Треск веток и рык, полный нечеловеческой ярости, оборвали недосказанную фразу Лиса. Из-за чёрных остовов сгоревших домов, в пятнадцати метрах от нас, выскочила тварь. Огромный волк или то, что от него осталось после превращения в монстра. Шкура чёрная, вместо шерсти — тонкие иголки, сложенные одна к другой, словно броня. В слабом свете Ока Владыки иглы тускло блестели, будто тварь обтянули мокрым железом. Размером она была с телёнка и казалась такой тяжёлой, словно одним прыжком могла проломить телегу. Несмотря на габариты, двигался монстр быстро.
Он стремительно нёсся на нас, и времени лезть в пещеру по узкому проходу не было. Совсем.
Я выхватил из-за спины полуторник и, выставив перед собой щит, сам рванул навстречу монстру. Мне нужно было перехватить его до того, как он достигнет Лиса или Селены.
В последний момент я поднял щит и уперся в него плечом. Удар. Настолько сильный, что меня протянуло несколько метров по земле. Под сапогами хрустнула зола, в нос ударила звериная вонь. Мир на миг сузился до треска дерева, боли в плече и чёрной пасти перед лицом.
С запоздалым удивлением я отметил, что устоял и что кости целы. И даже сустав выдержал. «Усиленный скелет (Е)(⅗)» отработал как надо. А вот щит, сколоченный из нескольких досок и доставшийся мне от людоловов, — нет. Он развалился, оставив в моих руках только ручку. Щепки посыпались в золу, словно щита никогда не было.
Тварь снова кинулась в атаку. Я перехватил клинок двумя руками и сделал укол навстречу движению монстра, давая ему возможность самому насадиться на оружие.
Клинок вошёл всего на ладонь — жёсткие иглы, словно кольчуга, отклонили остриё в сторону. Монстр взревел и врезался в меня своей чудовищной массой. Я успел только чуть развернуться, но это меня ни от чего не спасло: тварь сбила меня с ног и прыгнула следом. Я упал на спину, и от удара о землю клинок выбило из рук.
Я активировал «Время охотника (Е)(⅗)» и благодаря ускорению и улучшенной Ловкости успел откатиться. Тварь приземлилась не на меня, а рядом. Камни брызнули в стороны, один звонко щёлкнул о мой шлем. Монстр зарычал и повернул ко мне морду. Ещё мгновение — и он вцепится в меня своими клыками. Руки метнулись к кинжалам, но я уже понимал, что не успеваю.
Выстрел Селены прозвучал сухо и отчётливо. Болт пробил игольчатую броню твари и застрял над левой передней лапой. Тварь взвыла и резко мотнула головой в сторону Селены.
Вторым выстрелил Лис. Тренькнула тетива, и стрела вонзилась над правой лапой. Вошла неглубоко, всего на пару сантиметров, но этого хватило, чтобы волк переключил внимание на охотника.
Тварь яростно взвыла. Иглы на загривке монстра вздыбились. Я видел, как напряглись задние лапы волка. Ещё мгновение — и он прыгнет на Лиса и разорвёт охотника.
Пока тварь рычала, я успел оттолкнуться от земли и, выхватив кинжалы, прыгнуть к её левому боку. Под действием ускорения мои движения были настолько быстрыми, что тварь не успела среагировать. Мгновение — и оба кинжала по самую гарду вошли в ближайший бок твари. Клинки из рога Пятирога легко пробили себе путь, будто я резал прогорклый жир, а не игольчатую броню. Тёплая кровь брызнула мне на пальцы. Монстр отшатнулся, чем вырвал оружие из скользких от крови рук, и снова зарычал. На этот раз ещё яростнее, словно пытался испугать нас рыком и заставить бежать, показав ему спину.
Тетива тренькнула снова. Стрела Лиса вошла над задней лапой монстра, и тварь припала на один бок. Движения стали неуклюжими. Я отскочил в сторону, туда, где на серой земле валялся мой полуторник, и схватил клинок обеими руками.
Монстр развернулся ко мне и снова прыгнул, но уже гораздо медленнее, чем в начале боя. Я успел сделать полшага влево и, оказавшись сбоку от приземлившейся твари, нанёс рубящий удар. Не строго вертикальный, а под углом, против направления игл.
В этот раз лезвие не соскользнуло с брони монстра. Я почувствовал, как клинок проходит сквозь жёсткую щетину, мышцы и что-то твёрдое. Позвоночник монстра хрустнул. Его голова дёрнулась в сторону с неестественным, почти птичьим изломом. Рёв оборвался на высокой, срывающейся ноте и перешёл в хрипящий, булькающий звук.
Тварь не упала. Она рванулась всем телом, пытаясь дотянуться до меня передней лапой, но лапа слушалась плохо, словно половина команды не доходила. Когти лишь царапнули воздух в полуметре от меня. Я отпрыгнул, держа меч наготове.
Щёлкнул арбалет: Селена загнала болт прямо в глаз монстра, и это стало финальной точкой в этой битве. Тварь сделала последнюю, отчаянную попытку устоять на ногах. Но уже через пару секунд завалилась набок и замерла. Тишина вернулась ко мне не сразу: сперва в ушах ещё гудела кровь.
Я опустил полуторник, чувствуя, как по рукам проходит мелкая, противная дрожь. Дышал я часто и неглубоко, будто только сейчас осознал, что ещё жив.
Лис подошёл незаметно, с наложенной стрелой на тетиву. Селена перезарядила арбалет, но поднимать оружие не спешила, хотя и смотрела на тушу так, словно ждала, что та вот-вот встанет.
— Убили? — хрипло спросил я, хотя видел ответ на свой вопрос.
— Мертвее некуда, — коротко ответил Лис. — Я же говорил, что ночью в землях монстров опасно.
Охотник был прав, но я отмахнулся от его слов. Правое плечо горело от удара о землю, рёбра ныли, и это как-то не располагало к анализу ситуации.
Несколько секунд мы молча прислушивались к ночи. Из-за сгоревших домов больше никто не лез, в темноте не трещали ветки и не скребли по обгоревшей земле когти. Только ветер шевелил золу, да где-то далеко ухало что-то крупное. Раз далеко, значит, немного времени у нас есть.
Я протёр полуторник от крови и закинул его обратно на магнитный захват за спину. Потом выдернул кинжалы из твари. К счастью, монстр упал на правый бок, и мне не пришлось его переворачивать, чтобы добраться до своего оружия. Посмотрел на сломанные доски — всё, что осталось от щита. Опять новый покупать. С другой стороны, все живы и целы, так что не жалко.
— Лис, как скоро придут монстры, привлечённые запахом крови? — спросил я.
— Пара часов у нас есть точно. А может и больше, — ответил охотник.
— Тогда вырезай ядро. Селена, забирайся в пещеру, я передам тебе наши вещи, — отдал я приказы.
Пока мы с Селеной затаскивали вещи, Лис извлекал ядро. Через двадцать минут мы уже сидели в пещере все вместе, и Лис передал мне добычу.
Обнаружено ядро. Содержит 300 ОР.
Судя по количеству ОР, тварь оказалась не такая уж сильная. Я протёр ядро и кинул его в кошель: добычу будем делить уже после того, как закончим с этим делом.
— Ладно, немного передохнули и хватит, — сказал я. — Так какой там сигнал нужно подать, чтобы искажённые к нам вышли?
— Из «Осветителя (F)» дай несколько вспышек вглубь пещеры, — ответил охотник.
Я кивнул и выполнил указания Лиса. Повторил трижды. Луч света выхватывал неровные стены и неприятно слепил глаза.
Ждать пришлось недолго. Минут через десять из пещеры донёсся тихий голос:
— Мы здесь по приказу Гюго. А кто ты, человек?
— Эллади Фир.
Суррогатный обмен паролями завершился, и в темноте появились тепловые силуэты. Пятеро. Они подошли ближе, и в слабом свете Ока Владыки, что проникал сквозь проход, я смог рассмотреть искажённых подробнее.
Один, самый высокий, шёл впереди. Явно командир. Двое несли носилки, ещё двое прикрывали. На носилках лежал Гастон. Его опустили передо мной на каменный пол пещеры. Я присмотрелся, и даже я, повидавший за последние месяцы немало, на долю секунды отвёл взгляд. Обе ноги и левая рука превратились почти в фарш. Кости раздроблены, мясо обуглено, кожа висела чёрными лохмотьями. Целой осталась только правая рука. Я сразу понял, зачем. Чтобы держать перо. От этой практичности стало холодно. Искажённые не тратили лишних усилий ни на жестокость, ни на милосердие. Только на результат.
Один из искажённых молча протянул мне плотный свёрток бумаг.
Я развернул и быстро пробежал глазами. Показания Гастона. Там было всё, что я хотел. И Арно, и Жан, и даже его милость барон Гильем де Морфор. И ещё с десяток сошек помельче. Местоположение схрона барона — с приметами и картой, чтобы даже десятилетний пацан мог найти.
Ближе к концу, уже совсем неровным, дрожащим почерком, словно рука еле двигалась по бумаге, было сказано о запрещёнке. О том, что Гастон получал её, в том числе и чёрно-красную, от своего брата визитария Мориса.
Завершались показания припиской о том, что Мориса принудил пойти против Церкви и Владыки сам епископ Тибо де Бельмон. Гастон попытался выгородить брата и тем самым оказал мне услугу.
На протоколе стояли три подписи: Гастона и двух других людей. Где искажённые взяли свидетелей, я не знал. Но номера их церковных жетонов были написаны аккуратно и чётко. Значит, эти люди когда-то существовали. И, возможно, до сих пор были живы.
Для суда такой бумаги недостаточно. Непонятное место допроса, неизвестные свидетели, отсутствие церковного писаря. Но я не собирался идти с этой бумагой в суд. Она давала главное: повод наведаться в схрон барона. То, что она связывала епископа и семейку де Морфоров, — это козырь, который я разыграю после того, как «найду» флакон от эликсира (D+) ранга в схроне Гильема.
Искажённые выполнили свою часть сделки. Я достал из сумки шесть картриджей и протянул артефакты командиру искажённых.
— С вас 180 лоренов, — назвал я стоимость. — И покажите другой выход отсюда, чтобы утром мы не нарвались на монстров, которые придут отведать тушу того волка-переростка, что мы убили.
Высокий отсчитал мне ядер на 900 ОР и только после этого заговорил.
— Уговора о другом проходе, человек, не было.
— Тогда так и передай Гюго, что картриджи я больше ему продавать не буду. А заодно объясни своему вождю, почему ты отказал в такой мелочи почётному гостю племени, — зло бросил я в ответ.
Слова прозвучали резко. Но после волка, Гастона и этих бумаг во мне не оставалось вежливости. Высокий колебался всего несколько секунд, а потом наклонился и начертил на полу пещеры схему, давая краткие пояснения. Когда искажённый закончил, я перевёл взгляд на Лиса.
— Да, всё понятно. Почти как в прошлый раз, с Камнерезом, только в обход его пещеры, — ответил охотник.
— Спасибо, — сказал я высокому. Тот ничего не ответил, только махнул своим, и искажённые ушли в глубь пещеры. Через несколько минут их шаги затихли в темноте.
Я опустился на корточки рядом с Гастоном. Он смотрел на меня пустым, забитым взглядом. Ничего не осталось от того дерзкого, наглого пройдохи, которым я его помнил. Только обломок человека с глазами, в которых уже ничего не было.
Гастон пошевелился. Правая рука слабо дрогнула, он попытался отползти в сторону, волоча изуродованные ноги. Движения были судорожными, почти бессмысленными. Я поймал себя на том, что жду от него слова. Проклятия, просьбы, торга — чего угодно, что вернуло бы прежнего Гастона. Но он молчал.
Я не дал ему уползти далеко. Схватил за шкирку и потащил к проходу.
— Лис, помоги, нужно его донести до того монстра-волка, — кинул я.
Вдвоём мы кое-как справились с поставленной задачей. Гастон не сопротивлялся и молча, безразлично, наблюдал за происходящим. Я кинул его рядом с трупом монстра, поднял лапу, обнажил один из когтей и ударил им Гастона в глаз. Коготь вошёл сантиметров на десять, и кровь полилась на пепел. Тёмная, почти чёрная в свете Ока Владыки. Гастон издал последний вздох и затих. Утром монстры сожрут оба трупа и окончательно заметут все следы. Я подождал ещё минуту и извлёк ядро бывшего зама главы ночной гильдии.
Оставлять Гастона в живых было нельзя — он слишком много знал. О моих делах с искажёнными, о местонахождении Падшего Храма, о новой деревне Гюго и, возможно, даже о Первоотце. Всего пара слов — и я, со своими людьми, окажусь сразу в пыточной, а потом на костре. И никакой статус агента Инквизиции мне не поможет.
И Гастону после работы искажённых уже не помочь. Какой смысл продлевать его мучения? В отличие от искажённых, я ещё не научился смотреть на страдания безразлично.
Уже в пещере я достал чистый лист, перо и чернильницу и при свете «Осветителя (F)» составил акт. «Гастон Пелле, брат визитария Мориса Пелле, умер от ран, оставшихся после нападения монстра». Кратко описал обстоятельства. Поставил дату, место, подпись. Лис и Селена расписались как свидетели.
К бумагам приложил ядро и церковный жетон Гастона как вещественные улики. Получилась аккуратная, почти безупречная ложь. Хорошая работа, которой можно было бы гордиться, если бы речь шла о чём-то другом.
Очень хотелось отдохнуть хоть немного. И физически и морально. Но сначала нужно завершить дела. Я спрятал бумаги в рюкзак и достал ядра, полученные от искажённых, после чего положил 120 ОР перед Лисом и столько же — перед Селеной.
— Поднимите «Ускоренный отдых (F)» до пятого уровня, — устало произнёс я, и тут же остановил жестом Селену, которая хотела возразить. — Я знаю, что так никто не делает. Что это неэффективно. Но нам нужно выиграть гонку с епископом и бароном. Везде успеть первыми. Поэтому каждая минута у нас на счету.
Сам я поглотил ядер на 190 ОР. Кроме «Ускоренного отдыха (F)», мне было необходимо поднять до четвертого уровня и «Системные операции (F)».
Вот теперь на сегодня точно всё. Я повернулся к Лису.
— Давай ставить лагерь…
Проснулся я сам, без толчка. Серый предрассветный свет уже сочился сквозь проход. Тело практически не болело — «Улучшенная регенерация (Е+)(⅗)» привела за ночь меня в порядок.
Мы перекусили молча: сухари, вяленое, глоток воды. Мне было необходимо подготовить то, что мы «найдём» в схроне барона. И лучше это сделать здесь, вдали от лишних глаз.
Во-первых, я достал пустой флакон из-под эликсира «Великого Исцеления (D+)». Когда я взял флакон в руку, Система молчала, но спутать этот флакон с обычным зельем невозможно. Официально я его никогда не видел. Но также, официально, настоятель Этьен мне подробно описал, как выглядит флакон. Так что, когда я его «узнаю» с первого взгляда, моя информированность будет обоснована.
Во-вторых, зелье «Кровь Героя (Е)». Этот черно-красный флакон Системой опознавался, и я мог прочитать номер. Он совпадал с одним из номеров списка зелий, которые были отправлены вместе с эликсиром (D+). Этот номер я также официально узнал от настоятеля Этьена.
В-третьих, две пустые печати навыков. Сами навыки я перенёс в своё «Кольцо Сопряжения (F+)», но печати также были номерные. И эти номера присутствовали в списке Этьена. Я перенёс навыки из кольца обратно в печати. Именно для этого мне пришлось поднять «Системные операции (F)» до четвёртого уровня.
Всё, что я когда-то украл в старом схроне барона, кроме эликсира «Великого Исцеления (D+)», снова собрано в одном месте. И теперь вернется, куда нужно, а значит, должно выглядеть так, будто лежало в схроне давно и ждало своего часа. Хорошая ложь отличается от плохой количеством достоверных мелочей.
Я аккуратно завернул улики в отдельную тряпицу и положил обратно в рюкзак. Навыков было немного жаль, но с этой потерей я легко смирился — никакой магии в них не было. «Скрытность (F+)», изученная Лисом, давала понимание того, как работает зрение человека, куда он смотрит и на что обращает внимание и как это использовать, чтобы укрыться от взора. Как бесшумно ходить, как подгонять экипировку, чтобы не выдать себя звуками и всё такое. Никакой «невидимости» или «сокрытия в тенях». Одного специалиста по скрытному проникновению в отряде будет достаточно. Тем более что Лису это нравится. Хорошо бы найти ему какой-то навык на вскрытие замков, но вряд ли Система такие предоставляет. А ночная гильдия, учитывая, что я планирую её сдать в руки правосудия, вряд ли станет обучать моего человека.
— Я закончил. Можем выдвигаться, — произнёс я, вставая и закидывая рюкзак на плечи, а полуторник — за спину.
— Хорошо, что ты узнал про другой выход, — тихо сказал Лис. — Там уже набежало гнильцов с десяток, жрут волка и Гастона.
Охотник повёл нас по пещерам. А когда выбрались на свежий воздух — дальше по лесу. Покинули земли барона мы без приключений, в Сен-Бернар заходить не стали, прямиком отправились к Мигелю.
До поляны с ручьём добрались после обеда. Церковная стража уже была построена и готова к выходу. Ещё на подходе я предупредил Мигеля по ментальной связи, чтобы они были готовы выступать.
Я пожал руку десятнику. Его ладонь была сухой и крепкой.
— Гастон сообщил новые, очень важные факты. Поимка Мориса откладывается. Нас ждет схрон его милости. И очень надеюсь, что барон, получив новости с мыловарни, не унёс всё из него.