Глава 8 «Чаша времени»

— Браво, Ханна, хоть о чем-то вы осведомлены, — обрадовался Шон, три скупых хлопка в ладоши посвящались Ханне. Пытливые изумрудные глаза искристо сверкнули. Змеиные зрачки вытянулись. — Древний артефакт меняет свойства обычного вина, превращая его в особенный напиток, выпивая который путешественник во времени оставляет на короткое время своё тело, а его чувственная, разумная часть перемещается в астрал. А там астральная оболочка способна на почти невозможное. От мысли к действию всего полшага. До забытого прошлого или до заветного будущего рукой подать.

— Так давайте первыми найдём чашу и избавимся от нее? Решение так близко, но раз вы до сих пор здесь, значит, оно вас не устроило? — подалась вперед, любопытный взгляд сосредоточился на стопке книг.

— Все верно. Такие древние артефакты нельзя уничтожать. В них заключена могучая сила, выпустив которую лишишься на лучший случай жизни и на худший — рассудка, — Даниэль искоса на меня посмотрела. — Тем более наша магия навряд ли сумеет навредить чаше. Мы опустошим себя, а на ней останется лишь царапина. К тому же нельзя лишать шанса на спасение нуждающегося. Не для всех чаша опасна. В добрых руках она лишь невинный инструмент исполнения сокровенного желания.

Губы Шона немного приоткрылись, и он медленно кивнул.

— Так давайте сожжём письмена? — воодушевилась Ханна, озвучив каверзный вопрос прямо в лоб.

— Еще лучше, — Вайт схватилась за голову. — Какое варварство. Так не поступают со старинными, священными экземплярами. А как же польза, которую они приносят мирам?

У меня перехватило дыхание, ускоренное покалывание в основании шеи ощущалось явнее –пульс участился.

— А о вреде вы не думаете? Хорошо, не хотите уничтожать — тогда давайте эти книги еще где-нибудь спрячем подальше от студентов, чтобы не подвергать их рогатой угрозе. Неужели нет никого подходящего места, вроде пропасти или скрытого от глаз ущелья, где лет триста даже мыши не пробегали, не то, что люди.

Даниэль небольшими шажками приблизилась ко мне и сморщила свой ровный тонкий нос.

— Только послушайте ее! Девочка не просто одаренная выдумщица, она еще и наивна, как деревенское дитя. Чем ближе книги к земле, тем скорее хищный, острый нюх Ашера их обнаружит. Ну не скрыть от демона его уровня ничего, поверь мне милая. Пытались уже, — уголки губ Даниэль опустились вниз, похлопав ладошкой по моей щеке, она с жалостью на меня взглянула, мол, умалишённая, что с нее взять. Такую симпатичную дурочку только на жертвенный алтарь. Или привязать к дереву в глухом лесу, чтобы хотя бы зверей накормить.

Крутанув бедром, она развернулась в сторону Шона и плавной, танцующей походкой поспешила обольщать единственного здесь мужчину.

Я хмыкнула. Идей вертелось в голове немало, но не одна не подходила к сложившейся ситуации. Тем более выглядеть ещё глупее, чем сейчас, меня абсолютно не прельщало.

— Вы сказали, что все демоны лгут, что вы имели под этим ввиду, мисс Вайт? — пробежавшись пальцами по узору свитера, вдумчиво спросила подруга.

— Спирса не интересует больше его прежняя семья, он обрел новую — кровожадную, беспощадную — под стать ему самому. Ну зачем владыке демонов терять свое господство? Нынешнее положение, если не считать ограничений в передвижении, а также запрета вредить магам и людям его вполне устраивает, — облокотившись спиной о грудь нага, обыденно произнесла она.

— Тогда чего же жаждет предводитель демонов в таком случае? У вас, как я поняла, есть какие-то предположения? — скрестив руки на груди, поинтересовалась.

— Вернуть свободу и привычный уклад жизни, в котором демоны держат в страхе все миры, — пояснил змеелюд.

— Ну а для этого, как вы уже догадались, ему нужно вернуться в прошлое в день, когда его и других соратников заточили в ловушку или даже раньше, и помешать созданию Риквела Генри Харинзвелму, — продолжила Даниэль, ее хищный взгляд поедал нага. Вайт кошкой терлась об его отросшую щетину щекой, шаловливо поглаживала пальцами подбородок и шею Шона.

— То есть убить Генри, — сообразив, обомлела.

— Верно, Адель, — ласковым тоном похвалила меня декан. — Мы обязаны сделать все, чтобы этого не допустить. А теперь Шон отнесет книги в библиотеку, выделит для них подходящее место на стеллаже и скроет чарами видимости. На время этого должно хватить. Если кто-то попытается их выкрасть, — тут же активируется сдерживающая пентаграмма, и мы узнаем о проникновении в библиотеку, а система пыток накажет вора. Демон обязательно пожелает о своем появлении на свет, — требовательный голос наполнился ехидством, внимательный взгляд неспеша скользил от меня к Ханне. — Девушки, ну а мы с вами вспомним начало разговора и вернемся к безмолвной клятве.

— Тогда я вас оставлю, — наг осторожно взял стопку магических книг и быстрым шагом вышел за дверь.

После всего услышанного я была полностью солидарна с Даниэль и больше не юлила. Если мы проболтаемся, — пострадают люди. Ради их безопасности следует сделать то, чего не хочется.

— Мы готовы, — после того, как мы обменялись с Ханной одобрительными взглядами, я ответила за двоих и первой протянула декану руку.

Даниэль извлекла скрытый под ее шелковым платьем миниатюрный кинжал с серебристой рукоятью, усыпанной мелкими сияющими гранатами. Стальное острие лезвия угрожающе сверкнуло.

Не церемонясь, Вайт полоснула кинжалом по моей ладони. Резкая боль обожгла руку, но мое лицо все еще оставалось беспристрастным. Также резко и без колебаний Даниэль оставила неглубокие порезы на ладони Ханны и закончила своей. Все три руки легли друг на друга.

Я произнесла клятву ни в коем случае не разглашать тайну библиотеки, и проступившая кровь послужила залогом моего молчания. Ханна последовала моему примеру, декан завершила наш круг. Вокруг пальцев вспыхнул ослепительный бирюзовый свет, — клятва вошла в силу.

В горле невыносимо запершило. Всего на несколько секунд мне показалось, что вокруг моей шеи обмотали колючую акацию.

Удушающий сухой кашель вызвал неконтролируемые слезы. Когда ритуал окончился, кашель скрылся также внезапно, как и напал.

Безмятежное и миловидное лицо Даниэль испортил звериный оскал, отняв свою руку первой, она поспешила добить нас окончательно:

— Теперь самое время обсудить ваше наказание. Чтобы мне такое вам поручить?

Как раз в этот момент в кабинет неудачно для нас с подругой вернулся хмурый Шон, и на Вайт снизошло озарение.

— Сокровища со дна Ангельского озера мне добудут Мишель и Анна. Летающее платье из полуострова фей мне доставят Келли и Эндрю, поймают степного кота-оборотня из Норха — Нил, Шейл и Диего, остальные провозятся все каникулы с прожорливыми гусеницами, испортившими четверть нашего урожая ликояна (трава, из которой варятся восполняющее магические потери зелья), теперь за этими гадами не угнаться, носятся по грядкам, как «поцелованные» молниями Зевса, — последние она произнесла с досадой. — Шон, может, тебе в Аселинии помощь нужна или кому-то из твоих знакомых? Обращайся. Ближайшие дня три, этого, я думаю, достаточно, чтобы хорошенько подумать над своим поведением, девочки совершенно свободны.

— Даже не знаю, будет ли от них толк, — постукивая пальцами по подбородку, думно и отрешенно произнес наг. — А что они умеют помимо подглядывания и подслушивания? В моём мире лазутчиков не жалуют. Обычно им что-нибудь публично отрезают или отрубают, палец, например, — безэмоционально ошарашил, уставившись на мои руки.

Машинально спрятав пальцы за спиной, одарила хама и запугивателя с холеной физиономией осуждающим взглядом.

— Мы целительницы. А не шпионки. Лечить можем, — обиженно пробормотала Ханна.

— Точно, лечить, — и тут обладательницу заметного издали цвета волос осенило. — Я за малым вас в фамильный склеп не отослала. Шон, если я ничего не путаю, ты недавно обмолвился, что твой старший брат полностью ослеп после последней битвы с тигровыми василисками в Орлубвиле?

— Верно, Даниэль. Дерека и раньше назвать сильно зрячим нельзя было. А попавший в кровь яд василиска отнял самое уязвимое во всем теле. Это дохлый номер. Если наша шаманка ему не помогла своими травами, на этих невежд полагаться уж точно не стоит. Ложная надежда хуже удара мечом в спину. Зря обнадеживать моего брата не позволю! — лоб нага нахмурился, сердитый голос звучал громко. Зелёные глаза недоверчиво косились на нас с Ханной.

— Мы попробуем, — собравшись с мыслями, ответила, чувствуя, что этот случай окажется, действительно, одним из самых сложных из тех, с которыми нам приходилось сталкиваться в процессе нашей скромной практики.

— А почему так неуверенно, Адель? — фыркнула Даниэль. — Мой совет — не ударьте в грязь лицом, опозоритесь сами — подставите вашего куратора и профессора «целебной магии» Инессу Розерт. Так как вас исключить в случае неудачи я не смогу, и уволить столь ценного преподавателя тоже, в моей компетенции пересмотреть ее месячное жалование, — мерзкая изнутри женщина, спрятавшая свою истинную натуру за привлекательной внешностью, хитро улыбнулась. Ее слащавая физиономия отдалённо напомнила мне сытую мошками и прочей летающей дрянью жабу.

Я уже собралась защищать Инессу, как она добавила надменным голосом: — Ваше оценки тоже пострадают. Да с такой огромной базой знаний об исцелении тела и духа, которую кропотливо и терпеливо четыре года вкладывала в ваши юные, пытливые умы профессор, слепота должна оказаться для вас сущим пустяком.

— Мы сделаем все, что в наших силах. Только не трогайте профессора, она очень хорошая, добрая женщина, — зная Ханну, она едва сдержалась, чтобы не сказать: «в отличие от некоторых», — которой нужно одной кормить троих детей, она не должна страдать из-за нас.

Подруга сложила руки в молитвенном жесте, в глубоком взгляде читалась жалость.

— Хорошо, только не скулите, — манерно махнув рукой, нехотя пошла на компромисс Даниэль, — но взамен окажите необходимую лекарскую помощь и другим нуждающимся Аселинии. Если никто не возражает, с завтрашнего дня вы отправляетесь в мир нагов под присмотром Шона. Трое суток должно хватить, чтобы все удалить, и порадовать меня хорошими результатами.

— Как завтра? — вскакивая с места, вспылил Шон. — Даниэль, ты с ума сошла? Если ты так развлекаешься от скуки, я в этом не участвую, — скрестив руки на груди, в грубой манере высказался.

— А что не так? Ты занят? Или луна не в той фазе? — невинно хлопая длинными чёрными ресницами, ехидно поинтересовалась она.

— Я уже говорил, выходит ты не слушала, — сквозь зубы процедил он, причудливой и дикой горой нависая над ней.

— Ах… Ты про ту ночь? — лисья морда живенько сообразила, о чем он. — Как она называлась, Манхва? — продолжала прикидываться дурочкой она.

— Марх[а]в! — рявкнул Шон и сильно, до жалобного треска сжал пальцами стол. От напряжения смуглая кожа руки побелела в области костяшек пальцев. Я уже всерьёз переживала за мебель и собиралась вмешаться, как он сам остыл и опустил руку.

К счастью, стол оказался зачарованным, образовавшаяся вмятина тут же разгладилась.

— Да, да, припоминаю, — фиалковые глаза прищурились. — Вы чтите своих предков жертвоприношением, песнями и танцами, а они взамен являются в ваш мир и отвечают на ваши вопросы, — почёсывая кончик носа договорила.

Шон, опустив взгляд, тяжело выдохнул.

— Не совсем так, мы радуем их, напоминаем о прелестях жизни. В ночь Мархав грань между живыми и мертвецами особенно тонка, и через зеркала они могут с нами говорить. Обычно духи были благосклонны к нам и не выходили из зазеркалья. Но бывали случаи, когда вредные сущности, претворяющиеся кем-то другим, пытались занять чье-то тело. Поэтому я и не хочу приводить с собой живые мишени.

Ханна побледнела.

— Злые духи? — дрожащим голосом пропищала она. — Я туда не хочу! — Ее перепуганные глаза просили пощадить.

Я словно прилипла к месту. Подходящих слов, чтобы выразить мое негодование не находилось. Только этого не хватало — стать сосудом для потусторонних энергетический пиявок, питающихся эмоциями и телесными силами змеелюдов.

Ну стерва. Она точно намерена нас извести, все просчитала.

— Ты же их защитишь? Просто будь рядом, и никто не посмеет привязаться к девочкам, — уверенно заявила она.

Ханна с надеждой посмотрела на него.

— Постараюсь. Вечно у женщин так. Упрутся во что-нибудь, и потом разгребай лопатой проблемы от их сиюминутных капризов, — легонько ударяя себя ладонью по лбу, проворчал он.

— Вот и чудесно, что ты согласился, — пиранья расплылась в белозубой улыбке.

Неспеша подойдя к окну, она выглянула, и тут же скривилась.

— Убери уже своих химер обратно в портал, эти несдержанные тупоголовые твари портят мне настроение своими драками, — с отвращением произнесла она, пялясь на диких созданий, нападающих друг на друга от скуки и дури.

— Они же тебя не трогают, не нравится — не смотри, — огрызнулся он, но все же пошел к выходу. — С вами встречаемся завтра в шесть утра возле парадного входа. Не вздумайте опоздать, — строго предупредил он.

— Вы тоже свободны, — наконец-то произнесла Вайт то, чего мы так ждали.

Я первой отправилась за Шоном, а Ханна умудрилась с недоброй руки одной грымзы обронить медальон-оберег. Кулон словно стал тяжелее, и тонкая цепь не сумела его удержать.

Когда я поравнялась с Даниэль, пока Ханна пыталась отыскать свою потерянную вещь, декан успела ядовито шепнуть мне на ухо:

— Девочка, я видела, как ты на него смотришь. Не переживай, Шон не моя собственность. Все три дня и даже больше ты можешь с ним без угрызения совести развлекаться, ну или он с тобой. Обещаю не ревновать.

— Что? Да как вы смеете мне о таком говорить? Обвинять меня в легкодоступности? Бирн лишь мой учитель. Вот и все! — давясь возмущением, крепко сжала кулаки, отросшие ногти упирались в кожу, боли я же чувствовала, лишь лёгкий зуд.

И я бы сумела высказаться о многом, но гремучая кобра меня перебила:

— Пока девочки, скоро встретимся. Я бы еще с вами поболтала, но мне пора.

Неполный круг движущейся по воздуху ладони вызвал в комнату портал. Оставив меня закипать от ярости, она, упиваясь своим превосходством, рысью в него сиганула.