втроём. За столом практически не разговаривали. Госпожа Гу обсуждала со своим мужем каких-то знакомых дам, Се Юю это было неинтересно. Он быстро поел и поднялся к себе в комнату.

Оказавшись в тишине своей комнаты, Се Юй снова поймал себя на мыслях о Хэ Чао и его туманном будущем. Он вспоминал контрольную работу своего парня: на самом деле всё было не так уж безнадёжно. Те задачи, которые учитель У разжёвывал на уроках десятки раз, Хэ Чао решил абсолютно верно.

Се Юй немного подумал, затем включил компьютер, создал новый текстовый документ и набрал заголовок: «Краткий конспект ключевых тем для Гаокао».

Около одиннадцати вечера Хэ Чао сидел в своей комнате в общежитии и решал тесты. Вдруг на экране его телефона загорелось уведомление:«Вам пришло новое электронное письмо».

[1] «Правда или действие» (真心话大冒险) — Популярная игра; в китайском контексте может иметь «усиленные» версии с особенно откровенными заданиями.

[2] красная фасоль (на, браслете) (红豆) — В китайской культуре красная фасоль (相思豆) символизирует любовную тоску и верность; парные браслеты — жест для влюблённых.