Шпиль башни «Озкорп» вонзался в ночное небо в нескольких кварталах от меня, словно гигантский стеклянный клык. Отсюда этот корпоративный муравейник казался обманчиво безмятежным, но я прекрасно знал: прямо сейчас внутри бушует паника высшего уровня.

Прикрыв глаза, я анализировал события последних часов. Нанять Фелицию Харди было, пожалуй, одним из самых здравых и стратегически верных решений за последнее время. Я не питал иллюзий насчет собственных методов. Мой арсенал был заточен под тотальное уничтожение. Отправься я в серверную Озборна лично, это неизбежно обернулось бы кровавой бойней. Сработали бы скрытые ловушки, вмешалась бы элитная охрана, и мне пришлось бы прорубать путь наружу сквозь бетон, сталь и человеческие тела. Щ.И.Т. и Фьюри закрыли бы на это глаза, но лишний шум на текущем этапе игры мне был совершенно ни к чему.

Фелиция же сработала как скальпель хирурга, изящно, и абсолютно бесшумно. Никаких разрушений, никаких случайных жертв. Лишь пара охранников, которые проснутся с жуткой головной болью. Идеальное исполнение.

Мои мысли плавно перетекли к другой, куда более непредсказуемой переменной нашего уравнения. Питер Паркер.

Согласно короткому рапорту Кошки, укуса удалось избежать. Мутированный паучок томился в стеклянной колбе, а сам Питер мирно ехал домой в школьном автобусе, оставаясь всё тем же нескладным подростком-отличником из Куинса, чьи главные проблемы заключались в насмешках Флэша Томпсона и нехватке карманных денег.

Казалось бы, переменная удалена, угроза нейтрализована. Но, опираясь на обрывки воспоминаний из прошлой жизни, я понимал: всё далеко не так просто.

В каноне Питер Паркер всегда был магнитом для катастроф, эталоном знаменитого «паркеровского везения». Я смутно припоминал один запутанный глобальный сюжет, где говорилось, что обретение им сил было не случайностью, а жестоким предопределением. Великая Паутина Жизни и Судьбы, некие космические силы, Тотемы… Вся эта мистика сводилась к одному, вселенная выбрала Паркера. В его судьбе было прописано стать носителем этих сил.

И вот тут начиналась главная проблема. Если ты грубо вмешиваешься в замысел вселенной, она имеет дурную привычку бить в ответ. Раз Питер не получил силы сегодня от конкретно этого паука — что произойдет завтра? Подстроит ли судьба новую катастрофу? Вляпается ли он в радиоактивные отходы? Или, что еще хуже, силы Тотема найдут другого, куда менее стабильного носителя, а Питера утянет в водоворот событий в качестве случайной жертвы? Это была головоломка, которую мне еще только предстояло решить.

Едва уловимый шорох за спиной вырвал меня из раздумий. Даже с моим улучшенным восприятием я услышал ее лишь в самый последний момент — настолько совершенна была эта грация.

— Скучал, босс? — раздался в темноте бархатистый, вибрирующий от скрытого торжества голос.

Я обернулся. Черная Кошка плавной, расслабленной походкой вышла из тени надстройки. Ее матовый комбинезон сливался с мраком, а белые волосы развевались на ветру. В ее движениях сквозила та особая, пьянящая легкость, которая всегда появляется у профессионалов экстра-класса после виртуозно выполненного заказа.

— Отчет, Фелиция, — коротко бросил я, не меняя позы. — Как всё прошло? И что с парнем?

Она картинно вздохнула, остановившись в паре шагов, и уперла руки в бока.

— Ты невыносимо скучен, Маркус. Никакого «Привет, Фелиция, ты просто чудо», никакого восхищения, — она усмехнулась, лукаво сверкнув глазами сквозь маску. — Прошло всё просто потрясающе. Твой дешифратор выкачал из серверов Озборна всё, что не было приколочено гвоздями. А что касается школьника…

Она извлекла из скрытого кармана тяжелый блок памяти и небольшую герметичную пробирку, внутри которой слабо пульсировал неоном биоинженерный паук.

— Представляешь, этот восьминогий уродец сам свалился прямо на плечо нашему ботанику. Мне пришлось изображать неуклюжую клушу, чтобы стряхнуть его в банку. Удача сегодня была явно на моей стороне.

Я молча забрал дешифратор и пробирку, надежно спрятав их в тактические подсумки на поясе.

— Удача — это инструмент тех, кто умеет вовремя оказаться в нужном месте, — философски заметил я. — Отличная работа.

Фелиция сделала плавный шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство. Дистанция сократилась до минимума. Я уловил тонкий аромат ее дорогого парфюма, смешанный с запахом озона. Она медленно подняла руку, и острый металлический коготь с тихим скрежетом скользнул по нагрудной пластине моей брони.

— Знаешь, — ее голос упал до интимного шепота, а взгляд скользнул по моему лицу, — мы с тобой провернули грандиозное дело. Норман Озборн прямо сейчас, должно быть, рвет на себе остатки волос. Такое событие грех не отпраздновать. Я знаю отличное место… Только ты, я и бутылка коллекционного вина, за которую в Париже можно купить квартиру. Как насчет того, чтобы снять это мрачное напряжение?

Ее близость и обволакивающий голос действовали безотказно, любая обычная биология уже дала бы сбой. Но моя выдержка, выкованная в боях с боевиками Гидры, осталась непоколебимой. Я спокойно перехватил ее запястье. Движение было мягким, но с достаточной долей силы, чтобы дать понять, граница на замке. Пока что.

— Оставим вино до того момента, когда мы действительно выиграем партию, Фелиция, — ровным тоном произнес я, отпуская ее руку и делая шаг назад. — Сегодня мы лишь расставили фигуры.

Кошка тихо фыркнула, ничуть не смутившись отказом. В ее глазах мелькнул огонек азарта.

— Какой же ты каменный. Ладно, твое упущение, — она грациозно потянулась, словно настоящая кошка после сна. — Какие будут следующие распоряжения, о "Великий Комбинатор"?

— Продолжай слежку за Питером Паркером, — ответил я. — Не вмешивайся в его жизнь без критической необходимости, но докладывай о любых аномалиях. Мне нужно знать, если вокруг него начнут происходить… странности. Вселенная не любит пустоты, Харди. Если он избежал одной участи, скоро на горизонте появится другая.

— Поняла. Быть "ангелом-хранителем" для сутулого отличника, — она шутливо отдала честь. — До связи, босс. И постарайся не заржаветь в своей серьезности.

Развернувшись, она в несколько изящных прыжков достигла края крыши и, выпустив трос, растворилась в городской бездне.

Я остался один под холодными звездами. Похлопав по карману, где лежал накопитель с секретами многомиллиардной корпорации, я активировал встроенный в перчатку коммуникатор и вызвал транспорт.

Пора было возвращаться в загородный особняк. В моих руках оказались ключи к самым темным секретам Нормана Озборна — формулы регенерации, чертежи глайдеров, наработки по кросс-видовой генетике. Впереди предстояла долгая ночь анализа данных. Эпоха Чудес уже дышала в затылок, и я собирался встретить ее во всеоружии.

* * *

Дорога до загородного особняка прошла на автопилоте. Едва переступив порог, я скинул броню прямо на спинку дивана и пошел на кухню за бутылкой ледяной воды. Никакого пафоса, никаких томных размышлений с бокалом элитного алкоголя, как мне недавно предлагала Харди. Я просто зверски устал.

Спустившись в цоколь, который я из упрямства называл «базой» — хотя по факту это был просто укрепленный бетонный бункер с мощным сервером, — я плюхнулся в кресло и подключил дешифратор к компьютеру. Экран мигнул, и на меня вывалились терабайты корпоративных тайн, заботливо уведенных у Нормана Озборна.

Я открыл первую попавшуюся директорию по кросс-видовой генетике и минут десять тупо пялился в монитор. Формулы, многоэтажные графики, цепочки ДНК, какие-то «ингибиторы теломеразы» и «векторы ретровирусов»…

Кого я пытаюсь обмануть?

Я не Брюс Беннер и не Тони Старк. До того, как меня забросило в эту рулетку на выживание, я был самым обычным парнем. Моим главным талантом было умение не сдохнуть со скуки, а теперь — умение получать по морде и адаптироваться к боли. Для меня все эти гениальные выкладки «Озкорпа» выглядели как эльфийская клинопись. Я честно пытался вникнуть хоть в абзац, но мозг начал закипать от терминов с такой скоростью, что я поспешно закрыл файл.

Пришлось менять тактику. Если я не рублю в биологии, нужно искать по знакомым маркерам. Я полез в папки с грифом «ВПК» и «Экспериментальное вооружение».

Вот тут стало гораздо интереснее. Я листал чертежи, и в голове один за другим вспыхивали флешбеки из старых комиксов. Аэродинамический глайдер с антигравитационными двигателями. Прототипы боевого экзоскелета для усиления мышечной моторики — та самая зеленая броня, пока лишь на стадии рендеров. Дальше шли схемы сферических зажигательных гранат — привет, тыквенные бомбы, — химические формулы какого-то боевого галлюциногена, распыляемого в виде густого дыма, системы наведения и еще куча продвинутого военного железа.

Я откинулся на спинку кресла и с силой потер переносицу. Круто. Просто обалдеть как круто. Но что мне, мать вашу, с этим делать?

Сам я это не соберу, даже если очень захочу. Дай мне эти чертежи и ящик с инструментами, и максимум, что я сделаю, — случайно взорву собственный подвал. Продать на черном рынке? Черта с два. Это не угнанный «Шевроле». Стоит этой информации где-то всплыть, как Пентагон, АНБ и личные ищейки Озборна объединятся, чтобы порвать мне задницу на британский флаг. Слишком приметные и специфические технологии.

Была, конечно, мысль загнать данные Нику Фьюри. Спихнуть Щ.И.Т. у весь тот неликвид за пару-тройку чемоданов наличности или новые уровни допуска. Но я вовремя себя одернул. Фьюри — тот еще параноик с манией контроля. Если я просто так притащу ему главные секреты «Озкорпа», он тут же задастся вопросом «откуда?» и начнет копать под меня в десять раз усерднее. У нас с одноглазым сейчас хрупкий, взаимовыгодный нейтралитет. Ломать его, наглея ради быстрых бабок, — откровенная тупость.

Я тяжело выдохнул, глядя на экран.

Фелиция думает, что я какой-то злой гений. Щ.И.Т. считает меня высококлассным и хладнокровным ликвидатором. А правда в том, что я никакой не великий комбинатор. Я не умею играть в многомерные шахматы и просчитывать ходы на двадцать лет вперед. Хотя честно признать пытался.

Я обычный парень, который до дрожи четко понимает, какой пиздец ждет этот мир в ближайшем будущем. Инопланетные вторжения, сбрендившие искусственные интеллекты, боги, роняющие с неба целые города, и, в конце концов, фиолетовый мудак с манией величия и перчаткой, стирающей половину вселенной. И это блядь не все, что может случиться с землей в будущем. Я не говорю о целестиалах и всяких там Живых Трибуналов.

Я не пытаюсь стать властелином мира. Я просто пытаюсь подстелить себе соломку, чтобы не сдохнуть, когда всё это дерьмо рухнет нам на головы. И для этого мне нужны любые козыри, которые я смогу унести.

Я скопировал данные на защищенный твердотельный накопитель, выдернул его из порта и запер в самом надежном сейфе особняка. Пусть полежит до лучших времен. До тех пор, пока я не найду толковых, не задающих лишних вопросов инженеров, которых смогу завербовать. Людей, которые посмотрят на эти формулы и скажут: «Да, босс, я могу это собрать».

А пока… пока будем работать с тем, что дает мне гача. Я закрыл ноутбук и поплелся спать. Завтра будет новый день, и, зная этот мир, он наверняка подкинет мне очередную головную боль.