[Нуэзор]

— Дедушка, я ведь тебе много раз говорила: Хоран вынужден был так поступить. Его предал командующий ради своих амбиций. Пепельная Колдунья мне обо всем поведала!

— Туенгоро-старший отлучен от двора, — проскрипел высохший будто мумия старик.

Несмотря на свой болезненный вид, Унзар четвертый все еще мог соображать и принимать взвешенные решения.

— Но почему тогда вы продолжаете преследовать Лучезарного мага⁈ — всплеснула руками недовольная принцесса.

— Мрадиш нанес империи болезненное поражение… — протянул император.

— Но он и войско эльфов уничтожил!

— Лучезарный предал Нуэз. Уничтожил сотни и тысячи моих верных солдат. Захватывал крепости и города. Устроил Ашурскую бойню, — перечислил правитель Нуэз. — Как император я не имею права относиться к нему снисходительно. Понимаю, что у вас завязались хорошие отношения, и он помогал тебе с магией. Однако интересы империи превыше личных привязанностей.

— Но…

— Достаточно, Дженнифер! Аудиенция окончена, — прервал готовую вырваться возмущенную тираду император.

Сморщенный старик вяло махнул рукой, и стража выдвинулась к принцессе с намеком, что ее время истекло.

— Ты допускаешь большую ошибку, дедушка, — поджав губы, произнесла юная колдунья.

После чего подобрала подол платья и стремительным шагом покинула малый зал для приемов императорского дворца в Нуэзоре.

— К вам господин Велкрик с важными донесениями, — поведал слуга.

— Пусть заходит вне очереди…

В зал для приемов слегка шаркающей походкой прошел невзрачный мужчина с блеклыми, прилизанными волосами.

— Что удалось узнать? — нетерпеливо вопросил император.

— Наши агенты собрали очень много любопытной информации, — угодливо заметил императорский информатор. — Но, полагаю, начать необходимо с наиболее важных новостей. Хоран Мрадиш назначен конунгом Нирдхолда. Его жена, Призывающая эльфийка, назначена конунгом Арьяджи. Бывший конунг Нирдхолда же отправился управлять в Дилавердо.

— Дилавердо?

— Средних размеров Вольный Город, славящийся своим скотом. Дилавердо и Нирдхолд долгое время враждовали. Конец был положен в недавней битве конунгов, в которой Мрадиш с союзным ему конунгом вышли победителями.

— Снова Лучезарный маг! Но разве он не попал под Проклятье Ночного эльфа? Почему он все время побеждает?

— Говорят, его заклинания Резонанса хоть и не столь убойны, как Лучезарные, но тоже доставляют проблемы, — дипломатично поведал Велкрик.

— Этот Мрадиш уже в печенке у меня сидит! — поморщился высушенный старик.

— Ваше величество, позвать целителя? — участливо заметил слуга, следящий за здоровьем правителя.

— Нет! Это просто фигура речи, балда. Что еще тебе удалось выяснить?

— Мрадиш представил новый вид артефактов: холодильный и морозильный. Похоже, они позволяют хранить портящиеся продукты долгое время. Мясо может храниться месяцами.

— Откуда он черпает знания? Нашел гримуар древнего мага?

— Не исключено. Наши разведчики пытались наблюдать за его заметками и записями его ученицы. Однако ничего не смогли расшифровать. Они ведут записи на неизвестном нам языке.

— Шифр?

— Наши лучшие ученые пытаются разгадать секрет, но пока безуспешно. Записи они хранят в пространственных карманах, поэтому изъять их непросто.

— А что маги?

— Некоторые специалисты выказывают опасения, что Лучезарный маг может создать боевые артефакты, черпающие бесконечную энергию Тардиса. Это значительно усилит Вольные Пустоши.

Воцарилась гнетущая тишина, которую Велкрик поспешил прервать:

— Наши агенты продолжают изучать артефакты Мрадиша. Часть контуров похожа на вязь ошейников Санчеса. Предположительно, Лучезарный маг использует магию Лунной Тени, как и наш Санчес.

— Ее можно устранить?

— Проблематично, милорд. Если это та, о ком мы думаем, то убить Лунную Тень будет сложно. Она Воительница высокого ранга. Возможно, проще будет устранить самого Мрадиша.

— Тогда почему вы этого еще не сделали⁈

— Подходящего момента не возникало. Он передвигается с большой охраной и все время под защитой. Его безопасностью занимается Ночная эльфийка. Она практически не оставляет лазеек.

— Пробуйте. Империи не нужен под боком конунг, нанесший нам оскорбительную оплеуху, а теперь спокойно клепающий чудные артефакты!

— Да, милорд. Я соберу команду, и мы покончим с Лучезарным магом!

— Довольно про Мрадиша. У меня от него голова разболелась, — скривился старый правитель. — Что удалось выяснить про восстание рабов? Гильдия Купцов и Братство Тумана мне всю плешь проели своими жалобами.

— Известно, что это дело рук Школы Солнца, ваше величество, — скромно отметил Велкрик. — За последнюю неделю мы насчитали одиннадцать случаев нападений на работорговцев и рабовладельцев. В бегах примерно четыре сотни рабов, из них более пятидесяти одаренных. Солнцевики выбирают своей целью группы, в которых есть хотя бы один одаренный Солнечный эльф.

— Своих освобождают, — пошамкал губами император. — Где они раздобыли отмычку? Дело рук Санчеса?

— Мы проверили данную версию. Все изготовленные отмычки к ошейникам находятся у ответственных, пропаж не зафиксировано. К тому же на освобожденных рабах висели ошейники от разных производителей. Все они были сняты в очень сжатые сроки. Складывается впечатление, что Школа Солнца сумела раздобыть универсальную отмычку от любого ошейника подчинения.

— Эстевия помогла? Никогда она мне не нравилась, — выдал Унзар четвертый. — Ладно, с жалобами разберемся. Ищите поганых аболиционистов и найдите отмычку.

— Так точно, милорд! Поступают сведения с севера. По всей видимости, в Книхране возникли проблемы.

Унзар промолчал, ожидая продолжения и экономя силы. Император и так сегодня был удивительно многословен. Сеанс лечения придал ему сил, но надолго запала не хватало.

— Книхранское сопротивление организовало несколько восстаний рабов и освободило невольников. Плантации разорены и разграблены. Количество сбежавших рабов измеряется тысячами, ваше величество! Пока информации не так много, но мы подозреваем, что сопротивление получило доступ к некоему артефакту-отмычке. Вероятно, источник артефакта тот же, что и у Школы Солнца, ведь они проявили себя примерно в одно время.

— Хоть какие-то добрые вести! — расплылся дряхлый император в жуткой ухмылке. — Книхранцы слишком зависимы от рабов, в отличие от Нуэз. За что и поплатились!

— Да, ваше величество. Императоры Нуэз оказались мудрее правителей Книхрана! — любезно отметил подчиненный.

— Сразу два древних артефакта всплыло? — предположил Унзар.

— Такая вероятность остается, хотя спустя столько веков найти рабочий экземпляр — настоящее чудо, — заметил Велкрик. — Мы сходимся на мысли, что отмычки были изготовлены недавно.

— И кто этот гений артефактной науки, разгадавший древние тайны?

Вопрос императора повис в воздухе. Все высокоранговые маги на Шимтране были наперечет. Если кто-то и способен изготовить артефакт подобного уровня, то он не мог прятаться в тени. Унзар и Велкрик переглянулись.

— Мрадиш? — с презрением прошипел император.

— Вероятность существует. Лучезарный маг изобрел множество уникальных артефактов. По технологиями, которые считались давно утерянными. Если он сумел подобрать ключ к магии подчинения, нас это не удивит.

— Нам и так достаточно поводов, чтобы расквитаться с ним, но Мрадиш не перестает удивлять. Думаю, книхранцы быстро найдут виновника бунтов. Но можешь подкинуть им пищи для размышления. Всегда приятно расправиться с врагом чужими руками… — выдавил из себя Унзар.

— Будет исполнено, ваше величество.

Император обсудил с информатором еще несколько вопросов, после чего повелел отправляться исполнять выданные задания. Затем вяло махнул рукой и приказал слуге, экономя силы:

— Пусть заходит…

Прислужник сразу же сорвался с места. Вскоре в зал для приемов прошла статная Ночная эльфийка. Церемониймейстер кратко объявил о прибытии Эмиссара Сумеречного Леса. Тзанваши из клана Зангрис была отправлена в Нуэзор в качестве посла-дипломата. Специально согласовали кандидатуру неодаренной Ночной эльфийки.

Унзар до сих пор страдал от давнего мощного Проклятья, с которым не могли совладать лучшие целители империи, материка и всего Тардиса. Поэтому он не желал видеть рядом с собой очередную ушастую ведьму. Даже неодаренная Ночная эльфийка вызывала у него неприязнь и некий внутренний боязливый трепет. Со своими страхами старый император старался бороться.

— Ваше величество, — церемонно поклонилась посол Сумеречного Леса.

— Говори… — коротко высказал император.

— Вероятно, вам уже доложили о новых свершениях небезызвестного Лучезарного мага. Сумеречный Лес пристально следит за действиями Хорана Мрадиша. Здесь я представляю интересы Великой Королевы. Мы многого добились за последнее время. Заключили мирное соглашение, обменялись захваченными поселениями, провели ревизию имущества.

— Продолжай…

Тзанвари привыкла, что Унзар немногословен, поэтому продолжила свою речь:

— Сумеречный Лес недоволен усилением Вольных Городов. Артефакты Мрадиша постепенно распространяются по Пустошам. Они дают воду, тепло и огонь. Помогают в строительстве, кузнечном ремесле и других отраслях. Если тенденция сохранится, все это сулит существенное усиление Нирдхолда и других Вольных Городов.

— Допустим.

— Сорняки необходимо пропалывать, пока они не выросли и не вгрызлись длинными корнями в грунт. Сумеречный Лес заинтересован в том, чтобы убрать фигуру Мрадиша с доски. Как и досточтимая империя Нуэз, мы полагаем, — любезно добавила Ночная эльфийка.

— Что вы предлагаете? — проскрипел Унзар.

— Нуэз и Сумеречный Лес долгое время тратили силы на распри между собой. Сейчас, когда наступил мир, самое время обратить внимание на наших соседей. Вольные Пустоши хоть и сложная цель из-за засушливых условий и монстров, но вполне посильная для двух величайших держав континента.

— Союз?

— Временное партнерство для достижения общей цели. Мрадиш — кровный враг Сумеречного Леса и обязан понести заслуженное наказание.

— Силы империи и силы Сумеречного Леса истощены войной, — протянул Унзар.

— На Вольные города наших совместных сил хватит.

— Сомнительное утверждение. Нирдхолд практически никому не удавалось покорить. А удержать — тем более, — скептически отметил Унзар четвертый. — Но предложение Сумеречного Леса меня заинтересовало. Мы с советниками его подробно рассмотрим и как следует обдумаем. После чего дадим свой ответ.

Тзанвари поджала губы, осознав, что ждать ей придется долго. В империи редко решали вопросы оперативно. Даже мелкое изменение порой проходило через все шестеренки бюрократической машины. Что уж говорить про такое важное мероприятие, как союз с прежним кровным врагом — Сумеречным Лесом, и выступление войной на Вольные Города.

Пустоши являлись непростой зоной. Осады были осложнены отсутствием базовых ресурсов. Приходилось издалека подвозить еду, воду и другие важные элементы для снабжения войска. Быстрый набег же требовал отличной координации, хорошо вымуштрованных войск и элитных одаренных высоких рангов. Либо каких-то козырей в рукаве. Например, подкуп командира стражи города, чтобы им оставили лазейку в оборонительных рубежах.

Ночной посол осталась недовольна нерешительностью императора, но давить и настаивать не стала. Сумеречный Лес умел дожидаться своего часа.

— Как будет угодно вашему величеству, — склонилась она.

[Хоран Мрадиш]

Возвращение в Нирдхолд прошло без приключений. Добрались мы к вечеру, еще до захода солнца. По пути я наметанным глазом присматривал места, требующие доработки магическим напильником. Через овраги и каньоны необходимо перебросить каменные мосты, неудобные участки выровнять. И даже неплохо было бы в одном месте проделать тоннель прямо сквозь скалу. Это бы сократило маршрут примерно на полчаса. Мелочь, но когда речь идет о тысячах караванов, уже складывается в серьезную трату времени.

В городе нас встретили без фанфар, однако народ приветствовал караван и меня лично.

— Да здравствует конунг Мрадиш!

— Поздравляю с прохождением испытания, господин конунг!

— Скоро расширять Водный артефакт планируете? Новую заготовку уже положили!

— Вы построите в Нирдхолде Ледяной Грот, как в Арьяджи? Он ведь будет бесплатный?

— Бесплатным бывает только сыр в ксарголовке! — отвечал я настырным жителям.

Еще толком не вступил в обязанности конунга, а уже жители начинают надоедать своими расспросами и требованиями. Якобы, раз ими правит опытный зачарователь, то и артефакты должен раздавать бесплатно. Ага, разбежались. Я их всех раздену догола, но при этом о городе буду заботиться.

На промзону заезжать не стали, поскольку время стояло позднее. Двинулись прямо к Ведьминому Котлу. По периметру участка теперь шла высокая каменная стена с небольшими башенками для дозорных. Почти что крепостная. С обычной городской стеной, конечно, не сравнится, но мы и строили ее не для отражения атак крупных армий. На такое Ведьмин Котел не был рассчитан в принципе. А чтобы всяким мародерам и грабителям было сложнее подобраться к нашей вотчине. В наше отсутствие обошлось без серьезных эксцессов, как нам поведала Хильда.

Стена вышла несколько неказистой. Я бы места примыканий и башенки сделал надежнее, но в целом результат меня устроил. За всеми процессами лично не проследишь. Надо принимать мир таким, каков он есть. Меняя окружение в тех местах, где не требуются существенные вложения.

Хильда была рада моему возвращению, поскольку накопился ворох вопросов, которые требовали личного присутствия. Хоть мы и общались с ней по связи периодически, порой следовало посмотреть лично.

Не успели мы устроиться в комнатах и поужинать, как в Ведьмин Котел последовали вечерние гости. И первым стал, к моему удивлению, Черный Барон. Тьярдон прибыл с угощениями и разными мелкими гостинцами:

— Предлагаю распить этот старый бренди, да поговорить о делах насущных.

— Разве что за ужином. Мы только с дороги.

— Понимаю. Я не отниму у досточтимого конунга много времени.

Слуги накрыли стол в главном зале особняка, и мы вместе с приближенными принялись трапезничать.

— Так что вас привело в столь поздний час? — поинтересовался я, когда все формальности были соблюдены.

— Время перемен — неприятный момент для различных дел, — уклончиво протянул Тьярдом. — Мне бы хотелось лично убедиться в том, что наши договоренности с прошлым конунгом в силе.

— У вас были договоренности с Бьярнумом?

— Разумеется. Особенно активно он проявлял себя в последние месяцы. Из-за Водных артефактов и других вещей городу потребовались крупные суммы золота. Бьярнум, говоря по правде, никогда не умел зарабатывать деньги. В отличие от уважаемого Мрадиша, конечно же, — усмехнулся делец. — Наслышан о ваших великолепных артефактах. Говорят, расходятся как горячие пирожки!

— Конунг брал у вас в долг? — догадался я.

— Не только у меня. Но за остальных говорить не возьмусь — казначея вашего спрашивайте.

— Вот Бьярнум жучара, — начало до меня доходить.

— Конунг наплодил кучу долгов и сбагрил город тебе, — хмыкнула Кшанти. — Достойный ход.

— И сколько же Нирдхолд задолжал досточтимому Черному Барону? — уточнил я наконец.

— Всего три тысячи двести золотых. Копии расписок при мне, — улыбнулся Тьярдон.

— Сколько⁈ — поперхнулся я отбивной. — Ля ты ксарг! — выдал я вслух, обращаясь к Бьярнуму. — Влез в долги и свалил как можно дальше! Теперь мне становится понятно, почему он тал легко передал Нирдхолд мне. Ксаргова душонка!

— Наверняка большую часть золота прибрал к рукам, — усмехнулась Дзартен.

— Найдем его и сожжем во славу огня! — активизировалась Ниуру.

— Ну, мы же пока не знаем точно, куда он спустил золото. Может, потратил все на нужды города? — предположила Лейна, встав на сторону конунга. — Нельзя огульно обвинять человека!

— Знаю я эту хитрую морду. Что-то потратил на город, но явно не все. Вызовите-ка срочно сынка Бьярнума, — дал я команду слугам связаться с центром. — Он ведь помогал папаше вести бухгалтерию. Похоже, надо как можно скорее вникать в финансовые перипетии Нирдхолда. Как бы Бьярнум не оставил мне город-банкрот…