— Выглядит… не очень, — с заметным отвращением произнёс Костас.

И ведь не попросишь. Съезд на минус первый этаж не вызывал ничего, кроме отвращения. Уверен, будь у нас хоть какой-то выбор, никто не стал бы добровольно спускаться по этой дороге смерти. Но, к сожалению, особого выбора нам никто не предоставил.

— Эх, а я ведь только недавно их купил, — посмотрел на свои лакированные туфли Хан Су.

Уж не знаю, каким чудом они пережили недавнюю авиакатастрофу и сохранили свой лощёный вид, однако перенести будущий спуск им вряд ли удастся. Бурая кровь, покрывающая спуск, не оставит им ни единого шанса.

— Идём, — поторопила нас Тока и первой отправилась вниз.

Вскоре мы вразнобой устремились за седьмой дочерью семьи Ода. При этом никто из нас, в том числе умник в лице Томаса Стейна, даже не подумал о том, чтобы хоть как-то организоваться: выбрать правильное построение или, не приведи боги, распределить зоны ответственности. Нет, мы просто бездумно двигались вперёд без всякого плана. И лишь где-то впереди, в нескольких метрах, опережая Току, маячил одинокий дрон-разведчик.

На самом деле ещё до отправки сюда я уже знал, чем всё обернётся и какой хаос меня ждёт. В группе без явного лидера всегда царит разброд и шатания. А в обществе существ, почти не приемлющих чужих авторитетов, данная проблема усугубляется в разы. И решить её вот так с ходу не представлялось возможным.

Сплотить нас могли лишь две вещи: чрезвычайно сильный лидер или не менее впечатляющий враг. При этом отыскать первого на почти необитаемом острове было практически невозможно, а встреча со вторым сулила куда большие проблемы, чем даже царящий в наших рядах разброд и шатания.

Впрочем, имелись проблемы и поважнее: например, маячившая на горизонте неизвестность. А точнее, проход на минус первый этаж, к которому мы почти подобрались.

На первый взгляд выглядел тот не особо зловеще — как самый обычный съезд на подземную парковку. И так бы, наверное, он и воспринимался, если бы не размазанные тонким слоем по потолочному перекрытию монстры. При этом выглядело все это «художество» так, будто кто-то специально хотел таким образом покрасоваться.

— Трезубец Посейдона мне в зад! — то ли выругался, то ли восхитился Костас. А может, и то и другое вместе.

— Кто бы это ни сделал, он безумно силён, — выразила общее мнение Джейн.

На самом деле, прикончить с десяток подобных тварей мог любой из нас. Даже я. Но сделать это столь показательно, да ещё и, судя по всему, одним-единственным ударом — нет, до такого уровня никто из присутствующих пока не дорос. Здесь явно поработал кто-то рангом постарше.

Однако кто бы ни прикончил всех этих тварей, он явно имел отношение к этому месту, а значит, враждебных действий от него ждать точно не стоит. Мы же с ним как-никак на одной стороне. К тому же прибыли в сопровождении дочери уважаемой в здешних краях семьи. Поэтому пока рядом с нами Тока, бояться нам особо нечего.

Видимо, понимали это и остальные, потому как под украшенное трафаретом из кровоточащих тел перекрытие мы входили без особой опаски. По крайней мере, лица моих сородичей почти не выражали хоть сколько-нибудь заметного беспокойства. Разве что Джейн выглядела ещё бледнее, чем прежде, и старательно отводила взгляд от ужасающей в своей жестокости настенной живописи.

— Кажется, нам туда, — указал в противоположный конец подземной парковки Хан Су.

В той стороне, куда смотрел его палец, рядом со стройными рядами автоматизированных грузоподъёмных платформ виднелся большой грузовой лифт. А рядом с ним располагался ещё один, поменьше. Правда, судя по покорёженным ставням и пустующей шахте с обрывками металлических тросов, пребывал он в не самом исправном состоянии. Не удивлюсь, если его кабинка сейчас покоится где-то на дне шахты в виде кучи металлолома.

Оставалось надеяться, что та же участь не постигнет и его большого собрата, по крайней мере, пока он не выполнит свою задачу. А именно: не отвезёт нас на минус второй этаж. Или же нам всем дружно придется искать лестницу, ведущую вниз, если таковая здесь, конечно же, имеется.

В этот момент Тока как раз подошла к лифту и нажала на кнопку вызова…

— Мне кажется или там что-то шуршит? — произнёс Анум.

Сделал он это буквально за секунду до того, как металлические створки начали расходиться в стороны, и в образовавшийся проём протиснулась первая зубастая пасть. А следом за ней и вторая… Вскоре зазор просто кишел клацающими зубами и истекающими слюной ртами.

Стало ясно: лифт уже занят. Притом занявшие его пассажиры уступать свои места явно не собирались. И даже более того, намерены с яростью отстаивать своё право им пользоваться.

А тем временем сквозь всё расширяющуюся щель ловко просочилась первая партия тварей. Краем сознания я успел насчитать где-то две дюжины существ. Но на этом мои математические успехи подошли к концу. Уже через секунду чёрные тела слились в одну кишащую зубастую массу, что грозилась сначала снести нас с ног, а затем растерзать.

В это же самое время я заметил, как Стейн, что ещё недавно стоял слева от меня, сделал шаг назад и скрылся где-то за моей спиной.

— Вот поэтому я и не люблю умников, — процедил я сквозь зубы, одновременно с этим уводя ножны с катаной к левому бедру.

При этом злости на Стейна не было и в помине — откровенно говоря, я ожидал чего-то подобного от этого парня. Да и какой смысл тратить силы на никому не нужную злость, когда уже совсем скоро эти силы могут понадобиться для чего-то другого? Например, для спасения собственной шкуры.

С этими мыслями я сжал рукоять меча, а затем плавно, но вместе с тем быстро даровал клинку столь долгожданную свободу. Мгновение спустя выпорхнувшее на волю лезвие широким росчерком скользнуло по мордам прыгнувших на меня тварей и рассекло их горящие жадным огнём глаза.

В одночасье четыре твари лишились зрения.

Но даже такая, казалось бы, весомая утрата не сумела стать преградой на пути их необузданной ярости. Ослепшие твари и не думали останавливаться, а их хищный прыжок не желал заканчиваться. Однако и я не собирался стоять на месте в ожидании неизбежного столкновения. Мои колени подломились, а тело распласталось параллельно земле. И в это же самое время ведомый моей рукой клинок изменил свою траекторию. Почуяв желание хозяина, демоническая катана поспешила вернуться обратно в ножны, и даже возникшие на её пути преграды не сумели остановить этот страстный порыв.

Пролетавшие над моей головой монстры лишились жизни ещё до того, как половинки их тел кровоточащими кусками рухнули у меня за спиной, а катана вернулась обратно в ножны.

На всё про всё мне потребовалось от силы пара секунд. Казалось бы, сущая мелочь. Но не в пылу битвы. За этот краткий промежуток времени многое изменилось. Внезапно для себя я оказался посреди самой настоящей бойни…

— Поберегись! — раздался откуда-то сзади и сбоку крик Хан Су, и в ту же секунду мимо пронеслась зубастая голова, за которой хвостом вилял оголённый, вырванный с корнем позвоночник.

А ещё спустя пару мгновений уже с другого бока раздался треск, и в яркой вспышке исчезли сразу несколько тварей. Когда же свет от сверкнувшей совсем рядом молнии сошёл на нет, взору предстали обугленные до хрустящей корочки тела. И почти сразу ноздрей коснулся аромат подгоревшего мяса.

К счастью, наслаждаться столь чарующим ароматом долго не пришлось. Его унёс в сторону могучий порыв ветра, когда нагромождение тел справа от меня буквально взорвалось.

В хороводе разлетающихся в разные стороны изломанных и растерзанных чёрных тел я заметил уже виденную мной ранее призрачную голубую броню. Разве что на этот раз покрывала она не одну лишь правую руку Джейн, а всю одноимённую половину её стройного подтянутого тела.

Теперь Джейн Голдсмит выглядела не как грязная замызганная побирушка, проведшая ночь где-то под мостом, а смотрелась подобно самому настоящему рыцарю, словно бы только что сошедшему со страницы исторического романа… ну, или, скорее, его половинке. По какой-то причине призрачная броня не желала расползаться по всему телу девушки, ограничившись только одной её стороной.

Впрочем, причина такой избирательности была хорошо мне известна. Другое дело, что даже этой половинчатой брони Джейн хватало с лихвой. Прямо на моих глазах закованная в призрачный сабатон стопа, подобно несущемуся во весь опор товарному поезду, врезалась в морду очередной твари и моментально превратила ту в подобие мясной гармошки с торчащими наружу костями.

Жуткое, надо признать, зрелище. Однако выступление Джейн попросту меркло на фоне ещё одного участника.

Совсем неподалёку безобидный на вид щуплый азиат с маниакальной педантичностью и отлаженностью самого совершенного механизма дырявил головы тварей одной лишь правой ладонью. Притом делал он это столь безучастно, будто не сражался за собственную жизнь в окружении чудовищных монстров, а проводил очередной день в офисе.

Скучающе и рутинно.

Да уж, ну и напарники мне достались… чертовы психи. А ведь я по сравнению с ними — самый настоящий пай-мальчик. Даже убитые мной монстры, и те отправились на тот свет быстро и безболезненно.

К слову о монстрах: несмотря на наш свирепый отпор, они, кажется, и не думали отступать. И даже более того, наращивали свой темп. Я уже видел, как прямо на меня несется ещё одна группа тварей.

Впрочем, их конец уже предрешен. Сейчас безмозглые монстры совершат очередную глупость, наподобие того затяжного прыжка, и мой клинок снова оборвёт их никчёмные жизни.

Моя правая ладонь снова легла на рукоять меча. Скоро всё закончится…

Однако к моему удивлению, монстры так и не совершили тот злополучный прыжок, на который я так рассчитывал. Вместо этого, резко замедлив бег, они вдруг рассыпались в разные стороны и проворными тенями начали огибать меня с боков.

А это что-то новенькое. Обычно их сородичи действовали куда более прямолинейно, стараясь сожрать все живое на своем пути. Поэтому мне оставалось лишь догадываться, с чего они вдруг решили поменять свою излюбленную тактику. На это определённо должны были иметься причины. Притом веские…

И тут я заметил их. На телах подступающих монстров виднелись свежие порезы.

Так вот в чём дело. Неужели, получив отпор от кого-то из моих спутников, они вдруг резко поумнели?

Хотя выглядит их поведение всё равно довольно странно. Не так давно я был свидетелем того, как Яо Мин жестоко расправлялся с тварями прямо у них на глазах, но последние отчего-то продолжали бездумно переть на убой. А тут вдруг резко поумнели…

В этот момент твари наконец завершили свои приготовления и одновременно, словно по команде, устремились ко мне. При этом двигались они совсем не так, как прежде. В их беге отныне не было той нарочитой прямолинейности, что прежде. Они больше не летели ко мне подобно стреле, открыто и предсказуемо; теперь в их перемещениях отчетливо угадывалась изменчивая в своей природе змеиная грация. И это чертовски настораживало.

Всё моё естество подсказывало: справиться с таким противником будет куда сложнее, чем с предыдущими.

Но ничего, и не из таких передряг выбирался. Жаль только, привычный уже разрез пустоты мне в этом бою не помощник — уж слишком юркие цели попались на этот раз. Ловить их поочерёдно в слепую зону будет ох как накладно.

Однако даже так мне есть, чем их «удивить». Как раз для подобных случаев я и приберегал столь дефицитную божественную силу. И похоже, наконец настал тот долгожданный миг, когда мне придётся пустить её в ход.

Зачерпнув невидимой рукой томящуюся в теле энергию, я, не скупясь, плеснул ею в сторону Красной души. И почти сразу получил столь желанный «ответ»…

Окружающий мир мгновенно погас. Картинка перед глазами сменилась. Больше не было никакой подземной парковки, распахнутых створок грузового лифта и рвущихся наружу тварей. Вместо них — тёмный грот и несколько упрятанных в неровных каменных нишах робко мигающих свечей.

Меня тоже больше нет. Я — уже не я, а стоящий на коленях Ягю Дзюбей.

Мой взор окутан туманом, а по щекам стекает нечто мокрое. Когда это нечто касается губ, я чувствую солоноватый вкус. Но не такой, какой бывает у слёз, а более терпкий и насыщенный, с нотками металла.

Вскоре очередная такая капля стекла по щеке, ненадолго задержалась на щетинистом подбородке и устремилась вниз. Спустя мгновение тишину нарушило громкое «плесь». Не в силах совладать с любопытством, я посмотрел вниз, туда, куда угодила капля, и увидел под собой огромную лужу.

Я попытался рассмотреть в ней наше с Дзюбеем отражение, но тщетно. Для того чтобы кровь могла уподобиться зеркалу, требовалось куда больше света, чем способны дать семь едва тлеющих свечей.

Зато этого света вполне хватало, чтобы разглядеть чуть впереди два сложенных из камней холмика. Один совсем маленький, а второй чуть побольше. Тот, что поменьше, был украшен детской игрушкой — ветряной мельницей кадзагурума, а тот, что посолидней, увенчан искусным деревянным гребнем, на котором, если присмотреться, ещё можно обнаружить остатки чёрных шелковистых волос.

От этой картины взгляд Дзюбея снова затуманился, а по щекам побежали уже не две дорожки, а четыре. Я почувствовал, как левая рука самурая коснулась лакированных ножен, покоящихся на его бёдрах, и слегка их погладила, будто прощаясь. И в это же самое время другая его ладонь мягко обволокла рукоять катаны и потянула ту в сторону и вверх.

Вскоре под тусклым светом сверкнуло отполированное до зеркального блеска лезвие, и мне наконец удалось разглядеть «своё» отражение.

С той стороны, из глубин холодной стали, на меня смотрел живой мертвец с чёрными кровоточащими омутами на месте глаз и лицом столь худым и острым, что об него легко можно порезаться.

По потрескавшимся тонким губам пробежала горькая усмешка:

— Я не справился, — прозвучал сухой надтреснутый голос в моих ушах. — Не смог защитить. Не сумел отомстить. Не сподобился достойно умереть… простите, мне так жаль…

Лоб Дзюбея с силой врезался в каменный пол. После этого он ненадолго замер, а затем резко выпрямился.

Из разбитого лба прямо на лицо начала стекать кровь, но Дзюбея это, похоже, совсем не волновало. Ухватившись руками прямо за лезвие, он приставил остриё катаны к своему оголённому животу.

— Ито, Нанао, простите, что заставил вас ждать…

Одновременно с этими словами клинок плавно вошёл в левое подреберье, а затем столь же неторопливо и уверенно «поплыл» вправо.

— Скоро мы снова встретимся.

Однако достигнуть столь желанного конца ни Дзюбею, ни его клинку так и не удалось. Катана вдруг остановилась и выскользнула из раны.

Через пару мгновений меч с лязгом упал на каменный пол. В отполированной поверхности снова отразился человеческий силуэт. Разве что на этот раз вместо чёткой картинки там виднелась одна лишь смазанная рябь.

— Я, правда, смогу это сделать… господин мой Цукуёми-но-микото?.. — прозвучал в моих ушах вибрирующий голос, и в то же самое мгновение всё окружающее пространство треснуло, разом разлетевшись на тысячи бессвязных осколков…

— Кто-нибудь остановите этого больного ублюдка!

— Моров, приди в себя!

— Все назад!!!

Эти и другие голоса хором ворвались в моё сознание, вымывая из разума последние останки чужих воспоминаний. Моё «я» снова стало ощущаться прежним, цельным и неделимым, без всяких посторонних вкраплений. И одновременно с этим картинка перед глазами окончательно прояснилась.

За время моего «отсутствия» многое изменилось. Минус первый этаж больше не кишел враждебными тварями. От них остались лишь воспоминания в виде бесчисленных трупов. Целых и не очень. При этом большая часть убитых монстров по какой-то неизвестной причине валялась совсем неподалёку. Их бурая кровь растекалась ковром прямо у моих ног…

— Эй, ты в порядке? — вывел меня из невольного оцепенения голос Токи.

Только в этот момент я заметил ещё одну странность. Расстояние между мной и моими так называемыми сородичами сильно изменилось. Если раньше нас разделяли считаные метры, то сейчас все они едва ли не вжимались в стены, стараясь оказаться как можно дальше от меня. Исключением была разве что Тока, но и она предпочла оставить между нами где-то с десяток метров.

Однако куда больше меня беспокоила даже не увеличившаяся между нами дистанция, а настороженные взгляды, вкупе с лезвием нагинаты, смотрящими в мою сторону.

— Да, лучше некуда, — чтобы хоть как-то развеять гнетущую атмосферу, почему-то прохрипел я.

— Уверен? У тебя из глаз кровь течёт…