– База «Нуэво-Мадрид», запрашиваю разрешение на посадку, – напряженным голосом произнес Оскар.

Закодированным каналом связи пользовались пираты и прочие темные личности. «Сан-Габриэл» собирался присоединиться к ним на космодроме, тщательно спрятанном от всевидящего ока церкви и инквизиции.

– Вас понял, назовитесь.

– «Сан-Габриэл», корабль класса каравелла.

– Принято, даю разрешение на посадку, сектор D–3.

Этан сидел в кабине пилота и наблюдал, как Оскар плавно ведет корабль над кромкой темного неприветливого леса. Его охватило беспокойство. Он бросил взгляд на остальных: все были напряжены и сосредоточены. Вацлав по-прежнему прятался в машинном отделении, а дядя Эдвард – в лаборатории Оливии. За три дня Этан виделся с ним всего пару раз: они обменялись вежливыми фразами и разошлись по своим делам. Этан сделал еще одно неприятное открытие – Эдвард спокойно обходился без его помощи. Еду ему приносил Ковальски, а Оливия внимательно следила за приемом лекарств.

С мягким толчком «Сан-Габриэл» опустился на слабо освещенную взлетную площадку.

– Это «Сан-Габриэл», прием, посадку совершил в секторе D–3. Передаю данные.

– Оставайтесь на борту, проводим идентификацию.

Десять минут экипаж провел в напряженном молчании, пока сотрудники Центра управления полетами прогоняли данные «Сан-Габриэла» по базе судов, получивших доступ к теневому космопорту Иберии.

– Все в порядке, «Сан-Габриэл», ваш экипаж может пройти в зону прилета.

– Вас понял. – Оскар отключил связь и повернулся к капитану Диашу.

– Оскар и Вацлав остаются на борту, Оливия, Кирен, вы пойдете со мной, – распорядился Висенте. – Дженкинс, ты тоже.

Этан удивленно уставился на капитана.

– Эм, ладно. В чем моя функция?

– Смотреть и слушать, – коротко бросил Диаш. – И делать, что скажут.

Этан пожал плечами – мол, окей, а что мне еще остается?

Космолетчики выбрались из корабля, быстрым шагом пересекли взлетную площадку и вошли в невзрачный ангар. На входе их встретили и проверили на наличие оружия, заставив раскрыть поясные сумки (которые накануне выдала всем заботливая Оливия). Внутри каждой оказались инструменты: лазерный резак, складной нож, пистолет, резиновые перчатки и аптечка.

– Все в норме, у них особый допуск. – К таможенникам подлетел неказистый дядечка в растянутом свитере, с густой окладистой бородой и старомодной винтовкой за плечами. Он помахал у них перед носом каким-то документом. Справка, видимо, имела вес, потому что таможенники без дальнейших разговоров пропустили команду.

– Капитан Диаш? Я Жоау Форментора, дон Энрике вам про меня рассказывал.

– Да, я в курсе, – кивнул капитан. – Давайте выдвигаться, у нас мало времени.

Форментора проводил их в «зону прилета» – крошечную замызганную караулку.

– Путь будет долгим, здесь нельзя пользоваться флаерами, так что запасайтесь терпением. – Форментора толкнул дверь караулки и выбрался в полутемный узкий коридор. – Следуйте за мной.

Коридор казался бесконечным. Они шли в напряженном молчании. Форментора собирался проводить их в город и отвести прямиком к хозяевам артефакта.

Мужчина добрался до массивной двери в конце коридора, ввел код и пропустил путешественников вперед. За дверью оказалась просторная подземная станция, залитая желтоватым светом ламп. На рельсах стоял поезд – три обшарпанных вагона, покрытых полустертыми граффити. У Этана подкашивались ноги. Он плохо переносил подземные помещения и тратил все силы, чтобы не впадать в панику.

– Мы доедем до заброшенной станции на окраине Нуэво-Мадрида, там смешаемся с толпой паломников и поедем на повозке в исторический центр, – объяснил Форментора. – Я отведу вас к продавцу.

– Звучит увлекательно. – Этан не удержался от нервного смешка. – А сувениры будем покупать?

– Само собой. – Оливия хлопнула Этана по плечу.

– Не доверяю поездам, – сообщил Кирен, недоверчиво разглядывая древнюю конструкцию.

Жоау бросил на него недоуменный взгляд:

– Почему же? Между прочим, этот поезд единственный уцелел. Церковь приказала уничтожить все виды транспорта, кроме самых примитивных.

– Просто не доверяю, и все, – раздраженно бросил Мак-Айвер и первым забрался в вагон. – И вообще, чем церкви мог не угодить поезд?! Дикие люди, – сварливо заметил он, устраиваясь на сиденье у окна.

Вслед за Киреном вошли остальные. Форментора направился в кабину машиниста, и через несколько минут поезд тронулся с места. Колеса надсадно и заунывно скрипели, вагоны сотрясались от грохота. Поезд катил сквозь тьму туннеля. Этану казалось, что вся масса камня над их головами может в любой момент обвалиться и похоронить их в этой ржавой коробке.

Мак-Айвер достал свой термос и сделал пару глотков. Его тонкие пальцы едва заметно дрожали.

– Что там у тебя? – спросил Этан, искренне надеясь, что Кирен захватил с собой виски. – Поделишься, может? Я бы не отказался от успокоительного, этот туннель меня убивает.

Кирен уставился на Этана взглядом, каким обычно взирал на особо мерзких представителей флоры и фауны.

– Не смешно, Доктор, – мрачно ответил он.

Этан мысленно выругался. Опять он сказал что-то не то! Отношения с Киреном не клеились; в его обществе он по-прежнему чувствовал себя тупым. Все, что говорил Этан, вызывало у Кирена агрессию. Тревожный симптом.

«Возможно, проблема и не во мне, – думал Этан. – Вдруг Кирен в принципе не способен общаться с людьми».

– У него там чай с молоком. Мак-Айвер никогда не отправляется на опасные миссии без чая, – ответил за Кирена капитан Диаш. – Должно же в нем быть хоть что-то британское.

– Чай? Серьезно? Могу себе представить ром, виски или любое межгалактическое пойло. Но не чай!

– Какая тебе разница, Дженкинс? Видишь, я чту традиции моей прекрасной родины. И, кстати, делиться не собираюсь, – предупредил Кирен и повернулся к окну, дав понять, что не намерен продолжать разговор.

– Да что с ним такое? – шепнул Этан Оливии. – Я как будто его оскорбляю одним своим существованием.

– Ты что… Дело вообще не в тебе, хотя я не уверена. Наверное, Кирен сегодня говорил с Тринадцатым, он после этих разговоров все время злится, – очень тихо отозвалась Оливия.

– Кто это?

Оливия достала коммуникатор, быстро набрала сообщение и показала Этану:

«Тринадцатый – это его приятель, который перевел свой разум в Интерсеть. Там он и обитает. Где он спрятал свое тело – одним Пустым известно».

Оливия написала еще пару строк:

«Тринадцатый и Кирен служили на одном корабле, „Христофоре“. Однажды на корабль напали пираты, там была бойня… У Тринадцатого поехала крыша от всего этого, а Кирену повезло, он потерял сознание и не видел всех ужасов, которые пираты сотворили с экипажем. А вот Тринадцатый видел. Ему удалось сбежать в спасательной капсуле. Уже после побега Тринадцатый закачал свой разум в Сеть. Я не знаю, живо ли его, хм, физическое тело. Но разум Тринадцатого точно существует, и Кирен продолжает общаться с ним, пытается убедить вернуться в мир людей».

– Я читал такие истории на форуме, но не подозревал, что в реальности с ними столкнусь.

– Ну вот, – кивнула Оливия. – Предупреждала же – у нас весело. Главное, не вздумай при Кирене поднимать эту тему, – зловещим шепотом предупредила она.

– А какие темы с Киреном можно обсуждать? – раздраженно шепнул Этан. – Я спросил его про Лондон, и тоже было мимо.

– Вообще не пытайся с ним подружиться, – пожала плечами Оливия и откинулась назад. Поерзала на месте, устраиваясь поудобнее. – Это практически невозможно. Он и нас-то еле выносит, а ты вообще новичок.

– Ну ладно, допустим. – Помолчав немного, Этан прибавил: – Как мне вести себя во время сделки? Я ничего не знаю и паникую.

– Да я заметила! Ну, Капитан сказал: помалкивай, смотри и учись. А еще, если попросит, нужно быстро реагировать. – Девушка указала на сумку.

– Ага, то есть были случаи, когда приходилось использовать, гм, инструменты?

– Всякое бывало. – Оливия жизнерадостно улыбнулась.

– Ты совсем по-другому говорила тогда на кухне, – проворчал Этан.

– Ну, я хотела предупредить о более серьезных опасностях. – Девушка вытянула руки, сцепила их в замок. – Сейчас все должно пройти без происшествий. Просто внимательно за нами наблюдай: ты быстро разберешься, что говорить торговцам.