Тяжелые двери Академии медленно закрылись за моей спиной с таким глухим звуком, будто кто-то поставил точку в предыдущей жизни. Во внутреннем дворе уже выстроилась целая колонна черных автомобилей с золотыми гербами Империи на дверях. Вокруг них плотным кольцом стояли бойцы в темной форме, а на крышах соседних корпусов я заметил силуэты с длинными винтовками Потока. Если честно, выглядело это так, словно сейчас собирались перевозить не студента, а половину государственной казны.

— Это обязательно? — спросил я, разглядывая колонну.

Командир императорской стражи даже не замедлил шаг.

— Да.

— Я просто уточняю. Вдруг можно было ограничиться одним экипажем и двумя очень оптимистичными охранниками.

— Нельзя.

— Жаль. Было бы дешевле.

Он открыл передо мной заднюю дверь центрального автомобиля. Машина оказалась неожиданно просторной, но внутри царил почти военный аскетизм. Никаких диванов, ковров или дорогой отделки. Черная кожа, металлические панели и узкие окна, больше похожие на бойницы. Возникало ощущение, что конструкторы этой машины гораздо чаще думали о взрывах, чем о комфорте пассажиров.

— Прошу.

— С такой интонацией обычно приглашают в тюрьму.

— Если бы это была тюрьма, приглашения не было бы.

Я молча сел внутрь.

Дверь закрылась с тяжелым металлическим щелчком. Через секунду остальные машины одна за другой ожили, и колонна плавно покатилась вперед. Двигатели работали почти бесшумно. Лишь легкая вибрация под ногами напоминала, что мы вообще движемся. Я посмотрел в окно и увидел, как ворота Академии медленно раздвигаются перед нами, а десятки студентов стоят по обе стороны дороги.

Все смотрели только на одну машину.

На мою.

Честно говоря, ощущения были странные. Еще вчера половина Академии с трудом вспомнила бы мою фамилию. Сегодня люди провожали меня так, словно я либо национальный герой, либо ходячая катастрофа. Самое неприятное заключалось в том, что второй вариант казался куда ближе к истине.

Колонна выехала на центральную улицу столицы.

Я невольно прилип к окну.

До этого дня Академия была практически всем моим миром. Выезды в город случались редко, да и денег на долгие прогулки никогда не хватало. Сейчас же столица раскрывалась передо мной совершенно с другой стороны. Между башнями из темного камня тянулись прозрачные мосты, по которым бесшумно двигались платформы Потока. На фасадах огромных зданий сверкали гербы Великих Домов, а над улицами медленно проплывали грузовые аэрокараваны, удерживаемые в воздухе сложными энергетическими контурами.

— Красиво, — невольно сказал я.

— Привыкнешь, — ответил командир.

— Сомневаюсь. У меня талант попадать в неприятности быстрее, чем привыкать к хорошей жизни.

Впервые за все время уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Такое чувство юмора помогает?

— Пока жив — помогает.

Он несколько секунд молчал, после чего неожиданно протянул руку.

— Виктор.

Я удивленно посмотрел на него.

— Это сейчас официальное представление?

— Думаю, нам еще долго работать вместе.

Я пожал его крепкую ладонь.

— Максим.

— Я знаю.

— Логично.

Несколько секунд в салоне снова стояла тишина.

Потом я все-таки не выдержал.

— Можно вопрос?

— Один.

— Почему меня вообще не отвезли домой? Или хотя бы обратно в общежитие?

Виктор спокойно посмотрел вперед.

— Потому что после сегодняшнего нападения ни одно из этих мест больше нельзя считать безопасным.

Я тяжело вздохнул.

— Чем дальше, тем веселее.

— Это только начало.

Я хотел пошутить в ответ, но именно в этот момент колонна неожиданно замедлилась. Впереди показался первый контрольно-пропускной пункт. Дорогу перекрывали массивные металлические ворота, возле которых уже стояли десятки вооруженных бойцов. Один из офицеров быстро подошел к нашей машине, коротко переговорил с водителем и сделал несколько знаков рукой.

Вместо того чтобы открыть ворота, он распахнул заднюю дверь автомобиля.

Я уже решил, что сейчас начнется очередная проверка.

Но в салон спокойно сел человек в темной преподавательской форме.

— Надеюсь, не помешаю.

Я удивленно поднял голову.

— Кассий?

Он доброжелательно улыбнулся, словно мы встретились не после покушения, а в университетской столовой.

— Добрый день, Максим.

— Честно говоря, уже перестаю понимать, что в нем доброго.

— Это нормально.

Он закрыл дверь, и машина снова плавно тронулась с места.

— А вы здесь каким образом оказались?

— Получил приглашение.

— От Императора?

— Почти.

— Тогда от кого?

Кассий посмотрел на меня с тем самым спокойным выражением лица, которое уже начинало меня раздражать.

— От обстоятельств.

Я тихо фыркнул.

— Знаете, у обстоятельств сегодня очень странное чувство юмора.

— Именно поэтому с ними лучше не спорить.

Виктор впервые за всю дорогу вмешался в разговор.

— До дворца пятнадцать минут.

Кассий коротко кивнул.

— Значит, у нас есть пятнадцать минут, чтобы ты успел задать все неправильные вопросы.

— А правильные?

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Их ты начнешь задавать после встречи с Императором.

Несколько секунд в машине стояла тишина. За окном медленно проплывали кварталы столицы, а я все пытался понять, как человек может говорить настолько спокойно, будто вокруг не рушится привычный мир. Кассий сидел напротив, сцепив пальцы в замок, и с интересом наблюдал за улицей, словно видел ее впервые. Мне почему-то казалось, что он давно заметил мое любопытство и просто ждал, когда я сам начну разговор.

— Хорошо, — сдался я. — Один неправильный вопрос уже есть.

— Попробуй.

— Что вообще происходит?

Кассий тихо усмехнулся.

— Видишь? Уже неправильно.

— Почему?

— Потому что ты задал вопрос, на который невозможно ответить за пятнадцать минут.

Я недовольно фыркнул.

— Ладно. Тогда вопрос попроще. Почему меня хотят убить?

— Намного лучше.

Он на секунду задумался.

— Потому что люди боятся неизвестного. Особенно если это неизвестное может изменить привычный порядок.

— Звучит красиво.

— Обычно красивые ответы оказываются самыми неприятными.

Я отвернулся к окну.

Колонна как раз пересекала широкий мост, перекинутый через реку. Внизу медленно двигались грузовые баржи, а над водой парили десятки небольших платформ Потока. На противоположном берегу возвышался огромный комплекс зданий, окруженный белоснежными стенами. Даже отсюда было видно, что размеры этого места превосходят Академию в несколько раз.

— Это дворец? — спросил я.

Виктор коротко кивнул.

— Императорская резиденция.

— Скромно живет.

— Это только внешняя часть.

— Даже боюсь спрашивать, что тогда считается внутренней.

Кассий негромко рассмеялся.

— Поверь, скоро увидишь.

Колонна плавно свернула с центральной магистрали. Дорога стала заметно свободнее, а прохожих почти не осталось. Вместо обычных домов появились высокие административные здания, окруженные садами и широкими площадями. Через каждые несколько сотен метров дежурили вооруженные патрули, которые провожали автомобили внимательными взглядами.

— Такое чувство, будто весь район построен для людей, которым нельзя опаздывать, — пробормотал я.

— Здесь редко кто опаздывает, — ответил Виктор.

— Боятся?

— Ценят свое время.

Я посмотрел на него.

— Или чужое терпение?

Впервые за всю дорогу Виктор едва заметно улыбнулся.

— Начинаешь понимать.

Машина неожиданно сбросила скорость. Впереди показались массивные кованые ворота высотой с трехэтажный дом. На темном металле золотом был выбит герб Империи — двуглавый феникс, расправивший крылья над сияющим кругом Потока. По обе стороны ворот неподвижно стояли гвардейцы в парадной броне. Они даже не повернули головы, когда колонна приблизилась.

Ворота начали открываться еще до того, как первая машина подъехала вплотную.

— Нас уже ждали, — заметил я.

— Конечно, — спокойно ответил Кассий.

— Император лично приказал?

— Нет.

— Тогда кто?

Кассий перевел взгляд на меня.

— Человек, которого сегодня пытались убить прямо в Академии.

Несколько секунд я молчал.

Потом тяжело вздохнул.

— Знаете… когда вы так говорите, до меня наконец начинает доходить, что проблема действительно серьезная.

— Нет, Максим.

Кассий говорил все так же спокойно.

— Серьезная проблема начнется через несколько минут.

— Почему?

Он посмотрел вперед.

Прямо за воротами, по обе стороны широкой аллеи, уже выстроились представители Великих Домов.

И, судя по выражениям их лиц…

Они приехали совсем не для того, чтобы поприветствовать меня.

Колонна неторопливо въехала на широкую площадь перед дворцом. Двигатели почти одновременно затихли, и наступившая тишина показалась даже громче недавнего шума улиц. Я ожидал, что нас встретят чиновники, секретари или хотя бы дежурный офицер. Вместо этого вдоль гранитной аллеи стояли люди, при одном взгляде на которых становилось понятно: они привыкли отдавать приказы, а не выполнять их.

Дверь машины открылась.

Виктор вышел первым и быстрым взглядом осмотрел площадь. Только после этого он молча кивнул мне. Я выбрался наружу и сразу почувствовал на себе несколько десятков взглядов. Никто не произнес ни слова. Складывалось ощущение, будто меня не встречали, а оценивали перед дорогой покупкой.

— Не люблю, когда на меня так смотрят, — тихо сказал я Кассию.

— Почему?

— Обычно после такого либо экзамен начинается, либо похороны.

— Сегодня, надеюсь, обойдется без второго.

— Спасибо. Очень обнадежили.

По обе стороны аллеи стояли представители Великих Домов. Их легко можно было отличить по цветам парадных плащей и гербам на застежках. Темно-красное пламя, серебряная волна, золотая молния, черный обсидиановый клинок, белая снежинка, изумрудное древо… Я узнал лишь несколько символов из учебников Академии, но даже этого хватило, чтобы понять масштаб происходящего.

Высокий мужчина с серебряными висками проводил меня долгим взглядом и едва заметно усмехнулся.

— Слишком молодой.

— Зато уже доставил нам больше хлопот, чем некоторые за всю жизнь, — спокойно ответила стоявшая рядом женщина.

Они говорили негромко, но так, чтобы я услышал каждое слово.

— Приятно познакомиться, — пробормотал я.

— Не принимай на свой счет, — тихо сказал Кассий. — Они точно так же разговаривают между собой.

— Очень дружный коллектив.

— Настолько дружный, что иногда приходится восстанавливать стены после заседаний.

— Хоть кто-то здесь умеет шутить.

Кассий лишь загадочно улыбнулся.

Мы двинулись вперед по аллее. Никто не пытался остановить нас, но ощущение было таким, будто я иду через строй опытных хищников. Каждый взгляд словно задавал один и тот же вопрос: «Что именно в тебе такого особенного?» Самое неприятное заключалось в том, что я и сам не знал ответа.

Неожиданно один из мужчин сделал шаг вперед, преградив дорогу. На его темно-синем плаще переливался серебряный герб с волной, а в глазах читалось спокойствие человека, привыкшего выигрывать переговоры задолго до их начала.

— Значит, это и есть обладатель Нулевой лицензии?

Я молча посмотрел на него.

— Судя по выражению лица, да, — продолжил он. — Признаться, ожидал увидеть кого-то… постарше.

— А я ожидал спокойно закончить Академию, — ответил я. — Похоже, сегодняшний день вообще плохо относится к чужим ожиданиям.

Несколько человек негромко усмехнулись.

Мужчина внимательно посмотрел на меня еще несколько секунд, после чего неожиданно кивнул.

— По крайней мере, чувство юмора у тебя настоящее.

— Единственное, что сегодня досталось бесплатно.

Он уже собирался что-то сказать, но тяжелые бронзовые двери дворца распахнулись сами собой.

На пороге появился пожилой мужчина в темно-зеленом мундире без единого знака отличия.

— Господа, — произнес он спокойным, но удивительно властным голосом. — Его Императорское Величество ожидает вас.

И почему-то после этих слов даже представители Великих Домов мгновенно замолчали.

Мы переступили порог дворца, и тяжелые двери почти бесшумно закрылись за нашими спинами. Шум площади исчез мгновенно, будто его кто-то отрезал ножом. Внутри царила такая тишина, что я отчетливо слышал собственные шаги по светлому камню. Огромный зал уходил куда-то вверх, теряясь в переплетении колонн и арок, а между ними медленно струился мягкий золотистый свет Потока.

Я ожидал увидеть роскошь.

Увидел порядок.

Никакого позолоченного безумия, статуй в три этажа или фонтанов из драгоценных камней. Все выглядело дорого, но удивительно сдержанно. Казалось, архитектор специально хотел показать каждому вошедшему одну простую мысль: здесь не принято впечатлять богатством. Здесь впечатляют властью.

— Даже как-то непривычно, — тихо сказал я.

Кассий посмотрел по сторонам.

— Что именно?

— Я ожидал, что дворец Императора будет кричать: «Посмотрите, сколько у меня денег».

— Хороший правитель никогда не кричит.

— А плохой?

— Обычно не успевает долго покричать.

Мы прошли через просторную галерею. Навстречу попадались офицеры, чиновники, люди в строгих темных мундирах, но происходило что-то странное. Каждый из них, заметив Ланге или Виктора, лишь коротко кивал и спокойно продолжал путь. Зато стоило их взгляду остановиться на мне, как они непроизвольно задерживались на долю секунды дольше.

Новость уже разлетелась.

Они знали.

Не меня.

Они знали о Нулевой лицензии.

— Начинаю скучать по временам, когда меня никто не замечал, — пробормотал я.

— Пройдет, — спокойно сказал Виктор.

— Правда?

— Нет.

Я посмотрел на него.

— Знаете… начинаю понимать, почему вас боятся.

— Это экономит время.

Мы свернули в длинный коридор, стены которого украшали огромные полотна. На них были изображены Императоры разных эпох, сражения, разрушенные города, странные механизмы Эйдонов и люди, державшие в руках символы Великих Домов. Никто не подписывал картины. Видимо, предполагалось, что каждый образованный человек и так знает их историю.

Я задержал взгляд на одном полотне.

На нем был изображен неизвестный мужчина в простой темной одежде. Ни короны. Ни меча. Ни герба. Он стоял перед огромными вратами, испещренными незнакомыми символами, и касался ладонью гладкого черного камня. Почему-то именно эта картина выделялась среди всех остальных.

— Кто это?

Кассий лишь мельком взглянул на полотно.

— Никто не знает.

— Очень содержательно.

— Это правда.

Он говорил совершенно серьезно.

— Картина старше Империи. Мы знаем только одно: художник назвал ее «Первый, кто вошел».

Я еще несколько секунд смотрел на незнакомца.

Почему-то мне показалось…

Будто он смотрел в ответ.

— Максим.

Голос Виктора вывел меня из задумчивости.

Мы остановились перед массивными двустворчатыми дверями из темного металла. На них не было ни золота, ни украшений, только тонкие серебряные линии, складывающиеся в сложный геометрический узор. По обе стороны входа неподвижно стояли двое гвардейцев. Они даже не взглянули на нас, словно были частью самой стены.

Пожилой мужчина, встретивший нас у входа во дворец, спокойно подошел к дверям и негромко произнес:

— Совет уже собрался.

Он посмотрел прямо на меня.

— Постарайтесь говорить только тогда, когда к вам обращаются.

Я глубоко вдохнул.

— А если очень захочется?

Старик неожиданно улыбнулся.

— Тогда сначала посмотрите на лица присутствующих.

Он сделал короткую паузу.

— Желание обычно проходит само.

И почему-то именно после этих слов я впервые за сегодняшний день по-настоящему занервничал.

Пожилой распорядитель спокойно повернулся и неторопливо пошел вперед. Мы последовали за ним. Двери за нашими спинами бесшумно закрылись, окончательно отрезав путь назад. Впереди тянулся широкий коридор, по обе стороны которого через равные промежутки стояли гвардейцы в темной броне. Ни один из них не шевельнулся, пока мы проходили мимо, и от этого становилось только неуютнее.

— Они вообще живые? — тихо спросил я.

Виктор даже не посмотрел в их сторону.

— Лучше считать, что да.

— Очень исчерпывающий ответ.

— Ты быстро привыкаешь.

Я тяжело вздохнул.

— Мне начинает казаться, что это моя главная проблема.

Мы поднялись по широкой лестнице и оказались перед еще одной парой дверей. На этот раз они были значительно выше предыдущих, а темный металл украшали двенадцать одинаковых символов, расположенных по кругу. Я без труда узнал гербы Великих Домов, но в самом центре находился еще один знак — незнакомый, простой и почему-то вызывающий странное чувство тревоги.

— Что это за символ? — спросил я.

Распорядитель остановился лишь на мгновение.

— Империя.

— А почему он не похож на остальные?

— Потому что остальные существуют благодаря ему.

Ответ оказался настолько коротким, что даже я не нашелся, что сказать.

Из-за дверей доносились приглушенные голоса. Никто не кричал. Никто не спорил. Но почему-то казалось, что люди по ту сторону каждым словом пытаются нанести друг другу удар. Я невольно прислушался и различил лишь отдельные обрывки фраз.

— …слишком опасно…

— …прецедент…

— …мы не можем позволить…

— …слишком поздно…

Потом наступила тишина.

Такая резкая, будто внутри одновременно замолчали несколько десятков человек.

Распорядитель положил ладонь на створку двери и обернулся ко мне.

— Последний совет, Максим.

— Слушаю.

— Внутри будут люди, которые способны одним решением сделать вас героем, преступником или покойником.

Я невольно усмехнулся.

— Очень мотивирующее напутствие.

Старик неожиданно улыбнулся.

— Нет.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Это просто констатация факта.

Тяжелые двери начали медленно расходиться в стороны.

Я успел увидеть длинный зал, уходящий куда-то вдаль, силуэты двенадцати человек за огромным круглым столом и свободное кресло, стоявшее прямо в центре.

Именно для меня.

В этот момент из глубины зала раздался спокойный мужской голос:

— Пусть войдет обладатель Нулевой лицензии.

Я переступил порог.

И двери за моей спиной начали закрываться.