Выбрались… Чудом, но выбрались.

Окончательно я в этом убедился, когда мелькавший всё это время в иллюминаторе остров наконец-то скрылся из виду.

Да, нас всё-таки спасли, пусть и с заметным запозданием. На остров прибыло аж с десяток вертолётов. В том числе боевых.

Но вот что странно: лишь два из них несли на своих бортах герб клана Ода — изображение цветка айвы, вписанное в четырёхугольник. Оставшиеся восемь были украшены золотой хризантемой — символом императорского дома.

Почему именно они в числе первых прибыли на остров, оставалось лишь догадываться. Или можно было прояснить эту деталь у нашего умника. Но что-то мне подсказывало: он не ответит. И на то были причины…

Томас оказался одним из тех, кому досталось больше всех в этой передряге. Даже сейчас, по прошествии времени и после оказания первой медицинской помощи, он выглядел довольно болезненно: сидел, прижавшись плечом к перегородке, отделяющей пассажирский отсек от кабины, и прикладывал к голове пакет со льдом.

Остальным повезло чуть больше.

Если не считать нас с Хан Су, легче всех отделались Костас и Анум. Последнего и вовсе просто привели в чувства и запихнули в вертолёт как есть. Джейн досталось чуть сильнее: из её правого/левого уха торчали ватные тампоны. И наконец, лидером по полученным увечьям с небольшим отрывом стала седьмая дочь семьи Ода.

Наверное, именно поэтому её отправили отдельным вертолётом, а к нам добавили нового пассажира… точнее, двух. Уже виденного нами Белого Змея Кирино Тошиаки и какого-то подозрительного дедка в больничной пижаме, который как раз в эту секунду увлечённо рылся в одном из мешков для трупов…

Да, тела Тлакоплани и Яо Мина тоже было решено перевозить нашим бортом.

— Что этот чудик делает? — полушепотом уточнил у меня Анум.

— А разве не видно? Занимается самым обычным мародёрством, — как нечто само собой разумеющееся, ответил я.

Старик и впрямь занимался чем-то подобным. Его узловатые, иссушенные временем ладони то и дело ныряли в мешок для трупов и извлекали оттуда личные вещи Яо Мина. После чего рассовывали всё это добро по широким карманам. В них поочерёдно отправились два телефона, связка ключей, какие-то документы и даже забавный брелок с котиком.

Но на этом старик не остановился. Когда с вещами было покончено, морщинистые руки извлекли из пакета изменённую голову Яо Мина и… переложили её в специальный пакет с пластиковой молнией. Плотно его закрыли. А после опустили упакованную голову себе на колени. И всё это — без капли брезгливости, с полной уверенностью в том, что так и следует поступать с оторванными частями тела…

— Эй, дедуль, — наконец не выдержал Анум, — я хоть и недолго знал этого засранца, но что-то мне подсказывает: ему бы точно не понравилось на твоих артрозных коленках…

— Пф, но это же его голова, — наклонился к его плечу Хан Су.

— Чего?! — вытаращился на корейца сын Утту.

— Ветвь Яо, — простонал с другого края Томас. — К которой относится Яо Мин, поклоняется богине забвения и перерождения Мэн Пон Су.

— Так вы что, всё это время знали, что этот ублюдок жив?! — обвёл нас взглядом Анум.

— Ага.

— Да.

— Пф, конечно, — закивали мы головами.

Не знаю, как остальные, а я ни о чём подобном даже не догадывался. Мне просто доставляло удовольствие смотреть на его вытянувшуюся от удивления рожу. И что-то мне подсказывало: я был такой не один.

Если кто по-настоящему и знал обо всём, так это Хан Су и наш умник. Наверно, именно поэтому после нашего провального похода на минус второй этаж Томас предложил скрываться, пока это возможно, и тянуть время. Видимо, он ещё тогда всё просчитал и понял, что, переродившись где-нибудь на Хонсю или на каком-нибудь менее населённом острове, Яо Мин сумеет быстро сориентироваться и привести помощь. И, как видно, не прогадал.

— С возвращением, — поприветствовал я китайца.

Всё-таки это именно благодаря его столь скоропостижной кончине помощь пришла так быстро.

И всё же, какая занятная способность. Даже интересно, почему душа Яо Мина переселилась в тело старика? Это была случайность, ограничение или осознанный выбор? Надо будет как-нибудь с ним об этом поболтать. Всё-таки наши богини в чём-то похожи. Возможно, мне даже удастся узнать что-то новенькое…

В этот момент я заметил нечто странное. Второй мешок для трупов, к которому всё это время никто не прикасался, внезапно дёрнулся…

— Эээээээ, — раздался глухой протяжный вздох.

И почти сразу, стоило ему только стихнуть, чёрный полиэтилен оказался прорван изнутри, а из образовавшейся прорехи показалась наполовину обритая, татуированная голова.

— Ну что… они… повелись? — налитые кровью глаза с трудом отыскали сидящего рядом со мной Анума, а после, с не меньшим усилием сфокусировались уже на мне. — Похоже, что… нет.

В одно мгновение все присутствующие, включая, казалось бы, невозмутимого Кирино Тошиаки, перевели свои взгляды на неловко улыбающегося Анума.

— Ну а вы как хотели? Я же говорил, — пожал тот плечами. — Нам, последователям великой богини Утту, не так-то просто получить божественную силу.

* * *

— Провал. Полный, мать его, провал.

Эти слова звучали как приговор. Мрачно и грозно. И при этом до боли неуместно…

Место, в котором они были произнесены, совсем не соответствовало столь угрюмому тону. Большому светлому конференц-залу с панорамными окнами, куда больше подходила выдержанная деловая беседа, а не озвученные ранее грязные ругательства.

На это же намекал и длинный стол из цельного куска мрамора, разделяющий зал пополам. Обычно за такими столами чинно восседали люди в дорогих костюмах. Вершители судеб, на счетах которых водилось столько нулей и единиц, что из них можно было легко составить восьмибитный код.

Однако сейчас их места занимали совершенно другие люди, если их, конечно, ещё можно было так назвать…

— Прости, Тэйлор, это всё моя вина! — врезался лбом в поверхность стола один из них — субтильный юноша с соломенными волосами.

Та, к кому он при этом обращался, — неприметная девушка, сидевшая во главе стола, — лишь слегка поморщилась в ответ.

— Полагаю, всему виной наши нескоординированные действия, — поправил очки мужчина с собранными в хвост волосами. — Из-за особенностей заказа… или, скорее, заказов нам пришлось действовать обособленно. Поэтому совсем неудивительно, что ни одной группе так и не удалось добиться того же синергетического эффекта, к которому мы привыкли. Пускай мы и выбрали себе в напарники тех, с кем у нас лучшая совместимость, однако качественного скачка во взаимодействиях хотя бы на тактическом уровне добиться не удалось…

— Боже, старик, ты как обычно всё усложняешь своими заумными речами, — лениво распластался по столу молодой рыжеволосый парень. — Проще надо быть, проще. Просто признай: мы их недооценили. Особенно того пацана…

— Подробнее, — постучала по столу ручкой Тэйлор.

— Сложно объяснить… он какой-то странный. Рефлексы, боевое чутьё, физиологические реакции — с ними что-то не так. Они чем-то похожи на мои. Но вот что странно: меня с самого детства таскали по горячим точкам, где я из раза в раз подыхал, а этот пацан, судя по его досье, дальше элитных кварталов Тартара даже носа не высовывал до недавнего времени. Странно всё это. Я, конечно, могу ошибаться, но такое чувство, будто он всё это время сдерживался… — не договорив фразу, рыжеволосый обеими руками вцепился себе в голову и принялся усиленно работать пальцами, будто соскабливал с головы блох или ещё какую-то заразу. — Аааа, не могу нормально думать, башка ужасно зудит! Эй, мисс Эбернет, может, уже вырубишь этот сраный психостабилизатор?! Или хотя бы мощность понизишь?!

— Я — за, — поддержал его длинноволосый. — Крайне неприятные ощущения. Как будто сотни маленьких насекомых копошатся внутри черепной коробки.

— А мне нормально, — пожала плечами красивая блондинка, сидящая в самом конце стола. — Просто в голове немного щекотно.

Озвучив своё мнение, она тут же вернулась к прерванному занятию: а именно уткнулась задумчивым взглядом в расстеленный перед ней лист формата А-два.

— Хм, что бы ещё добавить…

— Мозгов себе добавь, идиотка, может, хоть тогда что-то почувствуешь!..

Тк-тк-тк! С противоположной стороны стола снова раздался стук металла о камень.

Внимательно оглядев всех присутствующих, особенно разошедшегося рыжеволосого, Тэйлор отвела ручку от поверхности стола.

— Психостабилизатор продолжает работать в штатном режиме. Это не обсуждается. Я больше не собираюсь судиться со страховыми компаниями и выплачивать посмертные пособия просто потому, что кому-то из вас вдруг стало скучно. Напоминаю: здесь вам не парк развлечений. Хотите острых ощущений — валите куда-нибудь на Ближний Восток или сразу в Африку.

— Какое взвешенное решение! — захлопал в ладоши молодой парень, тот самый, что ещё совсем недавно бился лбом о каменный стол. — Что и следовало ожидать от нашей благодетельницы — госпожи Эбернет!

Однако далеко не все разделяли его восторг. Существо, что всё это время не подавало никаких признаков жизни и по виду напоминало выставочный манекен родом из какого-то фешенебельного бутика, вдруг ожило.

Пальцы на круглых шарнирах без особого труда подцепили лежавший рядом с существом планшет и развернули его дисплеем к остальным.

С экрана на всех присутствующих с осуждением смотрел грустный-прегрустный смайлик.

Но это была, пожалуй, последняя реакция на слова Тэйлор о том, что психостабилизатор продолжит свою работу. Потому что больше возражений не последовало. Последний из присутствующих в конференц-зале — человек в кроличьей маске — не стал никак комментировать происходящее, продолжив и дальше нависать над столом безмолвным чёрно-белым пятном…

Дилинь! Дилинь! Дилинь! Вдруг раздался в полной тишине раздражающий перезвон.

Взгляды, что ещё совсем недавно были прикованы к дисплею планшета, тут же переместились к правой руке блондинки.

— Ой! Это, оказывается, у меня, — наманикюренные пальчики ловко пробежались по дисплею умных часов, отключив будильник. — Совсем забыла: сегодня же йога по расписанию!

Резко вскочив из-за стола, девушка сорвала со спинки кресла оранжевый жакет, идеально подходящий к её коралловому коктейльному платью, и рванула к выходу.

— Чао, ребятки! Чур без меня не скучать!

Вскоре о её присутствии в конференц-зале напоминал лишь тонкий шлейф дорогого парфюма и удаляющийся с каждой секундой цокот каблуков.

— Напомните, почему мы её держим? — помассировал переносицу рыжеволосый член этой необычной группы.

— Порой она бывает полезной, — пожал плечами мужчина в очках.

После этих его слов взгляды всех присутствующих как по команде переместились к одной точке — к листу А-два, продолжавшему сиротливо лежать на столе.

— Что там на этот раз? — нахмурилась Тэйлор, старательно вглядываясь в чужую писанину, обильно сдобренную многочисленными фотокарточками.

— Карта желаний номер тридцать два, — склонился над разноцветным полотном длинноволосый. — Колье Булгари, обязательно из новой коллекции, сумочка Эрмес из линейки Нуар, розовый кабриолет производства концерна Молот, пентхаус в одной из башен-близнецов…

— Ну хотя бы не личный остров… — с облегчением выдохнула сидевшая во главе стола брюнетка.

— Мне кажется, или её аппетиты растут слишком быстро? — откинулся на спинку кресла рыжеволосый. — Ещё полгода назад пределом её мечтаний были халявные походы в спа и билеты на премьеру очередной слезливой мелодрамы. А теперь…

— Это ещё не всё, — перебил его длинноволосый. — Ещё нужен парень…

— Чего? — вскинула брови Тэйлор. — Какой ещё парень?!

— Вполне конкретный, тут даже требования есть…

— Дай-ка сюда! — распластавшись по столу, рыжеволосый притянул к себе карту желаний. — Шатен? Рост от ста восьмидесяти двух? Красивый, но не нарцисс, умный, но не зануда, ещё — чтобы с чувством юмора, но не клоун, богатый, но не сноб. И чтобы работа престижная, но не отнимала много времени. А ещё он должен любить животных, хорошо готовить, обязательно читать книги и помнить все её важные даты…

— Боги, такие вообще существуют?! — неподдельно ужаснулась девушка.

— Тут ещё приписка в конце: Ахмет Джемаль — тоже сойдёт.

— А это ещё кто?

— Звезда османских сериалов для домохозяек, очень популярный актёр…

Выпаливший всё это юноша — тот самый, с соломенными волосами — замолк на полуслове и под многочисленными взглядами опять стыдливо уткнулся лицом в стол.

— Синклер, я чего-то о тебе не знаю? — опасливо покосился на него длинноволосый.

— Простите…

— Ладно, — устало вздохнула Тэйлор. — Просто сделайте так, чтобы этот Ахмет Джемаль или как его там, уже завтра стоял у неё на пороге, желательно с цветами.

— А если не согласится? — задал вполне закономерный вопрос рыжеволосый.

— Тогда промойте ему мозги, похитьте родных, да хоть бомбу в задницу вживите. Просто сделайте так, чтобы эта дура ничего не заподозрила. Не мне вас учить. Главное, помните: мы во что бы то ни стало должны завершить заказ!

Глаза Тэйлор Эбернет опасно блеснули…

* * *

Конечная точка нашего маршрута — остров Миядзима. Клочок земли площадью где-то тридцать квадратных километров, расположенный в водах Внутреннего Японского моря. Некогда живописный туристический оазис, который после взрыва в Нагасаки полностью обезлюдел.

Именно на нём нам и предстояло провести ближайшие несколько месяцев.

Радовало только одно: принимающая сторона довольно неплохо подготовилась к нашему прибытию. По крайней мере, представший перед нами комплекс выглядел вполне внушительно, напоминая, скорее, массивное, хорошо укреплённое бомбоубежище, чем построенное наспех временное пристанище. Даже удивительно, что они соорудили нечто подобное ради нашей скромной компании.

Теперь требовалось лишь попасть внутрь. Однако помочь нам в этом мог лишь один человек — прибывший с нами на остров Белый Змей Кирино Тошиаки. К слову, именно этим он сейчас и занимался.

Наш провожатый стоял сбоку от массивных сдвижных ворот и усиленно «колдовал» над терминалом доступа.

А мы… мы просто толпились неподалёку, с нетерпением ожидая, когда сможем попасть внутрь.

Мой взгляд невольно зацепился за стоящего чуть впереди Анума.

Нет, ну какой же он всё-таки ублюдок. Уже в который раз жалею о том, что не прикончил его в том лесу.

Хотя есть и хорошие новости: одной странностью стало меньше. Я ведь всё это время никак не мог взять в толк, кто тогда перерезал глотку Тлакоплани, даже гадал, который из Собирателей пепла приложил к этому руку. А по итогу всё оказалось куда проще. Анум просто подговорил этого балбеса на авантюру, чтобы потом меня подставить.

И как только Тлакоплани согласился на нечто подобное? Это ведь огромный риск! А главное, что Анум ему такого пообещал, раз дикарь решился поставить на кон собственную жизнь, впав в кратковременный анабиоз?

— Что он тебе предложил? — наклонился я к стоящему рядом Куоли.

Мне хотелось задать этот вопрос ещё там, в вертолёте. Но помешали сразу две вещи: плачевное состояние самого Тлакопани и устроенный нам Белым змеем перекрестный допрос.

Зато теперь, когда все формальности соблюдены, а дикарь почти полностью отошёл от недавней спячки и немного подлатал шею медицинским клеем, можно как раз все наверстать.

Осталось лишь выяснить, станет ли Тлакоплани говорить со мной начистоту или придётся выуживать из него информацию при помощи старого доброго насилия, как это произошло с его приятелем Анумом…

— Твою печень.

— Эм?

— Он предложил твою печень, — как ни в чём не бывало повторил Куоли, словно мы говорили не о части моего драгоценного тела, а о какой-то несущественной мелочи вроде пачки сигарет.

— Что?! Зачем тебе моя печень?!

— Печень потомка Моров — ценная добыча, много божественной силы, — облизнувшись, Куоли доверительным шёпотом продолжил: — Не волнуйся. Как и подобает истинному охотнику, я съел бы её со всем почтением к твоим великим предкам: ещё тёплой и истекающей кровью, без грамма специй и не поднося мясо к огню.

— И на том спасибо, — с сарказмом произнёс я, на всякий случай отодвигаясь от этого психопата подальше.

— Я знал, что ты оценишь, — вполне искренне обрадовался он.

Честное слово, лучше бы и не спрашивал. Теперь того и гляди кошмары будут сниться…

— Готово, — ворвался в мои мысли прокуренный голос нашего провожатого. — Добро пожаловать домой…

Ск-р-р-р! Дрогнув, массивные двери принялись со скрипом разъезжаться в разные стороны. Щель между ними стала постепенно увеличиваться.

И по мере того как это происходило, желание войти внутрь стремительно улетучивалось…

— Похоже на тюрьму, — оценил я длинный коридор, в котором по мере удаления от нас поэтапно загорался свет.

— Вы недалеки от истины. Это один из списанных блоков Бездны Челленджера…