— Мих, привет, не занят?

— Ну, как тебе сказать... Ладно, что там у тебя?

— Таксист. Привёз блокнот.

— А, тот, который типа ты забыл. Так что, той ночью ты был с дамой или выступал соло, с галлюцинациями на подтанцовке?

— Не знаю. Анвар не смог вспомнить с уверенностью.

— Ничего себе… Таксист не вспомнил, сколько человек вёз?

— Представляешь, да! Но блокнот отдал. И знаешь, что интересно? Это мой блокнот.

— То есть ты его реально посеял? И не заметил? Ну и совпадение…

— Мих, я не знаю.

— В смысле?

— Это блокнот из одной серии, я их несколько лет назад купил со скидкой целый ящик, так-то они дорогие. Очень удобные, хорошая бумага, правда, часть листов чистые, а часть разлинованы, типа для записей, но я там тоже наброски делаю. Если, скажем, архитектуру, то даже удобно, перспектива проще строится. Я сравнил артикулы, та же партия. Рисунки мои, свою руку я всегда узнаю.

— То есть это твой блокнот, я понял.

— Понимаешь, Мих, я не помню ничего из нарисованного там.

— Ну да, не помнишь ту ночь, ты говорил.

— Нет, той ночью я рисовал в другом блокноте! Его я не терял, он и сейчас в кармане лежит. Там даже портрет таксиста был, Анвар пришёл в восторг и выпросил у меня листок. Но в том, что нашёлся в машине, тоже рисовал я! Не вчера, давно. Он потёртый, весь заполнен рисунками, и ручка там другая, я такими сейчас не рисую.

— Может, таскал в кармане два блокнота, один выронил…

— Мих, они формата А5 и довольно толстые. Сложно не заметить, что их два. И я всегда ношу один, у меня не так много карманов. Но ты главное пойми — эти рисунки сделаны мной. Сделаны давно. Их дофига. Но я вообще ничего этого не помню! Я не знаю, когда их рисовал, не узнаю места, не узнаю людей... Ну, кроме БК.

— Там Белый Кролик?

— Часть рисунков — её портреты.

— Прикольно. С фотографий из блога наброски?

— Это живые рисунки. И они очень... другие. Непарадные. Я бы даже сказал, домашние, что ли. Например, БК играет на флейте. Ты знал, что она играет на флейте?

— Нет.

— И я нет. А что она занимается гимнастикой?

— Вроде бы писала как-то мельком. Типа «А такая отличная фигура у меня, зайчатки, потому что я...»

— Но фото же она не выкладывала?

— Вроде бы нет.

— А у меня несколько набросков, как она это делает.

— Да, прикольно. А ещё что есть?

— Как она спит. Целая серия набросков её спящей. А ещё как сидит на крыше, как пьёт утром кофе, ненакрашенная, сонная, с книжкой. Где я мог это видеть?

— М-да, действительно, выглядит практически интимно.

— А некоторые наброски меня довольно сильно напрягли. Вот, например.

— Ого, у неё был пистолет? Она никогда об этом не писала, я бы запомнил.

— В игре есть.

— Да, я был уверен, что ты выдумал для драматичности.

— Я тоже. А вот ещё. Как тебе такое?

— Э... Выглядит пугающе.

— Не то слово.

— Может, фантазия художника?

— Вряд ли. Это серия скетчей с разных ракурсов. А ещё там какие-то люди, какие-то дети, какие-то кладбища, наброски незнакомых улиц, несколько рисунков порта, моря, скал... Я никогда не был в этих местах и не встречал этих людей. Узнал разве что отца Павла, вот.

— А ты его разве видел?

— Нет, по фото из блога узнал. А вот его жена, матушка Елена.

— И церковь, думаю, что та самая.

— И ты не помнишь, как это рисовал?

— Вообще.

— Так, может, это и не ты?

— А кто?

— Кто-то, кто рисует так же, как ты? Или просто очень похоже?

— Да, в точно таком же блокноте, забытом в такси, в котором ехал я. Очень правдоподобно.

— Совпадения ещё и не такие случаются... Странно, что таксёр не помнит, был ты один или с девушкой.

— Угу. Сначала уверенно говорил, что один. А потом сказал, что я совершенно не выглядел пьяным, разговаривал нормально. «С кем разговаривал?» — «С девушка твой». — «Так девушка была?» — И тут его словно подклинивать начало: «Нет, один ехал». — «А девушка дальше поехала или со мной вышла?» — «С тобой, в подъезд пошла, смеялась». — «Так значит, была девушка?» — «Нет, один ехал, блокнот рисовал».

— Офигеть.

— Не то слово.

— Слушай, но если ты нарисовал водителя, то, получается, не в отключке был, как девчонка тебе напела?

— Выходит, что нет. Наверное, позже отрубился, уже дома.

— Тогда вся эта история выглядит ещё подозрительнее. Нафига бы ей вызывать тебе такси, если ты был в норме? Думаю, ты сам его и вызвал, пригласив девушку к себе. Чтобы картины показать, разумеется, а не ради пошлостей каких! У тебя дома, кстати, ничего не пропало?

— Без понятия, у меня же творческий беспорядок.

— Бардак, в смысле?

— Ага, жуткий. А что вообще может пропасть, например? У меня нет ничего ценного.

— Подумай, может, что-то всё-таки припомнишь? Что-то необычное?

— Ну, ноут оказался заблокирован и потребовал ввести пароль. Обычно он по лицу меня узнает, а тут пришлось вспоминать.

— А что написал?

— «Слишком много попыток» или как-то так.

— То есть кто-то пытался получить к нему доступ, но не смог… Например, совал камеру тебе в рожу, но ты уже спал, а без открытых глаз и активной мимики система не авторизует. Три раза попробовала — и всё, блокировка.

— Мих, у меня там нет никаких секретов. Картинки только. Картинок дофига, но кому они нужны-то?

— Без понятия, но выглядит всё это подозрительно. А что там ещё в блокноте? Покажи!

— Дофига всего. Я потом отсканю, ладно?

— Ну ок. Ты меня прямо заинтриговал! Да, за игру твою сел, сегодня к вечеру разверну рабочую модель.

— Спасибо!

— Не за что пока. Постарайся до тех пор не забыть меня, а то с тебя станется! :)

— Тебе-то смешно... А мне вот уже не очень.