В аэропорту «Хитроу» приземлился самолет из Москвы. Субботний лондонский вечер Крылов планировал провести где-нибудь в пабе, побросав вещи в номере, снятом для него Би-Би-Си в «Rosewood London» неподалеку от Британского музея. Отель с классической английской обстановкой — и снаружи, и внутри. С номерами, оформленными в виде комнат дворца английского лорда, с коричневой кожаной мебелью и темным деревом на панельных стенах и на книжных полках. Но увидеть этот номер ему удалось только через сутки…

К нему подошли несколько мужчин в зале прилета, сразу после прохождения им пограничного контроля. Его обступили.

— Мистер Крылов? Вам необходимо пройти с нами!

— Куда? Кто вы? — всполошился отставной генерал.

— Скотленд-Ярд, — офицер в штатском показал свое удостоверение.

— Позвольте узнать повод моего задержания? И предъявите санкцию.

— Вы задерживаетесь по подозрению в соучастии в организации покушения на Георгия Маркова, — спокойно ответил полицейский, внимательно наблюдая за реакцией Крылова, и протянул ему бумагу, заверенную в суде, насколько успел заметить дрогнувший Крылов.

Первое, что должны были сделать полицейские, задержавшие иностранца, сообщить об этом в посольство той страны, гражданином которой задержанный является.

Но ни «полицейские» не торопились звонить в посольство, ни Крылов не требовал защиты от своих. Не потому что осознавал, сколько дров наломал на Родине и из опасения, что ему не помогут (по закону обязаны — без энтузиазма, но помочь), а потому что хотел понять, стоит ли привлекать к допросу свидетелей-соотечественников.

Расслабленность Олега как рукой сняло. Мелькнула мысль, не связано ли это с ЦРУ? Но его никто не предупреждал о готовящейся встрече тут, в Лондоне. Тем более в скором времени у него и так была запланирована поездка в Штаты.

Крылов заподозрил, что обвинение в организации убийства Маркова не станет поводом для разговора. Говоривший с ним мужчина никакой не полицейский, а коллега из разведки или, скорее, контрразведки.

Отставного генерала привезли в полицейский участок. Но так делали и в КГБ во время проведения некоторых спецмероприятий. Не всех тащили на Лубянку с учетом особого режима секретности и допуска в контору.

«Укол зонтиком» и неуемная болтовня Крылова о методах работы советской госбезопасности действительно стали только благовидным предлогом, чтобы бывшего кагэбэшника можно было задержать. А тогда уж проверить на причастность к ЦРУ — прибегут американцы с просьбой его освободить или нет. Смерть болгарина-диссидента мало волновала спецслужбы Великобритании.

Английские контрразведчики использовали Би-Би-Си, чтобы заманить тщеславного генерала в Великобританию. Дали визу без проволочек. И вот очутился Крылов в комнате для допросов с зеркалом во всю стену, очевидно, прозрачным. За ним наблюдали с противоположной стороны. Он попытался взять себя в руки. Уверенный много лет, что за спиной у него стоит ЦРУ, когда он выезжает за границу, а в СССР — всемогущее КГБ, теперь он не мог быть так спокоен. КГБ ему на помощь не придет.

В комнату зашел другой сотрудник с лошадиными чертами лица типичного англичанина. Как бы сказали в России, «с постной рожей». Сел напротив.

Крылов не торопился ничего говорить. Он знал, как себя стоит вести в таких ситуациях.

— Вы можете здесь пробыть очень долго. Советские, теперь уже российские, спецслужбы не будут вас искать — вы им насолили. У вас есть единственный шанс отсюда выбраться — сообщить своим. Вы же понимаете, каким «своим»? Они позвонят и попросят. Нам даже не нужен официальный запрос. Никаких бумаг, только звонок.

— Меня будут искать, — неуверенно сказал Крылов. — Сначала Би-Би-Си, ведь я по их приглашению… — Он посмотрел в глаза собеседнику и понял, что Би-Би-Си искать не будет. — Жена и дочери. Они-то знают, куда я поехал. Посольство России в Великобритании.

— Сами-то вы верите в то, что говорите? — скривил лицо англичанин. — А чем дольше вы будете затягивать время… Ну пропал и пропал. Мало ли что бывает с туристами в чужой стране. У нас в Лондоне криминогенная обстановка напряженная. Много индусов. Большой процент нераскрытых преступлений. Убийств…

Крылов понял, что через несколько дней его запирательств где-нибудь в пригороде Лондона найдут труп неопознанного немолодого мужчины, заколотого ножом или застреленного. Может, его и опознают после настойчивых запросов российского посольства и, может, даже переправят домой в цинке…

Он прикинул, что англичанам даст информация о том, что он, Крылов, агент ЦРУ? Скорее всего, для него лично ситуация не изменится в худшую сторону. Разборки-торговля между спецслужбами если и будут, то на самом верху. Англичане, вероятно, захотят выменять для себя что-то существенное — информацию, агента в обмен на молчание о Крылове.

Выхода у отставного генерала и в самом деле не было. Он опасался, что ЦРУ откажется от него, не придет на помощь. Но тогда англичане, может, и сжалятся, отпустят, видя, что тянут пустышку.

Крылов на случай тревоги имел номер телефона для связи. Пришлось им воспользоваться сейчас. Ему дали телефонный аппарат. Он не боялся, что зафиксируют номер и вычислят адрес. Такие телефоны носили практически одноразовый характер. Через несколько минут после звонка и понимания, что номер и адрес засвечены, телефонист исчезнет бесследно, передав информацию своему руководству.

Оставалось только ждать. Крылов испытывал болезненное любопытство — так ли он нужен своим хозяевам? Что произойдет?

Через четыре часа в полицейском участке появились представители посольства России. Заместитель посла и офицер безопасности, как догадался Крылов.

— Почему вы сообщили нам только через четыре часа после задержания нашего гражданина? — возмутился заместитель, напустившись на офицера с лошадиным лицом. — Мы направим в МИД Великобритании протест. Сегодня же. Какие обвинения предъявляются нашему гражданину?

— Мы хотим допросить мистера Крылова по поводу его многочисленных выступлений перед российской и зарубежной прессой о причастности КГБ к убийству английского гражданина Георгия Маркова. И косвенного его участия в организации данного преступления.

— Что ж, — поджал губы заместитель посла, — мы пришлем своего адвоката…

— Нет необходимости. Мистер Крылов отказался от адвоката, — англичанин оглянулся на Крылова, и тот кивнул.

— Когда вы отпустите мистера Крылова?

— Как только удовлетворим наше любопытство.

Русские — дипломат и сотрудник легальной резидентуры — уехали, мягко говоря, недоумевая. Позвонили в МИД Великобритании, поговорили с дежурным дипломатом, но толку не добились. Тот отговаривался тем, что не уполномочен, надо потерпеть до утра — попросту тянули время.

После обеда, когда в США проснулись те, кто что-то мог решить по Крылову-Фрогу, Крылова, ночевавшего в камере, отпустили без лишних слов и объяснений. Вернули его чемодан, который их специалисты исследовали наверняка досконально.

У выхода из полицейского участка его встретил Милтон — сотрудник Би-Би-Си. Он рассыпался в извинениях, твердил, что канал принял все меры для освобождения московского гостя.

— Это недоразумение, извинение за которое будет заключаться в увеличении обещанного гонорара за выступление, — твердил Милтон.

Наконец Крылов добрался до отеля «Rosewood London». В прессе уже к вечеру появилась информация о его задержании, где было написано, что Крылова отпустили под поручительство приглашающей стороны — Би-Би-Си. Также сообщалось, что, испугавшись задержания, отставной генерал заявил о своей непричастности к делу Маркова и о том, что история с убийством — его вымысел на потребу западной прессе, желавшей подобных жареных историй о злодеяниях КГБ.

Правду об истинной причине его освобождения ему рассказали уже в Америке, куда он прилетел в 1994 году читать лекции в одном из вашингтонских университетов.

Выразив недовольство, но все же понимая безвыходность ситуации, в какую он угодил в Лондоне, его кураторы дали понять, что он им все еще нужен. И следующим этапом их многолетнего взаимодействия станет написание им книги, в тексте которой будет содержаться много завуалированной информации. Она позволит американцам реализовать планы по задержанию русских агентов, в том числе и солдата, служившего в АНБ, Роберта Липки. Его Крылов сдал американцам раньше, но чтобы не выдать генерала, арест Липки не производили, а только приглядывали за ним и кормили дезинформацией.

В случае с созданием книги Крылова ЦРУ действовало по тому же плану, внедренному в советско-российскую прессу, — вбрасывать секретную информацию или намеки на нее в общественный доступ, затем использовать опубликованное для проведения своих оперативных мероприятий. При этом удавалось скрыть источник — шпиона, укравшего эту самую информацию. В случае с Крыловым источник завуалировать не удалось бы, поэтому в его книге использовались намеки, чуть ли не эзопов язык, чтобы Крылова не обвинили в раскрытии секретов. Используя его намеки, «проведя» аналитическую кропотливую работу и «вычислив» самостоятельно русского шпиона или даже нескольких, американцы смогут арестовать предателей.

Про Липку в книге Крылов написал, что солдат имел отношение к уничтожению секретных документов. «Из всего, что мне известно, — писал Крылов, — он все еще может быть агентом КГБ, работая в Агентстве национальной безопасности или ЦРУ». Также он упомянул, что американец любил играть в шахматы, отсюда и позывной — Ладья…

Этого было достаточно, чтобы в 1996 году американцы арестовали Роберта и приговорили к восемнадцати годам тюрьмы.

Книгу Крылова перевели на русский язык. В варианте для русскоязычной публики многие эпизоды отсутствовали или были подретушированы, словно не рассчитывали американцы, что кто-то в России умеет читать по-английски. В тексте раскрывались методы работы сотрудников Комитета госбезопасности, а по некоторым эпизодам, как по реперным точкам, при незначительном анализе, соотносясь со временем, опираясь на некоторые другие источники, можно было выйти на тех людей — агентов КГБ, о которых ничтоже сумняшеся написал Крылов. В России эту книгу сочли очередным ударом от предателя в спину коллегам, ударом по безопасности Родины.

Но американцы готовили еще кое-что…

В 1994 году ФБР арестовало Олдрича Эймса — высокопоставленного сотрудника ЦРУ вместе с женой. Он работал около десяти лет на советскую разведку. В том числе историю с Коулом-Воробьёвым именно он подсветил для КГБ тогда, в 1985 году, когда им занимались Трофимов и Тихонов. Сообщил его псевдоним, имя — Стас, то, что он выезжал в Ирландию с группой…

В Москве некоторые разведчики стали анализировать происходящее. Арест такого агента, как Эймс, вызвал много обсуждений и предположений. Одно из подобных предположений снова подводило к мысли об отставном генерале.

Крылов мог так или иначе навести американцев на Эймса. Приятельские отношения с разведчиком, который работал с Эймсом, могли послужить пусковым механизмом для начала расследования ФБР. Не столько их дружба, сколько то, что приятеля Крылова наградили орденом Ленина.

Указ о награждении, конечно, был секретным, однако близкие друзья да еще коллеги обычно входили в круг посвященных… И пусть этот разведчик не сказал Крылову, за что конкретно награжден, но такие высокие награды давали только за вербовку очень ценных агентов или работу с ними. Крылов без труда догадался бы. Это и могло стать началом расследования ФБР, получившего наводку от ЦРУ — место, время, фамилию советского разведчика, работавшего с кем-то очень ценным для КГБ.

В России начали сгущаться тучи над головой Крылова, находившегося на тот момент в США. Главная военная прокуратура опять взялась расследовать дело Крылова. Депутатской неприкосновенности у него уже не было.

И отставной генерал остался в Америке, получив вид на жительство. Он обосновывал свое бегство в Штаты страхом мести от своих бывших коллег. А его и в самом деле не простили.