Вещей у меня не так уж и много. Дорожная сумка с сухарями, два платья и деньги. Осталось предупредить ректора.
– Ты просто так уедешь? – рядом мнется расстроенная Шарлотта. – Бросишь меня?
– Я должна.
Шарлотта, не долго думая, бросается мне на шею и начинает рыдать.
– Мне будет тебя не хватать, – причитает она, – ты же моя лучшая подруга!
– Мы знакомы всего–то неделю, – отмахиваюсь я. – Найдешь другую соседку по комнате.
– Но я уже привыкла…
Забавно. Бывают друзья, которых ты выбираешь себе сам, а бывают те, кого подбрасывает тебе жизнь. И чей выбор правильнее – это вопрос.
– Ну все, – отстраняюсь, и несмотря на внешнюю серьезность и спокойствие, меня саму колотит.
Что буду делать? Куда отправлюсь? Знаю лишь откуда сбегу, а вот конечная цель какая у меня? Набираю в легкие побольше воздуха. Стучу.
– Войдите, – бросает профессор Говорун.
Вхожу.
– Диана? – удивлен он. – Разве ты не должна драить туалеты?
– Я ухожу, – говорю, демонстрируя сумку. – Спасибо за возможность учиться, но я поняла, что это мне не подходит.
Виснет звенящая тишина. Ректор огорошен. Я поступаю, как должна. Судьба дала мне второй шанс, так что я должна его использовать и забыть про Роберта.
Неожиданно, словно в насмешку над моими переживаниями, открывается потайная дверца, и в кабинет неожиданно проскальзывает невысокая фигура, несущая гору бумаг.
– Да, господин Говорун, – звучит тихий красивый голос. – Я отнес бумаги. Проблем возникнуть не должно, мы все…
Я помню этот голос. Бумаги падают на стол, открывая невысокого худенького парнишку в больших очках. Точно. Как я могла забыть! Нет не забыла, специально отстранилась, чтобы не помнить. У меня так и отвисает челюсть. Это ж Малыш – лаборант Говоруна. Как я не подумала? Как позволила неважным мыслям отвлечь от главного!
Малыш с детства был обделен магией и очень по этому поводу комплексовал. Как и зачем он попал в Академию можно только догадываться, но его тайной заветной мечтой было лишить магии всех остальных. И у него почти получилось. Не так, почти получится.
Через три года этот самый безобидный лаборант по кличке Малыш станет лидером культа и соберет своих почитателей. Потом в день падения Иллюзорной Кометы он запустит ритуал жертвоприношения для того, чтобы стереть любую магию с лица земли.
Сам рожденный без магии, в день Иллюзорной Кометы, который случится ровно через три года, Малыш почти добился своего. Если бы не мы с Робертом, у него бы все получилось. Я не могу уехать. Если уеду, Малыш победит. Я…
– Господин ректор, – говорю то, чего так боялась. – Я передумала и никуда не еду!
Итак, у меня три года на то, чтобы предотвратить ужасное. Это пока Малыш кажется славным малым, даже жалким, но под маской простачка сидит чудовище, которое предстоит остановить.
– Что случилось? – Шарлотта смотрит, как я закидываю дорожную сумку обратно в нашу комнату. – Ты была настроена решительно.
Очень решительно. Память странная штука, порой ты что–то так сильно хочешь забыть, стереть, что игнорируешь до последнего. Как я игнорировала Малыша.
– Ты бы хотела жить в мире без магии? – спрашиваю Шарлотту с сожалением.
Подруга в замешательстве, вскидывает бровь.
– Все были бы равны, – продолжаю я. – И маги стали бы искать новые профессии. Обычные, не магические.
– Что ты такое говоришь? – Шарлотта наконец обретает дар речи. – Нельзя стереть магию.
– И все же. Это мысленный эксперимент.
Для кого–то мысленный, а для Малыша вполне реальный будет, через два года, когда он с умными людьми познакомится и книжек умных начитается, и поймет, как осуществить задуманное и какой ценой.
Шарлотта думает. Да я и сама думаю. Столько бед из–за этой магии, а толку мало, даже от целительной магии, ведь эта треклятая магия не смогла спасти моего ребенка. От воспоминаний становится жарко и сразу же холодно. Я так долго бежала от памяти, а теперь меня накрывает с головой. Во время битвы с Малышом я была беременной, из–за этого роды начались раньше времени, и я могла погибнуть, тогда Роб…
– С тобой все в порядке? – беспокоится подруга. – Ты словно уходишь в свой мир.
Так оно и есть. Свой мир, который все никак не получается забыть.