С последствиями пришлось разбираться еще очень долго. Кшанти быстро сформировала несколько мобильных отрядов из стрелков, которые не были ранены. Туда включили и нескольких одаренных Глубинных гоблинов, хорошо показавших себя в боях. Даже Кирлох назначили командующей одной из групп.

Отряды отправили по душу улепетывающих арконцев. Несколько сотен солдат сумело отступить и перегруппироваться, так что с наскока их взять было бы сложно. Мы же потеряли изрядно как погибшими, так и ранеными, так что преследовать крестоносцев не стали.

Арконцы получили достойной мзды, так что главное дело сделано. Сомневаюсь, что священная империя, либо Братство Тумана решатся в ближайшее время повторить сей славный подвиг. Им сначала надо восстановить силы.

Как и нам, впрочем. Но об этом подумаем после.

Как обычно, на первом месте стояли раненые, коих были сотни разной степени тяжести. Полевые медики оказывали первую помощь — накладывали жгуты, перевязывали раны. Целителей у нас было достаточно, но с таким количеством раненых за раз они справиться не могли. Привлекли всех чародеев, знающих лекарские печати.

Я задумался о еще одном важном нюансе, который ранее игнорировал, сосредоточившись на артефактах. Изделия Мрадиша хороши, спору нет, но ведь и чародеев со счетов списывать рановато, как показала практика. А ведь мы с Лейной владели технологией по разработке индивидуальных печатей высокого качества. Да, придется проводить муторные расчеты под каждого конкретного мага, но в теории мы можем усилить нашу армию.

Жаль, что я раньше об этом не подумал. Умная мысля приходит опосля. В одной только страже служило несколько десятков чародеев. Которым, к слову, приходилось платить больше, чем неодаренным стражникам и стражникам-Воителям вместе взятым.

Да, оставалась вероятность, что они могут уйти со службы, получив убойные печати, или затребуют повышение в зарплате, но риск того стоил. Надо будет заняться этим делом, когда появится время.

Маги ведь почти универсалы. Если печать будет настроена идеально, то большая часть чародеев сможет освоить стихию Жизни. Дать каждому по одному боевоему заклинанию и по Целительскому Касанию. Так у нас сразу станет на порядок больше лекарей, и в каждом отряде будет целитель. Сплошная выгода.

Со стражниками можно заключить договор в обмен на ценные печати. Свободным чародеям такого не предложишь. Надо будет что-нибудь выдумывать.

Обо всем этом я размышлял, кастуя одно Целительское Касание за другим и вяло пережевывая осколки. Хотя бы камней у нас было в достатке. Казна пополнялась осколками от скотины рекордными темпами. Да и арконцы расщедрились. Поле боя было усыпано уцелевшими телами, коих не тронул Резонанс.

— Их бы, да в алтарный загон на убой, — протянул я, раздумывая о перспективах. — Тогда бы шансы на получения осколка были выше.

— На убой? — отшатнулся солдат, которому я накладывал печать. — Не по-божески это, господин конунг!

— Считай, что Боги покинули Шимтран, — хмыкнул я. — Только человек волен управлять своей судьбой.

Раненых арконцев тоже удалось захватить прилично. Я раздумывал над тем, не пустить ли на убой, чтобы получить осколки. И некоторые разъяренные солдаты трех городов к этому активно призывали. Желали расквитаться со своими недругами, положившими многих их приятелей и близких.

— Тихо! — прервал я спор компании офицеров и солдат. — Не факт, что осколок удастся получить даже в алтаре. А вот рабов всегда можно реализовать. Надо думать о выгоде, кши-ши-ши!

— Как же мы продадим рабов без лицензии работорговца? Их выдает Братство Тумана… — почесал голову один боец.

— Ничего, перекупы всегда найдутся. Не сможем, значит к работам в городе приспособим. Будут пасти скотину и убирать навоз!

— Да-а-а!

Такой расклад народ одобрил.

Трофеи все тщательно складировались, инспектировались и записывались. Главной в деле распределения добычи стала Хильда. Носилась с толстым журналом по полю боя, хотя еще не всех раненых арконцев обезвредили. Рабочие складывали экипировку в повозки, сортируя по типу. Зачарованное оружие в одно место, обычные клинки в другое. Уцелевшие элементы доспехов сваливали в телегу. У кого-то при себе имелись кошели, украшения и разные ценные припасы. Ну и осколки, куда уж без них.

Не сказать, что мы сорвали огромный куш. Все-таки в военных действиях трофеи с солдат являлись лишь частью общей добычи. Разграбить королевскую казну, помародерить в крупном городе, захватить поселение, земли, мануфактуры или рудники — это бы принесло куда больший навар, если смотреть шире. Но по крайней мере, мы сможем отбить часть потраченных ресурсов.

Бойцов, правда, золото так легко не вернет, и с этим что-то следовало делать. Три Вольных города потеряли достаточно много солдат. Учитывая, что недругов хватало, нам следовало как можно скорее восстанавливать численность стражи. Ждать, пока подрастет новое поколение, мы не могли. Надо будет поразмышлять на сей счет.

Я занимался пострадавшим гоблином, когда ко мне подошел Бьярнум.

— Сколько наших братьев пало, раненым несть числа! — удручающе произнес конунг, качая головой.

— Матерь ксаргья, да на тебе же живого места нет! Тебе часть скальпа и ухо срезали! — изумился я.

— Пустяки, — махнул он рукой. — Другим повезло меньше…

Я поглядел на бойца, которым занимался, сравнил с Бьярнумом и понял, что конунг Дилавердо больше нуждается в помощи.

— Стой смирно. Я тобой займусь!

Бьярнум еще и сопротивляться пытался, твердя, что это всего лишь царапины, а шрамы украшают мужчину, но моего авторитета хватило, чтобы заставить его принять лечение.

— Сейчас бы в Священной Келье отлежаться, и все прошло уже за пару часов… — вздохнул Бьярнум с предвкушением.

— Священная Келья? Это еще что? — вопросил я лениво.

Сражения, раны, магическое истощение и потеря крови закономерно вызывали жуткую усталость. Голова гудела. Хотелось куда-нибудь лечь отоспаться. И это невзирая на бодрящий осколок в организме.

— Не слыхал? Главная достопримечательность Дилавердо! В самом центре города находится древняя келья, сложенная из больших каменных плит. Никто не знает, кто ее воздвиг. Но если посидеть внутри, любую хворь как рукой снимет, а раны затягиваются на глазах! Туда и скотину водят, коли у нее со здоровьем проблемы. Одна из причин, почему в Дилавердо такие здоровенные Буйволы пасутся…

— Погоди… — соображалось туго. — Место, в котором излечиваются раны? Источник стихии Жизни?

— Тебе виднее. Ты же здесь маг.

— Почему раньше не сказал, гоблинская отрыжка!

— А смысл? Не отправишь же раненых в Дилавердо. Туда пару дней скакать.

— Если это такая же Точка Резонанса, как в остальных местах: Жаровнях Горунга, Ледяном Гроте Арьяджи и Каменном Древе Цитадели Солнца, то я смогу изучить новую стихию. Стихию Жизни! Понимаешь, что это значит?

— Ты здесь маг, — пожал он плечами устало.

— Я могу поставить Священную Келью в любом месте, в каждом городе! Жители смогут исцеляться от раны и болезней, как и скот. Да и после боев солдатам будет намного проще восстанавливаться!

— О! Достойное дело. Справишься, Хоран?

— Нет ничего невозможного для Резонансного мага!

— Тогда жду тебя у нас в гости. В Дилавердо живут гостеприимные люди! На меня всего три покушения было, хотя я думал толпа будет в ярости. Ведь Дилавердо и Нирдхолд враждовали столетиями!

— Всего три. Действительно, гостеприимно… — приподнял я брови.

Похоже, в гости к Бьярнуму мне придется ехать с хорошим таким боевым отрядом.

— Господин конунг! — внезапно из ниоткуда появилось ушастое лицо, покрытое чешуей. Притом, что остального тела не было видно.

— Твою эльфийскую мать! Предупреждай заранее, когда подкрадываешься! — чуть не отпрыгнул я. — Это ты тот Безликий эльф из Арьяджи?

— Верно. Госпожа конунг отправила меня на разведку к арконцам, чтобы я попытался изъять похищенный артефакт. Я пытался подобраться поближе, но артефакт связи они охраняли слишком хорошо. И при отступлении утащили с собой. Боюсь, у меня не выйдет его достать…

— Арконцы понимают, насколько ценен мой артефакт связи. Ладно, пусть пробуют воспроизвести. Вряд ли они смогут повторить контуры и спектр. Только мы с Лейной и Ильхардом владеем исходной печатью… Отдыхай, Безликий. Уверен, твои умения нам еще понадобятся.

Прошло совсем немного времени, прежде чем для эльфа-невидимки не нашлась подходящая работенка. Первых прихвостней Черного Барона поймали и допросили. Кшанти дала краткую сводку:

— Пока рано говорить точно. Еще не все пыточные методы опробованы, но, по всей видимости, презренный Тьярдон сбежал в Далифакс, — поведала пыточных дел мастерица. — У Черного Барона имелись обширные связи в Вольном городе. Говорят, он дружил с Серебряным Князем, как прозвали конунга Далифакса.

— Поганый ксарг! — сплюнул Бьярнум, которого я немного подлатал.

— Это ты о себе⁈ — раздалось гневное над полем брани.

Мы обернулись и узрели воительницу в доспехах, на которых виднелись следы крови. Настоящая валькирия, со здоровой секирой в руках и коротким клинком на поясе. Опозновательных знаков стражи на ней не было, так что скорее всего женщина из ополчения. Недоумение длилось недолго.

— Любимая, ты тоже сражалась? Незачем было так рисковать собой! — воскликнул Бьярнум.

Стало очевидно, что мы повстречали супругу Бьярнума. Я видел ее мельком, но в боевом раскрасе не узнал. Ту самую, что он оставил в Нирдхолде, а сам умотал на длительный срок в Дилавердо. Лишь вторжение арконцев помогло им встретиться в Нирдхолде. Неизвестно, сколько бы еще длилась разлука в ином случае.

— Потому что я нирдхолдка и всегда готова встать на защиту родного города! — заявила она. — Ты ведь говорил, что скоро нам можно будет переехать в Дилавердо. Сколько ты еще намеревался тянуть, дорогой муж?

— В Дилавердо опасно. На мою жизнь три раза покушались!

— Пф, да ты за одну неделю здесь чаще влипаешь в неприятности, чем в якобы враждебном Дилавердо! Так и скажи, что просто не хочешь больше видеть свою семью!

Бьярнум посмотрел на меня с мольбой в глазах, но я покачал головой:

— Истинный воин должен умело сражаться не только на поле боя, но и в домашнем кругу, — изрек я философски и похлопал здоровяка по плечу.

Конунг Дилавердо остался решать семейные проблемы, мы же занялись делами насущными. Безликого эльфа вместе с несколькими шпионами отправили разнюхивать обстановку в Далифаксе. Если Черный Барон там, его необходимо захватить — это дело чести для Нирдхолда.

Лишь к поздней ночи более-менее разгребли завал. Тяжело раненых стабилизировали, трупы пожгли, пленных распределили по казематам, трофеи заныкали в городской казне.

К сожалению, теперь мне приходилось думать не только о себе любимом, но и о городе. Вернее, о трех городах. Хоть Нирдхолд пострадал больше остальных, часть добычи придется отдать Арьяджи и Дилавердо, которые тоже участвовали в бойне. В некотором смысле города в моем подчинении, так что я не сильно беспокоился на сей счет. Плюс выплатить компенсацию семьям погибших — так было принято и в Вольных Землях.

По крайней мере, аммуниции захватили прилично. Будет чем экипировать новых солдат.

Усталые мы доехали до Ведьминого Котла, куда я пригласил и Лиетарис. На какие-либо постельные подвиги никто из нас не было готов, поэтому мы просто приняли душ и отправились на боковую.

К утру уже достаточно оклемались, чтобы связно мыслить. Ниуру сготовила для любимого мужа и гостей поистине царский завтрак. Красная эльфийка была довольна тем, что я пришел ей на помощь, рискнув своей шкурой. Не так уж много некоторым женам надо для счастья. По лицу Ульдантэ было сложно что-то понять, но она, похоже, немного завидовала Красной.

Лиетарис как всегда держалась степенно и отстраненно. Делала вид, словно у нас брак исключительно по расчету, и чувства не имеют значения. Но я-то знал, что ушастая ко мне неровно дышит. Только доказать не мог.

Дзартен пропадала всю ночь, занимаясь допросами и пленными. Стража переловила большую часть подручных Тьярдона, которые не успели, либо были слишком тупы, чтобы свалить из города. Наутро Ночная эльфийка отчиталась передо мной:

— Из шестнадцати допрошенных лишь трое презренных знали о том, что Тьярдон заключил соглашение с арконцами.

— И не сообщили страже. Тем самым предав интересы Нирдхолда.

— Что с ними теперь будет? — вопросила Хильда, которая также присутствовала на завтраке.

— Из-за них погибли люди и эльфы. Они едва не погубили город и наставника! — поджала губы Лейна. — Их необходимо казнить.

Хильда аж поперхнулась блинчиком:

— От тебя таких слов я ожидала меньше всего…

— Порой суровые меры наказания неминуемы, — подметила Лиетарис.

— Истину глаголишь. Согласен с ученицей. Троицу необходимо наказать прилюдно, дабы остальным неповадно было. Многие преступления можно искупить, но не измену городу! — покивал я. — К казни надо подходить рационально. Мы ведь не варвары. Каждая жизнь по-своему ценна. Какая-то оранжевым осколком, другая всего лишь красным, кши. Так что на алтарный артефакт эту троицу. Они закончат свою жизнь в месте для забоя скота!

Народ за завтраком даже не прекратил трапезничать. Все-таки люди и эльфы здесь собрались привычные к смерти. Даже Лейна прошла через многое. И хотя девчонка имела доброе сердце, порой суровое воспитание и среда давали о себе знать.

— А с остальными что? — уточнила Кшанти деловито.

— Хм, давай-ка их на три года на каторгу к гоблинам, — вынес я вердикт. — Ошейники на них, и пусть отрабатывают. Да и пленные арконцы там пригодятся. Нам срочно нужен металл!

— Близ Нирдхолда нет богатых жил, — качнула головой Хильда.

— А их вообще разведывали?

— Когда-то давно, возможно, — неувернно откликнулась исполняющая обязанности конунга.

— Надо заняться этой проблемой в первую очередь. Без серебра у нас не будет новых артефактов. Поставки закончились. Нуэз и прочие не дадут нам металл, либо задерут цены до небес. Теперь и Далифакс наверняка оксаргится на Нирдхолд. Чтоб Тьярдону пусто было!

— Разве ты настолько опытен в стихии Земли? — поинтересовалась Лиетарис. — Или снова чудный артефакт изобретешь?

— Нечего обесценивать мои достижения. Как будто я гениальные артефакты каждый день на коленке клепаю! — возмутился я. — Но да — есть кое-какие идеи…

По Нирдхолду бросили клич. Жителей и гостей города пригласили на торжественное мероприятие — прилюдную казнь изменщиков. Развлечений у народа здесь было мало, так что собралась приличная толпа.

Поздним утром мы собрались неподалеку от особняка — возле алтарного артефакта. Удобно — и идти никуда не надо.

Городской прокурор зачитал обвинение, да и я высказал пару крепких слов в адрес предателей. Пособников Тьярдона, устроившего сговор с арконцами и впустившего их в наш прекрасный город. Народ негодующе ревел и требовал покончить с изменниками.

Скулящих прихвостней Черного Барона по одиночке заковывали в цепи и отправляли в алтарный артефакт. Гильотина с зачарованным полотном быстро расправлялась с преступниками. Двое предателей сдетонировали — раздались легкие хлопки из железного саркофага. Третий же подарил казне целый оранжевый осколок, так не зря мы решили поменять способ казни преступников.

Какая разница — отрубать голову топором на пне прилюдно или внутри защищенного от фоновой магии ящика? Суть-то одна. Толпа разве что осталась слегка недовольна. Они привыкли наблюдать за кровавым зрелищем воочию, а тут им только останки продемонстрировали. Но пусть привыкают к новым, более гуманным методам нирдхолдского правосудия.

В былые времена всех подельников Тьярдона могли отправить на плаху, теперь же мудрый и справедливый конунг нашел им лучшее применение. Грядут большие перемены, стране нужен металл и усердные рабочие. Магия подчинения на примитивном труде дает хорошие результаты, так что каторжане будут работать на благо города и искупят свою вину.

В городе собралось достаточно авторитетных людей, так что мне лишь оставалось раздать поручения. Лиетарис занялась организацией по восстановлению разрушенных ворот и жилищ, для чего привлекались как рабочие с обычным материалом, так и строительные артефакты.

Ей же я поручил проконтролировать процесс дорожных работ между Арьяджи и Нирдхолдом. На время военных действий мы приостановили процесс, но желательно закончить с проходкой как можно скорее. Транспортная доступность крайне важна. Бригады строителей продолжили работу.

Кшанти занялась пленными и каторжанами, организовав надзирателей. Я лишь попросил, чтобы их кормили как следует и не доводили до измождения. Эффективный шахтер — это сытый шахтер.

Бьярнум занимался налаживанием коммуникации между разными городами. Солдаты Арьяджи, Нирдхолда, Дилавердо и гоблины все еще недолюбливали друг друга и держались обособленно. Однако в империи Мрадиша все должны жить в мире.

Делал это Бьярнум единственным способом, который умел и который получался у него лучше всего — с помощью попоек. После пары пинт грибного эля гоблины не казались такими уродливыми. Нормальные типы, с которыми можно посидеть. А после пяти пинт тебе начинало казаться, что ты понимаешь гоблинский. Да и дилавердовцы не настолько ужасны.

Мы с Лейной потратили какое-то время на первочередную задачу — разработку специальной пластины для артефактов связи. Для которой я заранее подготовил прорезь в артефактах. Небольшая серебряная пластинка вставлялась в паз амбушура и вклинивалась в контуры заклинания. Так что много переделывать не пришлось.

Пластинка отвечала за примитивную шифровку и дешифровку сигнала. Прям очень топорную. Я сильно сомневался, что кто-то сможет ее перехватить и расшифровать с текущим уровнем технологий и знаний. Скорее уж новый артефакт захватят или стражника подкупят. И тогда нам придется менять шифровальную пластинку на всей партии.

Есть конечно свои тонкости, но связь в любом случае необходима и слишком полезна, что показали предыдущие бои. Так что будем работать над тем, что есть.

Какое-то время я потратил на специальный жезл, модифицировав старую версию артефакта связи. Тот самый первый вариант, который работал только от осколков. Распространял и принимал сигнал электромагических волн.

Я значительно расширил артефакт: сформировал несколько простых индикаторов, добавил примитивные ячейки памяти, если их можно так назвать. Провозился все равно непозволительно долго. Так всегда бывает: думаешь, что работы на полчаса, и вот уже пролетает пара дней. Зато созданным артефактом я остался доволен.

— Ключ к нашему процветанию, кши-ши-ши! — раздался в полутемной мастерской мой злорадный смех.