Ниуру засела на крыше здания, которое оказалось как раз на пути новой партии вторжения. Разумеется, Красная эльфийка незамедлительно переключила свое внимание на Туманников и других арконцев, пролезших в город.

— Ниуру, не лезь! — рявкнул я через артефакт связи.

Однако было поздно. Часть Туманников и отряд арконцев отделились и направились конкретно к зданию, в котором засела Красная эльфийка с парой рядовых лучников. Все остальные бойцы из ее отряда отражали натиск основных сил врага.

Хоть мы арконцев и проредили знатно, солдат у них оставалось достаточно. Кшанти неплохо поработала, выбив одаренных своим Проклятым лучем. Да и другой одаренный Ночной эльф показал хороший результат. Правда, его луч доставал не так далеко, как у Дзартен, и противнику было легче защититься от атак.

Сложилась патовая ситуация. Силы оказались приблизительно равны. А я не хотел терять всю боеспособную стражу трех городов в жалком натиске проклятых арконцев. Бойцы мне еще пригодятся.

— Обратить Гнев Ниуру на проникшие в город отряды! — скомандовал я по связи. — Быстро тащите раструбы в противоположные бойницы!

Операторы магических огнеметов достаточно быстро выполнили приказ. Башни продолжили плеваться огнем, но уже не по врагам снаружи, а по тем, кто проник в город. Парочка продолжала поливать огнем сражавшихся на стене арконцев, остальные переключились на новые цели.

Башням стало удобнее атаковать, поскольку кривизна крепостной стены позволяла. Возле южных врат была не столь плотная застройка и достаточно большое пространство перед входом. Где и происходила основная заруба. Огненные снаряды продолжили выкашивать неприятеля.

К сожалению, иного козыря в рукаве у нас не нашлось. Гнев Ниуру — единственное, что позволяло нам получить преимущество, но только на длинной дистанции.

На позицию Ниуру двинулось сразу несколько Туманников и тяжело экипированных латников. Я выругался, понимая, что некого позвать на помощь. Союзники и так сражались на пределе возможностей.

— Всем держаться и не рисковать! Башни доделают остальное! — передал я по связи и свистнул.

Мякотка моментально выловила сигнал и бросилась ко мне, расшвыривая врагов магическими волнами. Сдержать гурда голубого ранга в тяжелой защитной попоне не мог никто. Даже высокоранговые Туманники разлетались как кегли. Хотя бы проникшие в город арконцы передвигались пешком. Похоже, через тайный ход было невозможно протащить гурдов.

Я осмотрелся. Ближайший спуск со стены был, к сожалению, захвачен арконцами. Идти до следующего было слишком долго. Мякотка прискакала к стене и встала в ожидании дальнейших указаний.

— Не такая уж и большая высота, — пробормотал я.

Наложил бы на себя Поток Ветра, чтобы смягчить падение, но из-за Проклятья шансы на успешную активацию оставались минимальные. Поэтому я просто неуклюже свесился со стены и спрыгнул. Приземлился прямо в седло, отбив ногу и задницу. Наверняка потом синячина будет будь здоров. И это еще Мякотка вовремя самортизировала ногами. Я давно перестал задаваться вопросами, каким образом неразумный гурд способен подмечать подобные мелочи. Когда внутри питомца томится божественный разум, возможно всякое.

Время тратить было нельзя, так что я дернул поводья:

— Пошла! Скорее, к Ниуру!

Мы понеслись с небольшого пригорка кратера и быстро достигли основного поля боя. На ходу я бросил Цепную Молнию в толпу арконцев, которых сдерживали войска. Мы миновали оборонительную линую и вклинились во вражеские порядки, наседающие сзади. Маны у меня оставалось не особо-то и много. Наладка артефакта, Дисбаланс и прочие заклинания быстро выжрали всю энергию. И это несмотря на съеденный осколок. Следовало экономить.

Я достал свой зачарованный клинок и пустил Мякотку вдоль вражеских рядов, прикрывшись плотным Барьером. Напирающие со стороны города арконцы сражались в пешем порядке, так что всадник имел определенное преимущество.

Я разил клинком, колол и рубил. Мякотка раскидывала врагов рогами и магическими волнами. Периодически я выпускал Дисбаланс, однако заклинание уже начало сбоить. Я ведь настраивал его на зону возле одной из башен, а мы уже достаточно удалились. Необходимо перенастраивать.

Цепная Молния выручала в таких ситуациях.

По мне прилетали Туманные сгустки. Часть вязла в Барьере, часть просачивалась и оседала на доспехах. Плоть начало нещадно жечь. Мякотке тоже досталось. Один ушлый Воитель с зачарованным длинным мечом сумел прорубить попону и оставил глубокую рану на теле зверя. Хорошо хоть ногу мне не оттяпал.

Мы с Мякоткой залезли слишком далеко вглубь вражеских рядов. Отвлекли на себя основное внимание и дали чуть передохнуть войскам Нирдхолда. Лиетарис выдвинулась нам на помощь верхом на гурде. Древесные доспехи ее уже выглядели потрепанными, но Воительница сражалась все также умело и отчаянно. Там и Бьярнум уже начал мелькать, размахивая своим красным от крови мечом.

Тем не менее, мы собрали на себе черезчур много внимания и получили несколько чувствительных оплеух. Барьер мой почти распался, маны оставалось мало.

— Сюда! — пустил я Мякотку к строению, где засела Ниуру.

Мы прорвались через ряды противников и въехали во двор чьего-то имения. Внутри все было частично разрушено. Мякотка раскидала растерянных нашим внезапным появлением Туманников в стороны. Я быстро спрыгнул с гурда:

— Дальше сама! — хлопнул я гурдиху по крупу и бросился вперед.

Мне в спину прилетел Туманный сгусток, разорвавшись болью в плече. Я ввалился в дверной проем. Сама дверь валялась внутри.

Здание было достаточно массивным и высоким — в три этажа с учетом мансарды. Каменные стены были достаточно толстыми. Поэтому Ниуру и выбрала его в качестве точки для обстрела врага. Задерживаться не стоило, ибо арконцы могли очухаться в любую секунду.

Я бросился к лестнице и взбежал наверх. По пути зарубив спускавшегося арконца. Видимо, он хотел посмотреть, что за шум снаружи. Враг обнаружился на втором этаже на лестнице, ведшей в мансарду.

Шла ожесточенная перестрелка на ближней дистанции. Пылало горячее пламя, барьеры трещали по швам, Туманные всплески вспарывали пространство. Ниуру с лучниками успели навалить немного мебели в качестве баррикады, однако ее практически всю разъело Туманной кислотой. Вокруг пылали многочисленные пожары.

Из-за дыма видимость упала. Наседающие арконцы морщились и кашляли. Они торопились, понимая, что времени у них в обрез. Угарный газ мог вывести из строях их всех.

Пользуясь неразберихой я подобрался сзади. Рубанул первого попавшегося на пути Туманника в спину мечом, после чего пустил Цепную Молнию. Арконцы забились в конвульсиях, хотя парочка и сумела прикрыться Барьерами.

— Нехрен лезть к мое жене! — яростно выкрикнул я.

— Хоран! — донеслось сверху.

Ниуру поднажала и принялась более активно закидывать Туманников. Щит одного из них не выдержал кумулятивного огненного снаряда. Типа разорвало, осколок срезонировал, выплеснув Туман на союзников. Задело и второго одаренного.

Превозмогая боль от множества ран, слезящиеся от дыма глаза и горящие легкие, я активировал стандартное Молниевое Копье, после чего в полуслепом выпаде ударил по оставшемуся Туманнику. Клинок удачно вошел в прореху в Туманном Барьере и прошил грудину врага.

В следующий миг в боку вспыхнула резкая боль. Я отмахнулся, и подобравшийся арконец выпустил короткий кинжал. Почти по самую рукоять вонзил мне клинок в тело! Дым и со мной сыграл злую шутку. Я не заметил, как еще один тип подкрался сбоку.

— Ксаргова отрыжка! — рыкнул я и полоснул наглеца мечом наотмашь.

Еще пара арконцев приходили в себя после оглушения Молнией и несколько поднималось за мной по лестнице, но я чувствовал, что у меня нет времени на добивание. Я выставил Туманный Барьер и защитился от сгустка арконца. Из последних сил я разбежался и перемахнул через горящие плавящиеся баррикады. Покатился по полу мансарды и чуть не взвыл от боли, когда ударился рукояткой всаженного в меня кинжала.

— Хоран! — подоспела ко мне Ниуру. — Быстро, оттащи его к окну!

Супруга вместе с лучником помогли мне добраться до открытого окна, где хотя бы имелся свежий воздух. Мансарду тоже закономерно заволокло дымом. В здании разгорался пожар. Такое часто бывает, когда лезешь к разъяренному одаренному Красному эльфу голубого ранга.

— Тебе нужен целитель! — принялась она паниковать, что было по-своему мило.

— Сам справлюсь, — буркнул я. — Главное, не дайте мне потерять сознание…

Я сформировал лечебную печать только со второго раза. Целительское Касание сразу принесло облегчение и добавило толику сил.

— Ниуру, следи за входом. Солдат, вытаскивай кинжал. Только дергай резко! Иначе я могу и передумать… — пробормотал я, скрипя зубами от адской боли.

— Да, господин конунг!

Супруга продолжила жечь супостатов, пытающихся прорваться к нам на этаж. Мне же пришлось претерпеть крайне неприятный момент.

Очнулся я от сильной боли в ноге.

— Ай, ты что творишь! — прикрикнул я, открыв глаза.

Ниуру жгла мне ногу.

— Ты не приходил в себя! Я боялась, что ты истечешь кровью!

— Зачем сразу жечь? Поцелуй истинной любви мог бы разбудить спящего красавца…

— Какой к ксаргу поцелуй? Какой к ксаргу красавец? — всплеснула руками рыжая язва.

— А вот щас обидно было, — проговорил я, потянувшись к браслету.

Голова соображала с трудом. Я плавал на границе потери сознания. Кровь быстро покидала измученное тело. Но наконец я нащупал нужный фокусатор и активировал Целительское Касание. Кровь перестала столь активно кровоточить. После парочки заклятий рана затянулась, кровотечение остановилось. Да и ожоги стали беспокоить чуть меньше. Туманной гадостью меня одарили с ног до головы. Но хотя бы основной удар приняли на себя доспехи. Которые похоже после боя придется менять чуть ли не полностью.

Спустя несколько минут я немного пришел в себя и смог приподняться. Ниуру отбивалась от наседающих арконцев, которые отчаянно жаждали захватить ключевую точку. Огонь постепенно распространялся. Дым окутал мансарду.

На выручку нам пришли сами Туманники. Разъедающие сгустки проели и пробили крышу здания в нескольких местах, так что дым начал уходить через проделанные прорехи. Стало терпимее находиться наверху.

— Кажется, свалили, — буркнула Ниуру.

Красная эльфийка повернулась ко мне. Выглядела Ниуру помятой. Множество кислотных отметин и ожогов на доспехах и теле, вся чумазая и грязная. Однако в глазах плясал тот самый озорной огонь, из-за которого она мне и приглянулась.

— Поцелуй для любимого муженька, который рискнул и пришел ко мне…

Наши губы соприкоснулись на пару секунд. Наверное, это был самый горячий поцелуй в моей жизни. Обстановка не особо романтичная, но что поделать. Ниуру вернулась к отражению натиска. Порой она перемещалась к окну и метала огненные снаряды наружу. Вскоре она начала экономить ману, поскольку запасы энергии истощились. И съеденный осколок уже помогал слабо.

Я же сделал передышку и… засел за быстрые расчеты. Руку я давно набил в просчете магического фона и корректировке Дисбаланса. Так что у меня ушло всего несколько минут на внесение правок.

— Гоблины пришли на помощь! Глубинные гоблины валят арконцев! — донеслось по рации.

— Нирдхолдцы теснят Туманников! Горожане явились на выручку!

Снаружи царило настоящее веселье. Арконцев поджаривали из башен. Большинство чародеев и одаренных уже выдохлись. Только некоторые Туманники, пробравшиеся через тайный ход, еще продолжали обстреливать защитников. Сражение превратилось в бой традиционным оружием без магии. Исключение составлял Гнев Ниуру. Из башен все также стабильно летели огненные снаряды.

Наконец-то мои артефакты начали заметно влиять на течение боя. Когда остальные выдохлись, Гнев Ниуру продолжал жечь врага!

Ульдантэ, Мякотка и Лиетарис вместе с Бьярнумом и частью войск продолжали терзать врага, пробравшегося с тыла. Жены-Воительницы неплохо проредили арконцев.

Глубинные гоблины явились из своих шахт, чтобы помочь в отражении нападения. Пускай они и были экипированы скверно, но пара сотен бойцов пришлась как нельзя кстати. Гоблины атаковали арконцев снаружи крепостных стен.

Изнутри же врага начали теснить сами нирдхолдцы. Хоть им и приказали не высовываться, ополченцы решили действовать самостоятельно. Здесь многие знали, с какого края браться за меч. Хотя бы у них хватило ума действовать издали, а не лезть на рожок. Один Туманник бы положил сотню таких ополченцев. Нирдхолдцы же использовали луки и арбалеты, закидывая арконцев смертоносными снарядами. Не особо эффективно, но и такая мелочь могла помочь в критической ситуации.

Приятно, что ни гоблины, ни жители не бросили Нирдхолд на произвол судьбы!

Я не стал разлеживаться, благо мана частично восстановилась. Тщательно прицелился и вдарил Звуковым Дисбалансом. Специальное пробивное заклинание прошило Барьер Туманника. Осколок члена Братства вошел в Резонанс, и кислотная субстанция поглотила тело бедолаги. Затем мы с Ниуру сумели уложить еще троих, пользуясь преимуществом удачного местоположения. С высоты третьего этажа нападавшие были как на ладони.

Напор арконцев начал гаснуть. Братство Тумана и святоши из арконской империи теряли одного бойца за другим. Наступил критический перелом. И хотя сил у арконцев еще оставалось достаточно, чтобы дать нам бой, они так и не сумели прорваться к башням. Гнев Ниуру безостановочно жег налетчиков. И офицеры арконцев приняли решение отступить.

Затрубили горны, и крестоносцы потянулись обратно, так и не завершив свой поход. Нирдхолд выстоял!

Артефакт связи местами оплавился. Амбюшуры проело, но металл держался вместе с магическими контурами внутри.

— Наружние пусть уходят, — прохрипел я команду. — Сосредоточьте усилия на тех, кто пробрался внутрь города. Гнев Ниуру, ваша цель — отступающие из города войска. Не щадить никого! Бьярнум!

— Да, Хоран?

— Возьми отряд и найди Тьярдона. Желательно взять его живым, но можно и мертвым. Возможно, он уже свалил.

— Думаешь, Черный Барон провел арконцев внутрь?

— Вот и выясни. Если что, Кшанти умеет развязывать языки.

— Сделаю. Эх, старина Тьярдон, как же ты так подвел меня? — произнес Бьярнум по связи с сожалением. — Я думал, что ты встанешь на защиту Нирдхолда…

Локальные стычки еще продолжались какое-то время, но вскоре зажатые в разных местах арконцы сдались в плен. Остатки арконского воинства быстро улепетывали от стен Нирдхолда. Им в спины летели огненные шары — до тех пор, пока они не умотали на приличную дистанцию. Благодаря высокому импульсу и преимуществу по высоте огненные метатели били на дистанцию в полкилометра.

— Так, нас кто-нибудь вытащит отсюда? — вопросил я по связи. — Тащите веревку. Конунгу нужна срочная помощь!

Мы с Ниуру и чудом выжившим лучником теснились на маленьком пятачке возли выбитого окна. Дымило нещадно, огонь буквально лизал наши пятки. Вода меня не слушалась, так что справиться с огнем мы не могли. В теории можно было и прыгнуть, но для раненых такая процедура могла закончиться плачевно.

Наконец кто-то из бойцов удосужился подбежать к горящему особняку и бросил нам веревку. Ниуру быстро зафиксировала ее на конце торчащего обломка крыши. Ругаясь от тревожащих нас ран, мы спустились на грешную землю. Двор особняка был полностью разгромлен. Усеян телами и остатками Туманной разъедающей слизи. Хорошо, что Ведьмин Котел находился поодаль. Не хотелось бы отстраивать свой особняк заново.

Еще пошатываясь из-за ранений, я вышел на главное поле брани. Вокруг носились солдаты, лежали мертвые и раненые. Вязали пленных, осматривали трофеи, целители оказывали помощь пострадавшим. Действовали все достаточно профессионально и в унисон, словно хорошо отлаженный механизм.

Солдаты трех городов ранее недолюбливали друг друга. Однако сейчас стража Дилавердо сражалась на стороне Нирдхолда. Бьярнум за столь короткий срок успел привлечь сторонников. Да и Арьяджи ранее не испытывал к нам симпатию. Лиетарис тоже хорошо постаралась. Бойцы трех городов объединились и дали отпор супостату.

Люди на время отринули свою неприязнь к гоблинам, да и сами гоблины на удивление ладили с жителями. Не думал, что трусливые коротышки выползут из своих нор и рискнут своими шкурами.

Я испытывал настоящую гордость от увиденного. Пожалуй, Нирдхолд — то место, которое хочется оберегать. Пускай Аркон и прочие недруги отправляют к нам новых солдат. Кто в Нирдхолд с мечом придет, тот от магии и погибнет!