Через несколько секунд стало ясно — это не случайная встреча.

Монстры лезли со всех сторон. Волки, змеи, какие-то птицы, у которых крылья горели, а клювы покрывались льдом. У многих чувствовалось сразу по две стихии, у некоторых — по три, а у пары я вообще не смог сразу понять, что там доминирует.

— Здесь слишком много тварей! — проворчал я, отбивая очередную атаку.

— Зато скучно не будет, — ответил Пётр, выпуская короткий огненный импульс.

Я взял на себя защиту, стараясь держать нас вместе.

— Не расходиться! Работаем плотнее!

Настя держала щиты и периодически сбивала монстров в сторону, чтобы не дать им окружить нас. Пётр бил точечно, экономил энергию, но попадал точно.

Первые минуты пришлось просто стоять на месте и отбиваться. Потом удалось начать продвигаться вперёд, шаг за шагом.

Атаки не прекращались.

Иногда приходилось останавливаться и принимать бой прямо на месте, потому что твари лезли сразу со всех сторон.

— Может выйдем и зайдём с другой стороны? — сказал Пётр.

— Нет, — ответил я. — Ядро здесь. Чувствую.

— Тогда быстрее бы его найти…

— Сначала надо пережить это.

Бой тянулся долго. В какой-то момент я понял, что прошло уже много времени, и мы всё ещё внутри этой проклятой зоны.

Постепенно поток начал редеть.

Монстров становилось меньше, атаки шли реже, и появилось ощущение, что мы выбили основную стаю.

Я уже собирался сказать, что можно перевести дух, когда из тумана вышли новые противники.

Четверо.

Прямоходящие ящеры, ростом почти с человека, только шире в плечах и с длинными хвостами. От каждого тянуло сразу всеми стихиями, но у каждого одна явно была сильнее.

— Отлично… — выдохнул я. — Босс-отряд.

Первый ударил магией земли. Из земли вокруг нас полезли каменные копья и шипы.

— Вверх! — крикнул я, ставя щит.

Второй сразу же добавил воду — хлысты ударили по защите, сбивая равновесие.

Третий работал воздухом — лезвия свистели так, что приходилось постоянно двигаться.

Четвёртый держался дальше всех и стрелял огненными шарами.

— Вот теперь весело… — процедил я.

Без нагрудника это ощущалось особенно хорошо. Защиту приходилось держать плотнее, и всё равно пару раз не успел.

Воздушное лезвие полоснуло по плечу, потом огненный шар прошёл по касательной, оставив ожог на боку.

Я поморщился.

— Надо было броню не снимать…

— Поздно жаловаться! — крикнула Настя.

Она держала защиту, но было видно, что в этой локации ей тяжело. Магия слушалась хуже, чем обычно.

— Петя, работаем по одному! — сказал я.

— Которого?

— Земляного!

Мы ударили одновременно. Я сбил ему защиту, Пётр добавил усиленным импульсом, и ящер пошатнулся.

Он попытался поднять каменный щит, но я не дал — ещё один удар, потом ещё.

Пётр добил его огнём.

Первый рухнул.

— Есть! — выдохнул он.

— Не расслабляться! — сказал я.

Без одного стало легче, но остальные не собирались сдаваться.

Воздушный начал двигаться быстрее, водяной пытался сбить нас с ног, огненный продолжал бить издалека.

Мы разделили их, не давая собраться вместе.

Сначала вывели из боя воздушного — он оказался самым быстрым, но и самым хрупким.

Потом водяного.

Последний остался огненный, и без поддержки он продержался недолго.

Я сбил его щит, Пётр ударил в упор, и ящер рухнул рядом с трещиной в земле.

Я тяжело выдохнул и оглянулся.

Тишина.

Настоящая тишина.

Я прислушался к ощущениям.

Энергия вокруг всё ещё была тяжёлая… но теперь в ней чётко чувствовалось одно.

Вода.

Я медленно сказал:

— Всё. Мы почти у ядра.

Мы продвинулись ещё немного вглубь локации, и ощущение воды становилось всё сильнее. Теперь я уже точно знал — ядро где-то рядом.

— Осторожнее, — сказал я. — Обычно перед ядром нас встречают с музыкой и фейерверками.

— С музыкой из клыков и когтей, — хмыкнул Пётр.

Мы прошли через участок, где туман смешивался с паром от горячих трещин, и вышли к каменной стене, в которой была выдолблена ниша.

Я остановился первым.

— Нашли.

В нише находилось ядро воды. Оно не лежало на земле, как раньше, а было закреплено в углублении, будто его специально туда вставили.

— Странно… — сказала Настя.

Я подошёл ближе и сразу заметил ещё кое-что.

Рядом с ядром было ещё три углубления. Такие же по размеру, аккуратно вырезанные в камне.

Я провёл рукой по краю одного из них и сказал:

— Похоже, остальные ядра нужно нести именно сюда.

Пётр тоже подошёл, внимательно осмотрел конструкцию и присвистнул.

— Четыре паза… Значит, все четыре стихии.

Он задумался на секунду, потом добавил:

— Главное — не начинать с огненного.

Я покосился на него.

— Согласен. После прошлой попытки у меня до сих пор броня дымится.

Настя кивнула.

— Тогда земля следующая?

— Да, — сказал я. — Она ближе всего.

Мы развернулись и пошли обратно к болотной локации. Там мы уже были, так что дорогу нашли быстро.

Я заранее напрягся, потому что слишком уж тихо было. И, как обычно, не зря.

Когда мы зашли в болото, грязь под ногами сразу зашевелилась, и из неё начали подниматься знакомые силуэты.

— Ну конечно… — пробормотал я. — Оклемались.

Из трясины вылезли несколько каменных големов, а следом за ними поднялись двое крупных титанов, сложенных из земли и глины. Медленные, но здоровенные.

— Быстро, — сказал я. — Пока их мало.

Первый голем рванул к нам, но я ударил в землю перед ним, размягчая почву. Болото стало глубже, вязче, и тварь сразу провалилась по колено.

— Люблю это место, — сказал я. — Оно за нас играет.

Пётр ударил огнём, Настя добавила воздухом, и голем рухнул в трясину окончательно.

Второго я просто сбил ударом земли и утянул в грязь.

Титаны оказались покрепче, но и они двигались медленно. Я усилил воду в болоте, земля стала почти жидкой, и один из них потерял равновесие.

— Дави! — крикнул я.

Пётр ударил, я добавил, и каменный здоровяк с плеском ушёл в трясину по пояс.

Второй попытался поднять каменные шипы, но я не дал — сбил их ещё до того, как они выросли, и толкнул его в сторону.

Через пару минут всё закончилось.

Болото снова стало тихим.

— Всё, — сказал я, выдыхая. — Давайте ядро.

Пётр подошёл к месту, где мы оставляли его раньше, и начал собирать свою конструкцию. Я встал рядом, внимательно следя за потоками энергии.

— Держится? — спросил я.

— Держится, — ответил он. — Не дёргай.

Ядро земли поднялось над поверхностью, и мы медленно пошли обратно.

Дорога заняла немного времени, но я всё равно всё время прислушивался к разлому. Пока всё было спокойно.

Мы вернулись к нише с водяным ядром.

Пётр остановился перед пазами и сказал:

— Ладно… Сейчас будет интересно.

— Только аккуратно, — сказал я.

Он кивнул и осторожно вставил ядро земли в соседний паз рядом с водным.

Мы сразу отошли на шаг и приготовились к худшему.

Я даже щит заранее начал поднимать.

Но ничего не произошло.

Ядра только слегка засветились, и вместо взрыва энергия вокруг стала… спокойнее.

Я опустил руку и удивлённо посмотрел на нишу.

— Вот это уже похоже на правильный вариант.

Пётр выдохнул.

— Значит, работает.

Настя улыбнулась.

— Осталось всего два.

Мы решили не терять времени и сразу вернуться к локации, где раньше находилось ядро воздуха. После того как мы вставили два ядра в нишу, разлом стал немного спокойнее, но я всё равно чувствовал, что до конца ещё далеко.

— Расслабляться рано, — сказал я по дороге. — Если он и стабилизируется, то только после последнего ядра.

— Главное, чтобы там опять кто-нибудь не вырос, — пробормотал Пётр.

— Обязательно вырастет, — ответил я. — Закон подлости.

Когда мы подошли к нужной зоне, стало видно, что туман снова вернулся. Площадку почти полностью затянуло, видимость упала до нескольких метров.

— Ну конечно… — вздохнул я. — Всё как в прошлый раз.

В тумане мелькнули силуэты.

— Два, — сказал Пётр. — Вижу двоих.

Страусы.

Те самые. Только теперь их было всего двое, и бегали они нервно, будто сами не понимали, что здесь делают.

— Быстро, — сказал я. — Пока не набежали ещё.

Я не стал ждать и сразу вломился в локацию. Первый страус заметил меня почти сразу и рванул в сторону, пытаясь разогнаться.

— А ну стой! — рявкнул я.

Птица резко сменила направление, потом ещё раз, потом попыталась обойти меня по дуге. Пришлось ускориться.

Несколько шагов, удар, промах.

Ещё попытка.

Страус дёрнулся в сторону, но на этот раз я успел раньше.

Удар пришёлся точно по шее, и голова с хрустом отлетела в сторону.

Тело ещё пару шагов пробежало и рухнуло.

Я только выпрямился, как второй страус издал громкий, какой-то очень возмущённый крик.

Я сразу поднял руку, готовясь ставить щит.

— Давай, иди сюда…

Птица сорвалась с места, сделала пару шагов… и со всего размаха врезалась головой в землю.

Глухой удар.

Она дёрнулась… и осталась лежать.

Я несколько секунд молча смотрел на это.

— Это чего сейчас было?

Настя фыркнула.

— Нормально ты птичку запугал. Он решил свести счёты с жизнью, лишь бы не сталкиваться с тобой.

Пётр хмыкнул.

— Правильное решение, между прочим.

— Очень смешно, — буркнул я. — Ладно, пока не передумал, тащи ядро.

Пётр подошёл к центру площадки и начал собирать свою конструкцию. Я снова встал рядом, прислушиваясь к потокам энергии.

— Держится? — спросил я.

— Держится, — ответил он. — Теперь я знаю, как его удерживать.

Ядро воздуха поднялось над землёй без рывков, и мы спокойно пошли обратно.

Дорога до ниши заняла немного времени. По ощущениям разлом стал ещё тише, чем раньше, будто сам ждал, когда мы закончим.

Мы подошли к каменной стене, где уже стояли два ядра.

Пётр остановился перед предпоследним пустым пазом.

— Ну… поехали.

— Только без фокусов, — сказал я.

Он кивнул и аккуратно вставил ядро воздуха в нишу.

Я заранее приготовился к выбросу энергии, но ничего не произошло.

Ядра только мягко засветились, и давление вокруг стало ещё слабее.

Я выдохнул.

— Работает.

Настя улыбнулась.

— Значит, всё правильно делаем.

Я посмотрел на последний пустой паз и сказал:

— А вот теперь осталось найти последний фрагмент пазла. И я очень надеюсь, что его не будет охранять ещё один дракон.

Пётр отмахнулся.

— Да ладно тебе. Ну прибьёшь ещё одного.

Мы нашли последнюю локацию довольно быстро. Ещё на подходе я почувствовал сильный жар, и сомнений почти не осталось.

— Похоже, пришли, — сказал я.

Впереди была огненная площадка. Земля вся в трещинах, из них вытекали тонкие ручьи лавы, воздух дрожал от жара. В центре, как и ожидалось, чувствовалось ядро.

— Последнее, — тихо сказал Пётр.

— Да, — ответил я. — И, судя по ощущениям, оно не без охраны.

Мы сделали ещё несколько шагов, и из-за каменных выступов показались стражи.

Трое.

Сначала показалось, что это гончие, но когда они вышли на свет, стало ясно — скорее носороги, только вытянутые, с длинными мордами и толстой шкурой, по которой бегали языки пламени. Тяжёлые, массивные, но двигались удивительно быстро.

Один ударил копытом по земле, и вокруг вспыхнули искры.

— Ну конечно… — пробормотал я. — Без этого никак.

Я обернулся к остальным.

— Вы не заходите.

Настя сразу нахмурилась.

— Кирилл...

— Нет, — перебил я. — Спорить некогда. Внутри тесно, жарко, и эти трое слишком быстрые. Мне одному проще двигаться.

Пётр посмотрел на гончих, потом на меня.

— Я с дистанции помогу.

— Помогай, — сказал я. — Но не лезь внутрь.

Настя ещё секунду смотрела на меня, потом вздохнула.

— Если тебя сейчас затопчут, я тебя потом сама добью.

— Договорились, — буркнул я и шагнул в локацию.

Гончие заметили меня сразу.

Все трое развернулись почти одновременно и рванули вперёд.

— Ну давайте… — сказал я, уходя в сторону.

Первый удар прошёл мимо, второй я сбил потоком воздуха, третий заставил резко повернуть землю под ногами твари.

Одна из гончих поскользнулась на раскалённом камне и врезалась в соседнюю.

— Вот так… — пробормотал я. — Давайте друг другу помогайте.

Пётр ударил из-за границы, отвлекая одну из тварей. Та дёрнулась, повернулась на него, и в этот момент в неё врезался второй зверь.

Я двигался быстро, не давая им взять меня в кольцо. Со стороны, наверное, выглядело так, будто я специально издеваюсь — то подставляюсь, то ухожу в последний момент, заставляя их сталкиваться, разворачиваться, спотыкаться.

Но по-другому против троих было нельзя.

Первый всё-таки прорвался ближе остальных. Огромная туша почти достала меня, и я понял — пора заканчивать.

Я резко сменил стихию, ударил холодом, замораживая ему часть шеи. Пламя на чешуе зашипело, лёд треснул, но этого хватило.

— Сейчас…

Я сформировал ледяное копьё и ударил прямо в замёрзший участок.

Копьё вошло с хрустом.

Гончий взревел, ещё попытался сделать шаг, но уже шатался.

Я ударил ещё раз, и туша рухнула на бок, всё ещё дёргаясь.

— Один есть, — выдохнул я.

Второй налетел сразу, почти не дав времени перевести дух. Пришлось уходить в сторону, сбивать его землю под ногами, отступать.

Он развернулся резко, слишком резко.

Я воспользовался моментом, ударил по лапе, потом ещё раз.

Каменное лезвие прошло по суставу, и передняя лапа с треском отделилась.

Тварь взревела, попыталась встать, но потеряла равновесие и рухнула на бок, разбрасывая искры.

— Лежи, — буркнул я.

Третий шёл прямо.

Просто разогнался и понёсся в лоб.

— Ну ты серьёзно… — выдохнул я.

Я быстро сформировал тяжёлое каменное копьё, упёр его в землю и сделал шаг в сторону, специально оставив проход.

Гончий не тормозил.

Он налетел на копьё всей массой.

Раздался глухой удар, камень треснул, но остриё вошло глубоко в грудь.

Тварь дёрнулась, попыталась сделать ещё шаг… и повисла на копье.

Я подошёл ближе и добил её коротким ударом.

Потом вернулся к первым двум.

Оба ещё дёргались, но уже слабо.

Несколько точных ударов — и всё закончилось.

Я тяжело выдохнул, оглянулся на границу локации и сказал:

— Всё. Можно заходить. Стражи закончились.

Мы вернулись к последнему ядру без лишних разговоров. После боя с гончими сил почти не осталось, но останавливаться уже было нельзя. Я чувствовал, что разлом на грани, и если сейчас не закончить, потом всё может начаться заново.

— Давай быстро, — сказал я Петру. — Пока он не передумал.

Парень кивнул и начал собирать свою конструкцию вокруг огненного ядра. В этот раз всё шло тяжелее, чем раньше. Стихия огня сопротивлялась, энергия вокруг дергалась, будто не хотела подчиняться.

— Держу… держу… — процедил Пётр.

Я стоял рядом, следя за потоками.

— Не спеши. Главное — не урони.

Ядро поднялось, и мы медленно пошли обратно к нише.

Чем ближе подходили, тем сильнее чувствовалось напряжение. Три ядра уже стояли на местах, и от них шёл ровный, но тяжёлый гул.

— Мне это не нравится, — сказал я.

— Мне тоже, — ответила Настя. — Но поздно.

Пётр остановился перед последним пазом.

— Ну… поехали.

Он осторожно вставил огненное ядро в свободное углубление.

Секунду ничего не происходило.

Потом все четыре ядра одновременно вспыхнули.

Земля под ногами дрогнула.

Сначала слегка.

Потом сильнее.

Каменная стена задрожала, воздух загудел, и я сразу понял — это не просто стабилизация.

— Мне кажется, отсюда лучше свалить, — сказал я.

Настя резко повернулась ко мне.

— А как же ядро разлома?

Я уже чувствовал, как вокруг начинает гулять энергия.

— Подождёт.

Пол под ногами треснул.

— Уходим!

Мы развернулись и почти бегом вышли из центральной локации. За спиной всё гудело, трещало, будто разлом пытался перестроиться прямо на ходу.

Когда мы выбежали на открытое место, стало видно, что меняется не только центр.

Весь разлом начал сходить с ума.

Границы локаций расплывались, лёд таял и тут же покрывался огнём, песок превращался в грязь, из земли били струи пара. Где-то вспыхивал ветер, где-то наоборот всё застывало.

Монстры, которые ещё оставались, начали меняться прямо на глазах. Одни исчезали, другие становились уродливее, третьи просто рассыпались в пыль.

— Что-то мне это не нравится… — пробормотал Пётр.

Я смотрел в сторону центра.

Там трясло сильнее всего.

— Там, — сказал я. — Всё там.

Туман, который раньше закрывал обзор, начал быстро расходиться. Потоки энергии закручивались вокруг центральной площадки, и через несколько секунд стало видно, что ниши с ядрами больше нет.

На её месте стояло что-то другое.

Сначала я подумал, что показалось.

Потом понял, что нет.

Огромное тело, покрытое чешуёй, четыре длинные шеи, каждая со своей головой.

И от каждой тянуло своей стихией.

Огонь.

Вода.

Воздух.

Земля.

— Ну конечно… — выдохнул я. — А как же без этого.