Центр города оказался совсем другим.

Я вышел на площадь и на секунду остановился. Передо мной стоял не просто богатый дом, а настоящий замок. Камень светлый, башни, широкие окна, и всё это залито светом так, будто ночь здесь отменили. Музыка, смех, голоса — всё сливалось в один ровный шум.

— И вправду пир устроили, — пробормотал я.

Охрана бросалась в глаза сразу. Золотистые доспехи, блеск, выправка… но стоило присмотреться, и становилось понятно — это не элита. Слишком расслаблены, слишком привыкли, что никто не лезет.

Я обошёл площадь по дуге, не приближаясь к свету, и начал работать.

Первого вырубил у колонны. Он стоял, опираясь на копьё, и больше смотрел на входящих гостей, чем на улицу. Я подошёл сзади, короткое движение — и он уже сполз вниз. Я оттащил его за колонну и пошёл дальше.

Двое у бокового входа обсуждали что-то своё.

— …да говорю тебе, к утру половина даже не вспомнит, что было, — говорил один.

— А нам тут стой, как идиотам, — ответил второй.

Я атаковал их почти одновременно. Один успел повернуть голову — и сразу получил. Второй дернулся к оружию, но я уже был рядом. Два коротких удара, и они осели, не издав ни звука.

Дальше пошло быстрее.

Пятнадцать минут — и периметр начал «сыпаться». Посты исчезали, патрули не доходили до своих точек, но никто этого не замечал. Музыка глушила всё, свет ослеплял, а люди внутри были слишком заняты собой.

Я двигался к главному входу, когда почувствовал, что дальше всё будет иначе.

Двое стояли чуть в стороне. Без лишнего блеска, без разговоров.

Я замедлился.

Они заметили меня сразу.

Один сделал шаг вперёд, второй сместился в сторону, перекрывая угол. Никаких слов, никаких лишних движений.

Я атаковал первым.

Ударил резко, по прямой, враг принял, не просто отбил, а «съел» движение, и сразу же атаковал в ответ. Второй уже заходил сбоку, и мне пришлось уводить корпус, почти теряя баланс.

Клинок прошёл в сантиметрах от ребра.

Я развернулся, пытаясь разорвать дистанцию, но они не отпускали. Работали связкой — один давит, второй ловит. Даже на перекур не останавливались, сволочи.

Первый рубанул сверху, тяжело, явно вкладывая немало энергии. Я подставил клинок и сразу почувствовал силу удара — рука дрогнула, металл зазвенел. Второй в этот момент уже бил в корпус.

Щит вспыхнул на мгновение — тонкий ледяной слой, почти прозрачный. Удар пришёлся в него, разлетелся в стороны холодными осколками, но импульс всё равно пробил, толкнув меня назад.

Так хотелось шарахнуть по ним магией, но было понятно, что это может привлечь нежелательное внимание.

Я ушёл в сторону, сбивая им ритм, и ответил коротким выпадом. Первый отвёл клинок, но на долю секунды раскрылся. Я шагнул глубже, ударил в плечо, но он уже уходил, снижая урон.

Второй снова был рядом.

Удар снизу — я перехватил, провернул кисть, ушёл с линии атаки и почти зацепил его горло, но он откинулся назад, и клинок лишь скользнул по доспеху.

Слишком быстрые.

Я начал давить.

Доспех откликнулся. Тело стало легче, движения чище, шаг — короче и точнее. Я перестал тянуть, начал сокращать дистанцию.

Первый снова пошёл в атаку, на этот раз быстрее. Я не стал принимать удары на жёсткий блок, ушёл в сторону, пропуская клинок мимо, и ударил в ответ. Он закрылся, но слишком жёстко, потеряв баланс.

Я почувствовал момент.

Атаковал корпусом, сбил стойку и ударил снизу вверх. Клинок прошёл глубже, чем нужно.

Он замер.

На секунду.

И рухнул.

Второй не остановился.

Он ускорился, и теперь в его движениях было что-то другое. Резче. Жёстче. Я едва успел поставить клинок — удар получился такой, что рука отозвалась болью.

Я отступил, но он уже был рядом.

Я снова дал щиту вспыхнуть — коротко, на мгновение. Удар разбился о лёд, и в этот момент я увидел его глаза, горящие красным светом.

Он ударил ещё раз, но уже в пустоту. Я сместился, прошёл под его линией атаки и ударил в корпус. Он попытался закрыться, но опоздал на долю секунды.

Клинок пробил матерчатый доспех, если это вообще можно назвать доспехом.

Я не стал выдёргивать оружие сразу. Дал ему остановиться, почувствовать, как тело теряет силу.

Он ещё стоял некоторое время, неверяще глядя на меч, торчещий из его тела.

Потом рухнул рядом с напарником.

Я выдохнул и на секунду закрыл глаза.

С этим городом было не всё так просто.

Двери замка открывались и закрывались, пропуская гостей. Один из них как раз вышел наружу, поправляя маску и что-то бормоча себе под нос.

Я не стал думать долго.

Подошёл сзади, короткий удар — и он обмяк у меня в руках. Я оттащил его в тень, быстро снял с него верхний костюм. Ткань плотная, многослойная — как раз то, что нужно.

Я накинул его поверх доспеха, закрепил как мог, натянул маску.

Выпрямился.

И пошёл ко входу.

Никто меня не остановил.

Внутри было шумно.

Музыка, смех, звон бокалов. Люди в масках, в ярких костюмах, с бокалами в руках. Всё выглядело как праздник, но в этом было что-то лишнее. Слишком много показного.

Я двигался медленно, не выделяясь. Смотрел, слушал, отмечал.

Хозяина я заметил не сразу.

Он не стоял на возвышении, не привлекал внимания напрямую. Но вокруг него всегда оставалось пространство. Люди подходили, говорили, уходили. А рядом находились двое.

Эти уже не были декоративной охраной.

Они стояли спокойно, но не расслабленно. Смотрели по сторонам, отслеживали движение.

Я усмехнулся.

— Не удивлюсь, если он их и в покои за собой потащит, — пробормотал я себе под нос.

Я начал смещаться ближе.

По дуге, через людей, через разговоры. Подслушать — проще, чем прорваться.

В какой-то момент к нему подошёл человек в тёмной маске.

— Граф передаёт вам своё почтение, — сказал он негромко.

— Очень рад, — ответил хозяин. — Что вас привело в мой город сегодня?

— Дела торговые. Как там новая партия?

Хозяин улыбнулся.

— Практически готова. Сотня голов ожидает отправки.

Я замер, не меняя позы.

— Надеюсь, качество на уровне? — спросил гость.

— Обижаете. Когда я вас подводил?

— Мы в вас не сомневались.

— Ядра привезли?

— Конечно. Мы всегда платим по счетам. Передам сразу после получения товара.

— Отлично. Тогда через пару часов аккуратно покидаем банкет. Пусть народ веселится.

Гость кивнул, развернулся.

И в этот момент я снова увидел этот отблеск.

Красные глаза.

Он пошёл к выходу.

Я не стал задерживаться.

Развернулся и пошёл за ним.

Теперь всё становилось гораздо интереснее.

Красноглазый вышел из зала уверенно, не оглядываясь, будто знал, что никто не посмеет за ним следовать. Я держал дистанцию, не приближался, но и не отпускал. Музыка за спиной постепенно стихала, свет редел, улицы снова становились тише.

Мы вышли из центра, прошли пару кварталов, свернули в более тёмный район. Здесь уже не было ни смеха, ни праздника — только редкие окна и глухие стены.

Он остановился у неприметного дома.

Я замер в тени, но в следующий момент он чуть повернул голову и спокойно сказал:

— Выходи. И представься.

Я усмехнулся и вышел, не торопясь.

— А это имеет значение?

Он повернулся ко мне полностью. Маска уже была снята, и теперь красный свет в его глазах был виден отчётливо.

— И так понятно, что местный хозяин решил подстраховаться, — сказал он, рассматривая меня. — Но это снижает наше доверие.

Я на секунду задумался и кивнул.

— Тогда уладим это недоразумение и разойдёмся мирно?

Он покачал головой.

— А вот этого я не обещал. Кто-то должен понести наказание. А то сорвусь на твоего хозяина, а мой мне потом шею свернёт.

Он сделал шаг вперёд.

Я даже не заметил, когда бой начался.

Первый удар пооучился слишком быстрым. Я едва успел подставить клинок, и сразу почувствовал, что он не уступает мне. Ни по скорости, ни по силе.

Враг не давал пауз.

Вода взметнулась вокруг него, вытягиваясь в тонкие лезвия. Я отбил первое, второе, третье, но четвёртое уже почти зацепило плечо. Пришлось уворачиваться, притворяясь эквилибристом.

Я ответил огнём — короткий выброс, чтобы сбить ритм. Противник прошёл сквозь пламя, как будто не заметил, и сразу же сократил дистанцию.

Клинки снова встретились.

Я сместился, добавил воздуха в шаг — ускорение дало лишнюю долю секунды. Ударил снизу, потом сразу сверху, но красноглазый оба раза увернулся, оставляя вместо себя только пустоту.

— Не знал, что здесь есть такие таланты, — бросил он между ударами.

— Не люблю хвастаться, — ответил я, уходя от очередного выпада.

Он улыбнулся.

— Даже жаль такого убивать.

Я не стал отвечать.

Темп рос.

Он давил магией воды, филигранно формируя различные заклинания. Потоки сжимались, вытягивались, били точно, как клинки. Я ловил их на ледяной щит, давая ему вспыхивать на долю секунды, и сразу гасил, чтобы не тянуть энергию.

Один удар всё-таки прошёл.

Не глубоко, но достаточно, чтобы я почувствовал, как ткань расходится и кожа отзывается болью.

Я сжал зубы и ответил.

Тьма скользнула по земле, цепляясь за его ноги, пытаясь замедлить. Он на секунду сбился, и я сместился ближе, ударил в корпус. Он принял удар, но слишком жёстко, потеряв баланс.

Я надавил.

Доспех откликнулся. Тело стало легче, движения — чище. Я перестал думать о каждом шаге, просто шёл вперёд, выжимая всё, что мог.

Он тоже не отставал.

Мы сражались почти на равных.

Он резко отскочил, достал что-то с пояса и сжал в руке. Амулет вспыхнул слабым светом.

Я прищурился.

Через минуту он начал нервничать.

Чуть быстрее двигался, чуть резче дышал.

— Неужели подмогу вызвал? — спросил я, не сбавляя темпа.

— Не твоё дело, — отрезал он.

Я усмехнулся.

— Нехорошо так поступать. Да и не придут они. По причине неестественной смерти.

Он не ответил.

Просто увеличил темп.

Теперь уже без осторожности.

Удары стали тяжелее, грубее. Он давил, пытаясь сломать меня за счёт силы. Я едва успевал. Один раз клинок прошёл слишком близко к шее, второй — к боку.

Я уже не был уверен, что вся эта затея была хорошей идеей.

Но отступать было поздно.

Мы снова сошлись, почти вплотную. Я отбил удар, развернулся, ударил в ответ — он ушёл, но не полностью. Клинок задел его бое.

Но жто не остановило красноглазого.

И в этот момент я услышал глухой звук.

Короткий.

Как будто что-то тяжёлое ударило по металлу.

Враг замер.

Глаза на секунду потухли, и тело рухнуло, словно потеряв опопру.

Я отступил на шаг.

За противником стояла Настя.

Со сковородкой в руках.

Я несколько секунд просто смотрел на неё.

— И это так вы сидите в укрытии?

Она фыркнула.

— Хоть бы спасибо сказал.

Я усмехнулся.

— Спасибо. Как вы здесь оказались?

— Да вы полгорода разбудили своими разборками, — ответила она, оглядываясь. — Хорошо хоть стража куда-то пропала.

Я покосился на лежащего перед нами противника.

— Ну… не вся.

Она опустила сковородку и посмотрела на меня внимательнее.

— Ты как?

Я выдохнул.

— Да вроде в порядке. Я его почти добил. — заметил я, переводя дыхание.

— Да кто же спорит? Но так надёжнее. — развела руками Настя.

Мы некоторое время молчали, переваривая произошедшее.

Настя первой нарушила тишину.

— Может, допросим?

Я покачал головой.

— Вряд ли он что-то скажет. Да и времени нет. Всё, что нужно, мы и так узнаем.

Я обошёл лежащего и направился во двор. Дом снаружи выглядел так же неприметно, как и раньше, но теперь я знал, что это только оболочка.

Карета стояла чуть в стороне, в тени стены.

Я подошёл ближе, провёл рукой по ободу колеса, потом заглянул внутрь. Ничего. Слишком чисто.

Я присел, нащупал под сиденьем скрытый отсек и потянул.

Крышка поддалась.

Внутри лежал мешок.

Тяжёлый.

Я развязал его, заглянул внутрь и тихо выдохнул.

— А вот и плата за товар…

Я поднялся, затягивая шнурок обратно.

— Осталось понять, что за товар.

Я вернулся к лежащему красноглазому, на секунду задержался, глядя на него.

— Убивать тебя пока не будем, — сказал я тихо. — Есть у меня идея на твой счёт.

Я снял с него плащ, накинул на себя, поправил, чтобы скрыть доспех. Затем быстро связал его крепче и закинул в карету.

Мешок с ядрами я протянул Петру.

— Держи. И слушай внимательно.

Он сразу посерьёзнел.

— Вам нужно тихо покинуть город. Ворота в сторону Венгрии почти пустые. Стража там решила отдохнуть.

— Уверен? — спросила Настя.

— Более чем.

Она недовольно поджала губы.

— Опять ты один…

Я посмотрел на неё спокойно.

— Так быстрее.

Она вздохнула, но спорить не стала. Достала артефакт иллюзий и протянула мне.

— Только попробуй не вернуться.

Я усмехнулся.

— Куда я денусь.

Она на секунду задержала взгляд, потом кивнула.

— Ладно. Увидимся снаружи.

Они покинули моё, без сомнения, интересное общество, оставив меня в гордом одиночестве.

Я двинулся обратно к центру, уже не скрываясь так тщательно. Плащ делал своё дело — меня принимали за своего, и это открывало дорогу.

Мыслей было много, но все они сходились в одном.

Ломать всё — просто.

Сделать так, чтобы они сами перегрызлись — интереснее.

Я усмехнулся.

— Посмотрим, кто из вас умнее…

Когда я снова вышел к замку, внутри всё ещё гремела музыка. Смех, крики, звон бокалов. Будто ночь только началась.

Я остановился на секунду.

— Им вообще всё равно…

Дверь одного из боковых выходов открылась, и на улицу вышел он.

Глава города.

Он не выглядел как человек, который прячется. Спокойный, уверенный, с лёгкой усталостью на лице, как будто всё это его уже утомило.

Мужчина скользнул взглядом по двору, задержался на мне на долю секунды… и кивнул.

Я ответил тем же и двинулся следом.

Он направился не в замок, а в сторону дальних построек. Не спеша, будто точно знал, что его никто не остановит.

Двое стражей шли за ним.

Глава вошёл в здание на окраине, не сбавляя шага. Я остановился у стены, выждал пару секунд и достал артефакт. Через мгновение к двери подошёл «он» — красноглазый, с тем же плащом и мешком в руках. Иллюзия шагнула внутрь, я — следом, держась так, чтобы не попадаться на глаза охране.

Внутри пахло сыростью и металлом. Мы прошли коридор, свернули и начали спускаться. Свет сверху оставался ярким, но с каждым шагом вниз он тускнел, уступая полумраку.

Я пригляделся — и остановился.

Вдоль стен стояли люди. Десятки. В основном девушки, молодые, кто-то едва держался на ногах. Руки скованы магическими оковами, на шеях тусклые обручи. Они смотрели на происходящее с тем самым взглядом, в котором ещё есть надежда, но уже почти нет сил её удерживать.

В груди стало тесно.

— Как я и обещал — товар высшего сорта, — спокойно сказал глава города.

Иллюзия ответила ровно:

— Вижу. Ядра я принёс, так что готов заключать сделку.

— Мне очень интересно, — продолжил тот, — зачем вам столько рабов?

— Если хочешь — поехали с нами. На месте и покажем.

— Пожалуй, мне не настолько интересно.

Я выдохнул медленно.

Работорговля.

Не контрабанда. Не серые схемы.

Работорговля.

Я сделал шаг вперёд.

Двое охранников среагировали мгновенно. Щиты вспыхнули, прикрывая их и хозяина. Один шагнул в сторону, второй закрыл фронт.

Я не остановился.

Первый удар пришёлся в щит — металл звякнул, защита дрогнула, но выдержала. Я ушёл в сторону, исчез и появился сбоку. Клинок прошёл по защите, не пробив, но сбив стойку.

Ответ пришёл сразу.

Один бил сверху, второй — в корпус. Я дал льду вспыхнуть на мгновение, принял удар и сразу ушёл, не задерживаясь. Иллюзия в этот момент изменила пространство — стены сместились, свет поплыл, и глава замер, оглядываясь.

— Ты нарушаешь договор! — крикнул он.

— И что ты мне за это сделаешь? Пожалуешься королеве? — отозвался «красноглазый».

Я уже был у другого угла.

Удар — отход. Смена позиции. Снова удар.

Я не смотрел, попал ли точно. Не ждал результата. Только сбивал, резал, выматывал.

Они держались.

Хорошо держались.

Первый почти поймал меня — клинок прошёл у самого горла, и я едва успел отклониться. Второй попытался прижать, загоняя в угол, но я ушёл через мгновение, исчезнув у него из поля зрения.

Я чувствовал, как доспех подстраивается под движение, облегчает каждый рывок, убирает лишнее. Но этого всё равно было впритык.

Мы крутились по залу, как будто играли в одну и ту же игру, только каждый на своём пределе.

Минуты тянулись.

Первый поскользнулся, потерял долю секунды. Я атаковал в этот момент, пробил защиту, и клинок ушёл глубже, чем нужно. Он замер, потом начал оседать.

Второй рванул вперёд, уже без расчёта.

Я встретил его жёстким блоком.

Лёд вспыхнул, огонь скользнул по клинку, воздух добавил скорости — и удар прошёл. Он попытался удержаться, но не смог. Упал рядом с напарником.

Я выдохнул.

И сразу развернулся.

Глава города метался по залу, швыряя заклинания в пустоту. Щиты вспыхивали один за другим, воздух гудел, камень трещал. Он ругался, кричал, терял контроль.

Иллюзия держала его.

Я не стал вмешиваться.