Пыль поднималась с каждым моим шагом. Жара стала плотнее, воздух словно пытался удержать меня. Солнце ещё не в зените, но близко.

Рёв — снова.

На этот раз он пришёл оттуда, откуда я бежал. Значит, дракон вернулся в логово, понял, что яйца нет — и активно ищет след.

Отлично.

— Поднажмём, малыш. Иначе батя тебя найдёт быстрее, чем я успею придумать, как объяснить ему твоё отсутствие.

Я ускорился. Двигался уже не ради цели, а ради выживания. Каждый прыжок — с риском. Каждый рывок — с вероятностью сорваться. Но я не имел права останавливаться.

Скалы впереди начали меняться — стали более острыми, узкими, как зубы чудовища. Это был знак, что я приближаюсь к территории тёмных. Я чувствовал это интуитивно: магия тьмы становилась гуще, плотнее, как дым, вползающий между камней.

Это хорошо.

Драконы не любят тьму.

А тёмные… ну, они хотя бы не такие быстрые.

Я перескочил через очередную трещину и едва не выругался: нужно было следить и за землёй, и за небом. Потому что тень дракона уже мелькнула над хребтом.

Он приближается.

Я сглотнул и рванул ещё быстрее, заставляя мышцы работать на пределе. Яйцо тяжелело с каждым шагом, или я уставал. И всё равно я бежал. Потому что выбора не было.

Земля впереди начала светлеть — значит, выход к равнине рядом. А там — всего пару километров до крепости тёмных.

В спину ударила волна горячего воздуха — дракон взмахнул крыльями где-то за мной. На секунду я почувствовал себя мухой, которую пытается прихлопнуть кузнечный молот.

— Поднажмём! — выкрикнул я. — Сейчас решается, кто из нас двоих останется с яйцом!

Я побежал ещё быстрее, не оглядываясь.

Солнце поднималось всё выше.

И только один звук сопровождал меня теперь — тяжёлые, глубокие взмахи огромных крыльев, приближающиеся с каждой секундой.

Бежать с яйцом за спиной оказалось отдельным видом спорта. Каждый шаг отдавался в позвоночник тяжёлым глухим ударом, как будто меня привязали к оси колесницы и заставили тащить её через горы.

Рёв дракона снова расколол небо.

Он был ближе.

Я уже различал в этом звуке ярость, а не просто территориальное заявление: кто-то украл у него единственное ценное в этом мире — ребёнка. Ну, почти ребёнка. Кусок камня с перспективой.

Следующим слоем к этому рёву добавились другие. Тоньше, выше, звонче. Десятки голосов, вторящих первому, как свора псов, подхватывающая вой вожака.

Потрясающе.

— Друзей позвал, да? — выдохнул я, перепрыгивая через очередную щель. — Идея хорошая. Но вот бы ты ещё минут десять подождал, было бы вообще идеально.

Дракон, разумеется, ждать не собирался.

Слева мелькнула тень. Потом ещё одна. Воздух тяжело содрогался от взмахов чужих крыльев. Я пригнулся инстинктивно — и вовремя: над головой с шипением пронеслось горячее тело, пахнущее гарью и сырым мясом.

Я вскинул голову.

Три дракончика помельче, чем их папаша, но всё равно внушительных размеров, уже закладывали вираж, разворачиваясь ко мне. Меньше, легче, быстрее. Стая подростков, которым дали добро поохотиться.

— Вот вас мне только не хватало, — буркнул я.

Первый бросился в пикирование. Я не стал ждать. Рванул в сторону, ушёл под угол скалы, откуда только что выскочил. Когти дракона прошли там, где секунду назад была моя грудь, с противным визгом процарапав камень. Искры брызнули во все стороны.

Второй пошёл чуть хитрее — заходил сбоку, с попыткой прижать меня к стене. Я прыгнул вниз, на узкий выступ, ощутимо поскользнулся — но усиление удержало. Колени пружинили, броня скрежетала о камень, яйцо на спине тянуло назад, пытаясь опрокинуть. Я упёрся носками и ладонью в выступ, выровнял тело, выругался про себя.

Третий вообще решил не мудрствовать — спикировал в центр группы, надеясь забрать меня на скорости. Его ошибка. На чистой скорости я не соревнуюсь, зато могу её использовать.

Я в последний момент шагнул навстречу и ушёл вниз, позволив дракону перелететь надо мной. Когти свистнули в воздухе. Он хотел тормознуть, но слишком поздно — маленькое тело, большая инерция. Врезался боком в скалу, вспыхнуло пламя, камень задымился.

— Летайте ниже, вас здесь ждут, — бросил я и, не оглядываясь, побежал дальше.

Один из дракончиков завалился на бок, сползая по стене, оставляя за собой тлеющий след. Второй, видимо, решил, что охота не стоит переломанных костей и сгоревших крыльев: сделал круг и ушёл к стае. Третий где-то позади рычал, но преследовать не решился.

Я вырвался из каменной мешанины на более ровный участок и замер на секунду.

Впереди, над морем дрожащего воздуха, возвышалась крепость тёмных.

Теперь я видел её ясно.

Стены — зубчатые, тёмно-серые, словно вырезанные из единого блока породы. Башни — не тонкие изящные шпили, а толстые, грубые цилиндры, уходящие в небо. Врата завалены камнем и зашиты плитами. Ни одного открытого окна, ни одной щели. Идеальная нора для тех, кто привык жить в тени и боится солнца до дрожи.

«И правильно боятся, — подумал я. — Сегодня у вас будет хороший повод начать бояться ещё больше.»

Я вдохнул глубже. Жар обжигал лёгкие, пот стекал по шее, под бронёй было ощущение, словно меня держат внутри кирпичной печи. Яйцо на спине пульсировало мягким теплом, словно соглашаясь, что мир вокруг слишком холоден и безвкусен, его срочно надо подогреть.

— Ничего, братья некрофилов, — сказал я вслух. — Праздник мимо вас не пройдёт. Я же заботливый человек, поделюсь весельем.

До крепости оставалось ещё с полкилометра. Ничего особенного — если бы не рёв, который снова пронзил мир сзади, укороченный, кислый, полный злобы.

Дракон приближался.

Я ускорился. Камни хрустели под подошвами, броня тихо звенела на стыках, ремни натягивались, держа яйцо на месте. Усиление держало тело собранным, каждое движение — точным. Я чувствовал, как работают мышцы, как перекатывается сила по сухожилиям, как лёгкие сжимают воздух и выбрасывают его наружу.

И, чем ближе я подходил к крепости, тем отчётливее ощущал густую, вязкую магию тьмы, поднявшуюся от стен, словно чёрный пар. Они там внутри, за камнем, сидят, свернувшись, как пауки в своих норах. Они даже не представляли, что сейчас к их двери подтащили целый мир проблем.

Подошёл достаточно близко и остановился.

— Ладно, — сказал я себе. — В прятки мы уже наигрались. Пора постучаться.

Я поднял руки, ладонями вперёд. Сила двинулась послушно, привычно, горячей волной под кожей. Магия огня вспыхнула, собираясь в центре, между ладонями. Сначала появился небольшой шар — размером с камень. Потом я начал его кормить.

Слой за слоем.

Щепотка силы. Ещё одна. Ком растёт, тяжелеет, свет становится ярче.

Я видел, как воздух вокруг шара начинает искажаться, как от жара над раскалённым металлом. Пламя собиралось плотным, насыщенным, почти белым. Не просто огонь — спрессованная, свернувшаяся в себя звезда. В её центре плавилось всё, к чему она могла коснуться.

Пот на лбу превратился в кипяток. Броня нагрелась, что-то внутри тихо потрескивало. Земля под ногами начала темнеть, камни под сапогами потрескались, некоторые — вспухли, как хлеб в печи.

— Вот так, — прошептал я. — Для вас, дорогие соседи, бесплатно. Даже налоги брать не буду.

Шар гудел, как огромный улей. Я почувствовал, что ещё немного — и он начнёт вырываться из-под контроля, оплавляя всё вокруг, включая меня самого. Этого хватало с головой.

Я чуть откинул руки назад, как метатель ядра, шагнул вперёд и бросил.

Огненная сфера сорвалась с ладоней, оставив за собой ослепляющий след, и полетела к воротам. Пару мгновений она летела почти беззвучно — не шар, а кусок ярости, вырванный прямо из сердца вулкана. Потом ударила.

Мир взорвался светом.

Врата не выдержали даже первую секунду. Камень сначала вспыхнул, словно его облили маслом и подожгли. Потом начал плавиться, медленно, тяжело, как лёд под огнём. По нему побежали чёрные трещины, расползающиеся во все стороны. Сфера вгрызалась внутрь, прожигая тоннель. Всё вокруг заполнил запах раскалённой породы и горелой пыли.

Слой ворот провалился внутрь, как жидкая масса, шипя и выбрасывая вверх клубы горячего дыма. Огненный шар исчез в глубине. Ещё мгновение — и вырвался уже изнутри, взорвавшись в просторном зале за воротами, судя по силе отдачи.

Замок, казалось, вздохнул.

В воздух поднялась смесь дыма, пепла и криков.

— Кажется, кто-то проснулся и встал не с той ноги, — сказал я, прикрывая глаза от жаркого ветра.

Там, внутри, началась суета. Сначала — хаотичные вопли, потом — более организованные команды. Я слышал, как бегут люди, как падают какие-то предметы, как рвутся заклинания, пытаясь закрыть дыру, которой уже не будет.

Я усмехнулся и побежал к образовавшемуся проходу.

В гости без приглашения

Внутри было жарко почти как снаружи. Огненный шар прожёг в воротах дыру высотой с троих, с края свисали струйки расплавленного камня, уже застывающие стеклянными соплями. Я перешагнул через один такой потёк, чувствуя, как она потрескивает под подошвой.

За воротами открывался широкий зал. Высокий потолок, поддерживаемый колоннами. Потолок местами всё ещё был чёрным от копоти, это явно не первый пожар в истории этой крепости — но, может быть, первый настолько внезапный.

Тёмные выглядели… плохо.

Кто-то стоял в одних штанах, держа в руке кружку с дымящимся напитком. Другой пытался натянуть плащ прямо на ходу. Третья — молодая женщина с косой, рассыпавшейся по плечам, — вообще выбежала с какой-то книгой в руках, зачем-то прижимая её к груди, словно это могла защита от огня.

— Что это?! — кричали они.

— Это нападение?!

— Опять огневики?!

— Я же говорил, надо укреплять северную стену!

Я остановился шагах в десяти от них, внимательно оглядывая зал. Места было достаточно. Пространства — тоже. Главное — поставить груз.

— Расслабьтесь, — сказал я. — Я с подарками.

Они замолчали. На пару ударов сердца — полная тишина. Потом кто-то из задних неуверенно выдохнул:

— А-а… что?

Я повернулся боком, чтобы им лучше было видно то, что тащил за спиной, и начал срезать ремни. Узлы тугие, пальцы скользят от пота, но я справился. Яйцо мягко перекатилось в сторону, упёрлось в мою спину. Я подался вперёд, аккуратно поддерживая его ладонями, и поставил на пол.

Магия внутри вибрировала. В зале стало ощутимо теплее.

Тёмные в ступоре смотрели, как посреди их крепости, на гладком каменном полу, появляется идеально овальный кокон драконьей силы.

Кто-то рефлекторно сделал шаг назад.

Кто-то — наоборот, шаг вперёд.

— Только руками не трогать, — сказал я, отступая от яйца. — Оно ещё маленькое и впечатлительное. Если кто-нибудь попробует ткнуть его палкой, последствия могут быть… интересными.

— Ты кто вообще такой?! — выкрикнул один из магов. На нём был плащ с серебристой вышивкой, явно не последний в местной иерархии. — Что это за… за… мерзость ты притащил?!

— Это ваш новый сосед, — ответил я. — Будете жить дружно — может быть, не всех съест.

— Уберите его! — завизжала женщина с книгой. — Это же… это же личинка дракона!

— Яйцо, — машинально поправил я. — Хотя, если вам так проще…

Спорить дальше смысла не было. Время тикало. Где-то снаружи рёв стал громче — так громко, что даже стены крепости дрогнули.

Я улыбнулся тёмным, как добродушный гость, который только что поставил в их гостиной бочку с порохом и фитилём.

— В общем, пользуйтесь на здоровье, — сказал я. — Больше задерживаться не буду. Пойду подышу свежим воздухом.

— Стой! — крикнул кто-то.

Поздно.

Я развернулся и рванул обратно к пролому.

Назад — к солнцу

На улице было даже приятнее. Там хотя бы всё честно: свет, жара, пространство. Я выскочил из крепости почти одновременно с тем, как над стеной пролетела очередная тень дракона. По звуку — уже не детский вариант. Это был кто-то поздоровее, но не тот, главный.

Когти прошли над самой макушкой, воздух над головой пытался превратиться в шторм, как от взмаха гигантского веера. Я пригнулся, почти падая вперёд, перекатился через плечо и вскочил уже в нескольких шагах от стены.

— Не туда, — бросил я драконьей тени, которой это, конечно, было глубоко безразлично.

Дракончик, промазав, захлопал крыльями и взмыл выше, озираясь. Жертву он потерял. А вот цель поважнее у всех этих ящериц теперь была внутри крепости.

Я отступил дальше, за обломок полуразрушенной башни, которая одиноко торчала среди ровной площадки, как выбитый зуб. Взобрался по остаткам лестницы, проверяя, чтобы под ногами не поехали камни, и устроился на площадке, откуда было видно почти всё: и пролом в воротах, и часть внутреннего двора, и небо над крепостью.

Снаружи уже начинал собираться хор.

Драконы не молчали. Кто-то из них ревел так, будто ему напомнили о старых обидах. Кто-то срывался на визг. Кто-то просто кружил, издавая низкое гудение, словно огромная горелка.

Изнутри крепости доносились крики.

— Это яйцо?! — визжали тёмные.

— Уберите его из зала!

— Щиты! Щиты на максимум!

— Не лезь руками, идиот, обожжешься!

Кто-то пытался прокричать команды, но в этом хаосе его мало кто слушал.

Я сплёл пальцы, положил руки на колено и, не скрываясь, усмехнулся.

— Пожалуй, хватит бегать, — сказал я тихо. — Теперь посмотрим представление.

Впереди назревал идеальный шторм.

Тёмные, которые думали отсидеться за стенами.

Драконы, которые думали, что у них украли будущее.

И я — единственный, кто знал, как именно всё это началось.

И кому было действительно весело.

Я устроился на самом удобном выступе, подперев подбородок кулаком, и наблюдал, как мир постепенно превращается в театр огненного безумия. Сначала всё выглядело почти спокойно: над крепостью тёмных кружили драконы — пяток мелких, пара средних и один крупный, тот, что ревел так, будто ему принадлежали горы и небо сразу.

Но атмосфера вокруг уже дрожала от напряжения. Воздух был вязким, наполненным магией разных оттенков. От крепости тянуло тьмой, от драконов — пеклом, и всё это смешивалось в какой-то странный, едва уловимый диссонанс. Дело шло к взрыву, и даже скалы это чувствовали — мелкие камешки время от времени скатывались вниз по склону.

Я невольно усмехнулся. Ну давайте же, устроите шоу. Я ради этого сюда пришёл.

Первый удар прозвучал резко и неожиданно. Один из мелких драконов резко ушёл вниз и выпустил струю пламени прямо по стене крепости. Камень распух, как тесто, и лопнул, осыпаясь раскалёнными осколками. Тёмные, до этого пытавшиеся понять, что происходит снаружи, в панике рванулись к яйцу. Я видел, как маги тьмы пытаются тащить его — кто руками, кто теневыми нитями, кто пытается создать под ним платформу.

И всё это выглядело удивительно глупо, учитывая, что вход в крепость был полностью разрушен и теперь драконы прекрасно видели, куда и что именно тащат.

Огненный дракон издал рев, от которого даже у меня в груди что-то завибрировало. Он резко ушёл вниз и сжёг троих тёмных одним махом. Даже пепла почти не осталось.

Стая восприняла это как сигнал.

Пламя, когти, разорванный воздух — всё смешалось в единый хаос.

— Ну да, тяните яйцо за пределы пещеры, — пробормотал я. — Ещё громче объявите, что хотите украсть драконёнка.

Я видел, как второй дракон пробил стену когтями. Третий обрушился на башню, ломая её, как картонную. Каменные блоки размером с дом летели вниз, сбивая тех, кто пытался бежать.

Лучшие, сильнейшие маги тьмы включились сразу. Теневые рывки — как драные всполохи. Чёрные копья, тёмная кровь, разломы пространства — они бросали всё, что умели.

И чего-то это даже стоило. Один дракон резко рухнул на бок после удара по шее. Второй отступил, но лишь на миг.

Гораздо чаще всё было проще: хвостом дракон ломал сразу трёх магов, когтями вспарывал защиту так, будто это тонкая бумага, а пламя прожигало купола, плавя людей внутри, не оставляя ни шанса.

Я даже поаплодировал.

Коротко.

Сдержанно.

С уважением.

Скала под крепостью дрожала и трещала. Башни рушились одна за другой. Одна стена треснула, стала выгибаться — и разлетелась в пыль. Дракон, который бился внутри крепости, вынырнул через пробитое отверстие, будто с боевым трофеем: тащил в зубах очередного мага тьмы, точнее, обугленные остатки.