Я поднял взгляд.

Метров в ста от меня, через небольшую расселину, в землю врезался дракон. Я услышал этот удар ещё в полёте — густой, эпичный, с хрустом костей. Сейчас из-за кромки скал в ту сторону поднималось облако пыли и мелкой крошки. Где-то там внизу, между камней, лежала моя сегодняшняя цель номер два.

— Ну что, чешуйчатый, — выдохнул я, вытирая кровь с губ тыльной стороной ладони. — Сейчас я преподам тебе второй урок.

И, пошатываясь, двинулся в сторону упавшего дракона.

Я спустился с небольшой высоты, отряхивая каменную пыль с плеч и глядя на то, как в сотне метров от меня извивается туша дракона. Он, конечно, выжил после падения — эти твари вообще падают как мастера, а вот приземляются как новички. Поэтому лежал он, мягко говоря, не идеально: крыло сломано, лапа подломлена так, будто он пытался сделать шпагат и что-то пошло не так, а один глаз превратился в кровавую лужицу.

Но, зараза, жив.

И главное — орёт.

Орала эта махина так, будто пыталась компенсировать потерю глаза звуковым давлением.

Я поморщился:

— Да замолчи ты уже. Если хочешь, чтобы я добил тебя быстрее — моргни. А… точно. Извини.

Дракон, кажется, уловил сарказм. Он попытался повернуться ко мне здоровой стороной, но лапа под ним дрожала и подламывалась. Всё тело ходило ходуном от боли. Но сила в нём была всё ещё огромная. «Почти честный бой», — отметил я и шагнул вперёд.

Он ударил первым — резким, хлестким движением хвоста. Я едва успел уйти в сторону. Хвост прошёл настолько близко, что по броне скрипнуло, будто меня провели по наждачной бумаге.

— Слепой, хромой, но всё ещё оптимист, — пробормотал я, формируя клинок тьмы и стараясь держаться на расстоянии.

Дракон попытался снова окатить меня пламенем — но пламя вышло рваным, похожим скорее на перданье перегруженной кузницы. Огненная волна прошла в метре, обжигая воздух, но силы в ней почти не было. Я влетел в него с левой стороны — со стороны выбитого глаза — и вогнал клинок в шею, рассчитывая, что на этом дело и кончится.

Не кончилось.

Конечно же, нет.

Тварь дернулась, словно я ткнул её палочкой, а не оружием. Она развернула голову и попыталась прихватить меня пастью, но я ушёл вниз, перекатом, цепляя камни локтем. Рука хрустнула — неприятно. Я поморщился.

— Да ты упорный… — выдохнул я и снова поднялся.

Дракон взвыл громче прежнего. А через секунду этот вой подхватили другие. Причём не один, не два, а десяток. И где-то далеко, на другом склоне, явно ещё больше.

— О, отлично, — я фыркнул. — Семейный совет устроить решили? Идеально, а то я уже думал, что этот вечер будет скучным.

Я ударил снова — в основание крыла. Дракон дернулся, зацепил меня лапой, и я полетел в сторону, пробивая плечом валун. Если бы не усиление, я бы сейчас уже был частью этого валуна. Но усиление работало, скрипело, жрало остатки энергии, но держало.

Я поднялся и понял: долго тянуть нельзя. Семейка приближается. А мне ещё ядро добывать.

Дракон снова ударил — медленнее, но яростнее. Мы сошлись почти вплотную. Когти, пламя, хрипы, обломки камней летят во все стороны. Я давил его к склону, он отбивался, пытаясь разорвать мне горло или хотя бы сломать что-нибудь важное.

Я ударил клинком в его брюхо — глубоко. Дракон согнулся, хрипнул, пытаясь вдохнуть. Я вжал руку глубже, нашаривая что-то плотное — рёбра, мышцы, органы. Куча всего, что надо было пробить, чтобы добраться до ядра.

— Давай, родной… — прошипел я. — Умри уже, а?

Он не умер. Разумеется.

Он рванулся последним усилием, и мы оба покатились по склону. Я бил его клинком, он бил меня всем, что мог. Когти вспарывали камень. Мой доспех шёл полосами. Мы грохнулись вниз, дракон оказался на спине, я — на нем.

Я всадил клинок в шею, повернул. Рёв сорвался на хрип. Тело задёргалось.

И тишина.

Ну, почти тишина — если не считать нарастающего рева десятка драконов, которые уже были где-то неподалёку и явно собирались уточнить, кто убил их друга.

Я устало выдохнул и сел на тушу:

— Ну вот. Урок второй: если бьешься в одиночку — убедись, что друзей поблизости нет.

Я потянулся к голове монстра — ядро, должно быть, где-то здесь. Но остановился. Вдалеке уже мелькали силуэты. Огромные. Размашистые. И явно очень злые.

— И что теперь? — пробормотал я. — Бросать добычу жалко. А ядро мне нужно как еда бешеному псу. Но времени нет. Совсем.

Драконы приближались. Я сжал зубы, оценивая расстояние и возможности. Всё плохо. Очень плохо. Но решение принять нужно прямо сейчас.

И желательно — то, после которого я не умру в ближайшие пять секунд.

Я оглянулся на тушу под собой, на тёмное небо, где уже расправляли крылья обозлённые родственнички моего покойного знакомого, и понял одну вещь: пять секунд у меня нет. Четыре — может быть. И то при условии, что я перестану думать и начну делать.

— Ладно, поехали, — сказал я сам себе и нырнул в дракона.

Да, физически нырнул. Разрезанная мной шея зияла тёмной щелью, и я влез внутрь, как голодный барсук в мясной склад. Запах был соответствующий — смесь горячего металла, крови и чего-то вроде пережаренной смолы. Но внутри тепло, а ещё — меня какое-то время не видно.

Этого «какое-то время» должно хватить.

Я протолкался локтями, раздвигая хрящи. Там, в глубине, где-то билось огненное ядро. Я уже чувствовал его тепло кончиками пальцев. Тепло и сладкую, вязкую силу — то, что удерживало меня живым последние дни.

Над головой раздался первый рев — намного громче прежнего. Земля под тушей дрогнула.

Они прилетели.

— Ну давайте, — прошипел я. — Попробуйте достать меня отсюда.

Ещё два рывка — и моя рука наткнулась на гладкую, тёплую, почти пульсирующую сферу. Я ухватил её обеими руками и выругался — ядро было значительно крупнее, чем я ожидал. Толстое, тугое, как раскалённый булыжник. Пальцы тут же обожгло.

Ещё рев над головой. Уже совсем рядом.

— Быстрее, — приказал я ядру. Да, именно ему. — Быстрее, твою ж…

Тепло вошло в ладони, протекло в запястья, ударило в грудь. Силы мало, но достаточно, чтобы хотя бы перестать шататься. Но вытягивать ядро полностью — значит умереть прямо здесь. Драконы сверху не станут ждать.

Пришлось принимать решение.

— Извини, дружок, заберу тебя с собой, — буркнул я и начал вырывать ядро.

Шкура вокруг хрустнула — и в этот момент сверху что-то ударило в тушу так, что меня подбросило в воздухе внутри драконьего брюха. Входное отверстие дернулось, края загнулись внутрь. Пахнуло сырой тьмой — значит, один из теневых решил пробить бронированную голову моего покойного носителя.

Ядро сорвалось, вырвалось — и я вместе с ним.

Я вывалился наружу, катясь по камням, стискивая ядро в руках. Надо мной зависла тень. Огромная. Чернокрылая. С глазами, сияющими белёсым светом.

«Готов», — подумал я.

И неожиданно для самого себя вскочил и побежал.

Я мчался по скальному уступу так быстро, что воздух рвал лёгкие. Ядро прижимал к груди — как ребёнка, только горячего и жрущего силу. Сзади слышались удары когтей и хлопки крыльев. Драконы пикировали, но попасть в меня было сложно — уступ узкий, повороты крутые, каждый шаг грозил падением.

Но я бежал.

И по пути — продолжал вытягивать энергию.

Она входила толчками. Крупными, грубыми, обжигающими. Каждый раз, когда я тянул силу, ноги становились крепче, дыхание выравнивалось, зрение прояснялось. Фиолетовые паутинки тени пробегали по коже, заполняя трещины от усталости.

— Давай… — шептал я ядру. — Давай, милашка, родим чудо.

Ядро треснуло. Хороший знак.

Сзади раздался визг — один из драконов не рассчитал угол и врезался в стену. Камни посыпались. Но остальные только яростнее заорали.

Ещё немного, ещё рывок…

Я увидел впереди тёмную дырку в скале.

Пещера.

— Отлично! — рявкнул я и рванул к ней.

Прыжок. Приземление. Жёсткое, но выдержал. Успел проскочить внутрь.

За мной — огромная тень. Дракон попробовал последовать. Попробовал — и с треском впечатался в скалу. Крыло развернуло неудачно, челюсть сдвинулась набок.

Удар отдался даже в моих зубах.

Сразу за этим — людской крик.

Я моргнул.

И понял.

Это не пещера.

Это коридор.

Ровный, обработанный, выложенный плитами.

С факелами тьмы на стенах.

А впереди… толпа.

Маги тьмы. Человек двадцать. И все — в полном охренении.

Я замер посреди входа, всё ещё держась за ядро и тяжело дыша.

Один из тёмных ткнул в меня пальцем:

— Это кто такой?!

Другой прошептал:

— Универсал… и с ядром дракона?!

Третий:

— А сзади это что было?!

Сзади раздалось жалобное драконье «уууурх», и несколько камней посыпались на пол.

Я пожал плечами.

— Ситуация… однако.

Все тёмные одновременно подняли руки, готовя заклинания.

А я посмотрел на ядро.

Оно треснуло второй раз.

Энергия внутри билась, как загнанный зверь.

«Ещё пару секунд, — подумал я, — и я снова в норме.»

Но пару секунд они мне не дадут.

Драконы снаружи били в стены. Тёмные внутри собирались меня разорвать. И я стоял между двумя смертями, держась за полуразбитое ядро как за пропуск в будущее.

— Ну что, — сказал я вслух, улыбаясь, — кто хочет быть первым?

Я стоял посреди огромного каменного зала, больше похожего на кривой внутренний двор. Тусклый свет ночных кристаллов дрожал на стенах, обломки скалы валялись вокруг — след драконьего тарана. У входа в меня всё ещё летел пыльный туман, где-то сверху обваливались мелкие камни. А передо мной, с десяток шагов, начали выстраиваться тёмные.

Разумеется, они выглядели так, будто нашли повод выпустить накопленную злость.

Пятеро мастеров, в чьих тенях булькала плотная энергия ночи.

Трое магистров — хищные взгляды, уверенная походка, жесты, от которых воздух слегка колыхался.

И в центре — хмурый тип с выжженным шрамом на скуле, словно и ночи его недолюбливали.

— Ловите его, — сказал один из них. — Ворвался в крепость в разгар ночи, ещё и дракона привёл!

— Да не «привёл», а еле от них убежал, — поправил я. — Хотя если хотите считать, что это мой план — пускай.

Магистр со шрамом шагнул вперёд, поднимая руку. Раздался хруст — не громкий, но неприятный.

— Огневик, — процедил он, хотя я не сказал ни слова о своей стихии. — Нам одного такого вчера хватило. Второго терпеть не намерены.

— Я не огневик. Я красивее, — уточнил я.

Его бровь дёрнулась — и тьма сорвалась с ладони. Я успел уйти в сторону, и струя теневых клинков вспорола камень за моей спиной. На полу осталась аккуратная борозда, будто кто-то провёл гигантским ножом.

Мастера окружили меня дугой. Даже без магического зрения было видно — они опытные. Движения уверенные, оружие не достают, им хватает магии. В каждой тени под ногами — хищные хутора энергий.

Я понимал, что если броситься в серьёзный бой сейчас, после дракона и всего остального, — победить будет сложно. Но и сдаваться настроения не было.

— Ты вломился в наш дом, — сказал один из магистров, — и думаешь, мы позволим тебе уйти?

— Я ничего не думаю, — ответил я. — У меня на это сил нет. Но вы можете попробовать.

Мастер слева шагнул вперёд, его ладони вспыхнули чёрными всполохами. Я приготовился уйти в сторону и ударить. В такие моменты главное — быть быстрее той секунды, когда они решат навалиться всем скопом.

И тут всё пошло к чертям.

В стене сзади раздался звук, как будто по ней проехались десятью каменными молотами. Камень выгнулся внутрь, трещины побежали по арке, и прежде чем я успел понять, что происходит…

Стена лопнула.

Не треснула — лопнула, как перегретый кувшин. Облако каменной пыли едва не сбило меня с ног.

А потом в помещение протиснулась драконья морда.

Сначала одна.

Вторая.

Третья — мелькнула сбоку, громыхая когтями.

Тёмные одновременно выругались. Это был тот самый момент, когда даже профессионалы понимают: что бы у них там ни было запланировано — сейчас всё пойдёт совсем не так.

— Драконы?! Вломились внутрь! — рявкнул кто-то.

— А вы думали, меня один преследовал? — невинно уточнил я.

Ответа не потребовалось — потому что первый дракон уже рванул.

Он едва не разорвал ближайшего мастера, только тот успел бросить какую-то вязкую тень, которая на секунду притормозила массивную тушу. Нападение отразило ударные волны по всему залу — камни осыпались с потолка, воздух сгустился, пахнуло горячим мясом и гарью.

— В стороны! — заорал магистр со шрамом. — Расходимся, держим оборону!

Как будто это может кому-то помочь.

Первый дракон втянул воздух и выплюнул столб чёрного пламени — да, у теневых пламя тоже бывает, не хуже огня. Мастера едва успели выставить купол из скрученных теней. Купол выдержал — но его прогнуло внутрь так, что был слышен хруст камня под ногами.

Я не стоял без дела. Когда дракон был занят магами, я метнулся к его слепой стороне и ударил в сустав крыла. Кожа оказалась плотной, но клинок прошёл, и чёрная кровь брызнула на меня.

Монстр заревел, ударил хвостом — я прыгнул, но всё равно меня отбросило. Камень подо мной треснул.

Тем временем второй дракон пролез в пролом, ужимаясь, как гигантская кошка. Он ударил лапой, смахнул одного мастера в дальнюю стену. Мастер рухнул, как тряпичная кукла.

Третьего дракона я заметил только вскользь — тяжёлое дыхание, змеиный изгиб шеи, блеск глаз. Они лезли внутрь, словно чувствовали, что в этой куче камней и тёмных магов прячется тот самый наглец, что убил их сородича.

— Чужак! — крикнул один из магистров, блокируя удар драконьей морды. — Работаем вместе или все сдохнем!

— Я понял это минуту назад, — ответил я. — Но всё равно приятно услышать, что вы тоже не идиоты.

Мы не стали договариваться — просто каждый бил всё, что шевелится и имеет чешую. Никакой координации. Никакой стратегии. Только факты: драконы хотят убить всех, а мы не хотим быть «всем».

Один из мастеров создал длинный, как копьё, клинок тьмы и вонзил его в глаз ближайшего дракона. Тот взревел, ударил телом, прижав сразу двоих к стене. Оба хрустнули.

Я перешёл на тяжёлые удары — огнём и тьмой. На драконов свет огня действовал хуже, чем на дневных монстров, но если прожарить сустав или шею — эффект был. Я дважды попал в драконью пасть, и тот отшатнулся.

И тут я увидел шанс.

Один из драконов — тот, что ломился вторым — повернул ко мне бок. Между пластинами брони на шее была глубокая трещина — его ранили раньше. Не знаю кто, но я искренне благодарен этому человеку, теневику или богу.

Я прыгнул, призвал клинок, усилил его всем, что было, и вонзил в эту брешь.

Дракон дёрнулся.

Я давил клинок глубже.

Он захрипел, уронил лапу.

Тёмные, увидев, что монстр застыл, добили его массированным пучком теневой магии. Грудь взорвалась струёй горячего воздуха, и туша рухнула.

Один есть.

Но радоваться было некогда.

Оставшиеся драконы поняли, что их бьют серьёзно, и разозлились так, что даже воздух почернел. Один ударил крылом — или тем, что от него осталось — и вынес из крепости ещё кусок стены.

Мы едва успели прикрыться.

И всё же… мы держались.

Сражение растянулось, стало вязким, тяжёлым, долгим. Я уже не видел отдельных ударов — только ощущал, как энергия проходит по костям, как мышцы кричат от усталости, как заклинания прожигают воздух. Несколько раз меня отбрасывало, я поднимался, снова бил, снова уходил от удара, снова пригибался под когтем.

Тёмные рядом орали, падали, вставали — двое магистров умерли прямо у меня на глазах, унесённые ударом хвоста.

Но под утро случилось то, что я ждал.

Где-то далеко, за скалами, начал светиться горизонт.

И драконы это почувствовали.

Они взвыли. Одновременно. Хором. Так, что уши заложило.

Потом развернулись и, ломая остатки крыши, улетели прочь — как стая огромных, тёмных комет.

Не победа. Но и не поражение.

Больше половины крепости было разворочено. Камень потрескался, тёмные сидели среди обломков, исцарапанные, валялись на земле десятками. По ночи ушли охотиться только сильнейшие — те, что не были дома, и теперь они возвращались. Вдалеке я уже видел силуэты архимагов и магистров, шагающих по равнине.

Я поднял ядро убитого дракона, сжимая его так крепко, что пальцы побелели.

— Ну что, господа, — сказал я, глядя на руины. — Засчитаем это за уничтожение крепости? И будет ли мне оплата?

Ответа не последовало.

Но, судя по взглядам тёмных, они со мной согласны хотя бы в одном: день у них выдался значительно хуже, чем у меня.