«Двигайся!»

Я вздрогнула и распахнула глаза. Передо мной по-прежнему болото, а я всё ещё на той самой кочке, в двух шагах от которой случилась трагедия. Помнится, я долго плакала, а когда стемнело, свернулась калачиком рядом с сухим старым пнём и затихла.

Сколько так пролежала, не знаю. Возможно, моя нервная система и вторые сутки без сна сделали своё дело, и я задремала. Как ни странно, это полуобморочное состояние, на грани сна и яви, придало мне сил, хотя длительное нахождение в промокшей одежде не могло не аукнуться. Однако мысль о том, что необходимо переодеться в сухое, даже не пришла мне в голову. Я до сих пор до конца не осознавала того, что именно произошло. Только что рядом звенел бодрый голос Зарины и мелькали симпатичные лица Сону и Юнджи, а теперь я одна на богом забытом болоте. Испуганная, растерянная, продрогшая до костей и уставшая.

Тем временем болото жило своей жизнью: воздух был пропитан сыростью и чем-то затхлым, невдалеке слышалось негромкое чавканье, бульканье и шуршание. Я постоянно вздрагивала и жалась спиной к пню.

В пустом желудке громко заурчало, и я вспомнила, что в рюкзаке остался пучок сухой травы для чая и небольшая горсть орехов. Это была часть от моей доли, которую я приберегла ещё с нашего отдыха в пещере. Отчаянно захотелось хлебнуть кипятка, но, подумав о костре, я с горечью осознала, что не смогу его организовать. Жечь здесь было нечего, если только пустить в расход старый пень, но сколько гореть тому пню? Он почти рассыпался в труху и едва держится на трёх корявых корнях. А если попробовать их выкорчевать?

Я заставила себя пошевелиться и встать на колени. Затем достала нож и начала ковырять податливую землю: медленно и методично, словно робот. На моё счастье, почва оказалась рыхлой, и дело пошло на лад. Подобные действия помогли разогнать кровь в застывших мышцах. С мозга начала сходить пелена, и я начала задавать себе вопросы.

Хочу ли я погибнуть? Вариантов на этот счёт имеется два: нырнуть в болото, оборвав свой бесславный путь раз и навсегда, или вернуться в лес прямо в лапы зверолюдей. И то, и другое — страшно. Поэтому я без колебаний отмела подобные мысли. Лучше я выберу единственный оставшийся для меня путь — попытаться выжить.

С этим определились. Идём дальше. Что для этого нужно сделать?

Ответ нашёлся сам собой: важно восстановить силы и поберечь здоровье, а для этого необходимо согреться и перекусить. Решив попытаться разжечь костёр, я выбрала правильный путь.

Приободрив себя таким образом, я продолжила выкапывать из земли пень, корни которого оказались довольно мощными. В браслет заглядывать не было никакого желания. Ничего нового он мне не скажет. Не хочу знать об уровне своего здоровья, а хочу выбраться из этой передряги. Хочу пройти все уровни и вернуться туда, откуда нас доставили, а затем задать вопросы тем, кто это всё устроил.

Зачем? Зачем и кому это всё нужно?

Внезапно в моей голове мелькнула мысль, от которой я замерла. А если я смогу найти Зарину вне игры? Да, нам упомянули о некой колыбели, в которой мы умрём, как только погибнем здесь, но если это не так? Если есть шанс что-то изменить?

Я посмотрела на свою руку, державшую нож.

«А если я смогу? Смогу выйти из игры. Что тогда? Где меня разбудят? Куда отвозит поезд? Может мне стоит вернуться обратно на станцию?»

Но на станции зима. Свет и отопление отключены. Ни тепла, ни еды. Кроме стеклянного здания с туалетами, там вообще ничего нет.

Я вспомнила, как безжизненно выглядела заснеженная пустота по ту сторону железнодорожного полотна. Вряд ли что-то есть за линией горизонта. Возможно, те же самые горы, которые я видела по пути на север. А если переждать отмеренное нам время недалеко от деревушки, ночуя, как тогда, на яблоне? Древесины для дров там в достаточном количестве, и колодец с водой есть. Можно поискать птичьи гнёзда или грибы. Да и на юг мы тогда с Зариной так и не сходили. Может, и там какая-то еда обнаружится. Три месяца — это не так уж и много. Уже прошло чуть больше недели, можно вернуться и протянуть до самого срока.

Я представила, как возвращаюсь в лес. Сделать это не трудно — туман рядом. Но есть вероятность выйти из него снова в болото, только чуть дальше от этого места. Однако представим, что я не заплутаю и не промахнусь, тогда мне придётся как минимум одну ночь провести в лесу.

Память подкинула жёлтые, пронзительные глаза и неуклюжие фигуры с удлинёнными мордами, а затем острые зубья капкана, переломившие Сону кости. Нет. В лес я больше не сунусь. Ну, или как минимум сначала всё обдумаю, а потом уже приму решение. Сейчас нужно сосредоточиться на насущных мелочах, и только потом позволить себе размышлять глобально. Первым делом важно согреться и перекусить. Иначе силы окончательно меня оставят, и я не смогу дать отпор даже квакающим рядом лягушкам.

Лягушки!

Я перестала копать и огляделась.

А это мысль! Они же съедобные. Говорят, что лягушачья ножка отчасти похожа на куриное мясо. Но смогу ли я для начала поймать, а затем прикончить несчастное создание? Не уверена. Лучше мне вернуться к тому, чем я сейчас занимаюсь, затем переодеться, а затем, если получится, разжечь костёр и согреть себя кипятком. Остальное — потом.

Приняв решение не метаться мыслями, а действовать последовательно, я с упорством и неким остервенением выкопала таки корни. Подумав немного, увеличила ямку, сложив туда всё, что может гореть, в том числе и труху, и пучки сухой травы. А ещё отложила в сторону пару кусков более-менее сухого мха. Это я добавлю позже, если костёр разгорится.

С четвертой спички у меня получилось осуществить свой план. Костёр медленно, но верно занялся и весело затрещал.

Видеть его было сродни встретить доброго друга. Я подоткнула под корни пучки травы, подождала, пока огонь примется лизать сухую древесину, и только тогда немного расслабилась. Первым делом достала кружку и, плеснув туда воды, поставила её сбоку от костра, предвкушая момент, когда вода закипит. Во фляжке воды было достаточно, и я не экономила. Всё же кипяток хорошо спасает от чувства голода и на некоторое время даёт ложное ощущение сытости.

Я подержала руки над костром, чувствуя, как тепло растекается по венам. Ощущение было непередаваемо. Теперь нужно сменить промокшие носки и попробовать высушить обувь. Хотя бы чуть-чуть.

Я разулась и поставила кроссовки поближе к костру. Рядом положила два носка. Сухие пока не стала надевать, боясь промочить о влажную почву. Порывшись в рюкзаке, достала свои старые джинсы и футболку. Сменив верхнюю одежду, вытащила пустой пакет, постелила его на землю, сверху кинула сложенную вчетверо куртку и, скрестив ноги, села на эту импровизированную подстилку. Промокшие штаны разложила рядом. Чуть позже уберу в рюкзак и при самом первом случае просушу. Где и когда мне таковой представится, задумываться не стала. Я вообще запретила себе долгосрочные планы. Не сейчас. Сейчас моя нервная система истощена, как и я сама в целом.

Чувствуя, что от недавнего переохлаждения у меня начинает прихватывать горло, начала копаться в рюкзаке в поисках аптечки. Всё же запасливым я оказалась человеком в той своей, прошлой жизни. Сейчас наличие рюкзака и спрятанных в его недрах предметов грело душу. Я вспомнила, что за всё время, которое я провела в игре, снимала его со спины всего пару-тройку раз. Он словно стал частью меня. Поддавшись порыву, я прижала его к груди и прошептала:

— Мы же с тобой справимся?

Возможность задать вопрос вслух подбодрила, и стиснувшие сердце тиски начали понемногу отпускать.

Внезапно я стукнула кулаком о землю. Я пройду эту чертову игру! Пройду, и найду тех, кто к ней причастен, а затем потребую вернуть Зарину! Она стала мне как сестра, которой у меня никогда не было и которая успела за такой короткий промежуток времени оставить в моём сердце след. Именно с ней связаны самые приятные воспоминания и самые смелые планы. А ведь поначалу у меня не было ничего: ни прошлого, ни понимания, где я нахожусь и что именно происходит. Всё, что меня окружало, казалось наигранным, пластмассовым и ненастоящим. Зарина сделала этот мир более живым. С ней рядом было уютно и спокойно.

Я вспомнила, как впервые её увидела тогда, на станции, и как мы встретились во второй раз, когда она привела меня в чувство после укуса змеи. С самого начала она была настроена доброжелательно и всегда могла найти доброе слово. Само её присутствие вселило в меня уверенность, что наше путешествие по уровням пройдёт гладко. Оно бы так и вышло, если бы не её симпатия к Сону и стремление помогать всем и каждому.

И если я в какой-то момент растерялась и струсила, то она, не думая, бросилась спасать ставшего ей небезразличным человека. Нужно с уважением отнестись к её выбору. Я понимаю и принимаю его. Хотя, принимаю ли?

Я не согласна с тем, что произошло. Не согласна, и всё тут! Я протестую!

Где-то внутри меня вдруг зажёгся огонь, от которого сверкнули глаза и сжались зубы. Ну нет, просто так я этого не оставлю! Я научусь быть смелой и дойду до самого конца, каким бы он ни был! Доберусь до истоков, до правды и попытаюсь хоть что-то исправить.

— Верните мне Зарину, или я вам ещё покажу!

Я потрясла кулаком в воздухе. Подобное ребячество было мне необходимо. Видимо, только так я могла себя приободрить, потому что на самом деле мне было очень страшно. Страшно знать, что здесь, в трясине, находятся три бездыханных тела. Это моя реальность. Но если я нее перестану об этом думать, то скоро сойду с ума. Но я не доставлю такого удовольствия тем, кто это всё придумал, и найду в себе силы двигаться только вперёд! Только теперь стану на порядок осторожнее и внимательнее. А ещё начну прокачивать свои навыки. До этого момента я надеялась, что всё само собой утрясётся. Не утряслось. А значит, необходимо мимикрировать под этот мир. Попробовать стать сильнее. И больше ни к кому не привязываться. Терять друзей — больно. Теперь я это знаю.

В памяти мелькнули тёмные кудряшки Зарины и карие глаза Юнджи. Я шмыгнула носом и вытерла его тыльной стороной ладони. Не буду больше плакать. Пройду весь путь, а затем вытрясу душу из тех, кто нас сюда засунул.

Через пять минут я уже прихлёбывала долгожданный кипяток, кинув в кружку остатки душистой травы. Горсть орехов упала в пустой желудок, но, несмотря на мизерную порцию, мне полегчало.

Ничего! Я и лягушек стану есть. Вот только бы мне поймать хоть одну. И надо уже решать, куда и как мне двигаться. Неужели переход на другую локацию находится за болотом? И как мне его пересечь? А если ненадолго вернуться в лес? Достать себе пару длинных и крепких палок, чтобы была возможность прощупывать дно, да пройти по самому краю озера: медленно и неспеша. А ещё подобрать забытые нами удочки.

Я осмотрела унылый пейзаж. Хочу этого или не хочу, но придётся вернуться в лес. Если здесь начался новый день, то и там тоже. По-прежнему остаётся надежда, что чудища не нападают при свете солнца. Не тронули же они нас, пока мы отдыхали у озера.

Подбадривая себя подобным образом, я собрала свои немногочисленные пожитки, запихнув штаны в пакет, а пакет в рюкзак. Завязав вокруг талии куртку, я перекрестилась на удачу. Оборачиваться не стала, а решительно шагнула в туман.

Шагала не спеша, делая по одному шагу и контролируя направление.

Сперва подошвы моих кроссовок утопали в воде, и пару раз я чуть не упала, но через пару шагов почувствовала, что почва изменилась: стала более жёсткой и сухой. Это меня приободрило. На всякий случай я считала шаги. На семьдесят третьем вынырнула из белого тумана прямо в яркий солнечный день.

От неожиданности зажмурилась и закрыла глаза рукой, а затем испуганно огляделась по сторонам.

Разница между локациями была кардинальной: там сырость и серая мгла, а тут — яркий солнечный день. Бирюзовое небо виднелось между верхушек деревьев, лёгкий ветерок овевал лицо, а птицы оглушали своими трелями. Когда мы вступили в этот лес впервые, он не был настолько ярким и громким. Сейчас же просто оглушал.

Вспомнив данное себе обещание — быть предельно внимательной, я не отходила от полосы тумана, пока тщательно не оглядела лес. Частично он был мне знаком. Отыскав глазами камыши, рискнула сначала дойти до ближайшего дерева и сделать на нём насечку на уровне своего плеча. Я должна знать, где лучше в туман не входить, потому как с той стороны велика вероятность попасть прямо в трясину. А ещё хотелось запомнить место, где погибла Зарина и ребята.

Надо ли говорить, что нож, ранее лежавший в кармане штанов, теперь находился у меня в руках. По пути к озеру я подобрала подходящей длины ветку. Чуть позже придумаю, как прикрепить к ней своё единственное оружие. Идея копья пришла мне в голову ещё на болоте. Мне показалось, что это будет более действенное оружие, чем обычный перочинный нож, пусть даже и достаточно крупный.

Место, где мы решили ловить рыбу, нашлось сразу, но удочек там не обнаружилось. И это оказалось первым неприятным сюрпризом. Одно из двух: либо кто-то из тех, кто шёл следом за нами, наткнулся на них случайно, либо за нами следили.

Я ещё раз оглядела округу. Никого. Только птицы разрываются на разные голоса. В целом лес выглядел вполне безопасно. Солнце красиво подсвечивало растущую вокруг зелень, и даже не верилось, что где-то в глубине обитают опасные существа.

Я стояла в раздумьях, вдыхая в себя свежий лесной воздух, и думала о том, что при всех существующих здесь опасностях возвращаться обратно в болото мне расхотелось. Стараясь не удаляться от полосы тумана, я прошла вдоль линии камышей. Если нет удочек, то как теперь поймать рыбу?

Внезапно мне в голову пришла одна идея. А если снять с одного из кроссовок шнурок и с помощью него привязать к палке нож, то чем тебе не копьё? А имея копьё, можно попробовать поохотиться на рыбу. Мне и одной штуки на первый раз будет достаточно. Закину её в пакет, наберу дров, а потом снова пройду через туман в поисках возможного места для ночёвки. Если повезёт, то с той стороны найду кусок плотной земли и остановлюсь ненадолго. Это для начала. Дальше будет видно, что к чему.

Идея показалась мне удачной, и я начала разуваться, не забывая при этом оглядываться по сторонам. В итоге один шнурок я забрала для изготовления копья, а второй разрезала пополам и зашнуровала кроссовки обратно.

Смастерить копьё оказалось несложно. Я довольно крепко примотала ножик к древку и убедилась, что он сидит неплохо. Затем вернулась к заводи, в которой мы ставили удочки.

А потом я увидела лодку.

Сначала не поняла, что именно спрятано в камышах, а когда поняла, то распахнула от удивления глаза. Откуда она здесь? Это кто-то из игроков успел смастерить, но когда? И где они сами? Может, это ловушка?

Я постояла пару минут без движения, а затем крадущимся шагом подошла поближе. Никого. Если я прямо сейчас отплыву от берега, то меня будет не догнать. Я смогу переплыть озеро и попасть на противоположный берег. Или хотя бы проплыть рядом и рассмотреть, что на той стороне. И мне необязательно возвращаться. Озеро больше, я смогу найти для себя более подходящее место для остановки. Даже переночевать в ней смогу, не приближаясь к берегу.

Поколебавшись ещё немного, я всё же решилась на кражу. Благо, вёсла лежали на дне. Забравшись внутрь и отвязав лодку, я осторожно начала грести от берега. Ещё немного, и заводь осталась позади, а я выплыла на ровную гладь озера.

До конца не веря в то, что мне так неожиданно повезло, я продолжала двигаться вперёд. В какой-то момент мне показалось, что среди камышей случилось какое-то движение, но на фоне тёмной зелени было сложно что-то разглядеть, и сколько я ни вглядывалась, так никого и не увидела.

Сделала ли я правильно? Не аукнется ли мне мой поступок? Браслет молчал, не давая никаких знаков, а значит, я не сделала ничего, что запрещено игрой. В конце концов, тут каждый за себя. Это не просто игра. Это игра на выживание, и я обязана дойти до самого конца. Ради себя, ради Зарины и ради погибших парней.

Я прислушалась к своей интуиции. Мысли вернуться не было. Раз так, то только вперёд! Понадеявшись на лучшее, я покрепче ухватилась за вёсла.