Я с недоумением смотрела на сплетённый из веток потолок, из которого торчала сухая трава. Воспоминания о том, как прошёл остаток вчерашнего вечера, вернулись не сразу. Спросонья я даже не поняла, где нахожусь, и только потом вскинулась. Меня спасли! Я живая!

Поднявшись, поняла, что сижу на куче мягкого мха, уложенного по типу подстилки. Под головой рюкзак, а вместо одеяла — куртка. Услышав тихое сопение где-то слева, повернула голову и увидела Ярослава, который мирно спал, подложив под свою щёку сложенные вместе ладошки. Прямо как ребёнок. Но он и был, по сути, ребёнком. Кто додумался отправить в игру молодого, семнадцатилетнего мальчишку? Как он мог в одиночку противостоять опасностям?

А я могу? Я ведь тоже не боец. Вчера вообще чуть не утонула. И если бы не мой новый знакомый, то в этой игре, так сильно похожей на жизнь, мой путь бы и закончился. И это суровая правда. Лишь благодаря своей интуиции и хоть какому-то уровню удачи я ещё жива. Даже появление Руса можно считать везением, в том числе и по отношению к текущему моменту. Ещё не известно, что находится на новой локации по ту сторону тумана, а здесь тихо, спокойно и относительно безопасно.

Кстати, вчера я впервые заметила, что на болоте нет комаров. Трясина хлюпала, лягушки вторили друг другу, а вот бьющего по нервам, настойчивого и раздражающего комариного писка не было. Представив своё, опухшее от предполагаемых укусов лицо, я передёрнула плечами. Однако не всё так плохо, как могло бы сложиться.

Поглазев немного по сторонам и не найдя внутри хижины ничего интересного, я снова посмотрела на Ярослава, умиляясь тому, как он выглядел: светлые волосы растрепались, а щёки порозовели. Предположив, как могу выглядеть сама, решила покопаться в своём рюкзаке в поисках зеркальца.

Н-да… Нахождение в этом мире не придало мне красоты. Щёки и нос загорели и начали шелушиться, губы обветрились, а волосы засалились и висели унылыми прядями. Я повздыхала немного, убрала их в хвост, потом нанесла на губы бесцветный бальзам и спрятала зеркальце обратно. Внезапно подумалось, что с момента пробуждения в поезде я впервые по настоящему озадачилась свой внешностью. До сегодняшнего дня одежду приходилось менять из расчёта гигиены и по погоде, а остальное перекрывали такие чувства как растерянность, страх и разного рода переживания. Сегодня же мне отчего-то захотелось выглядеть достойно. Неожиданно появилась потребность увидеть во взгляде по сути незнакомого мне мужчины толику уважения и возможно даже интереса. Однако о каком интересе может идти речь, когда я выгляжу как последняя замухрыжка?

По тому, как Рус держался, было понятно, что он повидал на своём веку немало и, наверняка, среди тех, кого закинули в эту игру, нашлись такие, кто удостоился его внимания. В мою же сторону он даже не смотрел и вёл себя так, словно одолжение делал. Даже к Ярославу обращался более приветливо. Это задевало. Ну чем я хуже? Почему, такие как Антон, могут пройти мимо, презрительно поджав губы? А такие, как Рус, чувствовать себя сплошным недоразумением. Я тоже хочу в свою сторону уважения.

Понимая, что не одними желаниями дела делаются, я вздохнула и решила вернуться к этому вопросу позже.

Чувствуя необходимость расправить затёкшее тело, я потянулась и легкомысленно зевнула. И надо же было такому случиться, что в этот момент в хижину заглянул не кто иной, как Рус.

Он окинул равнодушным взглядом полоску кожи под задравшейся футболкой, и я поспешно оправилась.

— Встала?

Это был не вопрос, а констатация факта. От хриплого голоса по прежнему веяло безразличием.

— Пошли.

А вот и приказ.

Я не стала спорить и поднялась, слегка пригнув голову. Высота хижины была чуть выше моего роста и, сообразив, что о потолок мне не стукнуться, я выпрямилась. По мне снова скользнули равнодушным взглядом, после чего Рус удалился, а я, почувствовав позывы природы, нахмурилась. Необходимость питаться и справлять нужду меня прямо убивала. Ну не должно быть в игре подобного! В игре герои имеют по несколько запасов жизни и бесстрашно кидаются в пучину событий, пытаясь одолеть всех врагов и собрать как можно больше артефактов. Ну и уровни своего героя прокачать.

Я же, чувствуя тщедушность своего тела, могу прокачать только уровень отчаяния, которое время от времени на меня накатывало.

— Вот кто это всё придумал?

Потоптавшись у выхода, я выглянула наружу. Пропитывая воздух сыростью, над водой плыла серая дымка. Однако холодноватенько.

Поёжившись, я накинула на себя куртку и приблизилась к догорающему костру. На меня тут же повеяло умопомрачительным ароматом ухи.

— Садись.

Я не стала спорить и приткнула свою пятую точку на корявое бревно. Именно на этом месте я вчера с большим энтузиазмом съела чуть больше десятка крупных раков. Теперь мне сунули в руку старую, погнутую в паре мест, алюминиевую миску.

— Ешь!

Мой спутник, однако, не отличался особой разговорчивостью.

— Мне бы…

Я замялась.

— Что?

— В туалет сходить.

Рус подкинул в костёр полено и проворчал:

— Отхожая яма за хижиной.

Представив звуки, которые по любому будут слышны, я покраснела, но деваться было некуда, и мне пришлось побороть своё смущение. Постаравшись как можно тише сделать свои дела, я подошла к воде, вымыла руки, затем ополоснула лицо и только тогда вернулась к костру.

Завтракали мы молча. Во мне бурлила масса самых разных вопросов, но, поймав на себе довольно мрачный взгляд, задать их я так и не решилась. Пришлось перебороть своё здоровое любопытство и сосредоточиться на еде.

Когда содержимое миски опустело, Рус достал из-за пазухи пакет, взял от туда щепотку сухих листьев и кинул их в мою кружку.

— Это чай, — соизволил он пояснить.

Я кивнула. Подождала пока чай заварится, и отхлебнула, наслаждаясь моментом.

Из хижины, зевая, вышел заспанный Ярослав.

— Вы уже завтракаете? А я такой соня. Меня из пушки можно будить, но я всё равно ничего не услышу.

От его светлой улыбки на душе потеплело.

— Я умоюсь и приду.

Ярослав махнул рукой и скрылся за хижиной. Рус же по-прежнему не обращал на происходящее никакого внимания. Он меланхолично цедил свой чай и смотрел куда-то в сторону, а чуть позже поднялся и ушёл к привязанной у берега лодке. У костра остались только мы с Ярославом.

— Расскажи, как ты сюда попал. Где встретил Руса и кто он такой? — попросила я.

Ярослав, с увлечением зачерпывающий из небольшого походного котелка свою порцию ухи, стал описывать то, что происходило после моего ухода со станции. Время от времени мы бросали взгляд в сторону Руса, но тому по-прежнему не было до нас никакого дела. Он чинил что-то похожее на сеть, а затем и вовсе удалился на другой конец острова.

— Раколовку ставит, — прокомментировал Ярослав, заметив, как я провожаю глазами широкую спину.

Я кивнула и сосредоточилась на том, что интересовало меня больше всего. Ярослав же вошёл во вкус и очень достоверно изобразил несколько знакомых нам обоим персонажей.

— Прибежала белобрысая и давай возмущаться! Её, говорит, нет в туалете! Куда подевалась, непонятно. И тут начался кипиш. Женщины перепугались, но потом пришли парни и заявили, что ты ушла через окно. Я ещё тогда подумал, что ты отчаянная.

В голосе Ярослава послышалось восхищение, а я вздохнула. Бестолковая, а не отчаянная. Мало ли что могло ожидать меня в темноте? Теперь-то я понимаю, какую совершила глупость, ведь всё могло произойти совсем иначе. На станции меня бы только лишили ножа, а снаружи могла и с жизнью расстаться. Не было никаких гарантий, что я не стану чьей-то добычей. Теперь то я знаю, что двигаться в одиночку опасно, и мне повезло, что я отделалась лишь парочкой испугов и одним укусом змеи.

— Кстати, Антон теперь на тебя зуб точит, — проговорил Ярослав.

А то я не знаю. Прямо в самом начале нажила себе дополнительную проблему.

— А ты-то как выбрался со станции?

— Меня под своё крыло взяли женщины.

— Где они сейчас?

— В домах погибли.

Я вздрогнула. Неужели только у меня одной эти тёмные особняки с первой минуты вызвали чувство опасности?

Не обратив внимания на то, как я передёрнула плечами, Ярослав продолжил свой рассказ.

— Меня оставили сторожить вещи, а сами рискнули попытать счастье. Вера и Марина. Одна чуть постарше, вторая твоего возраста. Ушли и не вернулись. Я ждал, ждал, а потом спрятал их пакеты и пробрался поближе к деревне. Видел компанию Антона и то, как они грабят дом. А потом, как верёвка, державшая дверь, оборвалась, и та захлопнулась. Слышал, как кого-то убивают. Это было страшно. Я закрыл глаза и очень долго лежал в траве, пока в округе не воцарилась тишина. Судя по тому, что мои спутницы не вернулись, они погибли так же. Я ждал их ещё одни сутки, а потом, когда увидел уходящих в туман игроков, рискнул сделать то же самое. К тому моменту я совсем оголодал и понимал, что оставаться никак нельзя. Позади снег и холод, а в деревне бесконечная ночь и отсутствие еды. Поэтому я забрал из вещей Веры и Марины то, что мне показалось полезным, и ушёл.

Значит, он проходил через туман один.

— Ты видел тварей с жёлтыми глазами? — прервала я, не удержавшись.

— Видел.

— Где? Когда? И как ты спасся? — засыпала я вопросами.

— Вынырнув из тумана, я попал прямо в лес и даже обрадовался этому, но сразу пойти в чащу не рискнул, а двинулся вдоль самого края. Дошёл до препятствия в виде скал, там же и остался на ночь. Разжёг костёр и до сих пор этому рад, потому что именно на его свет пришёл дядя Рус и забрал меня.

— Забрал?

Я кинула взгляд на приютившего нас на своём острове мужчину, который по-прежнему возился у воды.

— Он появился из чащи и потребовал немедленно потушить огонь. А затем, ничего не объясняя, приказал забраться на дерево. У него была верёвка, и он помог мне подняться повыше. Там росло несколько дубов, на одном из них имелась что-то вроде площадки между трёх ветвей. Снизу не видно, только если забраться наверх. Дядя Рус приказал сидеть в этом гнезде тихо, как мышь, и не издавать ни звука. А потом пришли они. Большие и страшные. Рыскали по земле, принюхивались, переговаривались.

— Переговаривались?

— На своём странном языке. Вроде человеческий, а вроде и нет. То шипят, то рычат.

— Кто они вообще такие?

— Дядя Рус сказал, что они оборотни. Не такие, как в сказках, то есть не оборачиваются в полнолуние, но всё же трансформация с ними происходит. Что-то по типу зверолюдей. Когда они сыты, то предпочитают спать в своих норах в глубине леса. Главное в этот момент их не трогать: обходить стороной и не привлекать внимание. А вот если они голодны, тогда — берегись. Дядя Рус рассказывал, что слух у них в момент охоты становится острее, а ещё удлиняются клыки. Они собираются по трое или четверо и ищут добычу. Им всё равно, зверь это или человек. Мясо едят сырым и не делают припасов.

— Вот значит как, — задумчиво проговорила я. — А что ещё про них известно?

— Не любят открытый солнечный свет и выходить из леса. В дождливую погоду их тоже не увидишь. От непогоды они, как и мы, прячутся.

Я задумалась. Значит, с дождём нам тогда удивительным образом повезло.

— Ещё они боятся огня, — добавил Ярослав.

Я тут же вспомнила про костёр в пещере. Теперь ясно, отчего место под него оказалось у самого входа. Кто-то знал о неприязни зверолюдей к огню. Получается, нас тогда спас не только дождь.

— А кто такой Рус? — решилась я на свой самый главный вопрос. — Его же не было с нами на станции.

— Не было, — кивнул головой Ярослав. — Но он не местный.

— А кто же тогда?

— Дядя Рус, такой же игрок, как и мы. Только из прошлого состава.

Я замерла. Как такое может быть?

— Из какого именно?

— Он не сказал, но дал понять, что знает этот мир, как свои пять пальцев. И у него есть тайные убежища. Такие, как этот остров.

Я оглянулась на стоявшую позади нас хижину. То, что говорил Ярослав, было логично.

— Но почему он не вернулся? Ты видел его браслет?

— Видел.

— И?

— Он зелёный.

— Значит, может. Тогда почему всё ещё здесь?

Мы посмотрели на сидящего у воды мужчину. Мрачный, отстранённый, одинокий. Теперь понятно почему. Если бы я застряла здесь надолго, ещё неизвестно, как бы себя вела.

— Он провёл меня через лес до озера, а потом на болото. Сказал, что нужно переждать. Чего именно — непонятно, но здесь безопасно. Все эти дни он кормил меня ухой и раками. Ещё давал сухари и научил пользоваться раколовкой. Мы привезли из леса запас дров. А позавчера он взял лодку и куда-то уплыл. Вернулся уже без лодки, злой и мрачный. Я не решился спросить, что случилось.

Зная про лодку всё, я промолчала. Яснее ясного, отчего Рус злился. Я бы тоже не лучилась восторгом от подобной потери. Вернее, кражи.

— Потом он снова ушёл. Велел наловить раков и ушёл. А вернулся уже с тобой и на лодке.

Ярослав с любопытством посмотрел в мою сторону. Он явно ждал пояснений, но мне не хотелось рассказывать ему о своём неблаговидном поступке.

— Он же проводит нас на следующую локацию? — спросила я.

— Должен. Он мне сказал, что там относительно безопасно.

— Относительно?

Интересно, это на сколько?

Я вздрогнула, когда услышала рядом с собой хриплый голос.

— Наговорились?

И как он так неслышно подошёл?

— Посуду, я за вас мыть буду?

Дважды просить нас не пришлось. Мы подорвались, похватали миски, ложки, котелок и ринулись к воде.

— Ты не думай, он не злой, — запыхтел Ярослав, оттирая от остатков еды котелок.

Пучки сухой травы были нам в помощь, и дело пошло на лад.

— Эх, сейчас бы мыла кусок! — проговорила я, вспомнив, в каком виде находится моя запасная одежда и что переодеваться мне по факту больше не во что.

— А мыло есть, — деловито заявил Ярослав. — Я сейчас!

Он ринулся в сторону хижины, а вернулся уже с приятно пахнущим бруском.

— Откуда?

— Это рандомный предмет Марины.

Я вспомнила про двух, сопровождавшие Ярослава спутниц и кивнула. Такова жизнь. Кого-то уже нет, а остальные продолжают двигаться вперёд. И не важно, игра это или реальность. У живых свои потребности. В данный момент я собиралась устроить грандиозную стирку.

Когда постиранная на совесть одежда была разложена для просушки прямо на крыше хижины, мы с Ярославом продолжили своё знакомство.

— Какой у тебя социальный рейтинг? — спросил он.

— Девятка. А у тебя?

— У меня десять. Четыре единицы за вхождение в контакт. Кстати, дядю Руса тоже засчитали. И за тебя вчера добавили.

Вот я тупица! Постоянно забываю контролировать информацию. Мне ведь тоже должны засчитать. Ярослава как минимум.

Игнорируя приветственное сообщение, я открыла настройки браслета и выбрала раздел «Состояние».

ЭНЕРГИЯ — 88 %

ЗДОРОВЬЕ — 78 %

СИЛА — 23 %

ЛОВКОСТЬ — 54 %

СОЦИАЛЬНЫЙ РЕЙТИНГ — 10

Исходные данные:

ИНТУИЦИЯ — 60 %

УДАЧА — 25 %

Гляди-ка, у меня сила на единицу подросла. А вот две единицы к рейтингу за вхождение в контакт с новыми игроками. Но откуда ещё одна?

Я ткнула на социальный рейтинг и увидела крайнюю надпись:

Использование чужого рандомного предмета — 1

И тут я вспомнила про мыло. Всё верно.

Вот когда я научусь не пропускать оповещения?

С другой стороны, звук у браслета негромкий, а запястье, на котором он прикреплен, почти всё время укрыто рукавом куртки. В любом случае надо как-то по серьёзнее отнестись к этому вопросу. Жаль, нельзя прикрепить браслет поверх одежды. А может, оно и к лучшему. Меньше привлекаю внимания.

— Покажешь мне свои? — спросила я у Ярослава.

Он повернул ко мне браслет.

ЭНЕРГИЯ — 97 %

ЗДОРОВЬЕ — 93 %

СИЛА — 18 %

ЛОВКОСТЬ — 64 %

СОЦИАЛЬНЫЙ РЕЙТИНГ — 11

Исходные данные:

ИНТУИЦИЯ — 9 %

УДАЧА — 47 %

Ого! Вот это уровень удачи! Мой даже рядом не стоял.

— Ты же возьмёшь меня с собой? — спросил Ярослав с надеждой.

Ну как ему отказать? Наверное и браслет решил показать, пользуясь своим единственным козырем. Но я и без этого была не против. Уверена, что нам вдвоем будет комфортно.

— Возьму.

Широкая улыбка лучше всяких слов дала понять, на сколько Ярослав счастлив.