Ночь на новой локации оказалась короткой, по крайней мере, по ощущениям. Ливень закончился ближе к рассвету, и всё бы ничего, если бы не нарастающая в душе тревога. Однако ужин у костра её притупил. Когда поджаренные грибы, а следом за ними и колотые орехи, были съедены, все слегка повеселели, и я в том числе. От костра исходило блаженное тепло, которое этой сырой ночью было совсем не лишним. В какой-то момент на меня накатило чувство облегчения. Уставшие от долгой ходьбы мышцы расслабились, позволяя полноценно отдохнуть.

Привыкнув к присутствию друг друга, мы понемногу разговорились. Не могу сказать, что парни оказались многословными, тем не менее на вопросы они отвечали, хотя помнили, как и мы с Зариной, немного. По большому счёту, лишь то, что приехали на стажировку по обмену и проживали в общежитии. Самым интересным стал факт, что они знали друг друга в той, прошлой жизни. Получается, рандомный выбор игроков формировал в том числе и пары. Мне об этом можно было даже и не мечтать, и я понимала почему.

Опираясь на свои обрывочные воспоминания и внутреннее чутьё, я знала: близкой мне по духу компании у меня раньше не было, как, впрочем, и верной подруги. Была ли в этом виновата я сама? Не знаю. Сейчас мне было комфортно находиться в окружении людей, с которыми мы познакомились менее суток назад, а значит, на сосуществование в социуме я способна. Как я уже поняла — двигаться по этому миру одиночкой тяжело. Поэтому дружба с Зариной оказалась для меня неожиданным и приятным событием.

Надо сказать, что она обладала характером лёгким и отзывчивым. У неё можно было многому научиться, в первую очередь — оптимизму, с которым она встречала каждый новый день. Если бы не она, я бы так и не решилась на объединение с парнями. Между тем наши новые знакомые оказались вполне адекватными, пусть и слегка зажатыми. По моему мнению, им не хватало внутреннего стержня, хотя оба выглядели довольно мужественно, особенно Юнджи. Мне нравились его густые, собранные в хвост волосы и часть татуировки, выглядывающая из рукава. При этом чувствовалось, насколько они оба молоды и неопытны, хотя по возрасту, как оказалось, были чуть старше нас с Зариной.

И всё же я рада, что они к нам присоединились. Двигаться группой не так страшно. Что ни говори, мы с Зариной не смогли бы столь быстро обеспечить себя дровами, с учётом того, что и топора-то у нас не было. И сидеть бы нам перед остатками потухшего костра, потому как затащить дерево в пещеру — задача не из лёгких, а всё, что могло гореть, после начала дождя, в момент отсырело.

Сейчас же об этом беспокоиться не стоило. В сложившихся обстоятельствах радовал даже тот минимальный комфорт, который мы смогли себе организовать. Допивая свой постепенно остывающий кипяток, мы тихо разговаривали и радовались, что оказались в укрытии, а не под проливным дождём.

— Удивительно, что мы обнаружили пещеру. Да ещё так вовремя, — проговорила я негромко.

— Это всё уровень нашей с тобой удачи! — заявила Зарина. — Двадцать пять твоих плюс тридцать два моих процента — это что-то да значит.

Вспомнив о своих браслетах, мы решили покопаться в настройках.

— А вы пробовали их снять? — спросила я.

— Пробовали, но они нэ снимаются, — ответил Сону.

Он поднял руку, демонстрируя, насколько плотно сидит ремешок.

— Только ножом рэ-зать.

В какой-то момент я обратила внимание, что между Зариной и Сону вспыхнула взаимная симпатия. Они не стали этого скрывать, переглядываясь.

Я вполне могла её понять, потому что и сама была не прочь найти себе пару. Вот только одной симпатией тут не обойтись, должно присутствовать что-то большее: не только взаимное притяжение, которое называют химией, но и схожесть взглядов, наличие ценностей. В данном случае я, в отличие от Зарины, не чувствовала, что парни близки нам по духу. Безусловно, Сону был более разговорчивым и легче шёл на контакт, и его симпатия к Зарине была искренней. И всё же существовал некий барьер культур. Я этот барьер чувствовала и перешагнуть не могла. Более того, ощущение, что они похожи на актёров из дорам, никуда не пропало, создавая тем самым определённую дистанцию.

Юнджи, в свою очередь, попыток сблизиться не делал, хотя вёл себя предельно внимательно и вежливо. Как девушка, я смогла считать в его взгляде интерес, однако заметить и то, что он его в себе подавлял. По какой причине — непонятно, а проявлять инициативу, чтобы об этом узнать, я не собиралась.

Откинув лишние мысли в сторону, я вернулась к изучению информации со своего браслета. Знакомая надпись вспыхнула, как только пальцы коснулись главного экрана.

«Приветствую, игрок, Лекса!»

Зелёные буквы горели ровным светом, сообщая об уровнях.

ЭНЕРГИЯ — 48 %

ЗДОРОВЬЕ — 71 %

СИЛА — 20 %

ЛОВКОСТЬ — 53 %

СОЦИАЛЬНЫЙ РЕЙТИНГ — 6

Исходные данные:

ИНТУИЦИЯ — 60 %

УДАЧА — 25 %

Шестёрка в социальном рейтинге радовала. Я нажала на этот пункт и мне открылся список:

Контроль в стрессовой ситуации — 1

Вхождение в контакт с игроком — 1

Справедливое распределение ресурсов — 1

Вхождение в контакт с игроками — 2

Использование чужого рандомного предмета — 1

Я вернулась обратно и обратила внимание, что мне снова добавили единицу к силе, а здоровье вернулось в первоначальное состояние. В этот момент я вспомнила, что ещё со вчерашнего вечера у меня потягивало плечо, словно начала болеть старая травма. Скорее всего, именно из-за этого в моём рюкзаке лежит целый набор лекарств, среди которых имеется обезболивающее, а само наличие хроники влияет на итоговый уровень здоровья. Остаётся надеяться, что плечо пройдёт само собой, и кроме этого не добавится других неприятных неожиданностей.

Я потёрла ноющее место рукой, разминая и думая о том, что именно такие нюансы не позволяют воспринимать данную реальность как игру. Кажется, в нашей жизни «до» я была не очень сильна в компьютерных играх, но, несмотря на это, прекрасно понимаю, что в искусственном мире нет места болезням и недомоганиям, а есть характеристики и уровни прокачки или как их там ещё называют. Но то, что нам выдавал браслет, являлось таковым лишь от части. И это снова порождало массу вопросов.

Потыкав по кнопкам и не обнаружив более ничего нового, я посмотрела на Зарину. Та давно изучила свой браслет вдоль и поперёк и сейчас что-то задумчиво чертила на земле кусочком скорлупы от ореха.

— Вас не бесит отсутствие дополнительной информации? — произнесла она вслух, а затем добавила с лёгким возмущением в голосе: — Почему не указано, где начинаются и где заканчиваются локации? Сколько их всего и в какую сторону нужно двигаться? Нет никаких опознавательных знаков! И почему мы вообще должны здесь выживать?!

— Это какой-то эк-спэ-рэмэнт, — высказал своё предположение Сону.

— Но почему мы? Зачем всё это надо? — проговорила Зарина с нажимом.

Все помолчали, потому что сказать было нечего.

Я наклонилась к костру и пошевелила палкой почти прогоревшее бревно. В данный момент меня беспокоило другое. Я подняла голову и произнесла:

— Меня одну настораживает фраза: «Лишившись жизни здесь, вы погибнете и в колыбели». Что это за колыбель такая? И где она находится?

— Это наверняка знают те, кто нас сюда отправил, — проговорила Зарина язвительно. — Если встречу хоть одного, плюну ему прямо в лицо. Вот вообще не весело идти туда, не знаю куда, и искать то, не знаю что. Нам даже про социальный статус ничего не рассказали. Догадайся мол сама, из чего он должен складываться.

— Просто будь хорошим человеком, — пробормотала я еле слышно.

Для меня с социальным статусом было всё более-менее понятно. Сволочей отсюда забирать не хотели.

— Откроют ли нам правду? — задумчиво проговорил Сону.

Вопрос был явно риторический, и поэтому ни кто не стал на него отвечать. Можно сказать, что на этой, не самой оптимистичной ноте, наш разговор прервался, и каждый задумался о своём. Я рассматривала поцарапанную ладонь и чётко осознавала, что чувствую себя, как никогда, живой. А может, нет никакой игры, а мы действительно участвуем в каком-то эксперименте?

Зарина, сидящая рядом со мной, зевнула.

— Давайте поделим дежурство? — предложила она, и все зашевелились.

Общим решением мы утвердили состав, который определился ранее, и поэтому Зарина осталась в паре с Сону, а я — с Юнджи. Очередность дежурства и на этот раз определила длина веточек. И снова я вытащила короткую. Значит, первыми дежурить выпало нам с Юнджи.

Мы остались у костра, тогда как Зарина с Сону расположились немного дальше от входа. Лежанок у нас, понятное дело, не было, поэтому спать придётся сидя. Зарина накинула на голову капюшон и прислонилась плечом к стене.

К этому моменту от дерева, которое парни порубили на дрова, остались лишь труха да куча мелких веточек. Я собрала то, что ещё можно было отправить в костёр, и села у огня лицом к выходу из пещеры. Дождь закончился, но снаружи по-прежнему было темно. Я обняла колени руками и долго смотрела на пляшущий передо мной огонь. Последняя пара брёвен прогорит примерно за час, а потом станет холодно и сыро. Если мы отправимся в путь, то шагать придётся через мокрый лес, а это — такое себе удовольствие. Я представила, как намокнет наша обувь, и передёрнула плечами. Сидеть рядом с костром гораздо приятнее. Может, нам стоит задержаться? Поищем еды, дождёмся солнца, запасёмся дровами. Я обняла колени руками и несколько раз зевнула, треск от поленьев убаюкивал. Очень сильно захотелось спать, и я пожалела, что первое дежурство выпало нам с Юнджи.

В какой-то момент он отошёл в глубь пещеры, а я вдруг словила ощущение, что на меня кто-то смотрит. Медленно подняла глаза и обомлела. В глубине тёмного леса светилась пара внимательных глаз.

Меня словно парализовало и я застыла, не в силах произнести и слова.

Я смотрела на существо, а существо смотрело на меня, и казалось, что этот момент длится вечно. А потом где-то в отдалении послышался характерный волчий вой, и существо, кем бы оно ни было, среагировав, отступило в темноту. Всё, что я смогла разглядеть, это немалые размеры, удлинённые уши и тёмную густую шерсть. Но что пугало больше всего, так это полностью разумный взгляд. Не было в нём ни холодного безразличия, ни хищного азарта перед охотой, а было нечто иное. Оно меня изучало так же, как и я его.

Услышав вой, мои спутники всполошились.

— Что это было? — подскочила со своего места Зарина.

Юнджи подошёл ближе и встал у меня за спиной. Я же так и осталась сидеть на земле. Ноги сделались ватными и не хотели слушаться.

— Ты что-то ви-дэла? — спросил Юнджи.

— Видела, — прохрипела я пересохшим горлом.

— И что это было?

— Не знаю.

В итоге этой ночью мы спать больше не ложились, а в четыре глаза следили за входом в пещеру, вздрагивая от каждого шороха. Юнджи достал свой топорик, а Сону палку по типу биты, которую они принесли ещё с прошлой локации. Всё же это было какое-никакое, но оружие.

Вскоре начало светать, и лес перестал выглядеть столь мрачно. Когда из-за туч ненадолго выглянуло заспанное солнце, наш костёр окончательно прогорел, и нужно было принимать решение: либо снова запастись дровами, а заодно поискать что-то съестное и окопаться в пещере, либо немедленно двинуться в путь, пока опять не стемнело. Отчего-то нам всем казалось, что днём лес более безопасен. Хотя бы потому, что видно на более далёкие расстояния и застать нас врасплох сложнее.

Ко второму варианту склоняло то, что имеющейся в нашем распоряжении воды было не так много, и назрела необходимость пополнить её запасы.

— Надо идти, — проговорила Зарина.

— Под-дэрживаю, — высказался Сону.

Мы с Юнджи молчали. Увиденное ночью вообще не вдохновляло на то, чтобы высовывать из пещеры нос, но и остаться вроде как неразумно.

«Двигайся!»

Полученное в самом начале послание стало девизом, которого следовало придерживаться. Поэтому, прикинув все «за» и «против», я нехотя проголосовала за то, чтобы покинуть убежище.

Оглядываясь по сторонам и стараясь не шуметь, мы вышли наружу. Лес был свеж и умиротворён, но теперь не так безобиден, как это казалось раньше. Особенно после того, как наш путь пересекли огромные следы.

— Это волчьи? — почему-то шепотом спросила Зарина. — Это был он? Там, в ночи.

— У него была шерсть, но это был не волк, — произнесла я.

К этому моменту я успела многократно перемотать в своей голове то, что смогла разглядеть, и пришла к выводу, что существо двигалось немного странно, словно опираясь только на задние лапы. Я не стала озвучивать вслух свою догадку, а предложила убраться отсюда как можно скорее. Кто знает, может, к ночи мы успеем попасть на новую локацию, а там этих тварей уже не будет.

Подгоняемые страхом, мы ускорили шаг. Каждый из нас был начеку. Сону продолжал держать в руках увесистый сук, а Юнджи — топорик. Оглядываясь по сторонам и стараясь держаться горного хребта, мы поспешили покинуть приютившее нас место.

Вдоль горной гряды двигались достаточно долго, но вот лес начал меняться, стал реже, а перед нами вдруг вырос небольшой водопад с прозрачной водой. Поток стекал почти по отвесной скале и только в самом низу образовывал небольшое озерцо.

Мы восполнили запасы воды и вдоволь напились, а затем приняли решение двинуться вниз по течению весёлого и шумного ручейка, берущего начало от углубления, в котором скапливалась вода.

— Он должен куда-то впадать, — заявила Зарина.

Её предположения оказались верны, и совсем скоро, о всём своём великолепии, перед нами раскинулось огромное озеро. Подходя поближе, мы нечаянно вспугнули стаю уток и проводили их голодными взглядами.

— Сейчас бы жареного мяса, — мечтательно закатила глаза Зарина и внезапно добавила: — Мяса нам пока не видать, но рыбу-то мы сможем поймать!

— Чтобы поймать рыбу, нужна удочка или сэ-ти, — проговорил Юнджи.

— А у меня есть то, что нам необходимо! — лукаво улыбнулась Зарина и полезла к себе в сумку.

— Вот!

Она протянула пакетик, в котором лежала леска и разного размера крючки.

— Ого!

— Это мой рандомный предмет.

— А я всё думала, что тебе досталось, но спросить не решилась, — проговорила я.

Сону, увидев, что именно держит в руках Зарина, присвистнул.

— Вы рыбу ловить умеете? — спросила я у парней.

— Нэ-приходилось.

— Жаль. Давайте тогда разбираться, как этим пользоваться.

Общими усилиями мы сделали две удочки и привязали к леске крючки. За использование чужого рандомного предмета всем, кроме Зарины, добавили по единице рейтинга, что не могло не радовать. После этого, с некой долей азарта, мы перекопали пару метров песчаного берега в надежде обнаружить червей.

Червей мы нашли: хороших, жирных. Может, поэтому рыбалка удалась, и вскоре на берегу лежало пять больших рыбин. Не знаю, были это карпы или что-то на них похожее, но выглядели они вполне знакомо, и при виде ещё живого улова у каждого из нас потекли слюни.

Словно прочитав мои мысли, Сону проговорил:

— Можно сделать сашими.

— Что это такое?

— Порезанная на кусочки свэ-жая рыба.

— Бэ-э-э…

Наша с Зариной реакция была схожей.

— Давайте лучше её пожарим, — предложила я. — Не настолько мы оголодали, чтобы не потратить полчаса на приготовление.

Рыбу пришлось ждать чуть больше, но оно того стоило. Мы разожгли костёр и сели спиной к озеру и лицом к видневшемуся в отдалении лесу. Солнце стояло высоко в небе, и ночные страхи отступили, однако каждый из нас не забывал посматривать по сторонам. В отличие от густого смешанного леса, где часто попадались высокие дубы, здесь господствовали берёзы. Они росли довольно редко, и поэтому округу нам было видно на приличное расстояние. Одним словом, врасплох нас застать было невозможно. Вопрос только в том, что бы мы стали делать, если бы на нас напали?

Варианта-то всего два: либо кинуться прямо в озеро и постараться отплыть на дальнее расстояние, либо принять бой.

Но вдруг эти существа умеют плавать? До противоположного берега далеко даже для опытного пловца, а я держусь на воде на одном честном слове. От страха вообще могу забыть, как надо грести. Но и защитить себя еле смогу. Из оружия у меня только нож, которым я только что потрошила рыбу, и по другому назначению пользоваться им я не умею.

Решив, что подобными мыслями только порчу себе аппетит, и понадеявшись на нашу с Зариной совместную удачу, я сосредоточилась на приготовлении обеда. Находившаяся в наших наборах соль определённо была к месту, и приправленная ею рыба просто таяла во рту. Впервые за всё время наши желудки почувствовали настоящую сытость, а мы — отголоски счастья. Если бы не угроза, которой веяло из леса, мы бы смогли выдохнуть, но необходимо двигаться дальше. Поэтому, сполоснув после еды руки и засыпав место от костра речным песком, мы зашагали вдоль берега, надеясь уйти как можно дальше.