Когда мы обогнули холм и прошли через очередную полосу тумана, перед нами раскинулась долина, полная зелени. Здесь росли и кусты, и деревья, а в сторону горизонта виднелись поля и тонкая, широкая лента реки. Между буйством природы, словно грибы, то тут, то там, виднелись невысокие строения. А ещё здесь были люди.

С вершины холма они выглядели как муравьи и пока не воспринимались как те, с кем в ближайшее время придётся контактировать.

— Это бывшие игроки? — спросил негромко Ярослав.

Рус кивнул головой.

Он был молчалив и сосредоточен. Впрочем, как всегда. Добравшись до просёлочной дороги, он зашагал по направлению к ближайшим домам, совершенно не заботясь о том, идём мы следом за ним или нет.

Как только мы спустились с холма, наши с Ярославом браслеты пропищали, оповещая о прохождении очередной локации.

Вот она — пятая. Та, куда Рус обещал нас довести. Возложенную на себя миссию он выполнил, и теперь каждый сам по себе. Его поведение ясно давало нам с Ярославом это понять, но я всё же надеялась на то, что Рус не оставит нас прямо сейчас, и упрямо шагала следом. С другой стороны, дорога здесь была одна, и хочет он того или нет, нам пока по пути.

Двигаясь вглубь поселения, я с любопытством осматривала округу.

Домов здесь было много, и каждый был непохож на предыдущий. Одни — низкие и вытянутые, с добротной крышей и каменным фундаментом; другие — более скромных размеров, но выше за счёт надстроенной мансарды; третьи — построены по типу хижины с соломенной крышей. По пути нам встретилось и несколько крытых сеновалов, а также парочка низких, обмазанных глиной сараев. Каждое строение имело свой участок земли, огороженный забором. Те не уступали домам в разнообразии и варьировались от двух поперечных перекладин, закреплённых на невысоких столбах, до вполне приличного штакетника.

Встречавшиеся нам по пути люди занимались своими повседневными делами и в целом не обращали на нас особого внимания. Молодая женщина в платке развешивала бельё и даже не повернула головы, как и мужчина, чинивший крышу. Кто-то копался в огороде, а в отдалении была видна группа косарей. Мы молча проходили мимо и, судя по всему, двигались в сторону высокого дуба, стоявшего на перекрёстке дорог.

Под дубом сидел пожилой мужчина, куривший трубку. Он ответил кивком головы на приветствие Руса и уставился на нас своими, выгоревшими от времени, едва голубыми глазами.

Мы с Ярославом замерли в паре шагов от Руса, а тот, скинув рюкзак на низкую деревянную скамью, начал в нём копаться.

— Я принёс тебе то, что ты просил, — произнёс он.

На скамью легла связка сушеной рыбы, с десяток старых гвоздей, кусок проволоки и сложенная вчетверо байковая рубаха.

Старик выпустил в небо облако дыма и причмокнул губами, как бы давая понять, что доволен, а затем вернул свой взгляд к нам с Ярославом.

Я переступила с ноги на ногу, думая, что нам, видимо, пора поблагодарить Руса за заботу и приступить к поиску места, где бы мы с Ярославом смогли бы остановиться. В данный момент подросток молчал, и я понимала, что в нашей паре любые решения грузом ответственности лягут именно на мои плечи. Теперь я буду отвечать не только за свою жизнь, но и за благополучие Ярослава. А если отталкиваться от того, что мы с ним не весть какие бойцы, то наши шансы добраться до самого конца не так уж велики. Однако зацикливаться на этом я не буду. Более того, приложу максимум усилий, понадеявшись, в том числе, на свою интуицию и уровень удачи. Как-нибудь справимся.

Я было открыла рот, собираясь попрощаться, но Рус меня опередил.

— Где они могут разместиться? — спросил он у старика.

— Да у Глаши, где же ещё?

— Крайний сеновал свободен?

— Парочка пришлых имеется.

Рус кивнул и, закинув рюкзак за спину, бросил короткое:

— Шагайте за мной.

Мы с Ярославом переглянулись и выдохнули. Не зная об этой локации ничего, нам бы пришлось не легко. Рус это, безусловно, понимал и решил нас пристроить хотя бы на ночёвку. И на этом спасибо.

Пройдя вглубь поселения, мы свернули на более узкую тропу, ведущую в сторону поля, и, пройдя пару сотен метров, остановились перед возведённым, немного поодаль от остального жилья, навесом.

Под покатой крышей имелся утоптанный земляной пол и несколько деревянных скамеек, стоящих вдоль деревянных столов. У дальней стены виднелось что-то вроде умывальника и куска старой, выцветшей ткани, отгораживающей часть пространства. Судя по тому, что рядом стояла невысокая кадка и пара вёдер, здесь можно было переодеться, помыться и постирать вещи. Это было не полноценное жилище, так как две стены отсутствовали, но оставшиеся, сходившиеся под прямым углом, давали какое-никакое укрытие, как и весь навес в целом.

Что касалось спальных мест, они располагались под самой крышей, куда вела корявая деревянная лестница. Оттуда приятно пахло свежескошенной травой, а вот от стоящего шагах в двадцати туалета веяло не так приятно.

Прежде чем мы успели что-то сказать, Рус развернулся к нам и произнёс:

— Вода в колодце у дуба, носить придётся вёдрами. Еду я вам вечером принесу. Можете пока передохнуть и освоиться. Если к вам подойдёт женщина и представится Глафирой, проявите уважение. Она опекает новичков. Навес был построен на её средства. Таких мест в долине несколько, но у Глафиры тише и спокойнее. Удобства скромнее, но и оплата меньше.

— Оплата?

— Ходовая валюта здесь — речной жемчуг. Одна ночь — одна-две жемчужины в зависимости от качества удобств. Я заплачу за неделю, а дальше будет видно.

Рус посмотрел на нас с Ярославом и нахмурился от того, что мы притихли.

— В реке водится рыба, — произнёс он и, достав из внутреннего кармана пакет с рыболовными крючками, положил их мне в ладонь. — Здесь есть рынок. Он находится неподалёку от реки. Там можно найти как свежие продукты, так и полезную мелочёвку. Там же можно узнать последние события и наняться к кому-то на работу. Меньше чем за пять жемчужин в день не соглашайтесь.

Мы с Ярославом переглянулись. Неужели Рус клонит к тому, что нам придётся здесь задержаться?

— Вы сможете продать не только вещи или пойманную в реке рыбу, но и свои бонусы, — продолжил выдавать нам информацию Рус. — У тебя остался один, — ткнул он в меня пальцем, — а у Ярослава два. Распорядитесь ими с умом. За бонус можно получить сто пятьдесят жемчужин. Для того чтобы передать бонус другому, нужно открыть соответствующий раздел. При нажатии на надпись появиться вопрос: Воспользоваться или нет? Проигнорируйте его и жмите, пока браслет не предложит обменять. При обмене указывайте серийный номер игрока. Он виден, если нажать на имя. Понятно?

Мы с Ярославом кивнули.

— Понятно.

Рус посмотрел мне в глаза.

— Эта лучшая из всех локаций. Здесь не бывает слишком холодно, а солнечных дней достаточно для выращивания урожая. Семена или рассаду можно приобрести на рынке. В реке водится рыба, ближе к холмам — дикая земляника и луговые грибы. Охотиться можно на кабанов или перепёлок, но главное — ты сам решаешь, как тебе жить и что делать.

— А что находится на шестой локации? — спросил Ярослав. — Там тоже живут люди?

— Тоже.

То, каким это было сказано тоном мне не понравилось.

— Там сложнее?

— Там больше удобств, больше развлечений, но если ты никто и звать тебя никак, то ты — бесправная скотина. С тобой может произойти всё что угодно, и ни один за тебя не заступится. Раз в квартал там проводят лотерею и если тебе не повезло, то ты лишишься всего нажитого, а сам отправишься обратно на луга в чём мать родила. Всю твою одежду, за исключением нижнего белья, у тебя отнимут, как и рандомные предметы. Жемчужины и деньги тоже отберут.

Ярослав вскинул голову.

— Деньги? Здесь есть деньги? — спросил он.

— В лугах только жемчуг, в городе за рекой чеканят монеты. Одна монета равна десяти жемчужинам.

— Значит следующая локация — это город.

— Что-то типа того.

— А что за ним?

— Горы.

— А переход на следующую локацию?

— Он находится в башне. Она не пропустит тебя без рейтинга ниже шестидесяти пяти.

— А после башни?

— Ступени ведут вниз. Под землёй будет грот. Там что-то вроде перевалочной станции, как в метро. Вдоль стен стоят сорок капсул для сна, есть автоматы с одеждой и едой, и место для отдыха. Всё бесплатно.

— Автоматы?

Я в недоумении посмотрела на Руса.

— Тебя что-то смущает?

— Как-то неожиданно.

Я потёрла переносицу рукой и, смахнув выбившуюся из хвоста прядь, задала очередной вопрос.

— Где конец пути?

— Выход из грота либо обратно наверх в башню, либо через тоннель к нулевой. Если доберётесь до грота, постарайтесь не потерять ни единицы рейтинга, иначе туман в тоннеле вас не пропустит.

— А что потом? Когда поезд нас заберёт?

Рус усмехнулся.

— Вас обещали обеспечить бесплатным жильём в единственном городе Земли.

— А на самом деле?

— Ты действительно хочешь знать?

— Хочу.

Я упрямо вздёрнула подбородок.

— В городе проживает один человек, который знает о реальном мире всё. Вопросы нужно задавать ему, а не мне.

— Тогда я не стану здесь задерживаться, а отправлюсь сразу в город, — проговорила я.

Рус усмехнулся.

— Какой у тебя сейчас рейтинг? Двенадцать? Туман не пропустит с рейтингом ниже сорока пяти.

Я сникла.

— Приноровитесь к жизни тут, поднимите рейтинг и тогда вернёмся к этому разговору.

Внезапно Ярослав задал вопрос, который меня волновал не меньше, чем другие:

— Дядя Рус, а сами вы куда пойдёте?

— У меня есть парочка незаконченных дел. Пару недель я пробуду на лугах, затем отправлюсь в город. Сейчас я уйду, но загляну ближе к вечеру.

— А ночевать вы с нами будете?

Ярослав никак не хотел принять то, что Рус намеревается отпустить нас в свободное плаванье.

— Спать я буду в своей хижине. Она слишком мала, чтобы вместить троих.

Намёк понят. Навязываться более не стоит. Я развернулась к Ярославу и попыталась его приободрить.

— Не переживай, с нами всё будет в порядке.

Рус шагнул к подростку и положил ему на плечо руку.

— Среди вас двоих мужчина — это ты. Никогда не забывай об этом. А ты, мелкая, — повернулся Рус ко мне, — будь всегда начеку. И хорошенько подумай, прежде чем решать двигаться дальше.

Он помедлил секунду и, махнув на прощание рукой, неторопливо зашагал прочь.

— Я не мелкая, — негромко пробормотала я.

Сейчас обидно за мелкую не было. Было обидно оставаться одним. Но нельзя показывать Ярославу, насколько меня расстроил уход Руса.

— И так! — проговорила я бодро. — Давай обживаться! Первым делом предлагаю сходить за водой и освежиться. Можно сходить к реке и попробовать поудить рыбу. Если поймаем много, то сможем продать на рынке. Если здесь есть местная валюта, то нам просто необходимо обзавестись ею.

Ярослав, продолжавший смотреть в сторону дороги, вздохнул.

— Хорошо. Как ты скажешь, так и сделаем, — пробормотал он.

Вещи свои мы, понятное дело, оставлять без присмотра не собирались и, подхватив вёдра, как были, так и отправились к колодцу.

Старик на лавочке уже не сидел. Вместо него мы увидели ребёнка лет пяти отчего я страшно удивилась. Откуда он здесь?

Это был мальчик, и он играл с самодельными кубиками. Одна нога у него была перевязана тряпками, из-под которых виднелся кусок дощечки. Когда мы подошли ближе, малыш поднял на меня уставшие, обведённые тёмными кругами глаза.

— Привет, — поздоровалась я.

— Здравствуйте.

— Ты кто?

— Я Игнат. А вы новенькие?

Я кивнула головой.

— Меня зовут Лекса, а это Ярослав.

Последний присутствию ребёнка не удивился, а сразу направился к колодцу. Я же осталась стоять у скамьи.

— А почему ты один? Где твоя мама?

— Она ушла к реке стирать бельё, а меня тут оставила.

— Одного?

— Все меня знают и никто не обижает, — проговорил малыш.

По моему мнению, он был умненьким, но слишком худым и измождённым.

— А как ты здесь оказался? — продолжила я расспросы.

Ответ оказался слишком очевидным.

— Родился.

Ну, конечно. Откуда ещё появляются дети? Всё логично. Судя со слов Руса, нашлись те, кто не захотел выходить из игры. И если здесь самая комфортная локация, то в лугах они и остановились. Получается, кто-то смог организовать для себя полноценную жизнь.

— А другие дети здесь есть?

— Нет. Я один.

Ну, или произошёл сбой матрицы. Представляю, как этому ребёнку одиноко. Да ещё травма приключилась.

— Что у тебя с ножкой?

— Сломал. Мне её лечили, но она отчего-то не заживает.

Я отважилась погладить его по лохматой макушке.

— У тебя конфета есть? — спросил он с надеждой.

— К сожалению, нет.

Игнат как-то по-взрослому вздохнул.

— Жалко.

Держа два полных ведра воды к нам вернулся Ярослав. Он более внимательно взглянул на нахохлившегося малыша.

— Бедняга.

Поставив вёдра на землю он полез рукой в карман и, к моему удивлению, достал оттуда начатую пачку жвачки.

— Тебе такое можно?

— А что это?

— Жвачка. Она сладкая. Её надо жевать, но глотать нельзя. Если проглотишь, будет болеть живот.

Ярослав протянул упаковку.

— Давай ладонь.

Игнат вытянул свою, слегка чумазую руку.

— Держи одну. Вторую дам, когда нога заживет. Постарайся побыстрее выздороветь.

Игнат понюхал предложенную сладость и важно махнул головой.

— Всего хорошего тебе, Игнат, — произнесла я. — Может быть, мы ещё увидимся.

— И вам хорошего.

Он был таким забавным в своей серьёзности. Я покачала головой. Ему не место здесь.

Ярослав тем временем снова ухватился за вёдра и на все мои протесты упрямо тащил оба.

— Рус сказал, что я мужчина, — заявил он.

Увидев решимость в его взгляде, я не стала спорить, и мы медленно двинулись к месту стоянки.

— Интересно, а со скольки лет могут отправить в игру? — спросила я вслух.

— Мне дядя Рус говорил, что с семнадцати лет. Мне исполнилось, и я попал.

Мы оба замолчали, обдумывая всё происходящее.

Когда до навеса оставалось шагов пятьдесят, нам внезапно преградила путь пара альбиносов.

— Привет, — поздоровалась я.

Мне не ответили, но окинули пронзительным взглядом голубых глаз.

— Вы же были с нами со станции! — встрепенулся Ярослав. — Как хорошо, что тоже дошли!

В воцарившейся тишине было слышно стрекотание кузнечиков.

— Вёдра освободите, — произнёс парень.

Его девушка оглядела меня с головы до ног, не скрывая своего презрения. Я вспыхнула, но сдержалась. Тронув Ярослава за плечо, произнесла:

— Давай перельём воду в кадку, умоемся и наполним фляжки, а вещи постираем у реки. Пока не стемнело, стоит исследовать ближайшую округу. Заодно посмотреть, где у них тут рынок.

Альбиносы пропустили нас под навес, но теперь оставаться вообще не хотелось. Такое явное недоброжелательное отношение до добра не доведёт. Мне не нравится, когда на меня смотрят как на червяка. Что в них такого, что они ведут себя как пуп земли? Мы так же справились с испытаниями, как и они. А если нет желания общаться, просто отойди в сторону. Тебя же никто не заставляет нам кланяться.

Ещё мне не понравилось, как в их присутствии затих Ярослав. От его обычной жизнерадостности не осталось и следа. Судя по всему, его в прошлой жизни булили и он этого не забыл.

— Давай выпьем чаю, — предложила я ему, чтобы отвлечь его от мыслей, в которые он начал погружаться.

Неподалёку от навеса мы обнаружили несколько мест, где разжигали костёр. Они были обложены камнями, а рядом с одним из них лежало большое и удобное бревно. Конечно же, наши соседи облюбовали его первыми, а нам пришлось довольствоваться более скромными условиями.

Походив по округе, мы собрали немного хвороста, а вот за настоящими поленьями пришлось прогуляться до ближайшей рощи. Наломав пару крупных веток и захватив кусок старого пня, мы вернулись и разожгли костёр. Наши соседи уже вовсю ели жареное мясо, тогда как нам с Ярославом пришлось, глотая слюни, довольствоваться пустым кипятком, горстью оставшихся у меня орехов и семенами подорожника, которые я обнаружила по пути.

Завтра обязательно поищу грибов и душистую траву для чая. Стирку у реки, видимо, тоже придется отложить, так как солнце пошло на закат, и я побоялась отлучаться от нашего временного жилья, боясь упустить приход Руса. Помня о том, что он обещал нас накормить, я старалась не реагировать на провокации от сидящей неподалеку парочки. Видя, что мы с Ярославом гоняем по сути пустой кипяток, они не предложили нам ни крошки. Более того, словно назло, если своё мясо слишком медленно, и с явным намерением подразнить.

Ну ничего. Это тоже своего рода испытание. Мы с Ярославом потерпим, и с этого момента я постараюсь сделать всё, чтобы мы с ним не голодали, а на сегодня сил уже не осталось. Это был непростой день. Один подъем в гору чего стоил. Наверняка мои уровни силы и ловкости прокачались, но проверять сейчас не буду. Мне бы переварить полученную за день информацию да дать отдых натруженным ногам. Дождусь Руса, а затем лягу спать. С меня на сегодня достаточно.