[Далифакс]

— И для чего нас всех собрали здесь? — с некоторым недовольством вопросил один из правителей. — Никак, обсудить одного небезызвестного конунга?

— Ситуация серьезная, тут не до шуток, — ответствовал другой. — Да, мы съехались в Далифакс, чтобы принять решение насчет Хорана Мрадиша, конунга Нирдхолда. Также известного как Резонансный, Лучезарный маг, Ашурский Мясник и так далее.

— Разве решение не было принято на съезде конунгов в Арьяджи?

— Многие высказывались против его кандидатуры, но большинство победило, — покачал головой лидер. — В Далифаксе собрались те, кто так или иначе не согласен с назначением Мрадиша на пост конунга Нирдхолда.

— Маги не должны стоять во главе Вольных городов, — подметил другой правитель экспрессивно. — Это всегда ведет к склокам, темным ритуалам и прочей ксарговщине!

— За Резонансным магом ведет охоту Сумеречное Королевство и Нуэз. Нам не следовало допускать его к правлению! Это испортит отношения с соседями, — поддакнули за столом.

— Мрадиш осквернил Великого Локдара. Богохульнику не может быть прощенья!

— Карвенс был крестным моего сына. Я обязан отомстить самозванцу, — заиграл желваками один из правителей.

— Эти его мерзкие артефакты… — протянул другой. — Я ввел запрет на пронос артефактов Мрадиша в мой город. Чего и вам советую. Наверняка без темной магии там не обошлось. Все поганые поделки Мрадиша необходимо уничтожить!

— Вот-вот. У вас ведь этот гад тоже переманивает гвардейцев и одаренных? Подобное поведение недопустимо и оскорбительно!

— А что скажет досточтимый конунг Мьеркампф?

Правитель Далифакса погладил свою ухоженную бородку с мудрым видом:

— Далифаксу не с руки ссора с Нирдхолдом. Резонансный маг обеспечивал нас постоянными заказами, скупая серебро в огромных масштабах. Цены на металл подскочили до небес. Такими темпами серебро могло бы сравняться с золотом в стоимости.

— Все о прибытке думаешь! — поморщился один из конунгов. — А ведь Вольные Пустоши в опасности. Арконцы уже осуществили крестовый поход. Братство Тумана выступило войной против Мрадиша. Чудо, что другие города не задело. Как скоро остальные крупные империи обратят на нас внимание? И уж тут точно одним Нирдхолдом не отделаемся!

— Нирдхолд разбил арконцев, — заметил конунг Далифакса нейтрально.

— Так ты на его стороне, Мьеркампф⁈ — ударил по столу правитель.

— Ни в коем разе. Просто Мрадиш выгоден городу. Серебряные рудники работают в три смены. А вот насчет вреда от него — большой вопрос.

— Кстати, у тебя ведь в гостях один из воротил Нирдхолда, не так ли? Тьярдон по прозвищу Черный Барон. Позови его! Послушаем, что он может нам рассказать.

Вскоре в большой зал для приемов крепости Далифакса, украшенный изысканными гобеленами и статуями с посеребрением, вошел и сам Тьярдон в сопровождении местной стражи.

— Господа конунги, — кивнул он, обозрев собрание правителей Вольных городов.

По его прикидкам в Далифакс съехалось примерно треть всех конунгов Пустошей. Часть вождей осталась нейтральной, часть встали на сторону Бьярнума-Мрадиша. Да и сами три города Нирдхолд-Дилавердо-Арьяджи составляли значимую силу в Вольных землях.

Сам он вынужден был бежать, когда стало очевидно, что арконцы не смогут одолеть деспота. Хоть Тьярдон и продолжал вести дела с Мрадишем, обиду за прошлый инцидент не мог легко простить. Он считал, что сумасбродный маг точно приведет Нирдхолд к беде. Ведь после появления Мрадиша начались перемены. А перемены — это всегда не к добру!

— Поведай нам о Мрадише, сударь Тьярдон. Ты ведь неоднократно встречался с ним? Что он за человек?

— Ужасный властолюбец, сноб и деспот, — процедил сбежавший главарь. — Ни во что не ставит как местные устои и традиции, так и обычаи Вольных земель. Ведет себя словно саламандра в посудной лавке!

— Властолюбец, говоришь? Как полагаешь, что он будет делать дальше? Что на уме у Резонансного мага?

— Он будет захватывать города, пока не поглотит всю Вольную Пустошь. И на этом не остановится, — выдал Тьярдон почти без колебаний.

Конунги удивленно переглянулись:

— Почему ты так решил? Ему скорее повезло выйти живым из заварушки с Карвенсом в Арьяджи.

— А вы разве не в курсе, чем он занялся сразу после выдворения арконцев? — Тьярдон оглядел собравшихся правителей.

— Просвети!

— Мрадиш строит дорогу!

В зале приемов воцарилась густая словно медовый сироп тишина. Тьярдон продолжил, направляя умы собравшихся в нужное русло:

— Кто еще известен тем, что строил дороги в Вольных Пустошах?

Один из конунгов побледнел, другие принялась нервно теребить бороды или постукивать по столешнице.

— Айранстед Кровавый! — выдал всем известное имя вождь.

— Вот именно! Самый жестокий тиран Вольных Пустошей, — заметил Тьярдон. — Айранстед захватил девять городов. Где с помощью подкупа и хитрости, где — тяжелыми осадами и затяжными сражениями. Многие дети тогда остались сиротами. Но он не просто захватывал Города. Кровавый грезил о великой империи. Именно он начал прокладывать дороги и строить переправы в Пустошах. Лишь с помощью арконцев и нуэзийцев нам удалось свергнуть деспота. Айранстед тоже начинал как конунг Нирдхолда! Неужели вы желаете повторения старого кошмара? Гадину надо давить в зародыше!

Зал взорвался возгласами негодования. Все конунги как один слали проклятья тирану Айранстеду Кровавому, принесшему множество страданий Пустошам.

— Если ты начинаешь строительство дороги, то не обязательно планируешь захватить Вольные пустоши, — помассировал переносицу Мьеркампф. — Мрадиш — грозный противник, нанесший неприятный укол Нуэз, Сумеркам, Аркону и Братству Тумана. Понаставил боевых артефактов на стенах, выдал солдатам артефакты для мгновенной связи на расстоянии… Да он целое Божество изгнал с Тардиса! Необходимо действовать осмотрительно. Постараемся избежать прямого конфликта. Проблему всегда можно решить окольными путями!

— Конунг Далифакса всегда славился продуманными планами! — польстил один из правителей.

Формально собравшиеся представляли интересы почти десятка отдельных городов Вольных Пустошей, но по факту Нирдхолд являлся крупнейшим поселением. Да и Арьяджи с Дилавердо не бедствовали. Они понимали, что противостояние выйдет непростым.

— Мы должны привлечь на свою сторону как можно больше союзников. Обратитесь к тем конунгам, кому вы можете доверять. Нельзя допустить возвращения смутных времен!

— Чтобы уничтожить Мрадиша хороши все средства. Надо обратиться ко всем, и даже к Сумеречным!

— Нет, пороть горячку не надо, — возразил Мьеркампф. — Как будто вы не знаете, что нельзя иметь никаких дел с Ночными эльфами.

— Да, Сьорвик немного перегнул палку.

— Я знаю одного специалиста, который может нам помочь, — усмехнулся один из конунгов. — Правда для ритуала ему нужны осколки.

— Темная магия? — предположил другой.

— Всячески осуждаем использование темной магии, — покачал головой Мьрекампф. — Но если кто-то пожелает поделиться осколками — это его выбор.

Конунги не стали заострять внимание на предложении использовать темного колдуна, поскольку в зале приемов находились посторонние, да и сами правители отличались болтливостью. Лучше не распространять порочащие тебя слухи без особой необходимости.

— Поддытожим: необходимо остановить Мрадиша. Не дать ему распространить свое влияние на другие Вольные Города, — выдал Мьеркампф. — Мы должны продумать меры и стратегию действий.

— Верно!

— А что насчет названия? Обычно, когда конунги Пустошей объединялись, союзу давалось имя.

— Раз Мрадиш именует себя Резонансным магом и колдует заклинание Дисбаланса, мы станем теми, кто принесет порядок на Вольные Земли. Мы — Союз Баланса! — предложил правитель Далифакса.

— Такое дело надо отметить! Мьеркампф, прикажи накрыть стол. За Союз Баланса необходимо выпить!

Правитель Далифакса негромко вздохнул. Некоторые из конунгов Пустошей предпочитали особо не продумать и не строить далеко идущие планы. Будет тяжело организовать эту толпу Вольных дикарей.

Однако он верил, что Мрадиш должен быть остановлен. Да, конунгу придется поступиться прибылью, но таково его бремя. Далифакс и раньше процветал, до появления артефактного чародея. Серебряные рудники будут приносить прибыль и после того, как Союз Баланса избавится от Мрадиша. Пришлый должен быть изгнан с Пустошей.

[Кшанти Дзартен]

На обратном пути остатки арконского воинства подвергались постоянным нападкам и налетам со стороны летучих отрядов Нирдхолда. Советница по безопасности лично проследила за тем, чтобы как можно меньше презренных арконцев добралось до границы. Летучие отряды Нирдхолда еще долго кошмарили их, используя артефакты связи для координации.

Плюс Ночной эльфийке пришлось участвовать в допросах и пытках пленных подельников Тьярдона. Да и в целом множество пойманных доходяг прошли проверки. Также на нее повесили и пленных арконцев.

Лишь спустя несколько дней обстановка более-менее улеглась. На пленных навесили ошейники и отправили в шахты добывать руду на пару с гоблинами. Уцелевшие крестоносцы Аркона покинули Вольные Пустоши, и отряды вернулись в город.

Кшанти занялась фильтрацией служащих Нирдхолда, Артефактов Мрадиша, новичков-переселенцев и продолжила копать под видных личностей города. К безопасности и проверке вассалов люди относились спустя рукава в отличие от Ночных эльфов.

Дзартен устраивала подробные допросы, проверяла личные вещи и окружение, устраивала перекрестные проверки. Использовала весь свой опыт и знания, чтобы выведать всю подноготную. Враги Нирдхолда им здесь были не нужны. Кшанти привыкла все держать под контролем. Ей не нравились подчиненные, которые не выказывали должного почтения и рвения или вызывали подозрение своим происхождением.

Один раз она поступилась своими принципами, положившись на Лучезарного мага. И к чему это ее привело?

В некоторых случаях эльфийка использовала допрос с временным рабским ошейником. Но магия подчинения не всегда давала возможность получить правдивые ответы, так что на подобный способ нельзя было полагаться полностью.

Нескольких рабочих из Артефактов Мрадиша она уволила, поскольку у тех всплыло воровское прошлое, либо их характеры не устроили Ночную эльфийку. Условия труда у Хорана были одними из лучших в городе. Достойно платили, обеспечивали жильем, так что с набором персонала проблем не было. Они могли выбирать лучших из лучших.

В Нирдхолд съезжались беженцы и переселенцы со всего Шимтрана. Их даже не пугали известия о крестовом походе Аркона. Слава о чудодейственных артефактах, источнике воды и о других изобретениях Мрадиша распространилась далеко.

На материке существовали места, где у людей была достаточно тяжелая жизнь. Локальные стычки, междоусобные войны, неурожаи и засухи, непомерные налоги, тяжелая воинская повинность и многое другое. Всегда находились те, кто искали более теплый угол.

Дзартен наладила нормальную процедуру досмотра и проверок всех гостей города. Раньше к этому относились безалаберно. Чего еще ожидать от людишек! Пускали в город всякое отрепье.

Оборванцам с явно криминальным опытом или навыками отказывали во въезде в город. Хороших специалистов старались сразу пристроить. Некоторым подготавливали временные жилища.

К сожалению, таким методом не всех неблагополучных людей удавалось отсеять. Всегда находились умелые лицедеи, способные обдурить даже проницательного Эмиссара. Некоторых разведчиков и диверсантов специально готовили для внедрения с продуманной легендой. Как бы Кшанти ни была хороша, всех блох не поймаешь.

Ночная эльфийка была особой занятой, так что постепенно она набрала себе команду из нескольких человек и эльфов из стражи. Включая пару неодаренных Ночных эльфов, которые давно обосновались в Пустошах. Они вполне себе подчинялись бывшей наследнице клана Дзартен, а ныне изгнаннице.

Убедившись, что процедура отлажена, и подчиненные поняли задачу, она наконец получила возможность меньше времени уделять проверкам и допросам. Хотя с особо сложными случаями все равно приходилось разбираться самолично.

В один из дней в Нирдхолд прибыл посыльный из Сумеречного Леса с письмом конкретно к ней. Молва о Кшанти докатилась и до ее родного клана. Прознали, что она осталась служить человеку в Вольном городе.

С большим интересом эльфийка ознакомилась с посланием. В клане у нее все-таки осталось несколько дружественных эльфов. Хоть Ночных считали исключительно подлыми тварями, не способными выстраивать положительные связи, все-таки дети Сумерек иногда находили приятелей, побратимов или просто хороших знакомых, которые не ставили своей целью как-то использовать тебя. Впрочем, в последнем никогда нельзя было быть уверенным на сто процентов.

Доверенное лицо сообщило, что Дзартен официально отреклись от Кшанти и подвергли ее персону остракизму. Да и те, кто оставался верен бывшему Эмиссару, возмущались тем фактом, что она теперь служит человеку. Что бросало тень на репутацию любого Ночного эльфа.

Королева Сумеречного Леса вела активные переговоры с Нуэз, что остальным соседям не сулило ничего хорошего. В особенности Вольным Городам. Но пока точных сведений не было, так что оставалось только гадать, на что они решатся.

Положение удручающее с одной стороны. Она не могла вернуться в клан и предъявить свои права на трон. Разве что возьмет дворец силой, что маловероятно. Сумеречный Лес не примет изгнанницу.

С другой стороны, она занимала неплохое положение в иерархии Нирдхолда. Практически первый эльф после конунга. Так что она не стремилась посыпать голову пеплом.

Мрадиш нес с собой интересные перспективы. Нирдхолд развивался не по годам, а по дням. Кто его знает, что советницу по безопасности ждет в будущем.

Кшанти беспокоила пара моментов. Во-первых, не все конунги поздравили Мрадиша со славной победой над арконской ордой. Часть правителей городов хранили молчание. Именно те, кто высказывался против кандидатуры Мрадиша на сходе конунгов в Арьяджи.

Разведка донесла о том, что бежавший Тьярдон нашел укрытие в резидеции конунга Далифакса. Что недвусмысленно намекало на противостояние Мрадишу. Нирдхолд отправил требование выдать преступника-предателя, однако ответа до сих пор не получил.

Да и Гиблая Ночь прошла подозрительно тихо. Некоторые чувствительные маги говорили про некие волны темной магии, которые они почуяли. Такое случалось во время ритуалов колдунов, погрязших в темных сетях. Не исключено, что очередной некромант собирал восставшее воинство. В прошлое нашествие Нирдхолд пострадал от одного такого умельца.

Впрочем, сейчас город обзавелся Гневом Ниуру. Огонь хорошо выжигал упырей. Разведчики пока не обнаружили местонахождение темного колдуна, так что следовало пристально следить за округой.

— Госпожа Дзартен, — обратился к ней подчиненный спустя несколько дней после Гиблой Ночи. — В город прибыла Ночная эльфийка с сопровождением. Неодаренная, назвалась Тзанваши, послом Королевы Сумеречного Леса.

— Ксаргова подстилка Тзанваши! — ругнулась Кшанти. — Чего она хочет?

— Аудиенции у конунга Нирдхолда.

— Я организую встречу, — кивнула эльфийка.

Прием состоялся этим же вечером на нейтральной территории — в главном зале нирдхолдской крепости, которой нынче заведовала стража. Хорана с большим трудом удалось оторвать от неимоверно важных дел, которыми занимался чародей.

Мрадиш не горел желанием лезть в политику. Даже на официальные письма от властей соседних государств он порой ленился ответить лично. Просил Хильду или Дзартен что-нибудь им «накалякать в ответ». Поразительное попустительство от конунга. Словно бы у него не было никаких амбиций.

Это слегка раздражало Кшанти, у которой амбиций было достаточно. Чародею же было приятнее возиться с артефактами и стройкой, чем решать политические вопросы. По возможности она старалась вникать в ситуацию, подсказывать и брать управление на себя. Таким образом, мало-помалу она втиралась в доверие к окружению Мрадишу и расширяла границы дозволенного.

В зале помимо стражи собрались супруги Мрадиша — Ниуру и Ульдантэ, ученица Эббот с Хильдой и сам Хоран с Кшанти. По другую сторону находилась Ночная эльфийка Тзанваши. Гостья вела себя в целом вежливо — соблюдала все правила приличия.

После формального приветствия и расшаркиваний Мрадиш сразу перешел к делу, поскольку не любил тратить время на витиеватый политес:

— С чем пожаловали в славный град Нирдхолд?

— С небольшой просьбой от Королевы Сумеречного Леса, — откликнулась Тзанваши. — Ее величество желает приобрести партию Артефактов Мрадиша для своих нужд.

— Хм, зачарование обычно производится по месту. Вы должны об этом знать.

— Но разве духовные камни не позволили вам обойти данное ограничение, ваше магичество? — кокетливо заметила Ночная, выказав осведомленность.

— У меня не так много заготовок и времени, чтобы тратить их попусту…

— Сумеречный Лес готов хорошо заплатить за работающие устройства.

— Хотите разгадать секрет моих артефактов? — хмыкнул Мрадиш. — Не думаю, что это выгодная сделка.

— Ее величество не любит, когда отказывают в ее просьбах, — усмехнулась Тзанваши. — Обычно в таком случае у другой стороны возникают проблемы…

— Не раскрывай свой презренный рот, если тебя не спрашивают! — рыкнула на нее Кшанти.

Посол Сумеречного Леса сразу шелковой не стала, но перестала слать угрозы в адрес Нирдхолда, как прямые, так и завуалированные.

— Если Сумеркам нечего дельного предложить или сказать Нирдхолду, то вы можете быть свободны, дорогая послица. Потрачу время с пользой вместо пустой болтовни!

Тзанваши осталась явно недовольна аудиенцией. Похоже, эльфийка ожидала, что ей уделят больше времени и уважения. Однако чародей отнесся к ней словно к надоедливой мухе.

Ночную эльфийку выпроводили прочь. Дзартен же переместилась в карету вместе с Хораном. Процессия двинулась обратно в сторону Ведьминого Котла.

— Мы могли бы вытащить больше полезных сведений из Ночной эльфийки, — заметила Дзартен безрадостно.

— Ксарг с ней. Более интересные дела есть!

— Снова артефакты? — вздохнула она.

— На этот раз это и тебя касается.

— Меня?

— Да. Разрабатываем артефактный жезл, который будет создавать Ночную Призму. Артефакты будут индивидуальны — настроены на спектр Ночного эльфа. Позволят тебе спокойно мотаться за пределы города и сохранять боеспособность.

— Это… интересный проект…

— Ага. Хорошо, что у Сумеречного Леса нет подобных технологий. Жутко представить, как бы лютовали одаренные Ночные эльфы, если бы каждый из них мог насылать Проклятые лучи с дистанции стрельбы из лука… — протянул Мрадиш, рассеянно глядя в окно.

Дзартен же оцепенела. Ведь это изобретение действительно способно кардинально изменить расстановку сил на всем континенте. Дать Сумеречному Лесу возможность возвыситься над людскими королевствами.

Сердце встрепенулось, мысли лихорадочно закружились в ее голове. С подобной технологией она могла бы получить большое преимущество и влияние в Сумеречном обществе. Высшие круги быстро оценят перспективы. У Кшанти даже появятся шансы взять власть в свои руки в таком случае. Тот, кто контролирует столь разрушительное оружие, контролирует Сумерки.

Однако Мрадиш точно будет против помощи Ночным эльфам. Добровольно, по крайней мере.

Дзартен предстояло многое обдумать и принять явно непростое решение.