Должно быть, я пялюсь, как ненормальная, потому что Роб направляется ко мне в сторону. Ой, нет–нет! Я же планировала его избегать, чтобы не повторить прошлых ошибок. Но что, если я сделаю только хуже? Начинают играть вальс. Не так – начинают играть НАШ вальс. Под эту музыку мы танцевали, под эту музыку познакомились. Дело – дрянь.

– Он идет сюда, – тычет меня в плечо Шарлотта.

– Кто? – чуть слышно переспрашиваю я, обдумывая отговорки, чтобы не «знакомиться» с восемнадцатилетним Робом.

– Тот красавчик, – продолжает Шарлотта. – Музыкант. Какой же он хорошенький.

Закрыть глаза, чтобы больше не видеть. Может, и пронесет. Шарлотта вон тоже на Роба пялилась, может, к ней он идет.

– Я обязана с ним потанцевать, – Шарлотта уже приглаживает волосы и одергивает и без того одерганное платье. – Таких красавчиков встретишь раз в сто лет!

Роб все ближе, все ближе и смотрит прямо на меня.

– Он смотрит на меня! – ерзает Шарлотта. – Это любовь с первого взгляда.

Ах если бы. Роб останавливается и с вежливым наклоном головы начинает:

– Потанцуем?

– Согласна! – Шарлотта довольная чуть ли не хватает его за руку.

Но Роб спрашивал у меня. Не у нее. Да что ж происходит! Он влюбился в нежную девушку, неловко сидящую в конце бального зала, сейчас я произвожу другое впечатление. Это ошибка судьбы какая–то. Нельзя с ним танцевать, если не хочу повторения нашей истории.

– Я уже занята, – бросаю я и глазами выискиваю того, кто мог бы меня «занять».

– Зато я свободна, – улыбается Шарлотта.

– Занята? – не понимает Роб. – Но я не вижу, чтобы…

– Потанцуем? – хватаю под локоть первого попавшегося парня и выскальзываю прямо перед носом Роберта.

Фу, первое дело сделано. Мы танцуем не друг с другом, а значит не будет интимного разговора, не будет прикосновений, он не споет про наш танец песню, и мы вместе не сбежим на романтическое свидание. Дело сделано – знакомство загублено. Я должна радоваться и выдохнуть с облегчением, но кружась в танце с каким–то парнем и сжимая его потную ладонь, взглядом выискиваю Роберта, который танцует со счастливой Шарлоттой, и в груди закипает.

– Я не ревную, – бормочу я. – Не ревную.

– Что? – спрашивает мой партнер, и наконец обращаю внимание на парня, в которого вцепилась.

Высокий, с большими голубыми глазами и ежиком светлых волос. Мой одногруппник, которого я почти не замечала в прошлом, даже имя его… Зак?

– Меня зовут Зак, – говорит он, и я мысленно ликую – хоть имя вспомнила. – А ты…

– Диана.

– Ты так неожиданно позвала меня.

– А? Да.

Шарлотта ползет рукой по спине Роберта. Сжимает одежду и легонько выгибается. Девочка, это всего лишь танец, не надо строить из себя. Фу, смотреть противно.

– Откуда ты? – продолжает Зак.

– Что?

– Откуда ты?

– А я… из Желтых Полей, деревушка на окраине Королевства. Там много подсолнухов.

Желтые Поля… Как давно я не была дома. А Шарлотта все ползает по спине Роба и хихикать еще начала.

– Из деревни, – удивлен Зак. – Никогда бы не подумал. Ты такая городская. Думал, ты из знатного рода вообще.

– Знатного рода? Ну это ты загнул! Я из деревни. Родители погибли, меня воспитывал старший брат с его женой. Оба помешанные на грядках и коровах они воспитывали меня, как могли, хотя у них и без меня было четверо детей. Представляешь атмосферу? Короче, всем было только в радость, когда у лишнего рта обнаружился магический талант и она решила свинтить в Академию Магии.

– А деньги?

– Шутишь? Мне пришлось сдать вступительные испытания на высший балл и поступить бесплатно.

– Серьезно? Так ты гений?

– Я трудолюбивая и была в отчаянии. Два этих фактора делают тебя непобедимым.

Что–то я разоткровенничалась, в свое время я скрывала свою историю и свое происхождение, но сейчас это все кажется таким неважным, таким мелочным. А Роберт с Шарлоттой уже скрылись среди других танцующих пар. Проклятье. Я их потеряла.

– Прошу прощения, – останавливаюсь, понимая, что должна оставить Зака.

– Было приятно познакомиться.

– Да… – куда же они могли деться?

– Увидимся на парах.

– Обязательно.

Проскальзываю через толпу. Перед глазами дымка, не могу не думать, не сосредотачиваться. Становится неудобно в собственном теле. А запахи… Пот, грязь, дешевые духи, все смешивается, и меня начинает тошнить. Где же Шарлотта и Роб? Где?

– Правда, он восхитителен?! – Шарлотта появляется внезапно и хватает меня под руку.

Убери руку пока я тебя не ударила. Но сдерживаюсь и надеваю на лицо подобие спокойной маски.

– Горячий парень, – продолжает Шарлотта. – А какое у него тело! Я трогала его весь танец, все мышцы. Говорит, он поет и играет на лютне, у них своя группа или что–то вроде того. Думаешь, он напишет обо мне песню?

Роб писал песни обо мне. Много песен. Втягиваю воздух. Я не должна об этом думать.

– Диана! – Эрика уже начинает трясти мою руку. – Ну же, скажи что-нибудь! Думаешь, я ему нравлюсь?

– Не знаю.

Уже жалею, что отправилась на их поиски. Замечаю на противоположной стороне зала, среди толпы стоит высокая фигура Роба, общается с кем–то, а взгляд… Он смотрит на нас, на меня. Или же на Шарлотту. За что мне все это?!

– Даже, если пока нет, – Шарлотта поднимает руку, машет Робу. – То я завоюю его сердце. У мужиков все просто. Покружусь вокруг в коротком платье, наклонюсь ниже, чем следует, и он будет моим.

Представляю эту картину, хотя лучше бы не представляла.

– Я соблазню его, – продолжает она. – Проще простого, никто еще передо мной не смог устоять. И он не устоит. Готова поспорить, сегодня ночью мы уедем вместе. На его мотоцикле. Представляешь, у него есть мотоцикл! Работает на артефакте огня и…

Ну хватит.

– Ты ведешь себя как путана! – перебиваю я.

Шарлотта застывает в замешательстве, смотрит на меня так, словно меня подменили. А меня и подменили.

– Путана? Так еще говорят? – выдыхает Шарлотта, принимая на себя снова вид влюбленной дурочки. – Путана… Скажешь тоже. Тебе что сорок пять?

– Мне сорок, – бубню я, исчезая из зала.

С меня достаточно на сегодня. А Шарлотта спешит к Роберту танцевать очередной вальс.