Этан проснулся от жажды. Пробуждение оказалось резким и легким, как будто накануне никто не накачивал его препаратами и не копался в глубинах подсознания. Этан скинул одеяло, попытался сесть.

Процедурный кабинет подозрительно накренился в сторону, потом вернулся на место. Этан сфокусировал взгляд. Комната выглядела мутной и расплывчатой. Этану казалось, что он опустился на дно с привязанным к ногам грузом и теперь смотрит на все сквозь сплошной, непроницаемый морской сумрак. При этом в теле была странная легкость, словно он утратил собственный вес.

В ушах шумело. Через пару мгновений он понял, что это шум двигателя.

– Да что за черт, – пробурчал он, с трудом вставая на ноги.

Этан двинулся к выходу в коридор. Ощущение невесомости никуда не делось, наоборот, стало сильнее.

«Мы в космосе, – отстраненно подумал Этан. – Они взлетели».

Этот факт не вызвал никакой эмоциональной реакции. Эмоций последнее время было слишком много, и, кажется, он полностью исчерпал свой лимит. Неужели его все-таки сцапали и теперь собираются сдать на очередные опыты? Нет, что-то другое. Тогда его не оставили бы просто так в процедурном кабинете, да еще заботливо укрытым одеялом.

Этан выбрался в коридор. Где там на корабле был камбуз? Сейчас его больше всего волновала вода. Двигаясь вдоль стены, Этан медленно побрел в сторону кухни. Внезапно из-за поворота выплыл Ковальски. Механик жевал жвачку и негромко подпевал музыке в наушнике. Наткнувшись на Этана, он тапнул по наушнику, останавливая песню, и заявил:

– Я как р-р-раз тебя навестить шел. Далеко с-с-собрался?

– Пить хочу.

– Т-т-так Оливия же там бутылку оставила, не видел? Эх. Стой здесь, сейчас принесу.

Этан послушно прижался к стене и закрыл глаза. Мир все еще вращался.

Вацлав вернулся с пластиковой бутылкой. Этан осушил ее почти залпом. Загадочное дело, но ему стало чуть лучше. Во всяком случае, мир прекратил свое вращение и вернулся на место.

Ковальски поправил сползшие на лоб сварочные очки.

– Т-т-тебя, может, в каюту проводить? – осведомился он. – Тебе уже выделили койку?

– З-зачем? – Этан понял, что еще немного, и начнет заикаться, как Ковальски.

– Ну к-к-как зачем, ты собрался и дальше спать среди медицинских сканеров и капельниц?

От Этана явно ускользало нечто важное, и он никак не мог понять, что именно. Последний раз он чувствовал себя так после выпускного в институте, когда все его сокурсники первым же рейсом разлетелись по планетам Системы, а он остался на Эшториле в одиночестве. Компанию ему составило лишь жесточайшее похмелье.

– Подожди, сначала кофе. Много молока и сахара. Я пока не очень понимаю, что происходит. – Этан потер лоб тыльной стороной ладони.

– Ну, тогда идем. К-к-как голова-то?

– Пока на месте, – констатировал Этан. – Просто отведи меня к источнику кофе.

Очень медленно они двинулись по коридору. Этан искоса взглянул на Вацлава. По сравнению с прошедшими днями механик выглядел еще более неформально: количество значков, заклепок и булавок на форменной куртке увеличилось втрое.

Этан и Вацлав добрались до пустынной кухни. Этан с облегчением опустился на стул, а Ковальски включил кофемашину.

– Так мы в космосе?

– К-какой ты наблюдательный, – с сарказмом произнес Ковальски.

Через пару мгновений кофе был готов. Ковальски поставил перед Этаном огромную кружку с логотипом МОО, сел напротив.

– Капитан поговорил с твоим дядюшкой, и спустя полчаса мы отчалили. Мы все очень у-у-удивились, особенно с-с-скорости сбора. Кстати, твой лемур полетел с нами, – рассказал он.

Этан молча пытался осознать услышанное. Капитан поговорил с Эдвардом?..

– Ну, то есть пришел т-т-твой дядя, они с капитаном поболтали, а потом Диаш отдал приказ взлетать как можно скорее. – Ковальски решил на всякий случай уточнить детали. – Мы стартовали, и к-к-капитан объявил, что у него с мистером Дженкинсом особое соглашение и он со своим племянником некоторое время проведет на борту.

Этан держался за кружку, словно она была его единственным спасением в коллапсирующей вселенной. Этан не понимал мотивов дяди и был шокирован тем, что Эдвард способен так четко и логически мыслить. Этан с тоской подумал о своих личных вещах – как он теперь без родного ноутбука?.. Он угодил в круговорот хаоса и, вращаясь, медленно шел ко дну.

Этан сделал пару глотков. Привычный, старый добрый вкус кофе.

– И куда же мы летим? – спросил Этан.

– На И-и-иберию. – Ковальски нахмурился.

Этан вдруг понял, что Ковальски гораздо старше, чем кажется. Настоящий возраст выдавали едва заметные морщинки на лбу и в уголках глаз. Его взгляд был глубоким и очень усталым.

– А что там? Очередные артефакты?

– Ну да. – Вацлав повертел в руках кружку. – Мы взлетели, чтобы сбить Сейм со следа, незачем им знать, кто копался в старом бункере.

– Интересно, в чем смысл. Полиция же все равно поймет, кто последний был на планете. Команда автоматически попадет под подозрение. Ну поболтаемся мы в космосе, а дальше?

– Ты переоцениваешь полицию. Максимум свяжутся с нами по интерсвязи и зададут пару в-в-вопросов. И, кстати, поговори с капитаном. Только будь снисходителен к нему, ладно? Диаш не в духе, он под впечатлением от твоих воспоминаний о Ноэми.

– Ноэми, точно. – Этан потер виски. – Он, наверное, ужасно расстроился.

– Еще бы! Твой р-р-рассказ многое объяснил и в то же время ни на шаг не приблизил его к сестре.

Этан нахмурился и кивнул.

– Ладно, я тебя оставлю, нужно п-п-проверить двигатель. Как допьешь, спускайся в технический отсек, я тебе выдам форму и сменную одежду. Если что-то н-н-нужно, дай знать.

Ковальски исчез, а Этан вдруг обнаружил, что из кармана пропали любимая зажигалка и коммуникатор. У него появились смутные подозрения, что стеснительный механик склонен к клептомании. Этан мрачно усмехнулся: интересно, а какие еще секреты скрывают ребята из команды «Сан-Габриэла»?

Еще пару минут он просто сидел, уставившись на фигурки сов и пингвинов, вперемешку с трансформерами, выставленные на полке над плитой. В голове было пусто.

Этан попытался оценить ситуацию и расставить свои проблемы в виде списка.

Три месяца до начала учебы.

Потерянная (убогая) работа.

Грустная сумма веларов на счету.

Агенты Сейма, которые способны в любой момент упасть на хвост…

Этан сложил эти факты в уме, оценил ситуацию как хреновую, но вполне терпимую и пришел к выводу, что начнет с малого: договорится с капитаном о работе. Сделал последний глоток из чашки, поднялся и нетвердым шагом направился в капитанскую рубку.