Кровь и, правда, текла. Не знаю, как я сразу этого не заметил. Возможно, просто списал это тёплое ощущение на своих щеках на остаточное «послевкусие» чужих воспоминаний, а может, просто не обратил внимания на фоне всего остального.

Впрочем, каким бы ни был правильный ответ, волновало меня сейчас совершенно другое. А именно: что, черт возьми, происходило с моим телом здесь, в реальности, пока разум всецело был поглощён чужими, но при этом столь яркими воспоминаниями.

Помнится, во время прошлой такой отключки рядом появилась сначала рука одноглазого самурая, а после и он сам. Теперь же всё выглядело несколько иначе. Ничего похожего не было и в помине. Зато имелись те самые кровавые слёзы и куча трупов вокруг.

А ещё с момента погружения в глубины чужой памяти прошло куда больше времени, чем до этого.

По крайней мере, со стороны всё выглядело именно так. Эту гипотезу так же подтверждала и медленно подбирающаяся усталость. Не знаю, чем всё это время занималось моё тело, но без дела оно точно не простаивало.

Осталось лишь понять, что послужило причиной столь странного поведения. Я невольно припомнил застывшую в отражении клинка рябь. Сомнений быть не могло: мне довелось не просто разделить с Дзюбеем ещё одно его воспоминание — я стал свидетелем божественного нисхождения и начала становления его вольным последователем.

Возможно, именно это преображение и стало предтечей всей той неразберихи, что меня сейчас окружает.

Однако, опять же, размышлять об этом совсем не время. Я и так, судя по настороженным взглядам окружающих, наделал немало шуму. Так что молчание — это далеко не лучший выход.

— Всё в порядке, — произнёс я и под многочисленными взглядами сначала убрал катану обратно в ножны, а после обтёр рукавом лицо. И всё это — в полной тишине.

Впрочем, долго сохраняться такая идиллия всё равно не могла. Рано или поздно кто-то должен был подать голос. И таким человеком предсказуемо стал самый неугомонный из нас.

— В порядке? Нет, вы слышали, он, мать его, в порядке! — воскликнул Костас, взмахивая руками. — Ты, тупой ублюдок, ты что тут устроил? Решил похоронить нас заживо?!

Сразу после этих слов я заметил, как взгляды некоторых моих сородичей устремились сначала к несущим колоннам, идущим двумя ровными рядами вдоль помещения, а после обратились к потолку.

Проследив за направлением этих взглядов, я неожиданно для себя обнаружил целую сеть глубоких разрезов, «вгрызшихся» в бетонную толщу.

А вот это уже, действительно, странно. Разве моё тело Исполина-однерки способно на нечто подобное? Определённо нет. А раз так, то источником столь разрушительной силы стало не оно, а нечто совершенно иное.

Я ещё раз, уже с куда большим вниманием оценил развернувшееся вокруг побоище, а затем заглянул вглубь себя.

Так и есть. Хоть божественных сил всё ещё оставалось в избытке, однако их количество даже близко не соответствовало тому числу жизней, что мы отняли на этой парковке.

Теперь всё вставало на свои места. Правда, неясным оставалось одно: а как мне, собственно, вообще удалось провернуть нечто подобное? Что-то я не припоминал, чтобы Ягю Дзюбей «делился» со мной такой гранью своего мастерства…

— Предлагаю всё-таки продолжить движение, — внезапно нарушил сложившуюся тишину Стейн. — Обсудить произошедшее можно и в более спокойной обстановке. Сейчас у нас есть более важная задача.

— Томас прав, — тут же поддержала его Тока.

Однако не все разделяли их точку зрения. Спустя мгновение под сводами залитой кровью парковки прозвучал раздражённый голос Анума:

— Эй, вы это сейчас серьёзно?! А что, если у этого придурка снова снесёт крышу и он попытается нас зарубить?!

— Ого, брат Анум, помню, совсем недавно ты звучал более бойко. Как же там было… — неожиданно произнёс Хан Су, а после, явно подражая голосу сына Утту, с лёгкой улыбкой высокопарно добавил: — Моров, этот отпрыск шелудивой собаки? Такой, как он, не смеет даже дышать в моём присутствии…

— Следи за своим языком, Хан Су, или мне придётся его укоротить, — рыкнул в ответ сын Утту, извлекая старинный кинжал из-за широкого тряпичного пояса.

На минус первом этаже снова наступила тишина. Все замерли в ожидании. Даже поклонницы корейца, что всё это время продолжали виться вокруг него, и те застыли безмолвными изваяниями…

Правда, ненадолго. Минула от силы секунда, и головы девушек синхронно повернулись в сторону обнажившего кинжал Анума. В их взглядах больше не было того глуповатого всепоглощающего обожания, с которым они всё это время смотрели на Хан Су. Теперь там — стеклянный холод и столь же пробирающий до костей равнодушный расчёт.

Пугающие девушки, ничего не скажешь.

— Спокойно, девочки, брат Анум просто шутит, — попытался разрядить накалившуюся обстановку Хан Су, однако у второй стороны конфликта, а именно у самого Анума, имелись иные планы на этот счёт.

Сын Утту сделал шаг в сторону корейца и, явно пытаясь продемонстрировать собственное превосходство, с силой, недоступной обычному человеку, впечатал пятку в пол.

— А вот этого делать точно не стоило, — тяжело вздохнул Стейн, глядя себе под ноги.

Поначалу его слова показались мне лишь осуждением глупой агрессии. Но продлилось это ощущение совсем недолго, ровно до того момента, пока мой взгляд снова не зацепился за сеть глубоких разрезов, испещривших потолок над нашими головами.

А уже в следующее мгновение я, как и Стейн, посмотрел себе под ноги, гадая о том, не скрывается ли под толщей крови похожий узор…

Впрочем, долго гадать не пришлось. Как только эта мысль окончательно созрела в моей голове, пол под нашими ногами без всякого предупреждения ухнул вниз…

— Моров, тысяча проклятий на твою голову! — донёсся мне вслед яростный голос Костаса.

И чего сразу Моров? Как будто это я, а не Анум начал топать ножками по полу в порыве детской обиды. Честное слово, он бы ещё гравитацию во всём обвинил!

Хотя, правды ради, моя вина во всём происходящем всё-таки есть. Только какой смысл думать об этом именно сейчас, когда тело в окружении обломков армированного бетона камнем летит вниз, а в голове нет ни единой мысли о том, сколько метров отделяет минус первый этаж от минус второго?

Впрочем, ответ на этот вопрос я узнал довольно скоро.

Одновременно с этой мыслью сквозь завесу из битого камня пробился достаточно яркий свет. А ещё секунду спустя через те же прорехи из поднятой пыли и изувеченного бетона начал проглядываться стремительно приближающийся пол…

Грахххх! — вскоре прозвучал протяжный оглушительный грохот, и в сопровождении обломков минус первого этажа я столкнулся с землёй.

Ну а дальше, полностью отдавшись чутью, принялся крутиться по полу в попытках увильнуть от столкновения с самыми здоровенными из несущихся на меня глыб.

К счастью, все эти манёвры не прошли даром, и самые опасные обломки пронеслись мимо. Жаль, что того же нельзя сказать об их более мелких собратьях, коих тоже было в избытке. Некоторые из них всё же достигли своей цели и крупным градом обрушились на моё многострадальное тело. Хорошо хоть без особых последствий. Тело, дарованное мне богиней, с честью справилось с этим испытанием.

А ещё через несколько секунд раскатистый обстрел и вовсе сошёл на нет, оставив после себя звенящую тишину…

— Моров, скотина, кха… кха… — раздалось покашливание откуда-то сбоку.

— Ты покойник, — вторил ему уже другой голос.

Снова они за старое. И чего так злиться из-за какой-то мелочи? Если уж мне, Исполину-однерке, удалось выйти из всей этой передряги с жалкой парой царапин, то им сами боги велели остаться в целости.

Однако объясниться всё же надо. Нечего плодить конфликты на пустом месте.

Вооружившись этой мыслью, я поднялся на ноги и, стряхнув пыль с волос, уже было собрался толкнуть небольшую оправдательную речь, как вдруг совсем рядом раздался ещё один голос. Притом совсем незнакомый:

— Какое эффектное появление…

Кое-как проморгавшись, я заметил в середине расступающихся клубов пыли двух неизвестных. Они стояли в противоположном конце коридора, рядом с покорёженной двухсекционной бронированной дверью, и взирали на всё происходящее с явным удивлением.

Моя ладонь заученно метнулась к рукояти меча, однако дальше мимолётного намерения дело не зашло. Клинок так и остался холодеть в ножнах. И причиной тому — почти девственно-белые халаты, накинутые на плечи незнакомцев.

Похоже, нам наконец-то повстречался хоть кто-то из местных. И это чертовски радовало.

Хотя кое-какая напряжённость всё ещё оставалась. Эти двое хоть и не выглядели сколько-нибудь опасными, но кое-что подозрительное в их внешнем виде всё же имелось. Они оба являлись гайдзинами, или же по-простому — иностранцами.

Первый, тот, что постарше, явно вёл свой род из тех же самых мест, что и мой новый приятель Томас Стейн. По крайней мере, именно об этом свидетельствовали его крайне волевой профиль и в целом довольно аскетичные черты. Ложку дёгтя добавляла разве что некая запущенность. Лицо незнакомца «украшала» трёхдневная щетина, а голову — столь же неопрятный хвост с изредка выбивающимися прядями. Относительно сносно смотрелись разве что очки, украшавшие переносицу.

А вот его спутник, наоборот, выглядел намного опрятнее, но в то же время куда нелепее: весь какой-то субтильный, жеманный и с аккуратным горшком светлых волос на голове. Да и халат на нём сидел как на корове седло — будто с чужого плеча.

Одним словом, выглядела эта парочка довольно странно.

Впрочем, внешность этих двоих и тем более их происхождение никакой роли в данный момент не играли. Куда важнее было выяснить, знают ли они, как отключить местную систему РЭБ, чтобы мы наконец могли подать сигнал SOS и поскорее убраться из этого проклятого места.

Ну и неплохо бы, конечно, также узнать, что здесь, черт возьми, творится. И похоже, ответ на этот вопрос волновал не только меня одного.

— Моё имя — Ода Тока, седьмая дочь семьи Ода, — проступил сквозь пыльное марево стройный силуэт. — Назовите себя и опишите текущую ситуацию.

— Для нас большая честь лицезреть столь высокопоставленную особу на этом богами забытом острове, — приветствовал её поклоном длинноволосый мужчина. — Как видите, у нас тут небольшая внештатная ситуация.

— Небольшая? — скептически огляделась девушка.

К этому моменту поднятая нашим падением пыль немного осела, и взору открылась картина ужасающей бойни. Весь длинный коридор заполняли бездыханные тела и их ошмётки. Люди в костюмах химической защиты лежали бок о бок с разорванными на части монстрами.

— Верно, — кивнул как ни в чём не бывало мужчина. — Ничего серьёзного. Всего-навсего небольшое вторжение извне. Мы уже подали сигнал в головной офис. Скоро сюда прибудет эвакуационная группа.

Эвакуационная группа — это, конечно, здорово. Значит, нам больше не нужно разбираться с этими доставучими глушилками.

По-хорошему, после такой новости мне впору прыгать от радости. Однако вот незадача: в груди почему-то продолжало расти беспокойство. И самое паршивое во всём этом то, что источник данного беспокойства был мне совершенно неясен. Лишь где-то на грани сознания продолжала маячить мысль на этот счёт, но и она постоянно от меня ускользала.

— Позвольте вывести вас и ваших друзей наружу, госпожа Ода. Я знаю одно безопасное место, где мы сможем комфортно поговорить, — длинноволосый обернулся к покорёженной двери за его спиной, приглашая нас следовать за ним.

Именно в этот момент мысль, всё это время не дававшая мне покоя, всё же позволила себя поймать. Мой взгляд снова вернулся к ковру из мёртвых тел, и я наконец осознал причину своего недавнего беспокойства и скрывавшегося за ним несоответствия.

— Вы сказали, что выведете нас отсюда, — произнёс я, касаясь рукояти меча.

— Так и есть, — снова повернулся к нам мужчина.

— А ещё раньше заявили, что монстры прорвались снаружи.

— Верно.

— Тогда почему вы хотите, чтобы мы двигались в том же направлении, что и они до своей смерти? Разве мы не должны выбрать противоположный маршрут?

Минус второй этаж ненадолго погрузился в тишину. Лишь где-то на грани слышимости продолжал шелестеть своими механическими крыльями один из дронов Стейна.

— А ещё у вас довольно необычное для европейца имя, — вдруг раздалось откуда-то сзади голос Томаса. — Должен заметить, фамилия Ханафуда вам совсем не к лицу.

Только в этот момент я заметил зависшую у потолка механическую стрекозу, чей единственный «глаз» был направлен на нашего так называемого проводника. А если быть точнее — на измазанный в крови бейджик, прикреплённый к его халату.

Коридор снова погрузился в тишину. Правда, совсем ненадолго. Спустя секунду-другую раздался разочарованный вздох:

— Ах, мой дорогой Синклер, похоже, нас раскрыли.

Субтильный юноша, услышав эту новость, заметно вздрогнул и тут же опасливо втянул голову в плечи, словно опасаясь, что за досадным провалом сразу последует суровое наказание.

И надо сказать, оно, это самое наказание, не заставило себя долго ждать. Пылевая завеса слева от Синклера разлетелась в клочья, и сквозь грязные клубы прорвался стремительный силуэт. В нём я без труда опознал тихоню Яо Мина.

Ну, вот и всё. Теперь этим двоим точно несдобровать. Сейчас один жуткий азиат в уже виденной мной манере размажет им головы — и всё будет кончено.

Жаль только, что после этой расправы мы так и не узнаем, кто и зачем пытался нас обмануть. Оставалось лишь надеяться на благоразумие самого Яо Мина и его милосердие, но, зная скверный характер своих сородичей, серьёзно рассчитывать на это всё же не стоило.

Одновременно с этой мыслью раздался протяжный свист, и картина перед моими глазами резко преобразилась. Яо Мин всё так же летел вперёд, но уже не в полной комплектации — голова ярого последователя богини Мен Пон Су отчего-то начала немного запаздывать. А затем и вовсе изменила свой изначальный курс и, оставляя за собой кровавый след, устремилась к земле.

Что же до основного тела, то и оно, лишившись головы, вскоре сбилось с пути и кубарем покатилось по полу, снова поднимая клубы доставучей пыли в воздух.

Когда звук от падения затих, по минус второму этажу разнёсся полный печали голос:

— Ох, а вот это уже, действительно, нехорошо. Синклер, по-моему, ты сильно поторопился. Не исключено, что этот юноша и был нашей целью.

Услышав эту отповедь, блондин сначала вздрогнул, а после перевёл свой затравленный взгляд с приткнувшейся к его ботинку оторванной головы на тонкое когтистое щупальце, робко выглядывающее из рукава его же халата. Спустя пару мгновений с губ убийцы Яо Мина сорвался полный отчаяния вопль:

— ААААА! Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Мы снова всё запороли, Йохан, мисс Тэйлор точно нас прибьёт!

Этот безумный, пронизанный первобытным страхом крик разом напомнил мне о том, где я нахожусь и кто стоит напротив. Охвативший меня до этого ступор моментально спал. Последние сомнения улетучились.

Стало окончательно ясно: перед нами враги. Притом весьма серьёзные: не какие-то там шавки из КСАР, а самые настоящие последователи. К тому же весьма сильные. Другие попросту не смогли бы с такой лёгкостью оборвать жизнь Исполина-двойки.

Одновременно с осознанием этой простой истины я начал готовиться к грядущей атаке. Машинально отвёл руку с ножнами к левому бедру, выставил правую ногу вперёд и немного присел. Теперь, что бы ни произошло, мой клинок в любой момент мог покинуть ножны.

Однако минула секунда-другая, а враги так и не сдвинулись с места. И даже более того, между ними, кажется, завязалась перепалка.

— Опять ты за своё, соберись, тряпка! — окрик Йохана идеально совпал с увесистой оплеухой, прилетевшей аккурат в блондинистый затылок.

От пропущенного удара Синклер тут же клюнул носом вперёд, но причитать так и не перестал.

— Но мы его убили!

— Не мы, а — ты.

— ААААА! — принялся рвать на себе волосы блондин. — Мне точно конец. Йохан, лучше убей меня здесь, я не хочу возвращаться. Я не хочу снова посещать комнату разговоров. Нет, нет!

После этих слов он с силой вцепился в плечо напарника и уткнулся в него своим сопливым носом.

— Ладно, ладно, успокойся, — немного брезгливо погладил его по растрёпанным волосам Йохан, а затем вдруг пригнулся и подхватил с пола оторванную голову. — Лучше приглядись к этому парню. Кажется, это не наш пацан.

— Правда? — поток слёз резко оборвался.

— Точно тебе говорю. Ты когда-нибудь слышал про азиатов с фамилией Моров?